Through Her Eyes

Лорен думала, что этого было достаточно. Этого не было достаточно. Быть с Камилой, быть другом Камилы, этого должно было быть достаточно. Лорен хотела, чтобы так и было. Никакое количество внимания Камилы никогда не будет достаточным. Камила в жизни Лорен сделала её жадной. Камила была большим, чем Лорен когда-либо просила, большим, чем она заслуживала, большим, что она когда-либо имела, и всё же этого было недостаточно. Ей не хотелось больше. Ей не нужна была Камила в её руках, в постели, в сердце. Эти вещи были несерьёзными, фальшивыми. У Лорен была Камила в её жизни. Этого должно было быть достаточно. «Должно» это слово вызывало недовольство у Лорен. Было слишком много слова «должно». Должна идти на работу. Должна быть вежливой с соседями. Должна следить за громкостью музыки. Не должна влюбляться в Камилу. Не должна позволять Камиле влюбляться в неё. Не должна убивать мать во сне. В последнее время Лорен с трудом с этим справлялась. — Ты должна быть дружелюбной с соседями, Лорен. Ты унаследовала больше, чем просто дом, — звук голоса неприятно отдавал эхом, пока Лорен держала телефон у уха. Это был третий раз за последнюю неделю, когда Лорен разговаривала с Кларой, это происходило только тогда, когда Лорен отвечала на телефон, вместо того, чтобы просто выключить его. Её мать не звонила в течение нескольких месяцев, прежде чем миссис Смит, по-видимому, пожаловалась ей на Лорен и её «бездомного гостя». Лорен не понимала, зачем ей теперь надо было звонить, ведь она только жаловалась. — Ага, — пробормотала она, её ритм голоса замедлился, ожидая ответа. Камила не была ни бездомной, ни гостем. Она принадлежала этому дому, их дому, даже больше, чем сама Лорен. Возможно, она не включала свет, когда было темно, предпочитала пол стулу. Возможно, она пела песни, которые не соответствовали тем, что были на компакт-дисках, возможно, её беспокоил телефон. У вещей были имена, а тостер был другом. — Боже, — сказала Клара. — Если ты собираешься быть соседкой, ты можешь также… — Да, — сказала Лорен. — Круто. В её ухе прозвучал голос Клары. Лорен шла по коридору, проверяя комнаты, пока не обнаружила, что Камила сидела на тумбочке в ванной, осторожно надевая бантик. Камила ещё не закончила, её бантик смотрелся забавно. Лорен шпионила за дверью, думая, где могла бы быть её камера. Лорен подумала, что, если бы она сделала фотографию Камилы в данный момент, это того бы стоило. — Лорен, ты меня слушаешь? Лорен придвинула телефон к уху, встретившись с Камилой взглядами в зеркале. Камила издала тихий шум, либо неодобрение, либо приветствие, и быстро принялась заканчивать свой образ. «Это было слишком плохо», — подумала Лорен. Она выглядела такой милой. — Да, хорошо, — согласилась Лорен. — Неплохо. Поговорим позже. — Лорен! Лорен повесила трубку. Она отбросила её в сторону и встала позади Камилы с дразнящей улыбкой. — Половина нормального человека, половина Камилы. Камила игриво высунула язык, размахивая булавкой в направлении Лорен. — Я тоже сделаю тебя красивой, — сказала она. Лорен была уверена, что это угроза. — Будь осторожна, — предупредила Лорен. — У меня есть кое-что для шантажа. Я расскажу всем твоим друзьям, как ты выглядишь без бантика. Камила промычала, не обращая внимания на это. Как только бантик был закреплён на её голове, она потянулась за блеском для губ, который, как знала Лорен, хоть и не должна была знать, на вкус был сладким и фруктовым. — Как ты расскажешь им, как я выгляжу? — спросила Камила, посмотрев Лорен в глаза через зеркало. Когда Лорен впервые встретилась с Камилой, она увидела, что бантики и цвета были странными. Она думала, что Камила вся странная, одежда, грязные длинные коричневые волосы, манера её общения и её действия. Это было странно. Лорен больше не думала об этом. Камила постоянно менялась, её лицо показывало каждую эмоцию, всё её тело выражало то, что она чувствовала. Когда она была разочарована, то смущалась и выглядела грустной, как увядший цветок. Запутанные волосы и сонные глаза утром. Бдительная и оживленная, когда взволнована, — это было естественным состояниям Камилы. Иногда элегантная и активная, смотрящая на Лорен тёмными глазами. Иногда внеземная и светящаяся, мудрая и всезнающая. Во всех её формах она всегда была похожа на Камилу. — Камила, — сказала Лорен. — Я скажу им, что ты похожа на мою Камз.

***

— Ты можешь быть героем, — сказала Камила, протягивая масляный нож Лорен. — Это твой меч. Пользуйся им, рыцарь Лорен. — Я — герой или рыцарь? — спросила Лорен, вращая ножом, чтобы он отражал свет, и Камила обрадовалась. — У них много работы. Ты уверена, что я не могу быть просто шутом или кем-то ещё? — Нет, — ответила Камила, немного наклонив голову. — Ты приняла меч, теперь ты — герой. Вот как это работает. В последнее время сказки стали новой одержимостью Камилы. Лорен взяла один в прокат из магазина около её работы. Неудивительно, что Камила моментально влюбилась. Она была поглощена каждой историей, каждой принцессой и её тяжелым положением, каждым героем и его триумфом. Камила была так довольна фильмами, что подпрыгивала на месте, смотря их. Её эмоции были заразными, как и всегда, поэтому Лорен не могла не присоединиться к ней. — Лорен, — сказала Камила, тыкнув в неё. — Рыцарь не сидит целый день. Он должен сражаться с лягушкой, чтобы защитить королевство и спасти принцессу. Лорен приподняла бровь. — В доме нет лягушки. Камила моргнула. — Камила, скажи мне, что в доме нет лягушки. Камила закусила губу. В доме была лягушка. Лорен вздохнула. — Отлично. Камила ярко улыбнулась, и Лорен постучала по её голове масляным ножом. — Агх! — воскликнула Камила, неуклюже распластавшись на полу. Лорен в шоке уставилась на неё. О. Точно. Масляный нож был мечом. Упс. — Я снова убила принцессу? — спросила она, тыкая Камилу в руку. Камила закрыла глаза, показывая, что она снова умерла. Камила решила, что они воспроизведут сказки, у Лорен было неудачное умение убивать и проигрывать, один раз она даже раздавила принцессу. — Я говорила, что тебе нужно было сделать меня шутом. Взяв Камилу за руку, Лорен вернула её в сидячее положение. Камила убрала масляный нож Лорен и успокаивающе погладила её по голове. Лорен собиралась спросить о размере и месторасположении лягушки, которую Камила, несомненно, притащила в дом, но её прервал резкий звук. Камила напряглась, широко раскрыв глаза. — Это просто дверь, — сказала Лорен, поглаживая руку Камилы. Она задумалась, звонил ли кого-нибудь в дверь, когда Камила была в доме, и поняла, что нет. Звонок последний раз звонил только тогда, когда Камила играла с ним. Редко кто ещё подходил к двери. Но если и подходили, то это всегда была миссис Смит, у которой была таинственная способность позволять себе войти, даже когда Лорен была уверена, что дверь заперта. — Нечего бояться, — пообещала Лорен, заметив, что Камила подозрительно смотрела на телефон. Она всё ещё выглядела неуверенной, Лорен взяла её за руку, крепко сжав, и они вместе пошли по коридору. Когда Лорен открыла дверь, ожидая какого-нибудь продавца, то вместо этого встретилась лицом к лицу с матерью. Клара определённо чего-то боялась. Первый взгляд всегда был худшим. Женщина, которая ей никогда не нравилась, которая никогда не любила детей, но была матерью Лорен. Она уже выросла, чтобы называть её «Мама». Первый взгляд на неё всегда был похож на «я уже достаточно хороша?» Второй взгляд был одним из горьких отвращений, потому что она никогда не была достаточно хороша. Лорен не выдерживала этого чувства и не могла выдержать того, сколько лет она уже осознавала это. После наступила затянувшееся отвращение, усталость, сарказм и скучающая пустота. Камила потянула Лорен за рукав и посмотрела через её плечо. — Здравствуйте, — сказала она с любопытством. — Вы — ведьма или королева? Клара уставилась на неё. — Вы не можете быть драконом, — сказала Камила, извиняясь. — Элвис — дракон. Она может быть ведьмой, — хотела сказать Лорен, но Клара заметно прочистила горло, что действительно было похоже на ведьму. — Привет, мама, — сказала Лорен. — Чего ты хочешь? Клара закатила глаза, но Лорен поняла, что та определенно чего-то хотела. Люди всегда чего-то хотят. — Могу я войти? — спорила она, пройдя мимо Лорен в дом, чтобы указать на то, что это даже был не вопрос. Она прошла по коридору, её туфли цокали по полу, и Камила нагнулась, следуя за любопытным звуком. Лорен последовала за Камилой. Клара была всё ещё молодой женщиной. Хотя из-за её натуры она казалась старой, как миссис Смит, с постоянно хмурым лицом. Это придавало ей постоянного недовольства. Лорен не думала, что это зависело от настроения. Она остановилась в конце зала, стоя в гостиной. Лорен не предложила ей сесть. — Ты сняла семейные фотографии, — заметила она, просматривая стены. — Год назад. Она нахмурилась. — Ты не звонила мне целыми месяцами. Не то чтобы Клара была лучше, она тоже не звонила. По крайней мере, пока она не услышала о Камиле. — Я была занята. Камила повернулась к Кларе, улыбнувшись. — С тобой. Как всегда, Камила была безмятежна. Если бы она была расстроена из-за матери Лорен, то это было бы отличным оправданием, чтобы попросить её уйти. Камила наклонила голову, чтобы взглянуть на Клару с более лестного ракурса. Лорен не думала, что она найдет такой ракурс. — Здравствуйте. Лорен усмехнулась. Камила была более вежливой, чем её мать. — Здравствуйте, — повторила Клара. — Кто ты? Камила наклонила голову, чтобы посмотреть на неё под другим углом. Что бы она ни сказала… что-то блестящее? Лорен задумалась, что, должно быть, она не нашла ничего, потому что быстро потеряла интерес и прошла мимо женщины к своему мечу и сказкам, разбросанным на полу. Клара остановилась, удивленная, но Камила уже перешла к более волшебным вещам. Лорен подумала, что было странно, насколько Камила не заинтересована в некоторых людях и насколько очарована другими. Кажется, ей нравилась Лорен. Её мать издала странный вздох и повернулась к Лорен. — Я приехала, потому что волнуюсь, — сказала Клара со странным, мягким взглядом. Он был почти ласковым. Лорен вздрогнула и сложила руки на груди от дискомфорта. — Молли тоже беспокоится. О доме, о тебе, о бездомной… это она? Лорен была уверена, что быстрее наступит конец света, чем миссис Смит будет беспокоиться о ней. Обеспокоенная сплетнями? Да. Обеспокоенная Лорен? Это было смешно. — Камила не бездомная, — сказала Лорен. — Она живет здесь. Клара кивнула, посмотрев на Камилу. — Кто она? — Она — Камила, — сказала Лорен. Камила крутила масляный нож, пытаясь отразить свет, как это делала Лорен. Её мать всё равно ничего не заметила. — Да, — снова сказала Клара, снова раздраженная. — Откуда взялась Камила? Как она сюда попала? Почему она живёт в доме матери? — Моём доме, — поправила Лорен. Для Лорен не чувствовалось, что этот дом принадлежал её бабушке, старая спальня, её старые вещи, воспоминания. Теперь у неё начало создаваться чувство, что этот дом их, Камилы и Лорен. Вздрогнув, Клара ничего не сказала о собственниках дома. Лорен всё равно знала её мнение. — Камила отсюда. Со мной, — сказала Лорен. — Она здесь, потому что… она сказала, что останется. Со мной. — Я выросла здесь, знаешь ли, — сказала Клара, тоном, который предвещал целую лекцию. — Очевидно, — пробормотала Лорен. Клара проигнорировала её, идя дальше в комнату, как будто она была желанным гостем, потому что выросла здесь, потому что была матерью Лорен. Лорен не могла сказать, что её тут не ждут, даже если это и было правдой. — Я выросла здесь, я жила здесь… а твоя Камила, конечно, нет. — Я не это имела ввиду. Она просто… она — Камила, хорошо? — нахмурилась Лорен, когда её мать провела пальцами по гипсокартону. Дом всё ещё не принадлежал ей. Было не возможно объяснить, кем была Камила. У неё было так много всего. Лорен не доверяла Кларе, чтобы поделиться с ней о Камиле. Когда Клара села на диван, Камила прошла мимо неё, выйдя из комнаты. Лорен последовала за ней, освободившись от оправданий уйти в такой неудобной ситуации. Безмятежно и счастливо Камила кружилась на переднем дворе. — Ты не знаешь, откуда она, — сказала Клара, идя за Лорен. По крайней мере, теперь она была вне дома. — Ты не знаешь, кто она такая… Лорен, ты знаешь что-нибудь о девушке, которая живет в доме матери? Камила вышла из дома без обуви. Лорен знала, что она делала это из-за того, что боялась расстроить траву. — Ты не сделаешь этого! — сказала Клара. — Ты не думала провести какие-нибудь поиски, прежде чем пригласить её жить с тобой? Где ты с ней познакомилась? Она может быть кем угодно! Лорен отказалась смотреть на мать и вместо этого наблюдала за Камилой. Её волосы были распущены, а толстовка Лорен слегка тормозила её движения. Камила медленно начала качаться, возможно, имитируя движение деревьев на ветру. — Я знаю, — сказала Лорен, её уверенность восстановилась, просто увидев Камилу. Камила могла делать удивительные вещи, даже не зная этого. — Она поёт во сне. Она думает, что в моих волосах есть скрытое гнездо змей. Она просит десерт перед обедом. Она разговаривает со звёздами, дружит со всем, видит ценность во всём. Она видит ценность во мне. Клара отвернулась, смотря во двор. — Она… — замолчала Клара, нахмурившись, её лицо было более печальным, чем обычно. — Она — Камила, — дополнила её Лорен. — Она очень странная, — поправила Клара, глядя на Камилу. — И очень… очень странная. Камила была странной, Лорен кивнула. Это не было плохо. — Что с ней не так? — спросила Клара. Взгляд на её лице напомнил Лорен одного клиента, который дал ей шапочки в «Какао». — Она эксцентрична, — защищала её Лорен, наблюдая за Камилой на лужайке. Клара нахмурилась. — Что она делает? — Разговаривает с гномиками миссис Смит, — ответила Лорен и не чувствовала себя смущенной. Однако, когда Камила подняла одного и поцеловала, Лорен почувствовала себя немного обеспокоенной. — Камз! — позвала её Лорен, подбежав к ней, с облегчением отойдя от матери. — Это гадость. Камила обернулась, улыбнувшись Лорен, из-за чего в животе той всё перевернулось, а настроение поднялось. — Эй, — сказала она, погладив щёку Камилы, чтобы успокоить себя и её. — Это семь гномов? Камила выглядела довольной. — Да. — Я снова герой? Камила закатила глаза и не ответила. Конечно, Лорен была героем. Лорен взглянула через плечо на мать, медленно приближаясь к Камиле. — Как ты относишься к поездке на верном коне героя? Посетить другую страну, уйти отсюда. Камила выглядела смущенной. — Это сказка? — Нет, — сказала Лорен. — Но мы можем сбежать от моей матери. — Нет, — сказала Камила, оглядываясь через плечо на Лорен. — Это не сработает. Когда Лорен снова обернулась, то увидела миссис Смит, стоящую рядом с матерью. — О, Боже, — сказала Лорен, положив руки на пояс. — Что я сделала, чтобы заслужить это? Что мог сделать человек, чтобы заслужить такое? Камила ласково поцеловала Лорен в щеку. Когда Лорен повернулась к ней, Камила стояла рядом, и их носы ударились. Камила засмеялась и легонько толкнула Лорен. По крайней мере, одна из них была в хорошем настроении. — Заставь их уйти, Камила, — умоляла Лорен. Камила успокаивающе погладила её руку. Когда Лорен снова посмотрела на двух женщин, они всё ещё не исчезли волшебным образом. Клара заметила её взгляд и помахала рукой. Лорен подумала, как трусливо было бы прятаться за спиной Камилы. — Лорен, — позвала её мать. Лорен посмотрела на небо. Камила счастливо пошла к миссис Смит и Кларе. Лорен быстро подбежала к Камиле, не в силах жертвовать ею. — Лорен, — сказала её мать, и Лорен схватила Камилу за запястье. — Я также приехала, чтобы обсудить с тобой то, о чём мы говорили по телефону. Внук Молли возвращается. — Мне жаль его, — пробормотала Лорен. Клара впилась взглядом в Лорен. — Я хочу, чтобы ты с ним прогулялась, когда он приедет. Хочу, чтобы он почувствовал себя желанным гостем, как и ты, милая молодая леди. — Но я не милая молодая леди, — запротестовала Лорен, дёргая пальцы Камилы, чтобы заставить поддержать её. — Я — циничный отшельник. Миссис Смит выглядела обеспокоенной. — Я согласна с ней. Не думаю, что это хорошая идея, Клара… — Я воспитывала тебя лучше, — перебила Клара, как-то заткнув этой женщине рот. Лорен поняла, что её мать может запугать даже миссис Смит. Что было печально, потому что на этот раз миссис Смит была на стороне Лорен. Может быть, потому, что, по её мнению, Лорен могла травмировать её внука на всю жизнь. Однако Клара была уверена в себе. — Ты можешь гулять с мальчиком всю ночь. Может быть, ты заведёшь… подходящего друга. Глаза Клары направились на Камилу, и Лорен напряглась. Она стиснула зубы, на её губах был миллион оскорблений. «Ты вообще меня не воспитывала» и «она любила меня больше, чем ты свою собственную дочь». Камила заговорила раньше, чем Лорен. — Друг, Лоло, — сказала она, когда ободряющая улыбка появилась на её губах, странная и маленькая. Её пальцы ласково погладили запястье Лорен. — Тебе это понравится. — Правда? Лорен была уверена, что нет. Камила пробормотала: — Ни одна звезда не может сиять одна. Я думала, у меня есть ты, — подумала Лорен, чуть не запротестовав. Она не была одна, у неё была Камила. Не так ли? Клара прочистила горло, положив руки на бедра. Миссис Смит нахмурилась, но ничего не сказала. Камила сжала запястье Лорен. — Я… ладно. Если хочешь. Клара удовлетворенно кивнула. Лорен больше не разговаривала с ней.

***

Когда Клара ушла со зловещим «Мы поговорим об этом позже», Лорен и Камила снова остались одни. Это явно было менее комфортно, чем обычно. Лорен всегда была отвергнута. Камила была единственной, кто хотел, нуждался, а Лорен была единственной, кто давал, обеспечивал и иногда отталкивал. Это было не то, что она хотела сделать, это было тем, что она должна была сделать. Ей это не нравилось. Камила никогда раньше не отталкивала Лорен. Подговаривать Лорен завести друга, другого друга, чувствовалось отвержением. Ей это тоже не нравилось. — Я не думаю, что ты можешь иметь больше, чем одну родственную душу, — сказала Лорен, закусив нижнюю губу. — Так, зачем беспокоиться? Ты здесь и… — Я здесь, — сказала Камила, снова начав крутить масляный нож. — А ты? Лорен была уверена в этом. — Да? Камила подняла глаза и улыбнулась. — Хорошо, — сказала она, предложив масляный нож Лорен. — Будь героем, Лоло. Лорен взяла меч.