Слушай коротышку - дольше проживёшь

В который раз она обещала себе не отвлекаться от основной цели своих поисков в библиотеке, и в который раз уже не могла удержаться от сования носа в стороннюю литературу! Линда задумчиво чесала кончиком шариковой ручки за ухом и смотрела на страницу книги о родовых проклятиях. Она надеялась найти в ней хоть что-то о психологических последствиях такого рода воздействий, а в результате зачиталась и теперь пыталась уложить информацию в голове. Когда-то в той, прошлой жизни Линда читала книгу про то, что некоторые сюжеты, описанные в сказках, основывались на забытых древних ритуалах. Книга называлась “Исторические корни сказок”* или как-то так. Соседка-историк Марина, тащившая в дом огромное количество околоучебной литературы, с таким восторгом рассказывала, как у неё открылись глаза на Великую Истину, что Люся не удержалась и всё-таки попыталась прочитать сама. Читать было сложновато из-за сухого научного языка, но ужасно интересно. Довольно много внимания уделялось обрядам инициации, тотемным животным-помощникам и загробному миру, но основная идея девушке понравилась - в любой достаточно старой сказке, если внимательно покопаться, можно найти отголоски реальной истории. Эта мысль довольно долго не давала покоя студентке, она взялась перечитывать сказки, глядя на них по-новому. Это было очень увлекательно до поры, потом она отвлеклась на какие-то фэнтези романчики и успокоилась. И вот сейчас, прочитав вполне научное исследование о родовом проклятии с каким-то нелепым условием снятия, она вспомнила, что буквально пару часов назад перебирала на полке своей маленькой детско-юношеской библиотеки и думала, а не убрать ли Андерсена. А ведь в “Двенадцати лебедях” тоже условие было до крайности нелепым с точки зрения обывателя - рубашки из кладбищенской крапивы разрывали круг превращения братьев в птиц. С такими совпадениями девушка уже сталкивалась не раз. Причем замечала отголоски идей не только в сказках, которые были переработаны - а как иначе! - временем под нужды читателей и слушателей. Идеи, судя по всему, перекочевали в художественные книги. Помимо откровенного бреда, какой пишут авторы фэнтези-историй, встречались вполне разумные вещи, которые не противоречили общемировой логике. И, скажем прямо, это было понятно - маггловский и магический миры отдалились друг от друга, но были неразрывно связаны. Магглы носят обереги, выполняют простейшие ритуалы, произносят охранные формулы, не задумываясь, не вкладывая значение в слова, не вкладывая, за неимением, магическую силу. Даже её астраханская баба Тамара, которая была материалистом во многих вопросах, и шокировала общественность, не посещая церковь, прибивала над дверью кисть красной рябины “от недобрых людей” и носила на одежде наговорённые английские булавки. Линда запустила пальцы в волосы и помассировала голову, отчего короткие пряди стали топорщиться в разные стороны. Информация выстраивалась, всё складывалось в подобие системы, результат был впечатляющим. Не смущало даже то, что половину информации она приобрела в той жизни, а половину - в этой. Девушка глянула на часы - пора было отправляться на зельеварческие галеры. Одно хорошо - зелья были простыми, приготовление было доведено до автоматизма, можно было немного отвлечься и подумать о другом. Жаль только, что обсудить свои идеи было особо не с кем, не писать же Клэр, в самом деле. Но Малинда решила выбраться на выходной к подруге и обстоятельно поговорить. *** Линда несла в больничное крыло котел с Бодроперцовым зельем, опасно балансируя им на поворотах. Процесс переноса зелий из лаборатории к месту назначения её ужасно раздражал и отнимал силы и время, и она уже всерьез подумывала о приобретении или создании из подручных материалов сумки-тележки. Единственный раз, когда она в шутку предложила наложить на котел Левитирующие чары, вспоминался ей до сих пор - Снейп орал минут пятнадцать, ни разу не повторившись, и используя из печатного только предлоги. С одной стороны - это было достойно уважения, а с другой… ну обидно же. - Мисс Кэлли! - позвал её кто-то, судя по высокому голосу, девочка. Точнее она не могла сказать - котел загораживал всё. Линда, с облегчением от неожиданной паузы, поставила ношу и осмотрелась. -Ах, Гермиона. Привет! - У меня тут есть вопрос, - девочка помялась, нежно прижимая к себе том старинных французских сказок. - Я не могу понять, почему иногда пишут о прОклятых вещах, а иногда о проклЯтых**. Есть какая-то разница? Гермиона Грейнджер даже к сказкам относилась очень серьёзно и пыталась анализировать все книги, попавшие в ее руки. Линде иногда казалось, что даже попади к ней в руки “Мурзилка” - и тот бы не избежал вдумчивого анализа. -Ты права, это совершенно разные понятия. Преподаватель-поневоле старалась называть “своих” учеников (тех, кто приходил обсуждать книги) по имени и на “ты”***. У неё, как у любого советского ребенка, обращение учителя по фамилии поневоле вызывало стойкое ощущение, что ученик где-то серьёзно напакостил. А эта девочка с её фундаментальным подходом к любому печатному тексту, вероятно, включая даже надписи на освежителе, ей казалась весьма забавной. -Ну, смотри, попробую привести пример. Допустим, есть некая девушка, которую проклял злой колдун: если она поцелует юношу, то у него… - Линда помялась, гоня от себя пошлые варианты развития событий, - пропадет… кхм... магическая сила. Девушка в данной ситуации прОклята, она носитель проклятия, но ей самой это не несет никакого прямого вреда. А юноша, которого поцелует данная девушка, будет проклЯт. То есть, весь вред падет только на него… - А девушка не пострадает при этом? - любознательно спросила девочка. Линда с ужасом поняла, что Гермиона, вытащив из необъятной сумки простой карандаш, быстро конспектирует импровизированную лекцию. - Ну, если юноша, из-за расстройства и обиды, её не придушит - то нет, не пострадает, - добрая преподаватель хмыкнула. - А если придушит - то это будет считаться косвенным вредом от проклятия. С вещами примерно так же, правда, вещи, в основном, бывают именно прОклятыми. Теперь понятно? -Да, спасибо, теперь понятно. Линда взялась было за котёл, но, судя по выражению лица, Гермиона ещё и близко не закончила пытать молодую практикантку. -Гермиона, мне очень надо донести котёл до Больничного Крыла. В такую погоду, да после прогулки, будет много простуженных. Кстати, а ты почему не на матче? -Рейвенкло-Слизерин? Что там делать? - искренне изумилась девочка. Судя по тому, что Гермиона была одна, а не в компании бессменных Гарри и Рона, последние были готовы смотреть любой матч, лишь бы не учиться. Линда смирилась с компанией любопытной гриффиндорки. -Пойдём тогда со мной, поговорим по дороге или в лазарете, мадам Помфри тоже на матче, - Гермиона кивала и чуть не подпрыгивала от нетерпения. - Что-то ещё хотела спросить? -Да. Я правильно понимаю, что проклятие - это слова? -Если упрощать. -Ну да. А сглазы, вредящие заклинания - это слова и движение палочкой? -К чему ты клонишь? - девочка явно издалека заходила на какой-то мозголомный вопрос, и Линда начинала чувствовать себя немного неловко. -Однажды я слышала, как женщина кричала на мужа и проклинала его. Это еще дома, давно. И я подумала - если проклятие - это просто слова, то как понять, что оно случилось, сработало? Эта женщина, конечно, была магглой, так что её проклятие не имело силы… -А вот не факт, - Линда с удовольствием смотрела, как расширяются глаза ученицы. - Ну а что тебя удивляет? Общеизвестно, что для наложения правильного проклятья нужно соблюсти несколько условий: эмоциональная составляющая, четко сформулированное тело проклятья, четко сформулированное условие снятия и, опционально, магическая энергия. Чем сильнее эмоции, тем меньше магии надо. Именно поэтому даже сквиб или маггл может проклясть, если от души. Ах, да. Забыла ещё одно условие - проклинающий должен быть либо сильнее проклинаемого, либо проклинаемый тоже должен быть нестабилен эмоционально в данный момент. Девочка зачарованно слушала. За это время они успели донести котёл с зельем и сидели на ближайшей больничной койке. - Каким интересным вещам вы учите студентов, мисс Кэлли, - прозвучало за спиной. Линда поморщилась, - преподаватель зелий в своей неповторимой манере оказался именно там и именно тогда, когда нафиг не был нужен. Он что, подслушивал? - Вы уверены, что в таком юном возрасте они поймут эту информацию? - Снейп выразительно посмотрел на Грейнджер, та быстро извинилась, попрощалась и пулей вылетела из лазарета. - Пока никаких проблем не было, профессор, студенты всё прекрасно понимают. А если нет, то действуют именно так - находят меня и спрашивают непонятные моменты, - придирки Снейпа казались девушке весьма утомительными. Ну взрослый же человек, неужели не может самоутверждаться как-то иначе, чем шугая всех по углам? -Вы странно понимаете, в чём именно состоит суть предмета маггловедения. Зачем вы вообще рассказываете им о таких вещах? - Каких вещах? Я просто надеюсь научить их думать самостоятельно и анализировать информацию. Любую информацию, - уточнила Линда, не понимающая, что такого она сверхъестественного рассказала. Это потому что тёмная магия? Хоть серобурокозявчатая - лишь бы польза была. Ну не привыкла она делить информацию о магии на светлую и тёмную! -О проклятиях магглов и силе, вложенной в них, мисс Кэлли. Откуда вы вообще взяли эту ересь? - Снейп с легким презрением посмотрел на практикантку. - Это совершенно ненаучно. - Хотите проверить на себе? Давайте проведём эксперимент, - радушно предложила Линда. Профессор задумчиво посмотрел ей в глаза. - Пожалуй, воздержусь, - нейтральным тоном ответил он и дёрнул уголком рта, скрывая саркастическую ухмылку, - но за предложение - спасибо. Мисс Кэлли, прошу, воздержитесь от того, чтобы пичкать вашими измышлениями студентов, у них и так каша в голове. Линда молча кивнула в знак согласия и, кляня себя за длинный язык, направилась к выходу, пока Снейп не начал её допрашивать подробнее. А судя по выражению лица, именно этим и собирался заняться профессор. Спасло её только то, что матч уже закончился, и в коридоре, ведущем к Больничному Крылу, зазвучали шаги и возбужденные голоса учеников.