The Essence of our fear

      Каждый шаг давался ей все труднее. Разве можно с уверенностью идти на собственную смерть? Вот и Клэр думала, что нельзя. Да, у нее было, чем защититься; да, она в окружении друзей, которые не позволят кошмарам утащить ее. Им тоже страшно, но кто-то подавлял сковывающее чувство, а кто-то открыто выражал его на своем лице. Артхейт была в числе первых: она смотрела перед собой и периодически спотыкалась, потому что глаза опасливо высматривали верхушку заброшенного дома на Нейболт-стрит.       В голове было абсолютно пусто, страх перед грядущим выметал все прочие мысли. Неудачники молчали, а может, она просто их не слышала. У нее тряслись коленки, да, прямо тряслись, как обычно описывают в книгах ужасов. Когда пугающий дом возвысился перед ними, девочка ощутила дикое желание повернуть назад. Она стояла и смотрела в оконные проемы, где уже отваливалось гнилое дерево, а лузеры по приказу Билла искали все, что похоже на оружие.       — Ого, может, поменяемся? — с надеждой спросил Ричи, когда увидел, как Клэр вытаскивает из рюкзака нож и прикрепляет его к ремню. Она посмотрела на Тозиера и его неудавшуюся «розочку».       — Нет.       Вновь переступать порог этого дома оказалось тяжелым испытанием. И явно не по случайности у Артхейт вспыхнула царапина на икре и лодыжка той же самой ноги, напоминая о неудачных встречах с Пеннивайзом. Билл и Беверли зашли первыми. Марш держала фонарь в чуть трясущихся от гнетущей атмосферы руках, освещая небольшой участок гостиной. Свет падал на полуразрушенную мебель, слои пыли и многочисленную паутину. Паутина — это обычное дело в заброшенных домах, где нити опутывали облезлые стены и потолки, но Бев не покидало ощущение, что она несет в себе нечто более зловещее, чем просто результат многолетнего отсутствия уборки.       Следующими зашли Эдди и Ричи, хватаясь за заборные штыри как за спасательный круг. Эдди поморщился при виде крыс, копошившихся в проходе с его стороны, и поддался ближе к другу, что громко топал по хлипкому полу, как бы вынуждая Оно показаться без всяких клоунских игр. Следом за ними Бен и Майк. Первый нес на плече веревку, а второй сжимал пистолет для умертвления овец. Когда нога Клэр перешагнула доску, девочка сглотнула, боясь вновь оказаться в той яркой ванной комнате, только уже наедине со своим страхом. Она напряженно замерла, не услышав характерных шагов за спиной.       — Стэн? — Хэнском привлек внимание остальных, посветив фонариком в сторону входа.       Урис остановился у порога, борясь внутри с аргументами: одни были за здравомыслие и возвращение домой; другие — за обещание, данное Клэр, и конец сводящих с ума ужасов. Женщина с картины всплыла в сознании, за ней клоун, чьи острые клыки почти достали до его лица в гараже у Билла. Неудачники что-то говорили, пытаясь пробудить застывшую фигуру еврея, но в его ушах звучали лишь ноты кларнета и смех Оно. Артхейт подошла к нему, загородив собой лузеров, и заглянула в карие глаза, где бился судорожный блеск.       — Стэнли, посмотри на меня, — очень тихо заговорила она. Клэр облизнула губы, пересохшие от внезапной мысли, что она может остаться без него, и протянула руку. Ты поймешь. — Если тебе страшно, возьми меня за руку.       Он вздрогнул как от удара молнией. Вспомнил те же самые слова, что произнес, чтобы успокоить ее в далеком апреле. А потом ухватился за хрупкую ладонь и перешагнул прибитую доску, отчего Клэр вымученно улыбнулась и крепко переплела их пальцы.       — Чего ты боишься, Стэнли?       — Грязи.       Она никогда раньше не понимала его ответа. Считала то ли глупым, то ли странным. А теперь Кларисса начала догадываться. Ведь Стэн Урис — мистер Логика — до сих пор не признает существование Оно. И он бессилен перед тем, что трудно назвать реальностью.       В доме все до мерзости громко скрипело. Лестница, ведущая к колодцу, грозилась провалиться, едва нога коснется дерева, поэтому неудачники медленно спускались по одному. Клэр посмотрела вниз. Дна этого огромного колодца не было видно. Она положила руку на камень, не веря, что через какую-то минуту эта беспросветная тьма поглотит ее.       — Ни у кого монетки не найдется? — спросил Бен, обреченно наблюдая за тем, как Билл и Майк готовят веревку для спуска в один конец. Ему ответил Эдди: мрачно, но в точку.       — Сейчас ты вместо монетки.       — У меня одного возникло желание завизжать и свалить отсюда? — Денбро строго посмотрел на Балабола, который нервно обхватил края гавайской рубашки. — А что? Я бы выиграл, и мне бы не было стыдно!       — Не у тебя одного, Ричи, — поддержала его Беверли, но вопреки своим словам передала фонарь Хэнлону и приготовилась к спуску. — Ладно, ребят, увидимся внизу. Только не заставляйте меня долго ждать.       Билл хотел перехватить веревку, но пальцы соскользнули вниз и остановились на ладони рыжеволосой. Прикосновение вызвало нападение мурашек на ее бледную кожу, но она ответно обхватила руку мальчика, затрепетав внутри от волнующего сердце контакта.       — Т-ты не пойдешь первой, Беверли.       — Ты не отнимешь у меня это право, Билли, — Марш подмигнула, тем самым заика опешил и безвольно отпустил веревку под напором Бев.       Неудачники подсвечивали рыжей девочке путь среди массивных, отдающих плесенью камней, а Клэр непривычно молчала, стоя в стороне. Но потом испуганный крик Беверли заставил ее вырваться вперед.       — Бев? Бевви!       — Черт, детка, ответь нам!       — Марш, ты не ушиблась?       — Б-беверли?       Клэр затрясло. Она вцепилась в край колодца, до хрипоты крича имя подруги, но черная бездна отзывалась лишь эхом ее дрожащего голоса. Беверли нет. Артхейт закрыла рот рукой, пытаясь сдержать всхлипы, жаждущие освобождения. Кто-то схватил ее за плечи, видя, что она слишком низко повисла над дырой, испускающей холодный влажный воздух.       — Твою мать, она пропала! — шокировано воскликнул Ричи, вцепившись обеими руками в Денбро. — Ты слышишь, она, блять, пропала там! Теперь вы довольны, сраные охотники на монстров?!       — Отвали, Ричи! — Билл оттолкнул его от себя и, держась за бортики, посмотрел вниз. Последним, что они видели под лучами фонаря, был ее торчащий башмачок, а потом он исчез с ее криком.       — Да скинься уже туда, — Клэр со всей силы ударила Тозиера в грудь, отчего он ошеломленно отошел к Эдди, нервно обхватившему целой рукой свой гипс. — Я же говорил, что это та еще дерьмовая затея. А к человеку в очках обычно прислушиваются!       — Да замолчи ты ради всего святого! — рявкнула девочка со слезами на глазах. — Мы должны спуститься за ней, найти ее. План почти не меняется.       — Хочешь так же сгинуть в этом вонючем колодце?       — Да, черт возьми, потому что там моя подруга! Если тебя что-то не устраивает, можешь валить обратно к своим автоматам!       Он открыл рот, но следом резко его захлопнул. Если бы что-то утащило его (хотя Ричи, все еще дружащий с разумом, ни за что бы не полез первым), ему бы точно не понравилось, что вместо его спасения, Беверли ушла бы в игровое кафе. Ричи понял, что в этот раз зашел слишком далеко. Ни прошло и пяти секунд, как Клэр почувствовала его хватку на запястье, а затем она оказалась в неловких объятиях, сопровождающихся хлопками по плечу.       — Прости, детка, я переборщил, — неразборчиво бормотал очкарик ей на ухо, чувствуя себя мудаком с большой буквы «М». — Конечно, мы будем искать ее. Я… дерьмо, я не имел в виду, что мы развернемся и бросим эту рыжую занозу, просто… я струсил, понимаешь? Я спускаюсь в логово клоуна, где стопудово на каждом шагу валяются гребаные шкатулки с этими выпрыгивающими тварями, летают шарики и висят плакаты с его уродской рожей. Да-да, знаю, у меня больная фантазия, но… я не оставлю ни Бев, ни кого-то из вас, ясно? — девочка закивала. Ее слезы незаметно впитались в рубашку друга. Где-то на грани сознания она подумала, что ни за какие богатства или другие взрослые штучки не променяла бы Ричи Тозиера ни на секунду. Но потом эта мысль оборвалась. — Никогда не думал, что евреи могут убивать взглядом.       — Идиот, — беззлобно отозвался Урис и с опаской подошел к колодцу. — Давайте найдем ее.       Неудачники без сомнений спускались один за другим. Когда пришла очередь Стэна, Кларисса пару секунд смотрела в его глаза, пока Майк помогал ему закрепиться, выражая яркой голубизной все то, что на самом деле чувствовала в этот момент.       Мне все равно страшно, Стэнли. Я ведь с детства боялась остаться одна в темноте. Наверное, твой Бог наказывает меня за неверие. Но почему тогда ты здесь? Потому что ты лишился веры из-за меня.       — Все будет хорошо, — она прикусила губу, услышав его голос. До невозможности неправдоподобный, но она оценила его попытку дрогнувшей улыбкой. А потом тьма добралась до него, и Артхейт могла слышать только его дыхание и подбадривающие комментарии лузеров.       Спуск ее не страшил, и даже благоухающих дерьмовых сточных вод она не чувствовала. Клэр звала Беверли беспрерывно. У нее кружилась голова, настолько часто она оборачивалась, стараясь расслышать хоть отголосок подруги. И девочка замерла, когда до ушей донесся очень тихий, но отчаянный крик.       Беверли!       Она без раздумий побежала: брызги мутной воды попадали на шорты Билла, заполняли кроссовки, а что-то липкое коснулось ее оголенных икр. Артхейт споткнулась о плавающую железную трубу и упала, погрузившись руками в склизкие потоки, что больше напоминали чьи-то слюни. Ее замутило. Кларисса быстро вскочила и припала к стене, запрокинув голову назад, ведь она даже не могла прикрыть рот, иначе ее неизбежно бы вырвало.       Она обернулась на полную тишину, и глаза боязливо раскрылись, когда Клэр поняла, что по глупости помогла клоуну осуществить ее страх. Она сжалась в комочек, судорожно пытаясь осмотреть помещение, ведь фонарь потонул еще где-то на полпути. Девочка паниковала, но боялась даже громко вздохнуть, ведь любой звук мог привлечь клоуна.       Кап-кап.       Когда-то звук капающей воды ее успокаивал. Сейчас же она ненавидела его больше всего на свете. Клэр упорно вглядывалась в темноту, до боли сжимая в руке метательный нож. Она фыркнула. Не хватало еще помереть из-за того, что в паническом шоке она не сможет воткнуть оружие в глаз этой твари.       Кап-кап.       Клэр уткнулась в собственное плечо, ткань была относительно чистой, по крайней мере, не воняла канализацией. Ее зубы сомкнулись на футболке, а сквозь них начали пробиваться приглушенные всхлипы. В один момент она шикнула, потому что очень сильно прикусила кожу. В области плеча потеплело, и по руке заскользила струйка крови.       Кап-кап.       Кларисса замерла, услышав тихие шаги, направляющиеся к ней. Сердце неистово быстро стучало, а бешеный пульс в висках оглушал, но она медленно поднялась, вцепившись пальцами в рукоятку. А когда что-то, судя по всему, шлепнулось в воду, Клэр не выдержала и истерично закричала.       — Вылезай уже, гребаная тварь!       — Клэр?!       Артхейт вскрикнула, увидев, как пыльные рыжие волосы выглядывают из сумрака. Беверли слабо переставляла ноги, опираясь руками на стену. Она подбежала к подруге и заключила ее дрожащее тело в объятия, чувствуя, как слезы облегчения стекают по щекам. Марш снова упала, утянув Клариссу за собой, а ее лицо зарылось в темные волосы, прячась от поглощающих ужасов.

***

      — Мы потеряли Беверли, Клэр, теперь еще и Стэна! — не стесняясь, орал Тозиер, и его крик отражался по извилистым проходам канализации. — Этот ебучий клоун хочет нас разделить!       — Мы в-всех найдем, — уверенно сказал Билл, идя впереди и освещая темные тоннели лучом фонаря. Этот фонарь они нашли в одном из многочисленных поворотов, раньше его несла Клэр. — Главное, держ-житесь друг за друга, чтоб-бы больше никого не потерять.       — Ага, ясно, Большой Билл, только держать Эдди за гипс не очень-то удобно, — Каспбрак фыркнул. — Кстати, Стог, а как там твой поцелуй Росомахи?       — Ты замолчишь когда-нибудь или нет?! — выкрикнул Эдди, морщась от хлюпанья в ботинках.       — Я стараюсь, чтобы мы не сошли с ума, Эдс! То есть, ты вообще понимаешь, где мы сейчас находимся и по чью душу идем?       — Из-за этих криков клоун найдет нас раньше, чем мы его, — неуверенно проговорил Хэнском.       — Не будь таким наивным, Бенни, он давно знает, где мы. Просто этот говнюк выгадывает момент, чтобы еще кого-нибудь схватить. Например, тебя! — Эдди с грозным взглядом обернулся на Тозиера. — Что? Думаешь, я случайно окружил себя вашими телами?       — Я согласен, — Майк, идущий в конце, все время оглядывался, наставляя пистолет в темноту. Мало ли, что могло выпрыгнуть ему на спину. — Мы бродим здесь уже достаточно долго, чтобы выдать себя. Так что кричи, не кричи, а Оно уже поджидает нас.       — Очень утешительный прогноз, Майки.

***

      Беверли кричала, а в открытый рот попадали сточные воды, отчего она пару раз чуть не захлебнулась. Оно с необычайно скоростью тащило ее по проходам, так, что ее начало тошнить от бурной тряски и окружающих запахов дерьма, пищевых отходов и трупов животных. Она дергала ногами, пытаясь высвободиться, а в ногти, желающие за что-нибудь зацепиться, проникали слои грязи. Оно надоело непрекращающееся копошение девчонки. Клоун схватил ее за шею и прижал к стене, опаляя лицо Марш мертвенным дыханием. Большие пальцы в белой перчатке впивались в горло, глаза закатывались, сдаваясь тьме, но Бев хрипела и пиналась изо всех сил, чтобы не потерять сознание, иначе смерть.       — Я не боюсь тебя! — выплюнула она прямо в обезображенный с их прошлой встречи глаз клоуна, чувствуя на себе удушающую тяжесть существа. Оно резко дернуло ее на себя и настороженно принюхалось. Затем со злостью швырнуло легкое тело к другой стене, отчего спина вспыхнула тупой болью.       — Все впереди, Бевви, — девочка прижала ладони ко рту, увидев перед собой лицо отца. Эл Марш в одно мгновение оказался рядом с ней и провел длинным раздвоенным языком по ее щеке, отчего Беверли подавилась и согнулась, потонув телом в воде болотного цвета. — Не забудь позвать друзей!       Она закрыла лицо руками, мысленно зовя на помощь Билла. И, кажется, это срабатывало, потому что разъяренные янтарные глаза тускнели в темном лабиринте, а клоунский смех постепенно удалялся. Бев, борясь с сильным желанием сдаться и упасть в воду, чей тошнотворный запах уже не ощущался, еле как поднялась и пошлепала в сторону, откуда ее тащили. Беверли знала, Оно не убило, потому что чувствует нарастающий страх, и эта мысль подталкивала ее вперед.       После воссоединения они смогли пройти лишь несколько проходов, перед тем как их охватило внезапное изнеможение. Спертый воздух мешал спокойно дышать, из-за чего девочки приземлились на пол, стоило насквозь промокшей обуви коснуться твердой поверхности. Беверли буквально падала, а у Клэр заканчивались способы поддерживать ее в сознании.       — В этих т-тоннелях можно блуждать вечность, — стуча зубами, проговорила девочка. Она не переставала дрожать от проникающей в организм влажности, а тесные объятия Беверли почти не спасали от непонятного пробирающего холода. — Оно р-разделяет нас, потому что вместе мы можем убить его! Мы д-должны найти остальных. Боже, почему так холодно?!       — Дай мне еще минуту, совсем немного, — Марш невыносимо тянуло в сон. Ее голова все склонялась, а глаза норовили снова закрыться, и только легкие пощечины Клэр не давали ей провалиться в желанную темноту.       — Говори со мной, Бев, — девочка встряхнула ее за плечи. Как же это отвратительно, но ей пришлось погрузить ладони в дурную воду и плеснуть в лицо подруги. Беверли поморщилась, чувствуя, как в горле начинает першить, и кашель вырывается наружу. — Я не знаю, что Оно с тобой сделало, но даже не думай молчать!       — Он спас меня. Билл, — Артхейт уставилась на подругу, что шоркала подошвой по полу. Этот звук так раздражал, но она мысленно одобрила сообразительность Марш. Это действенный метод не сдаться на волю беспробудного сна, хоть и скоро он перестанет работать. — Отец запер меня дома и, кажется, пытался… сделать то, что с тобой хотел сделать Бауэрс. — волна отвращения ненадолго пробудила Клэр, которая сжала кулаки на коленях. Мерзкий папаша Беверли очень напоминал не менее мерзкого Дэвида со своими чересчур изучающими взглядами. Она поежилась, почему в последние минуты возможной смерти на ум не приходит ничего светлого? Вроде играющих щеночков, или как Эдди мило округляет глаза и поджимает губы в растерянности, или как Стэн сосредоточенно читает книгу… — Я смогла вырубить его. Боялась, что случайно убила! А потом пришел Билл, и…       — Что?       — Он поцеловал меня, — на лице Бевви появилась легкая улыбка, и она на несколько секунд забыла об их положении: клоун, канализация, потеря друзей. Все это исчезло из головы, когда она вспоминала, как Денбро схватил ее за руку и на мгновение прижался к ее губам. Этот неловкий, смущенный и совершенно детский поцелуй был лучше той «страсти», что они изображали в третьем классе.       — Я… я не знаю, что сказать, Бев, — шокировано зашептала Кларисса, в радостном порыве сжимая ладонь подруги. — Что-то вроде… поздравляю? Я так рада, Бевви, я… Мы должны выбраться отсюда хотя бы ради вашего светлого будущего!       — Думай, что говоришь, Артхейт! — со стороны это был обычный девчачий диалог, но декорации совершенно не подходили под ситуацию, да и бродящий кровожадный клоун тоже не слишком вписывался. Но это правильно, думала Клэр. Потому что Беверли постепенно приходила в себя, а холод начал отступать так же внезапно, как и появился. Это ведь твои трюки, да, тварь? Читай мои мысли и знай: скоро ты будешь голодать! — Все наладится, — неожиданно уверенным голосом сказала Марш и обхватила плечи черноволосой. — Я нашла номер тети в комнате отца. Я свяжусь с ней, и мы с тобой уедем к ней в Портленд! Сможем жить без страха…       Клэр опешила. Ни Элизы, ни Дэвида, ни ежедневных побоев и угнетения? Жить без страха и ненависти? Звучит так прекрасно, но разве это реально?       — Зачем ей брать на себя такую ношу, Бев…       — Мы со всем разберемся, — отрезала рыжая и медленно встала на ноги. Решимость искоренила остатки неестественной слабости, девочка была готова к схватке. Она подала руку Клариссе. — Если… то есть, когда вернемся на поверхность.       — Ну, дело за малым, — усмехнулась Клэр, принимая жест помощи. — Найти остальных, размазать мозги клоуну и свалить отсюда!       Они услышали шаги и с облегченными улыбками подумали о неудачниках, но когда топот стал четче различим, они попятились назад. Потому что шаги были тяжелыми и одиночными, а воздух доносил разъяренное дыхание.

***

      Билл не помнил, когда он свернул не туда и оказался совершенно один. Он преследовал клоуна, снова принявшего образ Джорджи в том ярком желтом дождевике. Денбро помчался за ним, едва заметил, как блеснула мокрая ткань, а резиновые сапоги заскрипели, шлепая по воде. Держа в одной руке острый штырь, а в другой — фонарь, заика, спотыкаясь, бежал по тоннелям и в итоге оказался перед закрытой, давно заржавевшей дверью. Он растерянно обернулся к друзьям, которых за спиной не оказалось.       Биллу стало страшно — заблудиться в проклятой канализации в компании разозленной твари. Он интуитивно догадывался, кого Оно ненавидит больше всех, ведь это именно Билл был стержнем неудачников. Еще Клэр, которая не сдалась, даже после того, как Бауэрс чуть не надругался над ней, и помогла ему вновь собрать лузеров для решающей схватки. Никто не струсил и не отступил назад на этот раз, и в этом была ее заслуга. Поэтому она пропала после Беверли.       Билл звал друзей, но не слышал ожидаемого эха. Денбро с ужасом подумал, что тварь действительно хочет всех разделить и убить поодиночке. Мальчик перехватил штырь и направился назад по проходу, когда с другой стороны двери его ушей настиг испуганный крик Стэна. Билл без промедлений бросил рюкзак и фонарь, кинувшись к железной преграде. Он понятия не имел, как со своим худым телосложением сможет открыть дверь, но голос Уриса, зовущий на помощь, не давал ему и секунды на размышления. Он протиснул штырь между вентилем и со всех сил потянул на себя. Лоб покрыла испарина, в футболке стало слишком жарко, но он не отпускал импровизированного ключа, отталкиваясь ногами от ржавой поверхности.       Держись, Стэнли, еще немного!       Дверь каким-то образом поддалась. Билл от шока споткнулся и упал в воду, с омерзением содрогнувшись от плавающих отходов, обвивавших руки. Он вскочил и подбежал к двери, толкая ее в сторону, отчего железо противно скрежетало при контакте с полом. В центре кругообразного помещения со множеством сливных труб он заметил одиноко лежащий фонарь. А когда подошел, чтобы подобрать находку, вскрикнул, инстинктивно наводя два световых луча, словно надежный щит, на алебастровое трескающееся лицо уродливой женщины. Она оторвалась от лица неподвижно лежащего Стэна, пряча многочисленные мелкие клыки, от одного вида которых любой взрослый бы упал в обморок, что уж говорить о ребенке.       — От-тойди от него! — женщина склонила голову вбок, словно издеваясь над неуверенным заикающимся голосом. Главное — не подпитывать его страхом. Билл с отчаянным мысленным криком вышел вперед, ослепляя визжащую тварь. — Я сказал, отойди от него!       На долю секунды ему показалось, что скалящееся существо прыгнет на него, и окровавленные зубы вопьются в тело. Тогда Билл уже точно никому не сможет помочь. Но женщина сверкнула мутными белыми глазами без зрачков и откинула тело еврея к стене, а сама, закрываясь руками, скрылась в одной из труб. Он не шевелился до тех пор, пока оглушительный визг не затих.       — Стэнли! — Денбро подбежал к неудачнику, перевернув его на спину. Лицо Уриса было неестественно бледным, не считая бордовых следов, лениво стекающих по щекам и цепляющихся за светлые кудри. Он неуверенно потрепал его за плечо. Никакого отклика. Биллу никогда не было так страшно. Он начал одержимо толкать тело еврея. — Оч-чнись, Стэн, давай же! Вс-с-ставай, чтоб тебя! Стэнли…

***

      Клэр вцепилась в руку Беверли, не в силах повернуться и побежать со всех ног. Перед ними стоял Генри Бауэрс. Хотя, слово «стоял» не подходит, скорее шатался, как конченый алкаш, вот только вместо бутылки дешевого пойла он держал тот самый карманный нож. Его острый окровавленный кончик в жалком дюйме от своих глаз Артхейт запомнила навсегда. Генри выглядел так, будто его перепутали с боксерской грушей и повесили в спортивном зале перед группой накаченных шкафов. Она даже не могла разглядеть его глаз, настолько лицо напоминал сырую отбивную. Бауэрс навел луч своего фонаря на лицо и дернул посиневшей линией над подбородком, что раньше было губами. Те заплывшие прорези с ресницами, на которых давно засохла кровь, смотрели только на нее, и неистовая ненависть плотными порами зависла в затхлом воздухе.       Мы — покойники… Мы действительно покойники!       — Клэр, — дрогнувшим голосом шепнула Марш, с силой сжимая ее ладонь.       — Я долго вас искал, шалавы, — в голосе Генри не осталось ничего человеческого, он рычал, как разъяренное животное. Артхейт подумала, что он вот-вот раскроет рот, показывая звериные клыки.       — Мог просто спросить у своего разукрашенного дружка! — выдавила Беверли.       — О, я спросил у ваших педиковатых слюнтяев. Мне ответил тот очкастый, защищая своего любовника-задохлика, — Бауэрс приблизил нож к лицу, скользнув по алой поверхности безумным взглядом. Почему… почему кровь такая свежая? — Угадайте, где они теперь? Тонут в своей крови, шепча последние слова любви!       Клэр почувствовала, как сердце останавливается и с размахом падает вниз, отчего она согнулась, прижав ладонь ко рту. Всхлип Беверли заглушил ее громкий душераздирающий крик.       — Это неправда! Ты лжешь, гребаный, поехавший козел! Это ложь!       Она не успела даже дернуться, когда Бауэрс, слишком прыткий для разбитого в лепешку, подскочил, не взирая на замедляющий, скопившийся в воде мусор, и откинул рыжую. Бев отлетела к огромному, не огражденному отверстию. Глаза наткнулись на сплошную темноту внутри, и она начала активно отталкиваться скользкими руками, боясь, что ее сейчас попросту столкнут вниз. Но хулиган схватил Клэр за шею, ожесточенно сдавливая бешено пульсирующие под пальцами мышцы и вены.       — Это ты со мной сделала, мелкая сука! — шипел Генри, брызгая на ее лицо кровавой слюной. Он все выше приподнимал слабо сопротивляющееся тело, подошва кроссовок уже не касалась водной глади. Артхейт беспомощно вцепилась в его руку, царапая мелкими ноготками жесткую кожу. Задыхаясь, она заметила, как подруга подскочила, но на ее живот тут же жестоко обрушилась нога Бауэрса.       — Бевви! — сухо прохрипела девочка, когда болезненно стонущую Марш накрыли грязные волны болотистой воды. Было невыразимо больно — чувствовать, как из тебя буквально выдавливают жизнь. Как внутри нестерпимо жжет, и никакие вялые попытки выбраться не помогают. Отважившись спуститься в этот сучий колодец, она не думала, что помрет вот так, от рук ненормального психа, слишком безмозглого, раз Оно смогло взять над ним контроль. Прямо как в «Звездных войнах», мысленно усмехнулась Клэр.       — Смотри на меня, на меня, тварь! — к ее уху прижался склизкий язык. Содрогнулась, если бы не подыхала. — Хочу, чтобы ты видела мое лицо и после своей никчемной смерти!       Кларисса посмотрела, не соображая, зачем, но резко начала дергаться, когда в еле заметных глазах заблестело что-то ярко-золотое, похожее на огни.       «Мертвые огни», — чей-то тяжелый голос прогремел в ее помутневшем сознании. Девочка вскрикнула у себя в голове и внезапно ощутила твердую опору под ногами.       Что за?..       Клэр подавилась воздухом, который теперь могла свободно вдыхать. Она стояла на мелком берегу карьера, с которого прыгали лузеры. Артхейт недоуменно оборачивалась, неуклюже оступаясь на каждом шагу. Она видит, как чистая прозрачная вода умиротворенно колышется; слышит, как счастливо щебечут птицы, молниеносно махая крыльями; как трещат кроны деревьев, а их листья шепчутся с легким ветром. Она умерла? Это запутанная лестница в рай? Или обманчивый спуск в ад? А может, какая-нибудь вечная пустота, различная для каждого человека?       «Пустота, да. Но ты не умерла, пока, — Черноволосая замотала головой, пытаясь найти источник низкого голоса. Я точно слышала его раньше. — Я — Матурин».       Ах, ну да, это все объясняет!       «Не груби старшим, человеческая сопля, — прогрохотал, эм, Матурин. — Я древнее твоей планеты, я — Черепаха».       Которую Билл увидел в озере?       «То было просто глупое животное», — ответил голос, доносившийся непонятно откуда. Казалось, он звучал повсюду. Клэр совершенно ничего не понимала. А еще ей не нравилось, что она не может говорить, лишь мыслить.       Кто ты такой?       «Я — Матурин. Черепаха, что старше этого мир… Я только что это сказал, чем ты слушаешь, девчонка?»       Меня ругает древняя черепаха. А я ведь даже ничем не кололась.       «У тебя есть проблемы посерьезнее, дитя».       Постой! Это ты был на карьере! Когда сказал, что…       «Стэна больше не будет. Это может сбыться раньше, чем я предполагал. Прямо сейчас».       Что это, черт возьми, значит?! Он умирает?       «Он узрел мертвые огни. Он застрял между жизнью и смертью. Вас всех ждет эта участь».       Что? Нет! Мы выберемся, я знаю, что мы сможем! Только скажи, как.       «Почему люди так любят выражение «черт возьми»?»       Ответь мне, чер… просто ответь, что мне делать!       «Верить, — и это весь ответ?! Во что верить? Что Оно просто растворится в воздухе, потому что мы, блин, верим до посинения? — Не дерзи мне. Надо было выбрать заикающегося мальчишку, он бы не стал огрызаться, — я слышу тебя! — Кхм-кхм, ты верила раньше, почему перестала сейчас?»       Потому что у нас тут гуляет монстр и пожирает детей?!       «Твои мысли — слабость. Страх — ваш главный враг. Вспомни, когда ты не боялась. Это ответ».       Клэр чувствовала, как ее дыхание учащается от раздражения с каждым равнодушным словом Черепахи. Она сжала кулаки, с удивлением заметив, что не ощущает ни капли боли. Но для удовлетворения интереса она все-таки не собиралась вписываться головой в дерево. Она пошатнулась — голова неожиданно закружилась, а земля под ногами затряслась. Клэр с широко открытым ртом наблюдала, как на ее глазах от горы откололся огромный кусок, словно он был неподходящей деталью паззла, а потом растворился среди пушистых облаков.       Что происходит?!       «Оно не нравится мое вмешательство. Ты вернешься, но не забудь, что тебя все еще душат. Ты — все-таки глупое существо. Только оно могло забыть об оружии».       Оружие? Вот идиотка! Подожди! Что со Стэном? Ты сказал, что его больше не будет. Эй! Как это пон…       Клариссу накрыла непроглядная темнота, затем она вновь подавилась воздухом, точнее его отсутствием. Хватка на ее шее значительно усилилась, и Клэр поразилась, как за все это время странного бессмысленного диалога она не умерла. Она нащупала рукоять метательного ножа кончиками пальцев и ухватилась за последнюю надежду прожить хотя бы еще несколько минут. Надежда вдребезги рухнула, когда сознание начало стремительно покидать ее, а рука разжалась, повиснув в воздухе.       Прости, Господи, что я в тебя не верила. Хотя, даже если ты сейчас каким-то чудом спасешь мне жизнь, я от души поблагодарю, да. Но верить все равно не начну.       — Клэр!       Плач Беверли — это последнее, что она услышит перед смертью. Артхейт обессилено откинулась назад, поддаваясь накрывающей тьме.       «Одна выбыла, — радостно засмеялся Пеннивайз, звеня колокольчиками в голове мисс Марш, которая, размазывая слезы и грязь по лицу, отползала от надвигающегося на нее Бауэрса. — Ты следующая».