Is There Somewhere

      Свадьба Мэнди была прекрасна. Сама Мэнди тоже была прекрасна.       Микки умудрился не уснуть за двухчасовую церемонию и старательно игнорировал собственное похмелье всю дорогу до ресепшена. Он даже не сделал ничего тупого, правда, поздравив сестру и обняв её, наконец смог снять с себя счастливую маску и перестать лыбиться направо и налево. Эту возможность он, разумеется, не упустил, так что разбил лагерь у бара и торчал там до тех пор, пока Мэнди не помахала им из окна машины.       Слово «новобрачные» с заднего бампера выветрилось из его памяти только тогда, когда он приговорил последнее шампанское.       — Так, очаровашка, хватит с тебя, – ухмыльнулся Тони и, отобрав у Микки почти опустошённую бутылку, залпом допил содержимое.       Микки протестовал, но Тони его проигнорировал и подозвал братьев, чтобы помогли вызвать такси.       — Я ненавижу свадьбы, – сосредоточенно сопел Микки, пока Игги и Колин запихивали его на заднее сиденье. – Ебучие... я... ненавижу ебучие свадьбы!       — Знаем, что ненавидишь, братишка, – бодро отозвался Игги, передавая водителю куда больше денег, чем стоило бы. – Проблюйся, прежде чем заглянуть завтра на завтрак, ага?       — Увидимся, Мик, – ухмыльнулся в окно Колин. – Лучшее лекарство от похмелья – позвать меня и уделать косячок! – громче добавил он, когда машина съехала на дорогу.       Таксист кашлянул, напомнив о своём присутствии. Микки посмотрел по сторонам, когда они остановились на перекрёстке, и наклонился вперёд.       — Забудь о том, что наболтали эти дебилы. – Он назвал другой адрес, не обратив внимания на вскинутые брови, и откинулся обратно на своё сиденье. – Куплю тебе выпить, если довезёшь, пока я не угваздал тебе машину.       — Я выставлю тебе счёт на выпивку, если ты угваздаешь мне машину, Джеймс Дин [4], – рассмеялся таксист.

* * *

      Микки купил таксисту выпить и заплатил ему сверх тарифа, потому что он был паинькой, а деньги были брата. Таксист махнул ему рукой и пошёл вниз по улице – видимо, тоже в клуб, потому что Микки не видел, чтобы он вернулся обратно в машину.       Этот клуб отличался от вчерашнего: музыка была тише и ниже, поэтому не проходила насквозь, заставляя все органы трястись, да и болтовню можно было бы различить, если бы Микки прислушивался. Около болтающих танцевали несколько групп мужчин и парней, но он оставался у бара и, пускай музыка здесь и была громче, мог слышать бармена каждый раз, когда тот наклонялся к нему, чтобы спросить, чего он ещё хочет.       К 23:16 у него на телефоне было три пропущенных от Колина, который, видимо, хотел убедиться, что Микки не свалился в канаву по пути домой, а на столешнице перед ним стояли три пустых бокала. Бармен налил ему ещё и отошёл, и тут Микки почувствовал, как на соседний стул кто-то уселся. Он пока не определился, хочет ли уехать домой один или с кем-то, так что обернулся, угрожающе выгнув брови.       Микки узнал его тут же даже сквозь туман шампанского и «отвёртки».       — Эй, – окликнул он под удивлённым взглядом, – ты же вчерашний парень, да? Йен, правильно?       Йен улыбнулся, видимо, довольный тем, что Микки его вспомнил, и горячо закивал. Он так ничего и не сказал, правда, указал на бокалы на стойке. Микки уже собирался порекомендовать ему отъебаться и купить себе выпивку самому, когда услышал голос бармена:       — Без проблем, Йен. Кстати, рад тебя снова видеть, тебя несколько недель не было. На новой работе занят?       Йен неопределённо пожал плечами, а Микки молча продолжал пялиться на него и потягивать коктейль. Бармен улыбнулся, смешал им обоим водку с апельсиновым соком и продолжил:       — Держи голову выше, Йен, первые несколько недель всегда нелегко. Не парься, окей?       Йен кивнул, и бармен с улыбкой отвернулся, чтобы обслужить другого клиента.       Микки ухмыльнулся, когда Йен повернулся к нему.       — Ты бухой или просто барменом работал? – спросил он.       Йен только подмигнул, и Микки помахал перед его лицом рукой.       — Эй, тряпичная Энни [5]! Ты уже слишком бухой для разговоров? Тебе такси вызвать?       Голос Микки поднимался всё выше: он вдруг подумал, что ему придётся нянчиться с незнакомцем на заднем сиденье такси, а то и тащить его к себе домой, если Йен не разродится своим адресом. Но внезапно тот закатил глаза и широко улыбнулся. Микки вскинул брови, а Йен повторил жест, которым молча привлекал внимание бармена. На этот раз не сработало, и он, вынув из кармана куртки телефон, принялся печатать.       Микки, хоть обычно всякие игнорирующие его незнакомцы его и не раздражали, игнор Йена немного выбесил. Он похлопал его по плечу и со злостью начал:       — Эй, да кто ты воо... – но тот поднял палец к его лицу, даже не отрываясь от телефона.       Микки сердито выдохнул, но всё же откинулся назад, вцепился в свой бокал и уткнулся взглядом в ряд стаканов за стойкой.       Хоть и был ещё немного зол, он всё же поднял взгляд, когда почувствовал, что Йен легко тыкает его в спину пальцем. Тот помахал телефоном, наблюдая за Микки с неприкрытым весельем, пока он щурился и пытался разглядеть, что же написано на экране, не прикасаясь к телефону.       В поле для ввода смс, которое Йен открыл, было всего три слова:       «Я немой. Тупица».       Микки поднял взгляд и заглянул в лицо Йена: тот улыбался, убирая телефон обратно в карман. Микки всё ещё никак не мог придумать, что же ему сказать, а Йен уже обернулся к нему с ожидающим выражением лица.       — Ну... – Микки провёл рукой по волосам и выдал неловкий смешок. – Блядь, чувствую себя грёбаным ослом. Микки, кстати. Хронический придурок.       Йен прищурился, его губы изогнулись и раскрылись, и Микки подумал – по большей части потому, что ощутил на себе выдох, – что так он смеётся, и тоже рассмеялся. Когда они оба успокоились, Йен поднял большие пальцы, что, видимо, можно было перевести как-то вроде «нет, ты, конечно, грубиян, но я не злюсь».       — Частенько сталкиваешься с этим, да? – спросил Микки. Йен развёл руками. – Ну да, ты наверняка слышал и большее дерьмо от местного мудачья. По клубам ходят мелкие самодовольные болваны, которые считают, что всё продаётся, так что они легко могут снять кого угодно. Вряд ли им нравится, когда их отшивают. Хотя бьюсь об заклад, что ещё меньше им нравятся, когда их игнорят.       Йен усмехнулся и отсалютовал своей «отвёрткой».       — Боже, тебе это нравится! – обвиняюще воскликнул Микки. – Мелкий засранец, да ты обожаешь бесить их!       Йен неопределённо мотнул головой. «Не буду спорить», – предположил Микки.       — Не думаю, что могу тебя винить, – признал он, покачав головой. – Будь я на твоём месте, слал бы к хуям всех, кто подкатывал ко мне яйца. Ну, ты и молча делаешь не хуже.       Йен ничего не сказал – как будто до этого болтал не переставая. Вообще теперь он выглядел так, будто мог не беспокоиться, что Микки как-то неправильно его поймёт. Он тоже замолчал и в несколько глотков допил свою «отвёртку», но тут краем глаза заметил, как Йен на него пялится. Микки повернулся к нему: тот сидел, склонив голову и приоткрыв рот, как если бы Микки был музейным экспонатом, и теперь он искал на нём поясняющую табличку.       — Что?       Йен опять пожал плечами, Микки пожал плечами в ответ. Йен повторил ту штуку, которую Микки посчитал смехом, но уточнять не стал – был уверен, что это уж чересчур. Между ними висела комфортная тишина, пока не подошёл бармен и не предложил им ещё водки. Микки покачал головой. Он водил пальцами по краю стакана и кусал губы, а потом принял решение и толкнул стакан по стойке.       — Давай лучше джека?       Бармен выглядел сбитым с толку и бросил на Микки неуверенный взгляд, но кивнул, отставил одну бутылку и взял другую.       — Один «Джек Дэниэлс» и апельсиновый сок, сейчас будет!

* * *

      Расправившись с выпивкой, Микки ушёл в туалет, а вернувшись, обнаружил, что Йен куда-то пропал. С тех пор он его не видел. Он побывал в нескольких разных клубах за следующую неделю (брак сестры был, пожалуй, одной из главных причин) и привёл домой пару других парней. И он совсем даже и не думал о немом парне, которого встречал уже дважды, пока не наткнулся на него в том же клубе неделей позже: он сидел у бара.       В этот раз была смена другой барменши, но Йен, похоже, знал и её. Она болтала с ним, когда не обслуживала остальных клиентов, и, судя по всему, понимала его жесты, потому что постоянно либо отвечала ему, либо смеялась. Микки пересёк зал и уселся рядом, оборвав его рассказ.       — Какая неожиданная встреча.       По лицу Йена было ясно: он зол, что его перебили, но злость мигом сменилась широкой сияющей улыбкой, когда он увидел Микки. Он сделал барменше ещё какой-то знак, и та налила новый напиток и поставила его напротив Микки. Он в знак благодарности звякнул своим бокалом о бокал Йена, залпом опрокинул выпивку и заказал ещё.       — Ну, – начал он, забирая второй бокал и скользя взглядом по Йену: он был немного потным, волосы были зачёсаны назад, а щёки горели румянцем, – почему ты весь потный и взбудораженный? Подрочил в сортире по-быстрому?       Йен закатил глаза и через плечо указал пальцем в сторону танцпола. Микки задумчиво кивнул.       — Звучит весело, – заявил он серьёзнее, чем стоило, но не сдержался и рассмеялся в голос. – Чёрт, опять проебался. Рад снова тебя видеть. Я успел забыть, как просто тебя завести.       Йен посмотрел на него так, будто собирался показать язык, но сдержался и вместо этого сунул руку в карман. Микки подождал, пока тот что-то напечатает и помашет перед его лицом рукой с телефоном, прежде чем посмотреть на него снова.       «Ненавидишь танцы?»       — Со всеми вот этими старыми потными чуваками, пытающимися меня отодрать прямо на танцполе? Ага, охерительно звучит.       Йен смотрел на него, задумчиво наклонив голову. Микки тоже пристально за ним наблюдал: тот опустил взгляд к телефону и через несколько секунд показал:       «А со МНОЙ хочешь потанцевать?»       Микки фыркнул и оттолкнул руку Йена, проигнорировав улыбку.       — Я не танцую.       Взгляд Йена стал умоляющим, и он опять поднял телефон.       — Я не танцую, Бэмби. Блядь, что во мне заставило тебя подумать: «О да, он прогнётся подо мной»?       Йен рассмеялся своим беззвучным смехом, но всё-таки положил телефон на липкую стойку. И продолжал коситься на Микки, а потом опять схватился за телефон, напечатал что-то и подсунул ему. На экране было открыто окно ввода нового контакта, и в строке для имени Микки прочитал: «Для удобства» – и ухмыльнулся.       — Иди в задницу, – буркнул он, но номер всё-таки вбил. В конце концов, теперь Йен сможет писать ему сообщения, вместо того чтобы создавать новые заметки. Он сказал об этом, и мгновением позже его телефон завибрировал.       «Что бы ты ни говорил, а я видел тебя тут трижды за две недели. Я знаю, что ты этого хочешь».       Йен усмехнулся, когда Микки поднял на него взгляд. Он задумчиво его оглядел, а вернувшись к лицу, увидел, что тот больше не выглядит весёлым, скорее напряжённым и сосредоточенным на чём-то. Вместо того, чтобы что-то ему сказать, Микки отклонился в сторону и подозвал барменшу.       — Повтори Йену, – попросил он.       Он чувствовал, что Йен смотрит на него, но не поворачивался, пока перед ним не поставили бокал. Тогда он допил свою выпивку и, убедившись, что Йен получил свою, наконец обернулся.       Он выглядел потрясающе: лицо раскраснелось из-за танцев и алкоголя, а небрежно лежащие волосы дико приковывали взгляд. Стекло бокала коснулось нижней губы, и у Микки просто отключился мозг, пока он смотрел, как Йен делает один глоток за другим.       Именно в этот момент он понял, что сегодня затащит его к себе домой. Йен, может, и шутил, но Микки явно было не до шуток.       Он облизал губы, когда Йен, запрокинув голову, уговорил коктейль и улыбнулся Микки какой-то поехавшей улыбкой, а потом вытер соскользнувшую с губ на подбородок каплю тыльной стороной ладони. Теперь, когда Микки решил, что попытается пригласить Йена к себе, эти покрасневшие губы почти гипнотизировали: раньше он как-то не обращал на них внимания. Он встряхнул головой и перевёл взгляд выше. Боже, а ведь он не так уж и много выпил.       Телефон опять завибрировал с новым сообщением от Йена.       «Так как, ты часто ходишь в клубы?»       Микки посмотрел на него без особого воодушевления, и тот положил телефон себе на колени.       — Могу задать тебе тот же вопрос, – сказал он, слегка пихнув его локтем в плечо. Йен хлопнул его в ответ. – Не-а. Моя... в общем, у меня сестра пару недель назад замуж вышла. Нет, это круто! Я реально счастлив за неё, она... она этого заслуживает. Просто, знаешь... свадьбы, – он обвёл бар рукой, как если бы тут собирались одни только холостяки. Может, так оно и было: Йен понимающе кивнул. – Один мой брат думает скоро делать предложение, у другого жена беременна. Игги всё ещё один, но это... – он опять махнул рукой.       А он всё ещё гей.       А у него всё ещё нет паршивых Слов.       Он всё ещё всё поганит.       Но Йен просто ещё раз кивнул.       — Короче, тут неплохая выпивка, к тому же дешёвая. – Микки выразительно округлил глаза и добавил: – Ну, и разные другие плюшки.       Йен тут же посмотрел на него, и Микки закусил губу: тот мог либо слиться, либо пойти у него на поводу. Оставалось только ждать.       Секундой позже Йен отвернулся и костяшками постучал по барной стойке, привлекая внимание барменши. Микки замялся, не уверенный, должен он уйти или нет, но Йен объяснил что-то барменше, та сказала:       — Да, секунду, – и вскоре вернулась.       Йен протянул ей карту, но сам не отрывал изучающего взгляда от Микки, и сейчас это выглядело так, будто он пытался выяснить, как ему разобрать Микки и взглянуть на него изнутри.       Барменша отвлеклась от Йена и иронично посмотрела на Микки.       — Я так подозреваю, твой столик тоже закрыть?       Микки показал ей фак, но карту всё же достал. Барменша и Йен рассмеялись, но когда он расплатился и забрал карту, а Йен вышел из клуба следом за ним, Микки реально абсолютно не ебало, что о нём думает незнакомая баба, будь она хоть сто раз подругой его сегодняшнего приятеля.