Разноцветные Деревянные Буквы

Стайлз любит ходить в Заповедник, даже несмотря на то, что там страшно. Потому что иногда дома страшнее. Стайлз любит представлять, что может жить в лесу. Он может построить дом и... и он не знает, как это сделать. Он пытается один раз, но получается лишь куча веток, которую Стайлз разваливает, когда пробует залезть в построенное убежище. К тому же, закончив со строительством, он чувствует голод. Стайлз не знает, как добывать еду в лесу, — он умеет добывать ее только из холодильника. Однажды Стайлз случайно находит дом Хейлов. Он не видел старших детей Хейлов с того раза в автобусе, но когда он выходит из-за деревьев и понимает, что стоит уже на лужайке, то видит взрослую девочку, сидящую на крыльце дома. Она читает что-то в своем телефоне. Стайлз убегает до того, как она его замечает, потому что он знает, что такое нарушение границ чужой собственности, и не хочет попасть в неприятности. Вокруг автосвалки нет никаких предупреждающих знаков, и папа ужасно злится, когда дети иногда забираются туда ночью. Стайлз не знает, зачем они это делают. Он подозревает, что они, скорее всего, делают это на слабо, потому что у отца есть две собаки, которых он спускает с цепей на ночь, и они очень страшные. Стайлз не видел никаких знаков и на пути к дому Хейлов, но это не значит, что они не разозлятся. Он бежит, пока в груди не начинает гореть, а потом останавливается, находит палочку и какое-то время рисует на земле разные узоры. В конце концов, когда уже темнеет, он возвращается домой. *** Во втором классе учительницей Стайлза становится мисс Новак. Она очень симпатичная, даже несмотря на то, что взрослая, и она очень внимательно выслушивает Стайлза, когда он говорит, что его имя "Стайлз", и вычеркивает имя "Мечислав", и зовет его по-другому. Иногда ему кажется, что он влюблен в нее. Иногда ему кажется, что она знает об этом, потому что она смотрит на него гораздо чаще, чем на других детей. Из-за этого он чувствует тепло по всему телу, и слабую дрожь, и стыд за свои разбитые коленки, изредка дырявую одежду и крошечные корочки на коже головы, появляющиеся из-за того, что он расчесывает ее, хотя прошло уже несколько месяцев с того момента, когда у него последний раз обнаружили вшей. Однажды мисс Новак приглашает папу в школу. — Стайлз совершенно особенный маленький мальчик, — говорит она. — Что? Его имя Митч. Что за хрень он вам впарил? Стайлз поникает под смущенным взглядом мисс Новак. — Митч совершенно особенный маленький мальчик, — говорит она. Мягким, но настойчивым голосом она говорит папе, что считает, что ему нужно отвести Стайлза к врачу и проверить на что-то под названием "СДВГ". Она думает, именно из-за этого он иногда невнимателен или слишком активен и ему бывает трудно сосредоточиться. Папа отвечает, что подумает об этом. А потом, когда они снова оказываются дома, он снимает ремень и бьет Стайлза по попе и бедрам, пока Стайлз не начинает выть, умоляя его остановиться. Ему лучше больше не слышать никаких гребаных жалоб на то, что Стайлз был невнимателен в классе, говорит папа, или Стайлз получит еще. *** В середине учебного года мисс Новак заболевает. Весь класс делает ей открытки с надписью "Выздоравливайте скорее". Стайлз использует толстые куски скотча, чтобы прикрепить внутри красивые цветы, которые он нашел в Заповеднике. Он сосредотачивается, пытаясь написать свое имя как можно аккуратнее, — чтобы она увидела, что он очень старается: СТАЙЛЗ. Он кладет свою открытку к остальным, чтобы их отправили мисс Новак. Но в школу она не возвращается. *** Несколько недель спустя Стайлз ждет папу у винно-водочного магазина и снова видит ее. Она выходит из расположенного по соседству продуктового с мужчиной, который толкает их тележку. — Привет, Стайлз, — говорит она. Так странно видеть учителей вне школы. Стайлз морщит нос, неожиданно смутившись мысли, что у учителей есть личная жизнь. Есть ли у мисс Новак домашние животные? Носит ли она по ночам мягкие тапочки? Как она выглядит в пижаме? Даже сами мысли о таких вещах смешат его, как будто это что-то, что ему не полагается знать. — Здравствуйте, — наконец говорит он, глядя вверх на нее, а потом на мужчину рядом с ней. Его сердце перестает биться. Это полицейский Джон. — Это мой муж, — говорит мисс Новак, — Джон. Он выглядит по-другому без формы, но его улыбка и морщинки вокруг глаз точно такие же. — Привет, ребенок. Как поживаешь? И тут Стайлза охватывает паника, потому что он видит, как мисс Новак смотрит на полицейского Джона — с каким-то пониманием на лице — и Стайлз знает, что это значит. Ему неожиданно становится стыдно за своего отца, за их дом, за крики — точно так же, как ему было стыдно за корочки на голове и рваную одежду. Он не хочет, чтобы мисс Новак знала о нем такое. Он хочет быть лучше. — Я сделал вам открытку, — вдруг выпаливает он. — Да, — говорит она, улыбаясь. — Она замечательная. Спасибо, Стайлз. Пожалуйста, заберите меня к себе домой, хочет сказать он. Пожалуйста, будьте моими мамой и папой. Но он ничего не говорит. Он смотрит на потрескавшийся асфальт, проводя по линиям трещин носком ботинка. Пожалуйста, будьте моими мамой и папой. Он боится сказать это вслух. Наверное, боится, что папа услышит. Но больше всего он боится, потому что знает — мечты не сбываются. Он знает, что, если скажет это вслух и они ответят "нет", иллюзия будет разрушена навсегда. А Стайлзу не нравится реальный мир. Ему нужна эта иллюзия, чтобы защититься от него. Пожалуйста. — Все хорошо, ребенок? — спрашивает полицейский Джон. Стайлз поднимает на него взгляд и кивает. Стайлз очень хорошо врет. *** Рука Стайлза болит уже несколько дней, когда папа наконец отвозит его в больницу. У него перелом по типу зеленой ветки. Стайлз не знает, что это значит, но сразу думает о тех ветках в Заповеднике, которые слишком мягкие, чтобы ломаться с хрустом, и с интересом смотрит, как доктор оборачивает мокрые слои чего-то вокруг его руки. — Я упал с одной из машин, — говорит Стайлз в четвертый раз, в пятый раз. Это неправда. Стайлз держится подальше от свалки, потому что боится собак, но здесь об этом никто не знает. — Ох уж эти дети, да? — говорит папа жалобным голосом. Стайлз выбирает для гипса ярко-зеленый цвет. Никто в школе его не подписывает. *** — Это частная собственность, — говорит темноволосый мальчик Хейлов, когда Стайлз, скатившись вниз по склону оврага, приземляется пятой точкой на сухие листья в русле высохшего ручья. Стайлз запыхался. Он лежит там, тяжело дыша. Мальчик подходит к нему и сердито хмурится. — Что ты здесь делаешь? Он бежит от папы. Сегодня папа особенно злой, а Стайлз опрокинул банку с пивом, и оно разлилось на пол. Он изо всех сил старается быть тихим и незаметным, но иногда ему кажется, что он пытается закрутить крышечку на бурлящей бутылке с газировкой, и чем больше сил он прилагает, тем ужасней будет взрыв. Стайлз старается быть хорошим, но ему не сидится на месте. Он и сейчас разбрасывает листья в стороны, пока мальчик с негодованием смотрит на него. — Ничего! — заявляет он, когда ему удается глотнуть немного воздуха. — Это частная собственность, — повторяет мальчик. Стайлз толчком заставляет себя сесть. — Я не знал! — врет он. Взгляд мальчика смягчается. — Ты ранен? Стайлз встает на ноги. — Нет. Мальчик поднимает брови, кивая на его ярко-зеленый гипс. — Ну, не с этого раза, — говорит Стайлз. Он смотрит на мальчика искоса и чешет нос. — Это случилось на прошлой неделе. — Болит? — с любопытством спрашивает мальчик. Стайлз не знает, что на это ответить. — Чешется, — наконец говорит он. — Пошли, — говорит мальчик. — Я отведу тебя домой. *** Имя мальчика Хейлов — Дерек. Он не особо разговорчив, но Стайлз решает, что это из-за того, что он большой мальчик, а Стайлз недостаточно взрослый, чтобы с ним было о чем поговорить. И даже если бы он был достаточно взрослым, он не из тех ребят, что могли бы дружить с Дереком Хейлом. Если Стайлз и знает что-то наверняка, так это то, что он во всех смыслах неправильный. Другие дети не любят его. Иногда это причиняет ему боль, какую причиняет большой синяк. Ноющую. Тянущую. Стайлз думает, что хотел бы нравиться кому-то. Он думает, ему бы хотелось иметь друга. *** Самый страшный звук в маленьком нарисованном мирке Стайлза — это щелчок и шипение открывающейся банки с пивом. *** У папы появляется много разных девушек после Одри. Некоторые из них остаются на несколько недель. Некоторые только на одну ночь, уходя наутро. Однажды Стайлз, скривившись, наблюдает из коридора, как одна из них целует папу на диване. Она сидит на его коленях и делает что-то своей рукой — Стайлз не видит, что — и они оба издают отвратительные звуки. Стайлз не знает, чем именно они занимаются, но инстинктивно чувствует, что не должен быть пойман за тем, что подглядывает, поэтому бросает идею проскользнуть на кухню и сделать сэндвич и вместо этого возвращается в свою спальню. Он делает домашнюю работу. Ему нужно сделать проект про космос, но у него нет ни блесток, ни клея, ни маркеров. У него нет даже картона. Он пытается нарисовать планеты на листочке, вырванном из обычной тетради, но они не выглядят красиво без блесток и нераскрашенными. У одной из одноклассниц Стайлза, Лидии, есть настоящие блестящие маркеры. Ее проект будет потрясающим. Стайлз замирает, услышав шаги в коридоре, и расслабляется только когда они минуют его комнату, направляясь в ванную. Он еще немного занимается своим проектом, чувствуя боль в пустом желудке, а потом заползает в постель, чтобы дождаться, пока папа и девушка заснут. Тогда он сможет сходить на кухню и сделать себе бутерброд с арахисовым маслом. Он ждет очень долго. *** Стайлзу восемь, когда мисс Новак умирает. Впервые он слышит об этом в школе, когда все дети начинают перешептываться, как будто это что-то захватывающее, что-то скандальное. Стайлза тошнит от этого, и он убегает в туалет и запирается в кабинке. Это нечестно. Сначала его мама, а теперь мисс Новак. Он в ужасе думает о полицейском Джоне. Ему так же грустно, как Стайлзу? Он тоже плачет? Знает ли он, что люди, которых Стайлз любит, всегда умирают? Знает ли он, что все это, возможно, его, Стайлза, вина? Если бы Стайлз не любил мисс Новак, если бы он не вложил ей в открытку те цветы и не написал бы свое имя с такой аккуратной точностью, может, с ней бы все было хорошо. Стайлзу надо быть осторожным и не любить полицейского Джона, просто на всякий случай.