Winnie the Pooh

Я еще никогда не чувствовала себя такой потерянной. Мне казалось, что жизнь вокруг меня кипела, бурлила, мчалась на сверхзвуковой скорости: Стайлс наматывал круги по гостиной нашей квартиры, Элли размахивала руками и что-то вещала о том, что «это все очень-очень опасно, нужно скорее скрыть Винни, нужно звонить в ФБР, нужно делать много всего». Моя телохранительница чихала со скоростью двадцать чихов в минуту, у нее сел голос и, судя по всему, поднималась температура. Ее трясло от озноба, но она все равно проковыляла те несколько домов, что разделяли наши квартиры. Гарри позвонил ей сразу же, как только мы пришли домой. Я не слышала, что он сказал ей, понятия не имела, что она ответила, хотя Стайлс, кажется, сообщил мне эту информацию. Я просто зашла в кухню, села на высокий стул рядом с барной стойкой и уставилась в одну точку. Я не знала, сколько времени прошло между звонком Гарри и приходом Элли. Должно быть, совсем немного, но я все равно думала, что меня отделили от времени и пространства и поместили в какую-то новую вселенную. Стайлс видел мужчину, который был непосредственно связан с угрозой жизням моих родителей. Этот человек знал, где я учусь. Что это могло значить? Они выслеживали меня, чтобы через меня найти родителей? Или украсть меня, пытать и шантажировать их? Мне было страшно. Нет, не так — я была в ужасе. Когда я уезжала из дома, я казалась себе такой гордой, сильной и независимой — я была готова прыгнуть под пулю, чтобы защитить родителей, но сейчас, когда такой расклад событий казался все больше и больше реальным… Мне стало не по себе. Я не хотела, чтобы мне делали больно. Не поймите меня неправильно, я не желала родителям ничего плохого, и я бы добровольно пожертвовала собой, если бы это помогло им. Но я не хотела подвергать себя опасностям. Ни себя, ни родителей. Я хотела, чтобы это все оказалось мерзким сном, который вот-вот должен был кончиться. Но он не хотел кончаться. В какой-то момент Стайлс подошел ко мне и задал какой-то вопрос. Я не ответила, потому что не услышала, а переспрашивать у меня не было никаких сил. Через пару минут передо мной появилась моя чашка — синяя с ромашками, — и Гарри снова что-то спросил. Мне показалось, что это было «Ты в порядке?». — Да, — кивнула я, все таким же пустым взглядом глядя на чашку. Бывший агент ФБР явно мне не поверил, но не стал больше разговаривать. Когда я мельком посмотрела на него, я тут же вспомнила, что именно произошло помимо нашего обнаружения. Мы поцеловались. И, знаете, для меня это действительно много значило. Ну, я была такой сентиментальной девушкой, для которой даже поцелуй был знаком доверия и близости. И вот так? Просто? Ни с того ни с сего? Это было странно, неприемлемо и совсем не в моем стиле. И я не могла выкинуть это прикосновение из головы, потому что оно мне очень даже понравилось, каким бы мимолетным оно ни было. За свою не самую длинную жизнь я успела поцеловаться не очень уж много раз, и помимо Стайлса это был всего лишь один парень — мой молодой человек из старшей школы. Поле для сравнения было ну уж очень маленьким. Зачем он сделал это? Что за тактика такая странная? Я сомневалась, что телохранители должны были так поступать. Что им было разрешено так делать. Нет, я явно придавала этому событию слишком много значения. Гарри, как и я, запаниковал. Плевать, что он был профессиональным агентом и должен был быть привычным к таким ситуациям (то есть, не поддающимся нервному напряжению) — он несколько лет ничего подобного не делал, очевидно, он разволновался. — Винни!.. — окликнули меня издалека, и я решила, что мне показалось. Я, наконец, вышла из полного транса, и решила сделать глоток чая. Он был ромашковым — я обожала ромашковый чай. — Пух, эй, — чья-то рука легла на мое плечо, и я вздрогнула всем телом. — Ты точно в порядке? Гарри и Элли обеспокоено смотрели на меня. Я знала, что вторую реплику произнес Стайлс — никто больше не называл меня «Пух». Я ненавидела это прозвище, но сейчас оно не звучало так, словно парень насмехался надо мной. — Извините, — пробормотала я. — Просто… задумалась о зимней коллекции. Ни один из моих телохранителей мне не поверил, но не стал ко мне придираться. — Мы с Гарри решили, — заговорила Элли. — Что теперь будем сопровождать тебя вдвоем в максимальном количестве случаев. На семинары его, конечно, не пустят, но на лекции он вполне может ходить с нами. — И вы хотите сказать, это не привлечет внимание? — скривилась я. — Нам нужно держать тебя в безопасности, пока наши не разберутся с этим… инцидентом, — ответил Гарри. — И как быстро они это сделают? — Я позвонила Лиаму, — откликнулась Элли. — Они уже этим занимаются. В ближайшее время все будет хорошо, обещаю. Я лишь тяжело вздохнула. Мне хотелось закрыться в своей комнате и никогда оттуда не выходить. В идеале, смастерить портал (или даже машину времени) и отправиться к своим родителям, с которыми было спокойно, безопасно и просто как дома. — Хорошо, — кивнула я, глухо повторяя последние слова моей телохранительницы. — Я пойду, — Элли сопроводила эту фразу громким чихом. — Завтра без меня отсюда не уходите. — Я тебя провожу, — сказал Стайлс, и на некоторое время они пропали из моего поля зрения. Элли была очень заболевшей, смотрелась такой маленькой и хрупкой. Никто бы в жизни не догадался, что она работала на ФБР — наверное, так и должно было быть. Но где-то за поясом у этой милашки был пистолет. В лучшем случае, один. Дверь в прихожей хлопнула, а потом Гарри снова появился в кухне. Он молча прошел к шкафу и что-то достал из него. Я услышала, как он что-то наливает, а потом передо мной появилась еще одна чашка. — Выпей, — сообщил парень командным голосом, и я как-то автоматически повиновалась. Мир снова приобрел краски, а я вернулась в свое измерение, стоило мне только сделать глоток и почувствовать, как неизвестная жидкость обожгла мне горло и неприятным вкусом зафиксировалась у меня во рту. — Что это?!.. — возмутилась я, морщась и вытирая губы, словно это могло хоть как-то помочь в избежании мерзкого привкуса алкоголя. — Водка, — ответил Гарри спокойно. Он подошел ко мне, держа в руках еще одну чашку. — Знаешь, иногда бывает полезно как следует выпить, чтобы отвлечься и прийти в себя. — Откуда у нас вообще алкоголь? — Я купил, — пожал плечами Стайлс, на его губах появилась ухмылка. Ко мне явно возвращались силы. Возможно, ненадолго. — Так, устроить с тобой празднество как-нибудь. Ну, или коллективные страдания, например, — он пожал плечами, когда увидел мой взгляд. В правой руке он держал чашку, в левой — бутылку водки. — Ты за? — Нет! — воскликнула я. — Я не собираюсь напиваться, у меня завтра пять пар! На которые я еще даже не начала делать домашнее задание, а мне нужно было представить проект костюма, который комбинировал в себе стилистики разных эпох. Мало того, что мне нужно было это придумать, я должна была это еще и нарисовать на компьютере, а у меня помимо этого висело еще несколько не сданных проектных работ. А еще сегодняшний семинар по истории дизайна, который я прогуляла из-за этого чертового «шестерки Боба». — Еще скажи, что не пила никогда, — бросил мне вызов мой телохранитель, и я, которая до этого решительно сползла со стула и шла в направлении своей комнаты, повернулась на сто восемьдесят градусов. — Что? — я прозвучала оскорблено. — Пила, конечно!.. — Когда? — Твои факты на сегодня кончились, — показала ему язык я. — Признай, Пух, ты просто не умеешь веселиться, — откровенно издевался надо мной Стайлс, но в его голосе не звучало ни толики негатива. Это было… по-дружески?.. Друзья, которые целовались. — Я умею веселиться, — огрызнулась я. — Получше некоторых, ясно тебе? — Докажи, — абсолютно по-детски ответил мне Гарри. — Как-нибудь потом, у меня сегодня много работы, — я сопроводила свой аргумент средним пальцем и удалилась в комнату под смех Стайлса. Может, мы и правда успели стать друзьями за этот короткий срок? Друзьями, которые целовались. Я легла спать в пять утра. Я была безумно уставшей, но домашнее задание помогло мне отвлечься от проблем, и я бросила все силы на него. Но когда я ложилась в кровать, укутывалась в одеяло и прижимала к себе своего мишку, в моей голове все еще роилась куча мыслей. И главная была — Гарри Стайлс. Утром все пошло по привычному для меня порядку, в котором я не высыпалась. Во-первых, я проспала и отказывалась проснуться, пока Гарри не столкнул меня с кровати. Во-вторых, у нас уже не было времени завтракать, но я была голодна как черт, так что я отказалась от косметики в пользу вафель производства агента ФБР. В-третьих, мы абсолютно забыли про Элли, и та стояла под дверью добрых двадцать минут, потому что мы прослушали все звонки — слишком громко включили радио. Ладно, я точно забыла про Элли. А вот Гарри, вполне вероятно, надеялся избавиться от проблемы путем ее игнорирования. Когда до меня, наконец, дошло, что именно произошло, я чуть не упала со стула, бросившись к двери, чтобы впустить моего второго телохранителя. — Вы вообще собираетесь в институт? — возмутилась Элли громче, чем следовало. — Да, мы просто опаздываем, — закивала я, на ходу натягивая на себя ботинки. Стайлс уже был полностью собран, но выходить не собирался. — Эй, так и будешь там стоять? — окликнула его Элли. — Я вот думаю, может, прогулять… — протянул парень. — Если прогуляешь, а я пойду в универ, — заметила я. — Тебя изобьет током, а потом приедут агенты ФБР и изобьют тебя еще раз. — Ты можешь тоже прогулять, — хитро ухмыльнулся молодой человек, и мое сердце пропустило несколько ударов. Или даже просто остановилось. Какого черта?.. Прогулять казалось такой хорошей идеей, потому что мои глаза просто слипались. Но я и так пропустила вчера три пары, если я прогуляю еще немного, это превратится в снежный ком, и я не скоро выйду на занятия. — Нет, спасибо, — покачала головой я. — Я пойду. Я люблю учиться. Стайлс закатил глаза, накинул на плечи рюкзак и вышел из квартиры, бросив по ходу что-то типа «ботаник», и я даже рассмеялась. А дальше все пошло необычно. В институт мы шли непривычно молча, и мне это совсем не нравилось. За последнее время я привыкла к тому, что мы с Гарри постоянно болтали и обменивались какими-то интересными фактами, шутками или прочим. Почти сразу же, как мы вышли из дома, у меня в кармане завибрировал телефон. Я достала его и глянула на экран, на котором высветилось оповещение с именем «Найл Хоран». — Кто там? — спросил Гарри, и я вздрогнула. — Да просто оповещение от «Фейсбука», — выпалила я. Ложь родилась на свет так быстро и легко, что я сама себе удивилась. Я что, заразилась от Стайлса?

Найл: Привет :) Как дела?

Мы много переписывались в последнее время. В основном, во время пар (мы оба находили чрезвычайно сложным концентрироваться на чем-то одном целых полтора часа) и обо всякой ерунде — преподавателях, одногруппниках, погоде… Но с ним было так легко общаться, что я всегда ждала его сообщений. Семейное положение «встречается с Гарри Стайлсом» стояло у меня на странице уже вторую неделю, но Хоран так ничего и не спросил. Часть меня думала, что он просто не заходил и не вчитывался в мой профиль. Другая часть спорила, что он просто видел во мне друга. С Гарри, который зачем-то поцеловал меня вчера, все становилось еще сложнее.

Я: Привет! Неплохо Найл: Не хочешь вечером сходить куда-нибудь?

Я споткнулась. Меня подхватили сразу две руки — Элли и Гарри, и я глубоко покраснела. — Все в порядке? — поинтересовалась Элли. — Как можно быть такой растяпой, — пробурчал Стайлс. — Я случайно, — откликнулась я, вырвалась из их хваток и быстрым шагом пошла в сторону института, чтобы они не видели странное выражение моего лица — Найл позвал меня куда-то? Свидание? Со вчерашнего дня моя жизнь стала какой-то странной. А сегодня ещё даже не успело начаться, но уже превосходило все мои ожидания. Для начала, у нас был просто ужасный предмет — литература, который покрывал основные произведения практически всех стран мира. Нас заставляли читать по куче информации (или просто толстенные тома книг), а потом анализировать все это. Я понятия не имела, как именно это должно было пригодиться мне в моей карьере, но преподаватель был совсем другого мнения — и у всей нашей группы были просто отвратительные оценки. Я почти никогда хорошо не готовилась к этим занятиям, потому что знала: я все равно не получу высокий балл, так зачем стараться? И вот сегодня я получила самый высокий балл в группе, сделав предположение о содержании «Мисс Дэллоуэй», и я… угадала. Ну, или преподавателю просто понравилась моя работа мысли. Ноа и Мирта не замолкали ни на минуту, пытаясь выяснить у меня, где именно я вычитала такие умные мысли, чтобы они могли воспользоваться этим источником сами, и на следующих семинарах тоже получить хорошие оценки. Они, конечно же, не верили, что это были мои собственные мысли (пускай и чистое угадывание), потому что до этого я так же как и все либо отмалчивалась, либо никак не могла угодить преподавателю своими ответами. Но то, что случилось дальше, удивило меня еще больше. После пары по литературе у нас было окно, и мы с Элли решили провести его во внутреннем дворике института, готовясь к следующему семинару. Ноа и Мирта, в отличие от нас, были полностью поглощены своим зимним проектом, который решили делать в паре, так что окно они проводили за беготней по магазинам, чтобы найти необходимые материалы для пошива коллекции. — Винни!.. — окликнул меня мужской голос, и я вздрогнула. Я сидела на скамейке, передо мной были разложены разные наброски, и я пыталась понять, над какими мне стоило еще поработать, чтобы позже представить их как полноценные работы по рисунку. Элли обернулась вместе со мной и впилась взглядом в приближавшегося к нам молодого человека. Найл. — Винни, привет, — по его лицу расплылась широченная улыбка, и я не смогла удержать ответную. — Привет, — кивнула я, косясь на Элли. Моя телохранитель не отрывала взгляда от Хорана, и меня это напрягало. — Как дела? — Хорошо, спасибо, — усмехнулся Хоран. Затем он выдал: — Ты меня игнорируешь? — Что? — спросили мы с Элли хором, и я строго на нее глянула. Девушка, сидевшая на земле, лишь пожала плечами. — Ты не ответила мне в «Фейсбуке», — ответил Найл. Он не казался обиженным — скорее он даже веселился. — Я просто… — А что ты спросил? — влезла Элли, и я почувствовала, что краснею. — Я Элли, кстати. Подруга Винни, мы учимся вместе. — Я спросил, не хотела бы Винни, — Хоран подчеркнул последнее слово и перевел взгляд на меня. — Сходить сегодня со мной на свидание. Это все-таки было свидание. Я бы очень хотела. Каждый раз, когда Хоран писал мне, у меня сердце пропускало удар, а по лицу расплывалась улыбка. Каждая беседа с ним всегда знаменовала что-то хорошее. Найл казался милым, открытым и добрым молодым человеком. Я легко с ним болтала и мне не приходилось постоянно думать, притворяется он или действительно хочет со мной общаться, как это было с Гарри. Почему я вообще только что сравнила его с Гарри?.. — Найл, я… — я собиралась воспользоваться стандартной отговоркой: у меня было очень много домашнего задания. Это даже не было враньем. Но меня опередила Элли, крикнув: — Она согласна!