C19, H28, O2

На то, чтобы отыскать Шерлока, к тому моменту выкуривавшего уже вторую сигарету, Джону понадобилось семнадцать минут. – Как ты? – он облокотился о навес для велосипедов и теперь сверху вниз смотрел на свою любовь – заплаканную, с красным носом и трясущимися руками. Шерлок пожал плечами и покачал головой, выпуская изо рта струю дыма, а затем погасил сигарету о бетон. – Нет необходимости оставаться со мной. – Я не брошу тебя одного здесь в таком состоянии. – Я имел в виду, нет необходимости быть со мной… вообще. Во всём этом, – Шерлок повёл в воздухе рукой, обозначая пространство между ними. – Я… Ты видел… мою фотографию «до», – он шмыгнул носом. – И ты не можешь её развидеть. Теперь ты никогда… – он грубо стёр со щёк слёзы. – Я никогда не хотел, чтобы ты видел то, кем я был прежде. Никогда не хотел… Джон опустился возле Шерлока на колени и уверенно сжал его руки в своих. – Шерлок, довольно. Тот поднял голову, встречаясь с ним взглядом: глаза мутные от слёз, весь в соплях, на щетине лёгкий пушок от ткани рукава, которым он утирал своё заплаканное лицо. – Шерлок… Я знаю, что ты не хотел, чтобы я это увидел. Знаю. И понимаю. И... Это действительно шокировало меня. Потому что я не ожидал увидеть эту фотографию. Не буду тебе сейчас лгать: она немного сбила мои мысли, но это не заставило меня думать… – Я не девушка, – огрызнулся Шерлок. – Не девушка. И никогда прежде ею не был. – Я знаю, – Джон коснулся рукой волос Шерлока. – Знаю, Шерлок, знаю. Ты всегда был парнем и всегда им будешь. Независимо от того, что ты носишь, какой длины твои волосы или что-либо ещё. Знаю, ты не хотел, чтобы я видел, как ты выглядел до нашей встречи. Но я не сожалею об этом. Это никоим образом не поменяло моего отношения к тебе. Я всё ещё люблю тебя, и я всё ещё хочу быть с тобой. Ты парень, которого я люблю, мм? Этому ублюдку не удастся разлучить нас из-за такой глупости. – Это не глупость, – Шерлок вырвал у Джона свои руки и снова утёр слёзы. – Это…– он сделал рваный вдох. – Ты и так вынужден мириться с тем, что у меня нет… А теперь ты увидел, кем я был… – его голос затих, но губы продолжали что-то беззвучно шептать. Джон снова взял его руки в свои. – Это ничего не меняет. Клянусь тебе, это не меняет ничего. Я не жалею, что увидел фотографию, потому что не верю, что это что-то, чего тебе нужно стыдиться. Ясно? Я знаю… знаю, ты бы предпочёл думать, что до того, как начались твои изменения, вообще не существовало никакого человека. Но ты существовал. Существовал, и я безумно этому рад. Потому что это означает, что я имел возможность познакомиться с тобой. И ты всё равно оставался собой. Оставался. Я знаю это. Шерлок посмотрел на их переплетённые руки. Уголки его губ печально опустились. – Я просто хотел бы, чтобы ты этого не знал. – Хотел бы… чтобы я не знал, что ты трансгендер? – мягко уточнил Джон. – Да. Нет… Нет, я… – Шерлок поднял на него взгляд. – Я знаю, что мы не можем быть… вместе… без того, чтобы ты знал. Я не могу изменить то, кем я являюсь, хотя и пытаюсь это сделать. Я просто хочу… хочу, чтобы ты забыл то, что увидел. Хочу, чтобы ты забыл ту девушку на фото. – Шерлок… это была не девушка, – осторожно произнёс Джон. – Это был ты. Между ними воцарилась тишина. Шерлок нахмурился и взглянул Джону в глаза. – … что? – То была не девушка, на фото. И то была не девушка в реальной жизни, – повторил Джон. – Потому что ты не являешься ею. Так что… Там не девушка, верно? Шерлок моргнул, глаза его наполнились новыми слезами. – Нет, – он тяжело сглотнул. – Нет, нет, не девушка… это… – Это ты, – Джон заключил его в свои объятия, усаживая к себе на колени, и оба сидели теперь, ссутулившись, на бетонном полу, ёжась от ветра, пробиравшего сквозь одежду. – Это ты, Шерлок. Всё хорошо. Я тебя люблю. Я по-прежнему тебя люблю. Прости меня, что не показывал этого раньше. Шерлок спрятал лицо в основании его шеи, и слёзы покатились из глаз. Он ничего не ответил Джону, лишь позволяя тому успокаивать себя, касаться, целовать, любить – ещё сильнее.

***

– Откуда у него эта фотография? – спросил Майкрофт. Все трое сидели сейчас на кухне. Джон восстановил на телефоне удалённую фотографию, и они с Шерлоком решили, что единственным взрослым человеком, которому они могли довериться, был старший брат Шерлока. С момента, как Майкрофт услышал их историю, он, не переставая, мерил шагами комнату, кипя от гнева. – Он из моей старой школы, – удручённо ответил Шерлок, впиваясь ногтями в кожу запястья, однако Джон вскоре пресёк это занятие, мягко разведя в стороны его руки. – Он был моим… другом. – Другом... – Майкрофт приподнял бровь, но комментария, тем не менее, так и не последовало. – Что ж... Не уверен, как нам лучше поступить в данной ситуации. Если мы заявим, что он над тобой издевается, то тебе придётся открыться кому-то из преподавателей. – Исключено. – Тогда... чего ты от меня ждёшь? – Сделай так, чтобы он исчез, или ещё что-нибудь! – вспылил Шерлок. – Шерлок, я не знаю, чем я, в твоём понимании, занимаюсь, но я всего лишь младший исполнительный директор в государственном секторе. Я не работаю на МИ-6. И я не могу заставить людей вот так просто исчезать. – Тогда пусть его исключат! – На каком основании? Шерлок, единственный способ, который я могу предложить, возможен только при условии, что ты посвятишь в это дело больше людей, чем посвящены на данный момент. Травли на почве трансфобии хватит сполна, чтобы Мориарти исключили, но для предъявления ему этого обвинения мне нужно, чтобы ты открылся большему количеству людей, – Майкрофт провёл ладонью по лицу. – Мне жаль. Это всё, что я могу сделать. Шерлок резко отодвинул стул и поднялся из-за стола. – Прекрасно. Тогда ты ничем мне не поможешь. Я понял. С этими словами он стремительно покинул кухню. Джон вскочил и бросился вслед за ним, вверх по лестнице и к ванной комнате, едва успевая поймать дверь прежде, чем Шерлок повернулся, чтобы захлопнуть её. – Отстань, Джон, – Шерлока трясло. – Ни в коем случае. – Мне нужно в туалет. – Да чёрта с два. Они буравили друг друга взглядом. Джон сглотнул. – Порезав себя, ты не решишь проблему. Шерлок шокировано распахнул глаза и отступил, отпуская дверь. – Я… – Не надо, – сказал Джон, делая шаг к Шерлоку и ловя его за запястья. – Просто не делай этого. Я знаю, как остро тебе этого хочется, но ты сильнее. Давай, пойдём, тебе нужно переключиться на что-нибудь другое. Шерлок выдохнул так тяжело, что создавалось ощущение, будто в этот момент весь воздух покинул его лёгкие, и, склонившись, прислонился лбом ко лбу Джона. – … ладно. Они пересекли лестничную площадку и, зайдя в комнату Шерлока, заперли за собой дверь. Шерлок тут же бросился на кровать, лицом вниз, утыкаясь носом в изгиб своего локтя. Джон присел на краешек его кровати и, секунду помедлив, протянул к нему руку. Шерлок был напряжён, словно натянутая тетива – очевидно, изо всех сил сопротивлялся отчаянному желанию причинить себе боль в попытке закрыться ото всех ощущений. Однажды Шерлок уже описывал Джону это чувство, когда ему казалось, что с ним случится сердечный приступ, если он не ударит себя – как будто он был часовым механизмом, заведённым до предела, и единственным выходом снять напряжение было ударить себя, дать пощёчину или порезать. Иначе это напряжение просто разорвало бы его изнутри. Шерлок сделал рваный вдох и ещё больше спрятался в изгибе локтя. Джон печально улыбнулся. А затем нежно пропустил его кудри сквозь свои пальцы. Шерлок никак не отреагировал. Джон продолжал пробираться пальцами сквозь копну его кудрей, приглаживая каждый завиток, отделяя одну прядь от другой, немного выпрямляя и перекладывая, оставляя их завиваться на концах. Постепенно сила его прикосновений увеличивалась, пальцы увереннее проходились по коже. – Ах… – сдался, наконец, Шерлок, издавая вздох удовольствия, выгибая шею, когда Джон надавил большим пальцем на впадинку между его головой и первыми позвонками. – М-м-м… Джон уселся поудобнее и присоединил к правой руке левую, сильнее надавливая обеими на голову Шерлока, легонько проводя ногтями по его чувствительной коже, не причиняя боль, но даря ему приятные ощущения. Шерлок задрожал и повернул голову немного вбок, предоставляя Джону больше пространства для действий, позволяя массировать и расчёсывать, тем самым вытягивая из его тела напряжение, словно высасывая его прямо из мозга. – Джон… – Лучше? – Только посмей остановиться... – Но ты заснёшь. – Хорошо. Джон улыбнулся, продолжая сеанс массажа. – … он прав, знаешь. Майкрофт. – Мм, – фыркнул Шерлок. – Может, нам просто попытаться его игнорировать? – Тогда ему надоест пытаться разбить нас, и он просто объявит всем обо мне, – вздохнул Шерлок. – Он будет наслаждаться последствиями. Будет наблюдать за тем, как на меня обрушивается шквал оскорблений. – … это не обязательно. – Они и так уже превратили мою жизнь в ад за «гейство», – Шерлок немного повернулся, ложась на бок. – А я ведь даже не ответил «да», когда кто-то спросил, не встречаемся ли мы. Я не хочу, чтобы с тобой случилось то же самое. – Ты просто должен сказать мне, кто это делает, – произнёс Джон. – Раз ты не дал мне врезать Джиму, то дай хотя бы проломить череп парочке идиотов. – Я составлю тебе список, – зевнул Шерлок. – Но да… Если они считают меня девчонкой, то они будут считать так всегда. Они не такие, как ты. Люди… обожают всё, что отличается от нормального, и питают к этому отвращение. Они боятся – и в то же время любят наблюдать за этим, как те, кто смотрит на месиво, оставшееся от автомобильной аварии, когда проезжает мимо. Они ничего не могут с этим поделать. Они… захотят проверить. – Проверить? Что – О, чёрт, – Джон сжал кулаки. – Кажется, я сяду в тюрьму за убийство. Шерлок вздохнул. – Я не знаю, что делать. – Что ж, на данный момент, – рассудил Джон, – оставим всё как есть. Покажем ему, что мы выше всего этого. Покажем, что нам плевать. А если он увидит, что он нас больше не волнует, то, возможно, ему станет скучно и он переключится на что-нибудь другое. – Сомневаюсь, – Шерлок недовольно скривился, когда Джон убрал руку с его головы. – Но… попробуем так. Пока. Джон склонился и поцеловал его в щёку. – Мне остаться? – что означало: «Хочешь, я останусь?» Шерлок пару секунд поразмыслил. – Нет. Всё в порядке. – Ладно. Тогда встретимся завтра у ворот, – Джон снова поцеловал его и вышел из комнаты, оставив своего парня лежащим на постели, всё так же одетого в школьную униформу. Джон спустился вниз и поблагодарил Майкрофта, кивнувшего ему в ответ, который как раз собирался подняться наверх с чашкой чая, чтобы иметь возможность прислушиваться к тому, что происходило в комнате Шерлока и, в случае чего, обеспечить его безопасность.

***

Едва Джон затащил велосипед к себе домой, как на его телефон снова пришло сообщение. И это снова был Шерлок. Точнее, его фотография. Здесь ему было на вид лет десять. Он стоял, одетый в нарядное розовое платьице и белые лакированные туфельки, а волосы его были забраны в два хвостика. Он светился от счастья. Джон улыбнулся, заразившись детской радостью. Мориарти хотел отравить разум Джона. Хотел испортить его представление о Шерлоке. Но единс­твен­ное, что ему на дан­ный мо­мент удалось сделать, так это показать Джону, что Шер­лок ког­да-то мог быть нас­толь­ко довольным жизнью. И Джон на­мере­вал­ся во что бы то ни ста­ло снова по­дарить ему та­кое счастье.