Джокер без анастезии

Неделя была забита до отказа: возобновившиеся тренировки по баскетболу, бесчисленные задания по предметам и здоровый сон. И не до мыслей о несуразном новичке, его остром языке и глазах с секретами на донышке, тем более, тот все время прячется тенью на парах, незаметен во время обеда, да и не выделяется среди массы студентов. Может, только своей массой (Хаха, какая ирония). Пятница... значит, завтра не вставать в семь на пробежку, а затем не мучиться на лекциях и не подыхать после тренировки (конечно, если только брат не решит тряхнуть стариной). Милая девушка, Чон не знал ее имени и не хотел в принципе знать, принесла его любимый капучино, поэтому утро началось ОТЛИЧНО. Когда в вашем утре есть кофе, оно уже вполне неплохое. - Давно с Джином общался? - делая глоток из стаканчика с приторным латте, спросил Чимин. - Что-то его не видно давно. - А? Не заметил, - из-за плотного расписания он вряд ли заметил бы даже новый цвет волос Юнги, не то, чтобы игнор их компании старшим. - Что б ты ещё заметил, кроме своего пухлячка, - расхохотался Пак, надувая щеки, как бы передразнивая того новичка. - Ути-пути, где же мои жирненькие ляжечки, да? Скажи, бро, тащишься от крупных мальчиков? Чонгук опешил и раскрыл рот, готовый выдать тираду, но его прервали. - Ничего страшного, у всех свои фетиши, - ещё громче загоготал Чим, хлопая Чона по плечу. - Ты поэтому всех девочек отшиваешь? Чонгукки - гей? У Чона не было предубеждений и агрессии к сексуальным меньшинствам, но он просто не выносил, когда его высмеивают. Да, он не силён в словесных баталиях, вообще болтать много не любит. Не то что Чимин. А уж вся эта тема с этим... Тэхеном... Что бы ни касалось этого парня, Чона тут же поднимают насмех. За пару недель его слишком часто делали шутом, Гук был далеко не в восторге. - Заебал, - и полупустой стаканчик кофе полетел прямо в лицо Пака, разливаясь некрасивой лужицей коричневого цвета на щеках, губах и белой рубашке друга. - Сдурел? - вопит Чимин, отряхиваясь от капель. - Шутки теперь не заходят? Бай-бай, адекват? Да иди ты! И уходит, оставляя Чонгука одного на ступеньках в немного растерянных чувствах. Гон прошёл, нервы должны были успокоиться, трезвость и ясность мыслей вернуться, так какого он кидается на друзей? Что с ним не так? Пофиг. Первой парой снова вокал. Профессор Ким Ын Чан потирает ладони и смотрит коршуном: задумал чего или просто в дурном настроении? Чон надеется на веселье с криками и разборками, потому что внутри засел бес, да и Чимин губы дует, отворачивается. Чону нужно развлечение. - Вы - отстой, - Чонгук вздохнул: хорошее начало. - Но у вас есть шанс доказать обратное. Отчётный концерт - это отличный способ проявить себя и не бесить меня. Печальный выдох: препод снова за свою любимую шарманку. Эти отчёты - некий фетиш, сцена радости и отдушина Ким Ын Чана. Он помешан на них, как, допустим, Чон помешан на своём теле: полностью и бесповоротно. Со всей силы человеческого максимализма. И нечеловеческого тоже, потому что Гук знал один маленький секрет преподавателя. В прошлом году на отчётном (именно да, когда препод был слишком взволнован) он нашёл выпавшие из сумки супрессанты Ын Чана. Они были для омег. По шоку на лице учитель вокала разобрал неладное, но, впрочем, уверенный в себе не отрицал очевидного. - Такое случается, пацан, омега - да, мужчина - да, - прямо ответил тогда препод. - В твоих интересах молчать, как хороший маленький мальчик, окей? Чон и не собирался сдавать своего любимого учителя, случалось даже пару раз за тот год бегать ему за таблетками в аптеку, когда происходили случайности и проблемы с гормонами омеги... Омеги среди мужчин были такой же редкостью, как, например, близнецы среди малышей. Статистика не была открытой, но, в целом, не каждый встретит на своём пути подобного уникума. Это вроде гермафродита, что ли, так их называли до гормональной революции в следствии изменений условий проживания на планете. Омеги были мужчинами: по всем анатомическим признакам, но... И женщинами тоже. Внутри них были репродуктивные органы способные к зачатию и вынашиванию ребёнка. Сложно представить, но так уж распорядилась природа. И ещё в противопоставление альфам - у них были пресловутые течки. У обычной беты (оставшиеся нормальные люди, не подвергшиеся эволюции) были овуляции, когда лучше всего планировать зачатие малыша, в то время как у омег все это сопровождалось обильным выделением крайне пахучей смазки, чей запах у всех имел специфический оттенок. И он определял различия между особями. А ещё омег жутко штормило, поднималась температура, гормоны устраивали шабаш, а настроение скакало бешено. Но быть мужчиной-омегой, а не женщиной - было не комильфо, "общественно" неправильно. Многие стыдились такого факта и активно скрывали. Некоторых даже гнобили за это, но стоило ли отрицать, что в мире полно тупых людей? Именно этот секрет их так сблизил - учителя и студента, хотя один был слишком резким и грубоватым, а второй слишком поверхностным и пофигистичным ко всему. Странная дружба, однако. - Так, по списку, кто же в пары? - продолжил Ын Чан. - Наши соловьи снова вместе? - спросил он, глядя на Чимина с Чонгуком. Не сговариваясь, они кивнули. Ссора ссорой, а их голоса вместе звучат как пение ангелов с вышибанием мозгов окружающим напрочь. Не могли же они себе отказать в чудесном удовольствии наблюдать раскрытые рты слушателей и обожание в глазах? Кто сможет? После распределения пар (были те, кто захотел участвовать со студентами других факультетов или со старших курсов) остался только один новенький без напарника. По окончанию пары толстяк подошел к столу преподавателя (Боже, он снова в этих узких штанах, как же отвратно они смотрятся на его телесах). - Хмм, Ким Тэхен, - учитель задумался, поджимая губы. - Посмотрим, кого же такому баритону поставить в пару? Есть мысли? - Хотелось бы тенор, но чистый, с хорошим слухом, знаете, чтоб хорошо с балладами сочетался или с джазом, не знаю, - парень так старательно подбирал эпитеты, что Чон из узкой щели входной двери мог увидеть складочку меж его бровей. - Что ж, смотри, есть: Хенсон, Сокджин, Чонуль, - перечислил препод студентов из выпускного курса. - Выбирай, не хочу! - Это как лотерея? - Тэхен улыбнулся и, не долго думая, выбрал. - Сокджин. - Почему? Ты даже не спросил их характеристики, - удивился Ын Чан. Толстяк почесал макушку, обернулся через плечо, подмигнул подслушивающему Чонгуку (тот чуть на попу не свалился), а затем ответил. - Имя понравилось. - И все? - Будь проще, и люди к тебе потянутся, мне так в детстве говорили, - Тэхен поклонился учителю и направился к выходу из кабинета. Чонгук еле успел сбежать подальше и не предстать виноватым за очередной шпионаж. Допустим, это чисто профессиональный интерес: соперник с таким голосом - с кем он будет выступать? И тут такое. Лучший друг и лучший враг (ценить врагов тоже надо уметь, господа и дамы). У Джина ровный, поставленный голос, без ненужных заигрываний и лишних вздохов. Образец для подражания Чона, если по правде-то. А вкупе с бархатным баритоном и глубоким тембром Тэхена они составят прямую конкуренцию их с Чимином тандему. Даже больше: у них будет мало шансов выиграть против этих двоих. Может, только внешностью взять? Ха, да Джин за двоих будет сиять на сцене. - Как же ты бесишь, - прошипел Чон, спрятавшись за углом лестницы, когда Тэхен спокойно прошёл мимо него в сторону тренировочной комнаты. - Толстый уродец! Оскорбить насчёт очевидного внешнего недостатка? Может, умеет, практикует. Потому что пока что иных причин к оскорблениям того Чон не нашёл. Слабый даёт повод, сильный вот так заставляет исподтишка наблюдать за своей персоной. Чонгуку пора включать свой мозг активно, а не прохлаждаться на лаврах, если он не хотел затмения своей звезды в этом университете. Только не этим... Ким Тэхеном.