Хождение к дальним берегам

Лидия, как и всегда, появлялась довольно неожиданно. Девушка выглядела спокойной, как море в эту лунную ночь. Стайлз при виде ведьмы всегда думал о том, почему она так печальна? Ведь эта девушка уже давно находится с ними на корабле, ее никто не обижает, а, наоборот, все почитают и уважают, некоторые даже побаиваются. Но всегда и для всех оставалась загадкой ее вечная грусть. Казалось, что ничто и никогда не сможет вселить в нее смех, веселье, радость. Она молчала о своей судьбе, она никогда ни с кем не говорила о своей мечте и о своих желаниях. Она просто шла с ними бок о бок, как с родными, и всегда заступалась и помогала, чем могла. Стилински было жаль ее. Но он не мог помочь ей ничем, так как не знал причины ее волнения или уныния.

***

На утро Стилински проснулся с мыслью о том, чтобы проверить своих пленных. Когда квартирмейстер спустился по лестнице, то сразу уловил тихий шепот двух беседующих. Интуиция не подвела юношу. Мэйсон снова сидел поблизости и уже кормил Кори завтраком. Стайлз остановился, а парни замерли в испуге. Кори понял характер квартирмейстера и боялся его, словно огня.  — Воркуете, голубки? — слабая улыбка показалась на губах Стилински, отчего и юноши тут же облегченно выдохнули.  — Стайлз, — кок подскочил на ноги о подбежал к юноше. — Прости меня, прости за вчерашнее. Я и сам не понимаю, как это вышло. Я слишком волновался. Больше этого…  — Достаточно, — оборвал его квартирмейстер, выставив руку вперед. — Я выпускаю Кори, но ты будешь отвечать за него головой. Если хоть что-то случится, если хоть кто-то станет подрывать спокойствие, ты знаешь, что несдобровать вам обоим. Ты отлично знаешь и меня.  — Да-да, конечно, — Мэйсон готов был целовать руки Стилински. — Я научу его готовить точно так же, он станет хорошим помощником. Я не подведу тебя, Стайлз. Юноши, словно давние любовники, примкнули друг другу в объятиях. Мэйсон сиял, Кори смущенно покраснел и стыдливо опустил голову, благодарно бубня. Когда двое счастливчиков вскоре покинули трюм, внимание квартирмейстера было переключено на остальных двоих заключенных. Девушка терпеливо молчала и лишь устало смотрела на Стилински, ее вид говорил о том, что она достаточно намучилась. Квартирмейстер подозвал Хэйден и тоже выпустил ее из клетки. — Поднимись на палубу, — командным голосом произнес Стайлз. — Там найдешь девушку, присоединяйся к ней. У нас на корабле каждый занят своей работой. Она скажет тебе, что ты должна делать. Хэйден быстро удалилась из трюма. Ей хватило и одной проведенной ночи в полутемнице. Стилински с неприязнью смотрел на оставшегося в клетке Донована. Парень и не старался понравиться или угодить местному «владыке». Его взор был непроницаем. Ни один мускул не дрогнул на его лице, пока квартирмейстер разглядывал его, сверля глазами. — Не хочешь присоединиться к друзьям? — тон голоса звучал строго. — Нет желания, — Донован с гордостью скрестил руки на груди. — Мне и здесь хорошо. А когда я выберусь отсюда, то непременно оторву тебе башку! — Ты это уже говорил, — равнодушно махнул рукой Стилински и с силой захлопнул дверь клетки, снова вешая крепкий замок. Ему некогда было тратить время на бестолкового упрямца. Лидия обещала рассказать свои догадки по поводу их путешествия, она позвала их со Скоттом в свою каюту, и тянуть время было совершенно некогда. Когда Стайлз заявился к ней, то сразу заметил сидевшего в углу Дерека. Он изменился — и сильно. Отросшая щетина была теперь полностью сбрита, и можно было рассмотреть красивые соблазнительные скулы мужчины. Длинные черные локоны аккуратно пострижены; вместо лохматой взъерошенной гривы — красивая короткая прическа. Зеленые глаза, опушенные черными ресницами, ярко выделялись на лице. Белые зубы показались при легкой улыбке. Дерек переоделся и теперь выглядел просто красавцем. Стилински замер в дверях, чего сам от себя не ожидал, и сглотнул слюну. Юноша замер, пристально оглядывая оборотня, и очнулся лишь тогда, когда услышал звук голоса Скотта. Стайлз встряхнул головой и подошел к широкому деревянному столу у окна каюты. Вокруг стояли Лидия, МакКолл и все тот же волк. Мужчина поднялся с кресла и приблизился к остальным. Лидия держала в руках карты и приготовилась разложить их. Ведьма окинула взором присутствующих и, обращаясь к капитану, произнесла: — Скотт, — девушка оставалась невозмутимой, — я говорила тебе, что будет трудно. Я говорила, что мы найдем остров и попадем на него. А теперь я хочу раскинуть карты на то, что ожидает нас там. Мои предчувствия плохие. Я не боюсь препятствий, как и вся твоя команда. Но моя интуиция и мое сегодняшнее ночное видение заставили меня начать сомневаться в правильности твоего решения. — Давай уже, начинай, — Скотт заметно нервничал, переплетая пальцы рук. — Лидия, умеешь ты нервишки подергать. Не томи! Ведьма не спеша сосредоточилась и разложила карты на столе. Определенный порядок, каждый атласный тонкий лист — на своем месте, ужасное предсказание буквально выплыло перед глазами девушки. Она немного подумала, а потом высказала следующее:  — Нас ждет опасность, и это не простая драка или сражение. Нет, этот остров напичкан нечто большим. Ужасные чудища обитают в его зарослях. Непроходимы леса и жуткие события ожидают нас на острове. Возможно, чья-то смерть. Скотт, ты действительно хочешь добраться до свитка исцеления? — ведьма с испугом взглянула в глаза капитана. Было заметно, что ее руки слегка дрожат, а на лбу выступила испарина.  — Лидия, — нервозно произнес капитан. — С ума сошла? Конечно, хочу! И не передумаю. Я обещал своей команде, я сделаю это. Мне не страшна смерть, мы и так далеко зашли и обратно не повернем! Дерек многозначительно покачал головой. Волк скрестил руки на груди и внимательно слушал слова ведьмы, прекрасно понимая, о чем она говорит. Хейл помолчал немного, выслушал мнение капитана и квартирмейстера — оба готовы рискнуть всем, но найти нужную цель. А потом встрял в разговор, решив высказать свое мнение:  — Я наслышан о том, кто обитает на тех землях. Это — не люди, это — не звери, это — существа намного хуже и страшнее всего вместе взятого. Я бы на твоем месте подумал, Скотт. Тебе не жаль свою команду? Вы совсем юные и неопытные. Стайлз мазнул ленивым взглядом по Дереку. Этот сексуальный вид волка ему непременно нравился больше, чем вечером ранее. Мужчина был очень симпатичен, а Стилински долгое время не испытывал ни к кому никаких чувств. Сейчас внутри юноши что-то всколыхнулось, что-то похожее на давно позабытое желание. Хейл почувствовал его взор и посмотрел в ответ:  — Стайлз, твои желания заводят меня. Осторожней с ними! Я же волк, могу не выдержать, — низкий волнующий голос донесся до мозга Стилински. Юноша вздрогнул и внезапно покрылся румянцем, чего давно с ним не случалось. Он постарался поскорее взять себя в руки и успокоиться, но рядом с Дереком это сделать было слишком сложно. МакКолл не заметил их болтовни, он задумался о своем решении. Лидия, как всегда, права. Она умело предсказывала их события, и ее видения еще ни разу не подводили их. Ведьма уже довольно спокойно смотрела на капитана, потом вдруг резко развернулась и уставилась на квартирмейстера.  — Выпусти его! — внезапная речь отвлекла Стилински от мыслей о волке. — Выпусти его немедленно. Он будет нам нужен.  — Ты о ком? — Стайлз удивленно смотрел на девушку. Юноша только что романтично увлекся красотой оборотня, а тут его вывели из задумчивости резким предложением.  — О взятом в плен капитане Теодоре, — Лидия видела его на выложенных картах, заметила в будущем. Рэйкен был отличным капитаном, сражался и выигрывал. Но это были схватки с людьми, а не с оборотнями и тем более — каннибалами. — Он — отличный боец. Поверь. И тебе придется смириться с его надменностью и наглостью. Стайлз сомневался. Впервые в жизни он сомневался в словах Лидии, но не послушать ее не мог. Юноша развернулся, бросил последний взгляд на Дерека, который тоже неотрывно и открыто уже любовался парнем, и вышел из каюты Мартин. Направляясь в отдельную комнату, в которой поместили капитана Рэйкена, Стилински все равно продолжал думать о волке. Почему у него такой красивый цвет глаз? Словно изумруд морской воды. Почему он так соблазнительно глядит на него? Будто хочет завалить прямо на месте. Зачем он появился именно сейчас? Это неправильно! Он не должен влюбиться! Мысли кружились и мешали думать рационально. Но когда юноша подошел к двери каюты Рэйкена, то мгновенно выбросил все из головы и сосредоточился на главном. Ему предстоял разговор с наглым, смелым и довольно капризным капитаном. Но Стайлз был не менее отважным и упертым, поэтому быстро распахнул дверь и вошел внутрь. Теодор сидел на низкой кровати и уныло глядел в окно, любуясь морской далью. Развернувшись при звуке шагов и глядя на вошедшего, Рэйкен прищурился.  — Что-то случилось? — капитан улыбнулся, но эта улыбка никоим образом не сыграла роли. Стайлзу он не нравился. Не нравился в целом.  — Я хочу выпустить тебя, — недовольно произнес квартирмейстер.  — И что я должен за это сделать? Поцеловать тебя? — наглость сквозила в тоне голоса, в глазах, во всем крепком теле. — Что-то не особо хочется.  — Да на хрен ты мне нужен! — громко ответил возмущенный Стилински. — Будешь свободно передвигаться по палубе и помогать нашему юнге. Вон он ходит со шваброй. Видишь? — Стайлз подвел Теодора к двери и указал рукой на работающего Данбара.  — Этому милашу? — казалось, мысли капитана были направлены лишь на одно. На секс. На удовольствие плоти. На разврат.  — Этого милаша зовут Лиам, а ты у нас, стало быть — теперь будешь Тео, — Стилински распахнул дверь пошире, выпуская Рэйкена вперед. Тот двигался гордо, ровно держа спину и уверенно глядя вперед.  — Я — капитан Теодор Рэйкен, — горделиво посмотрел на квартирмейстера молодой человек.  — Был у себя там, где-то и когда-то, — Стайлз неумолимо стоял на своем. — А здесь ты просто Тео, парень. Двигай булками и шустрее шевелись! Забудь о прошлой жизни, ты находишься в плену на нашем корабле, и пока станешь подчиняться мне. Рэйкен не стал пререкаться с молодым человеком. Он в такой же степени был хитрым, как и смелым. В данный момент Теодор может забыть о своем корабле и попробовать смириться с временной жизнью пленника. Капитан, соглашаясь на условия квартирмейстера, легкой походкой направился к Лиаму, который в это время задумался о своем и совершенно не ожидал приближения соблазнительной опасности.