C19, H28, O2

– Что вы имеете в виду под гормональной терапией? – миссис Холмс вцепилась пальцами в спинку стула. – В смысле... что-то вроде дать ей дополнительно... женских гормонов? – Нет, – терпеливо пояснила доктор Блюм. – По моим наблюдениям и наблюдениям Шерлока, он является трансгендерным мальчиком. И он уже начал вести мальчишеский образ жизни. Он использует мужские местоимения и перетягивает грудь спортивными топами, чтобы его фигура имела более мужской вид. Шерлок не живёт жизнью девушки и не чувствует себя таковой. – Моя дочь не... не какой-то там ваш… научный медицинский эксперимент! – гневно заявила миссис Холмс. – Ей нужна помощь, а не поощрение! – Мама, я должен это сделать, – очень тихо проговорил Шерлок, но обе женщины, мгновенно прекратив свой спор, обратили на него своё внимание. – Мне уже семнадцать. И мне нужно начать принимать тестостерон. И избавиться от... Мне нужна операция груди. Я не могу так... больше… – Больше – что? – Жить. Когда я ненавижу себя настолько сильно, – он поднял на мать блестящие глаза. – Мама... я мальчик. Мальчик с менструальными циклами и грудью. У которого нет... того, что должно быть. Я знаю, что тебе это не нравится. Знаю. Но вряд ли тебе это не нравится сильнее, чем мне, живущему с телом, которое выглядит не так, как должно. Миссис Холмс изменилась в лице. – Но... но Шерлок, ты всегда немного отличалась от остальных... это не повод менять себя. – Я не меняю. Я делаю себя тем, кем я должен быть.

***

Обернув вокруг бёдер полотенце, Джон вышел из душевой, высушивая вторым полотенцем свои волосы. – Эй, Ватсон, осторожно! С тебя капает, – один из парней убрал с траектории падения капель свою сумку. – Чего это ты вдруг? – Придурок, – Джон снял с головы полотенце. – Душевые здесь стоят не просто так. – А-а, хочешь быть кристально чистым для своей подружки, да? Джон нахмурился, не догоняя смысл сказанного. – Для Шерлока, – подсказал ему тот же парень. – О, обхохочешься, – Джон закатил глаза, расстёгивая свою сумку. – Остроумно-то как. – И всё-таки ты должен признать, – подал голос ещё кто-то из ребят, – что он немного... женственен. Как, ну... В смысле, очевидно, что он гей, но – есть просто геи, а есть такие. Он как бы... На самом деле похож на девушку. – Ну а вам-то что? – Джон натянул трусы и джинсы. – Он ведь вас не трогает? – Нет, но это странно, разве нет? – Нет, совсем нет, – вздохнул Джон, рывком натягивая футболку, чтобы она быстрее миновала его мокрые волосы. – Он просто такой, какой он есть, хватит уже дотрахиваться до его внешности. – О-о, да ты просто запал на него! – О нет, ты поймал меня, – притворно протянул Джон, очень надеясь, что за напускным сарказмом ему удастся скрыть накатившую волну страха. – Забыл, что нельзя быть с кем-то просто друзьями и не пытаться при этом залезть к ним в трусы. Должно быть, поэтому у тебя нет друзей, а, Фил? Ребята захохотали над объектом такой меткой издёвки Джона, в то время как он сам уже натягивал на ноги носки и кроссовки. Если бы они поняли, что Джону действительно нравился Шерлок, – это был бы провал. Не то чтобы он был с ними не согласен – Джон тоже считал, что Шерлок гей, но он не был уверен в том, симпатизировал тот ему в ответ или нет. Были несколько моментов (например, когда они катались на коньках, или дарили друг другу книги на Рождество, или отмечали день рождения Шерлока, когда тот пригласил Джона на чай с пиццей), когда они постепенно оказывались настолько близко друг к другу, что сидели практически на расстоянии одного волоска меж их телами. И в эти моменты дыхание Шерлока становилось рваным и частым, и он избегал смотреть Джону в глаза. Но они ещё ни разу не поцеловались. И даже не держались за руки. Всякий раз, когда Джон полагал, что сейчас это должно было произойти, Шерлок заметно напрягался и в глазах его мелькал испуг. И то были не нервы. То был самый настоящий страх. А Джон точно не хотел на него давить. Он вышел на улицу, оставив позади своих ребят из команды по регби, и выдохнул, посылая в морозный январский воздух облачко пара, отчего губы немного зажгло. И поплотнее закутался в свой шарф. Дома был отключён газ. И это означало, что не будет никакой горячей воды и никакого центрального отопления. Отец и сестра решали эту проблему очень просто: уходили из дома и напивались до такой степени, что переставали замечать такие мелочи. Решением Джона же было принимать душ в школе, а после идти к Шерлоку. И этой схемы он придерживался уже около двух недель, к нескрываемой радости последнего, хотя до сих пор единственное, что он успевал сказать родителям Шерлока прежде, чем тот утаскивал его наверх, было лишь наскоро брошенное «здравствуйте». Оставив велосипед у стены дома Холмсов, Джон позвонил в дверь. И уже спустя несколько секунд лицезрел появившегося в дверном проёме Майкрофта, старшего брата Шерлока. – Джон, добрый вечер. Как прошёл день? – Майкрофт продолжал стоять на пороге, что было странно, так как обычно он сразу пускал Джона внутрь. – Эм, спасибо, хорошо, – Джон натянуто улыбнулся. – Шерлок дома? – Они с нашей мамой отошли ненадолго, – ответил Майкрофт, выглядя при этом так, словно был не в своей тарелке. – Он разве не упоминал об этом? – Нет, у нас сегодня не было совместных занятий, – Джон вдруг почувствовал себя до ужаса глупо. – Ладно, ничего страшного... – Уверен, они скоро вернутся, можешь подождать... – Всё в порядке, я поеду домой и напишу ему позже, – сказал Джон. – Спасибо, Майкрофт. Тот лишь коротко кивнул ему и закрыл за собой дверь. Джон направился к своему велосипеду. Всю дорогу до дома он ощущал раздражение – сначала оттого, что, оказывается, у Шерлока была ещё какая-то жизнь кроме него, а затем и оттого, что его самого это так сильно задевало. Шерлок не был его собственностью. И, в конце-то концов, он и раньше достаточно часто был на приёмах у врача – так что это не должно было казаться Джону необычным. Даже при условии, что он так и не знал точно, по какому вопросу Шерлок на них ходил. Запихнув подальше точившее его изнутри беспокойство, Джон поднялся в квартиру, таща на себе велосипед, и сразу прошёл в свою комнату, где никто не сможет этот самый велосипед раздавить или украсть. На всякий случай заперев за собой дверь, он быстро нырнул в кровать – как был, полностью одетый – остановившись лишь для того, чтобы скинуть обувь. На самом деле он очень рассчитывал на ужин у Шерлока, но сейчас уже было поздно об этом думать. Постель была такой холодной, что казалась сырой. Джон укутался с головой в одеяло и глубоко и часто задышал, надеясь, что тепло его тела и дыхания помогут ему согреться. Прошло ещё очень много времени, прежде чем он смог, наконец, погрузиться в сон.

***

– Выглядишь радостным, – проворчал Джон, падая на свой стул рядом с Шерлоком. Шерлок улыбнулся. – Да, думаю, так и есть. Майкрофт сказал, ты искал меня вчера? – Он сказал, тебя не было дома, – Джон уткнулся лбом в сложенные на парте руки и закрыл глаза. – И я решил, что мне тоже лучше было просто вернуться домой. – О... – Шерлок окинул друга внимательным взглядом. Он выглядел помятым и измотанным. Спал в одежде, мылся утром под холодным душем. Часто просыпался среди ночи. В сердце болезненно кольнуло. Этим утром Шерлок чувствовал себя прекрасно. Накануне вечером у терапевта ему поставили первый укол тестостерона, утром он проверил своё лицо в зеркале, как если бы у него за ночь должна была вырасти целая борода. Конечно же, она не выросла, но всё равно он почувствовал себя гораздо лучше. Как бы ему хотелось рассказать об этом Джону. Он знал, что у Джона дома тоже была тяжёлая жизнь. Он знал, что, вероятнее всего, тот спал в одежде потому, что у них не было отопления. В своих мечтах Шерлок думал о том, как было бы прекрасно, если бы они с Джоном росли вместе, затем бы вместе уехали из дома, сняли где-нибудь квартиру или ещё что – и всё это вместе. Конечно, в его воображении они были безумно влюблены друг в друга, Шерлоку уже была сделана операция, а Джон об этом и не догадывался. Но это было бы просто невозможно, верно? Разве что в том случае, если у них ни разу не было бы секса. Но нет, на такое он был не согласен. Ему бы хотелось... всего этого. Но вот как – это уже был другой вопрос. Поиски в интернете практически ничего не дали – он постоянно натыкался лишь на вызывающую тревогу фетишизацию. Большинство из просмотренного ему категорически не понравилось. Да и само ощущение влаги между ног в состоянии возбуждения было ему ненавистно... Из-за этого он получал гораздо меньше удовлетворения во время и без того редких мастурбаций, чем ему бы того хотелось. – Ты в порядке? – Джон приоткрыл один глаз. – А то немного выпал из реальности. – Извини, – Шерлок стряхнул с себя наваждение. – Просто я подумал... Эм... Хочешь остаться у меня на ночь в пятницу? Ты говорил, что хочешь посмотреть тот фильм по телевизору. Джон замер, разглядывая Шерлока во все глаза, лёгкий румянец начал покрывать его щёки. – Предлагаешь переночевать у тебя? – Да, у нас есть пара свободных комнат... И мы можем завтра после школы прокатиться на машине... если хочешь, – Шерлок пожал плечами, молясь всем богам, что могли его сейчас услышать, чтобы Джон просто ответил ему «да». – Это было бы чудесно, – улыбнулся Джон, потирая пальцами подбородок. – Да, давай так и сделаем. Сердце Шерлока гулко забилось о грудную клетку. – Ладно. Тогда я скажу мамуле. Просто возьми с собой... пижаму и всё остальное... Воспользуешься нашей ванной. – Спасибо, – улыбка Джона превратилась в мечтательную. – Это будет превосходно. Остановиться на ночь в Холмс-мэноре, боже мой. – Это просто дом, – закатил глаза Шерлок. – И ты бродишь по нему в своём домашнем одеянии и этой куртке... знаешь, такой поношенной, насквозь пропахшей сигаретами... – Я не курю в доме, – Шерлок тоже было широко улыбнулся, но улыбка эта мгновенно померкла, когда до него дошло. Обычно он снимал перетягивающие грудь топы сразу же, как только мог это сделать. Если же Джон останется на ночь, ему придётся каким-то образом скрывать свою фигуру. Может быть, хватит двух футболок и широкой кофты... если Джон не будет сильно присматриваться и они никоим образом не соприкоснутся друг с другом. – Это будет просто замечательно, – просиял Джон. – Значит, в субботу можно будет покататься на велосипедах. Можно, например, поехать вдоль канала к тем холмам, возьмём сэндвичей, мм?.. Шерлок чуть приподнял уголки губ. – Звучит как... в счастливые 50-е. – Как у Энид Блайтон(*), да? – Это точно. Только безо всяких тётушек и дядюшек. – О боже.

***

– Ты совершенно точно не должен говорить обо мне «она», – пригрозил Шерлок Майкрофту. – А также рассказывать что-либо о том времени, что было до моей трансформации. И показывать какие-либо фото. И ты ни в коем случае... – Ты просто должен ему обо всём рассказать, – вздохнул Майкрофт. – Родителей не будет дома, так что о них можешь не беспокоиться. – Я не собираюсь ничего ему говорить. – Но что, если выходные примут... неожиданный поворот? – Тогда... – Шерлок в бессилии хлопнул ладонями по ногам. – Я не знаю. Может, мне стоит всё отменить? Мне уже становится страшно при мысли, что он увидит меня без топов. – Не надо, – покачал головой Майкрофт. – Он не будет смотреть на твою грудь. К тому же ты можешь надеть объёмный свитер. Тебе не нужно прятаться, Шерлок. Он же твой друг, верно? – Да, но я ведь ничего ему не сказал. Я просто не могу... Что, если он меня возненавидит? Подумает, что всё это время я ему лгал? Но я ведь не лгал. – Не лгал, – согласился Майкрофт. – Но если он захочет построить с тобой отношения... – Не захочет. Особенно если я скажу ему. Он... Ему нравятся девушки. Я уверен в этом. И даже если бы он надумал сделать исключение – у меня всё равно нет того, что должно быть у парней. Поэтому он никогда не захочет такого... который... – Шерлок сложил ладони вместе, прикрывая ими часть лица. – Я больше не хочу об этом говорить. – Мне жаль, – мягко сказал Майкрофт. – Я просто не хочу, чтобы тебе было больно. – Мне в любом случае будет больно, – Шерлок тяжело сглотнул. – Он мне нравится. Но я ему никогда не буду нравиться – потому что я никогда не буду тем, кто ему нужен. Майкрофт подошёл ближе и заключил Шерлока в свои объятия. Шерлок выгнулся так, чтобы его выпуклая грудь не касалась плоской груди Майкрофта, и уткнулся лбом в плечо брата, стараясь выровнять своё дыхание. Ведь мальчики не плачут.