Глава 15. Феерическое возвращение
16 июля 2020 г., 18:44
Он слышал, как герольд ударил посохом по полу, как звучным голосом проговорил:
— Его Величество Эмгыр вар Эмрейс Деитвен Аддан ын Карн аэп Морвудд!
Створки распахнулись, и он вошёл.
Придворные почтительно склонились. Заживающая рана ещё болела, да не стоило забывать о том, что Император носил ещё повязку на бедре и, соответственно, на руке.
Говорят, что шрамы красят мужчину. В этом случае боевые ранения возносили императора ещё выше тех небес, где он находился в глазах других. В ад или рай — не знал никто. Триумфальная победа принесла свои плоды. Коварный враг пал от его собственной руки.
Эмгыр, как на духу, помнил тот день осады, когда каждая секунда говорила о том, что ещё немного усилий — и крепость падёт. Он со своей военной свитой стоял на холме, следил за ходом наступления, битвой, работой генералов, когда сзади раздался топот копыт, звук рога. Это были каэдвенцы, решившие напасть сзади, нанести сокрушительный удар, убить правителя вражеской армии во что бы то ни стало.
Каждый шаг. Медленный. Он помнил, как доставал меч из ножен, отдавал краткие приказы и спустя жалких секунд двадцать бросился в бой. Рубил врагов; боевой конь, приученный к условиям сражения, топтал чью-то голову… Бедняга, видимо, упал со своего ездового животного, оказался не в том месте и не в то время. Напавших на них было тридцать, его воинов — пятнадцать. Лучших, из личной охраны императора.
Кто-то из них, сражаясь плечом к плечу, отдал Великому Солнцу душу. Удар пришёлся в горло противника, кровь фонтаном брызнула на доспехи и шлем. Его Величество подался в сторону, навстречу воину, не замечая другого, подкравшегося сзади. Взмах меча лишил жизни того, с кем он сражался, но также навредил и ему.
Император почувствовал боль, опустил взгляд и смотрел на то, как враг нашёл щель в доспехах его и ранил в бедро. Резко развернулся. Началась кровавая пляска, наёмник защищался упорно; наверное, этот неведомый человек ликовал, видя, как Эмгыру сложно было двигаться. Его Величество воспользовался тем, что соперник на секунду замешкался, выбил из его руки оружие и вонзил свой меч тому в горло. Из пятнадцати выжило пять.
Уехал из лагеря он на следующий день после взятия Бен Глеана. Доверенный медик сделал своё дело, но рана болела при каждом сотрясании кареты, и в те минуты Эмгыр мог с уверенностью сказать, что ему не хватало её. Игрит вмиг бы утихомирила боль, дав снадобья, и дорога переносилась бы в разы легче в приятнее.
Шаг. Другой. Он остановился напротив неё, жестом сообщил, что ей нужно уделить толику своего внимания ему. Девушка, одетая в чёрное приталенное платье из бархата (сегодня волосы её были собраны в высокий пучок), недоумённо посмотрела на своего правителя.
— Займите своё законное место, мазель, — сказал он, подавая ей руку.
Она будто бы боялась, особенно, когда вар Эмрейс ступил по ступенькам, ведущим к трону.
— Привыкай, — шепнул он ей как бы невзначай.
Де Табур расположилась на стуле, приставленном к трону. Его Величество занял своё место, показывая всем видом, что церемониал должен соблюдаться по всем правилам, даже несмотря на его поступок.
Герольд сообщал слова. Придворные готовились занимать свои позиции для благодарения, прославления своего правителя.
— Игрит де Табур! — сообщил голос, и казалось, медичка вздрогнула.
Новая волна эмоций пробежала по её телу, и Эмгыр с интересом наблюдал, как невеста его неспешно встала напротив. Реверанс; глаза девушки смотрели в пол, на мраморные плиты у трона, и кажется, это зрелище будоражило его ум. Эта невинность, незримое никому смущение и нежность смешивались с её новым положением, с тем статусом, который дарован ей сейчас. Аромат розы и жасмина…
— Ваше Императорское Величество! Славим! Пусть победа эта станет началом для других!
Она говорила вполголоса, но в зале стояла тишина, и каждый мог расслышать сказанное. Он чувствовал волну негодования со стороны почтенной знати, придворные дамы, судя по выражению их лиц, готовы были утопить его невесту в капле воды самым жесточайшим образом. И всё это соединилось: те чувства, которые он испытывал к ней, тайны, открытые ему, и мнение других людей. Эти обстоятельства сложились в своеобразную сферу, разнообразную, и он, словно величайший маг, собирался увеличить это явление.
Ёж снял перчатку. Право, уже почти зима, в замке иногда бывало невыносимо холодно. Он подал ей руку. Игрит поднялась. Он уже стоял напротив неё.
— Вдохновляй меня на победы, мазель! — голос был громким, таким, что даже затаившаяся в углу мышь могла расслышать сказанное.
Мужчина поцеловал тыльную сторону ладони Игрит, улыбнулся в ответ ей, и вместе они заняли свои места.
Наступило молчание. Герольд, вовремя опомнившись, назвал другое имя, и люди, казалось, ошеломлённые произошедшим минуту назад, начали приходить в себя. Эмгыр видел последствия его хода, новая фигура, поставленная на поле придворных интриг, сражений знати, взбудоражила события не на шутку, перемешала планы, слащавые гримасы, и теперь его подданные не знали, что делать. Спокойными, даже улыбчивыми оставались те немногочисленные, которым он доверял и был уверен в их верности. Увы, сейчас их было меньшинство.
Когда последний из присутствующих в зале отдал честь правящему империей, то заиграли музыканты. Торжественная мелодия сопровождалась мельканием слуг, едой и напитками, скоро по плану должны были начаться даже танцы.
Де Табур выглядела смущённой. Про себя он отметил, что ей нравилось находиться в теперешнем положении.
Вино им поднёс камердинер, не доверив этот праздничный момент служанкам. Он кивнул ему: мол, всё идёт по плану.
— Ты боишься? — спросил император у неё.
Придворный медик слегка оживилась. Всё это время она сидела, гордо расправив плечи, старалась держаться достойно.
— Нет. Просто всё это необычно, — ответила та и, видя, что Его Величество приподнял чашу, отпила вина вслед за ним.
— Мерерид весьма красочно описал твоё управление в моём кабинете, так что после этого ничего невыполнимого нет.
Игрит улыбнулась ему.
— Я не могла позволить забрать им что-то важное, — прошептала она, смотря в содержимое своего кубка.
Он вздохнул. Легко, не от крайности или того, что ему не нравилось происходящее. Наоборот, Его Величество предвкушал будущее.
— Когда начнётся танец, мы уйдём ненадолго, — он взял её за руку, — у меня есть для тебя подарок.
Так и случилось. Когда лютни заиграли, люди разбились на пары и начали первые движения танца, они вдвоём, словно их никто не замечал, спустились вниз и прошли в коридор, ведущий к императорскому кабинету. Как всегда, за ними следовала незаменимая охрана. Двойка его воинов и приставленные защищать её. Эмгыр смутно помнил их имена, но кажется, их звали Демне и Мелор.
Шли они неспешно. Девушка говорила о том, что успела соскучиться по нему, что всё с ней хорошо.
— Я думаю, Тамира и Мерерид справились со своими… — она остановилась.
Застыла словно статуя, воин, несущий пост. Ущипнула себя, кажется, не веря в происходящее.
Златовласая девочка, одетая в простое платье, всячески донимала одного из стражников его кабинета.
— Великое Солнце, — изумилась медичка, — не может быть!
— Может, — он лишь улыбнулся.
Теперь Его Величество наблюдал, как его невеста подбежала к Айлин, обняла. Слёзы текли по лицу девушки, ребёнок весело отзывался, целуя свою воспитательницу, и складывалось впечатление, что теперь их не отделить друг от друга.
— А где дядя? — де Табур, словно опомнившись, оглянулась вокруг.
Император приблизился к ней, делая строгое выражение лица, и положил ей руку на плечо.
— Об этом мы поговорим, когда сядем за стол, — услышала она его ледяной голос.
Она снова застыла на месте, сделала несколько вдохов, ничего не говоря, словно что-то засело в горле её, чему тяжело было выбраться наружу.
— После тебя, — он уступил ей дорогу и молча наблюдал.
Придворный медик, держа за руку свою воспитанницу, медленно подошла к двери кабинета, та открылась…
В следующий момент Игрит поднесла ладонь ко рту от удивления, потом отпустила Айлин и бросилась вперёд.
Там сидел Винсент, изрядно потрёпанный, на лице его красовалась не полностью зажившая рана, правая нога была сломана, и сам граф выглядел бледным. Казалось, мужчина этот за последнее время поседел больше прежнего; по крайней мере, так подумал император, когда впервые увидел его.
Раздались радостные крики. Императорская невеста снова плакала от счастья, её дядя улыбался, обнимая племянницу. Эмгыр в этот момент почувствовал себя ещё большим героем, вершителем судеб — ведь по его указаниям группа поиска затерявшегося де Табура вышла на правильный след.
— Тише… Всё в порядке, — граф нежно обнял её, успокаивая.
Некоторое время все оставались на своих местах. Незамеченная ранее, стоящая за спиной Винсента, женщина улыбалась, видя семейное счастье.
— Игрит… Это Лина. Она спасла нас, — начал купец.
Худая седовласая простолюдинка посмотрела по сторонам. Обстановка была непривычной для неё.
Медичка взяла Лину за обе руки.
— Я… — проговорила она сквозь слёзы, — я благодарна вам, просите у меня всё, всё, что только душа пожелает!
— Мне ничего не нужно, госпожа, — сказала женщина.
— Позже об этом, — их разговор прервал Винсент.
Айлин всё это время находилась возле императора. Ребёнок радостно улыбался, смотря на него. Эмгыр, в свою очередь, погладил дитя по голове.
— Ведь без вас не обошлось, — де Табур подошла к нему, — спасибо, это самое лучшее, что можно было бы подарить!
Девушка крепко обняла его. Он ответил ей тем же.
После выяснения некоторых обстоятельств было решено возвратиться в зал. Она осмотрела ногу графа, не забыла и о ранениях Его Величества. И сейчас, пребывая в бодром духе, придворный медик заняла место возле трона. Он наблюдал за происходящим, держа медичку за руку.
Айлин, весёлая, побежала смущать умы знати. Ребёнок увидел Тамиру, Ваттье и воодушевленно направился к ним.
Когда в зал вошёл граф с помощью Лины, играла прекрасная мелодия. Она продолжала звучать даже тогда, когда придворные остановились. Новая волна удивления пробежала среди них. Теперь же все побледнели, словно увидели перед собой живого мертвеца.
***
Вечер наступил быстро. Вот пережитый день, события, связанные с ней, немного присутствия на празднике в честь победы, пара государственных дел… И за окном уже стемнело. Ужин, тяжёлые решения, разговоры… Это утомляло. Уставшей была и девушка. Сейчас она нагая расположилась на его плече, довольная. Обняла своего правителя. — Вот такой он, день моего возвращения с фронта, — сказал Эмгыр, довольствуясь приятным для него видом наготы. — Счастливый день. Благословенный, — усмехнулась она. — Я не хочу, чтобы он заканчивался. — Всему есть своей конец. Завтра — новые заботы, вызовы судьбы, их нужно пережить. — Вместе? — Игрит приподнялась на локтях. — Разумеется. Она дотянулась к нему и поцеловала, заставляя раствориться в море из розы и жасмина.
