you love i

— Мам, что это у тебя? Можно мне? — детские ладоши тянутся к небольшой бутылке, которая стоит на столе рядом с небольшой чашкой и чуть не роняет её на пол, но Лидия ловко подхватывает её. — Не прикасайся, — шипит она, повысив голос и легко бьет её по ладоням. — Ну что это? — детский интерес этой девочки редко можно унять. — Элси, иди спать, — Лидия прикрывает глаза, и громко выдыхает, стараясь успокоить злость, которая зарождается внутри неё. — Но, мам, ещё совсем не поздно! — капризно произносит девочка, — поиграй со мной. — У тебя полный ящик игрушек. Иди в свою комнату и не трогай меня. — металл, который появляется в голосе Лидии, даёт абсолютно точное понимание девочке, что ей стоит немедленно следовать указанию матери. Элси топает в свою комнату, утирая ладонью слезу, которая таки катится по щеке. Её матери никогда нет до неё дела. Элси не нужны никакие ящики игрушек и гардероб, который набит разнообразными красивыми платьями. Она была бы рада, если бы отец или мать хоть иногда вспоминали о её существовании. Лидия делает очередной глоток сиропа, и чувствует непонятный прилив спокойствия. Даже после того, как Элси практически вывела её из себя идиотской просьбой и тем, что чуть не разбила бутылку. Это её счастье, что сироп остался цел, иначе она не знает, как сдержала бы себя, чтобы не наказать её. Ещё один глоток, и она ощущает, как реже моргает, как плавно двигает головой, как становится чувствительнее к звукам. Ей сейчас хочется, чтобы он немедленно оказался рядом и обнял её, поцеловал и потом они бы пошли в спальню. Предварительно закрыв на замок дверь в комнату дочери. Но такого не произойдет. Мысль о его измене не покидает, даже во сне. Она уверена в том, что сейчас он развлекается с очередной шлюшкой, вбивая её лопатки в белоснежные простыни, в номере какого-то отеля, как делает это последние полгода. Он постоянно вторит ей о том, что она спятила, что помешалась, что совсем сходит с ума от идеи, уличить его в измене. Но Лидия ведь знает правду. Часы давно показывают за полночь, когда она допивает очередную чашку и поднимается со стула, едва держа себя на ногах. Путаясь в них и чуть не рухнув на пол, она таки опирается на стену, больно ударившись локтем о дверной косяк. Ей кажется, что голова неумолимо тяжелая, она постоянно облизывает губы, думая, что они слишком сухие, что буквально прокусывает их до крови. Добирается до их комнаты и падает на кровать, откидывая голову. Делает ещё один глоток и обращает внимание на свою ладонь. Идеальное кольцо из белого золота, которое ей так понравилось. По центру, в остальном простого ободка, находится искусно выполненный металлический витой цветок. Ряд маленьких изумрудов помещается в металлический канал, а центральный камень, по форме, напоминает миндаль. Она несколько раз надрывно хватает ртом воздух, вспоминая его ответ на вопрос, где он взял деньги, на такое дорогое кольцо. — Просто очередное успешное дельце в аптеке. — кинул он ей, поправляя запонки на рубашке, улыбнувшись улыбкой, которая когда-то заставила её влюбится в него без памяти. Кровавые деньги. Она, почему-то, абсолютно уверена, что он не может зарабатывать столько денег, занимаясь чем-то законным. Но ей было бы абсолютно плевать, чем он занимается и что делает, если бы он не изменял ей. В последний раз, когда он пришел домой поздно, после, как он говорит, работы, она тут же притянула его к себе, оставляя на его лице поцелуи. Цепляясь пальцами за ворот его рубашки, наматывая на ладонь его галстук, совершенно не волнуясь о том, что перекрывает ему какой-либо воздух. Схватила его ладони, перемещая их на свою обнаженную грудь, предварительно развязав пояс халата. Тогда Стайлз громко выдохнул, оторвавшись от неё и стал говорить что-то о том, что безумно устал и хочет просто лечь и уснуть. Говорил о том, что Элси может проснуться и это — далеко не лучшая картина для почти пятилетнего ребенка. Она выпрямляется на кровати, тяжело дыша. От резкого движения чувствует головокружение и тремор в ладонях, а вместе с этим отвратительное покалывание в кончиках пальцев. Тянется рукой к прикроватному столику и едва не сваливает на пол. Достаёт из верхнего ящика небольшой пластиковый коробок. Дрожащими пальцами открывает его, едва не уронив бутылку. Достаёт оттуда синюю таблетку. Зажимает её между указательным и большим пальцем, рассматривая в тусклом свете ламп. Думает о том, что вот-вот станет такой, как шлюшки Стайлза, с которыми он спит. Запивает сиропом и пытается подняться с постели. Подходит к зеркалу и развязывает пояс халата, скидывая его с себя. Внимательно рассматривает своё тело, не забывая самой себе уточнять, о своих же недостатках. Она уверенна, что у неё ещё уйма лишних фунтов. Проводит ладонью по своему идеально плоскому животу, к линии домашних шорт и понимает, как не может отделаться от ощущения того, что ей давно стоит записаться к хирургу и что-то сделать с этим уродством. Разозлившись, бросает бутылку в зеркало, которое мигом покрывается паутиной, а бутылка разлетается на большие осколки, громко падая на пол, а уже спустя пару мгновений Элси испуганно стоит у дверного косяка, крепко вцепившись в него ладошками и наблюдает за матерью. — Иди спать! Или я неясно сказала? — Лидия замечает её и срывается на крик, делая несколько шагов в её сторону, стараясь не наступить на осколки. Девочка срывается с места, стараясь как можно скорее оказаться в своей комнате и спрятаться за кукольным домом, который стоит в углу комнаты. Лидия делает несколько шагов в сторону комнаты дочери, несмотря на то, что перед глазами у неё уже прилично двоится, когда слышит шум открытия замка входной двери и застывает на месте. В дом входит изрядно уставший Стайлз, который кидает свой портфель в сторону. Тяжело садится на диван, громко выдыхая и включает тусклый торшер. Лидия считает своим преимуществом то, что находится в едва освещаемой части коридора. Старается несколько раз ударить себя по щекам, чтобы придти в более менее нормальное состояние и идёт в его сторону, пытаясь красиво двигать бедрами, но в итоге чуть не падает на пол. — Опять развлекался со своими подружками? — её речь становится вязкой и Стилински только сейчас замечает, что с ней что-то не так. — Что с тобой? — он поднимается с дивана и походит к ней ближе, хватая за плечи. — Не уходи от темы, ты думаешь, я ничего не замечаю? — она пытается замахнуться, чтобы ударить его по щеке, а её смех больше похож на истерику, но её тело неожиданно начинает сильно трясти так, что он едва удерживает её, крепко прижимая к себе. — Элси! — кричит Стайлз и в коридоре тут же появляется заплаканная девочка, — неси телефон сюда, мигом! Девочка подлетает к сумке отца и достаёт оттуда его девайс. Дрожащей рукой протягивает телефон Стайлзу, в руках которого Лидия отключилась. Он кладет её на диван и вызывает скорую, попутно пытаясь привести жену в чувства. Элси не перестаёт рыдать, но увидев строгий взгляд отца, скрывается за дверью, ведущей в гостиную.

***

— Вес вашей жены на нижнем пределе допустимого. Что вы можете сказать по этому поводу? — доктор Эмберс внимательно смотрит на Стилински из-под очков-половинок. — На последнем обследовании всё было нормально. Я видел её карту. — непонимающе пожимает плечами он, уставившись на врача. — Больные порой и не такое проворачивают, — тяжело выдыхает женщина и начинает заполнять какие-то бумаги. — Они кладут в свои карманы гирьки, чтобы их вес был больше. — Я могу забрать её домой? У нас маленькая дочь, она будет переживать, — он кидает взгляд на телефон, экран которого загорается каждые несколько минут, из-за сообщений по работе. — Ваша жена, — доктор поджимает губы и отводит взгляд в сторону. — Да? — Стилински нетерпеливо смотрит на неё, не понимая, откуда в ней столько напряжения. — Давайте начистоту, — женщина снимает очки и кладет их на стол. — Как ваша жена относится к ребенку? — Не знаю, — пожимает плечами Стайлз, — нормально наверное. Как и все матери, — он начинает в голове анализировать последние пару месяцев и понимает, что он толком не видел того, чтобы Элси улыбалась. — Я практически не бываю дома, из-за работы, — ловит себя на мысли, что начинает оправдываться, перед доктором. — Она как-то изменилась после того, как родилась ваша дочь? — женщина начинает ставить вопросы всё конкретнее, а Стайлз начинает всё отчетливее чувствовать тревогу внутри. — Мы с ней знакомы ещё со школы. Она была невероятно умной, веселой, общительной, — ему кажется, что доктору и дела нет, до его рассказов. Но в то же время, у него нет кого-то, кому он мог бы рассказать свои наблюдения. — После рождения Элси она была на седьмом небе от счастья. Постоянно была с ней, не могла оторваться, могла часами смотреть на неё спящую. Потом меня повысили, я стал реже бывать дома, и когда прихожу Элси уже спит, а когда ухожу — ещё спит. Думаю, я ужасный отец. — Он поджимает губы и тяжело вздыхает, потирая пальцами висок. — Вам стоит разобраться с состоянием своей жены, прежде всего. — у доктора Эмберс давно иммунитет к таким историям. Подобное она слышит несколько раз в неделю и уже давно не проникается такими историями, продолжая сидеть со спокойным выражением лица и говорить то, что боится услышать каждый родственник. — В крови Лидии мы нашли наркотики. — она видит искреннее удивление Стайлза, — небольшое количество, но это ничего не меняет. И она выпила изрядно много алкоголя. Не исключено, что если бы вы не вызвали скорую, эта ночь не была бы для неё последней. — Но как? — он забывает обо всех рабочих вопросах и быстро выпрямляется на стуле, непонимающе наблюдая за доктором. — Мой вам совет, — она старается это говорить, как можно мягче, — чем быстрее вы заполните эти бумаги и доверите её лечение нам, тем быстрее она станет такой, как была когда-то.  Потому что, если она ещё раз поступит с подобным срывом, то вы понимаете, — Стилински прерывает её предложение кивком головы, а она и рада, что не приходится растягивать эту тему. Стайлз берет в руки несколько листов, где отмечены крестиками места, где нужно расписаться. Документы на согласие лечения Лидии в доме Эха. Он проводит языком по нижней губе и говорит, что ему нужна пара минут, чтобы подумать. Выходит в приемную, где сидит Элси возле медсестер и увлеченно рассказывает им что-то. Увидев отца, она мигом замолкает, опустив взгляд в пол. Он благодарит медсестер за то, что они посидели с ребенком и взяв её за руку, отходит с ней в сторону. — Пап, а мама попала в больницу из-за того странного напитка, который она постоянно пила? — девочка подаёт голос и поднимает голову вверх, с интересом хлопая ресницами. — Элси, какой напиток, о чем ты? — он присаживается возле неё, сводя брови к переносице. — Она всегда ругала меня, когда я хотела попробовать его, — девочка поджимает губы и отводит взгляд в сторону. — Скажи, она пила его сегодня? Этот напиток? — он внимательно всматривается в лицо дочери, стараясь прочесть её эмоции. — Да, а потом разбила зеркало в комнате, — девочка широко распахивает глаза, вспоминая тот ужас, который ощутила, когда поняла, что мама её заметила. — Элси, знаешь, маме придется побыть какое-то время в больнице, хорошо? — он поднимает её на руки, аккуратно водя ладонью по волосам. В тот же вечер, лечащим врачом Лидии становится доктор Валок.