often a sweetness

Комментарий переводчика: начиная с этой главы деление на части не совпадает с оригиналом. Этот вопрос был согласован с автором текста. Приятного прочтения!

***

Отойдя на шаг, чтобы рассмотреть своё отражение, Хосок мягко проводит руками по переду своего пиджака. Ткань гладкая и на ощупь холодная и шелковистая, к тому же она подходит тону его кожи больше, чем ожидалось. Хосок поворачивается и глядит через плечо. Брюки обтягивают задницу и бедра так, словно были сшиты специально для него. Из четырех костюмов, что он уже примерил за сегодня, этот светло-серый твидовый в паре с белой рубашкой и черным галстуком — его несравненный фаворит. Позади него Юнги (едва ли) терпит примерку с портным. Хосок ловит взгляд Юнги в зеркале и корчит рожу. Юнги наклоняет голову с небольшой ухмылкой. — Да, однозначно нужно подыскать более узкие брюки по вашим параметрам, не уверен, что у нас найдется нечто подходящее в зале, — бормочет портной. Он сжимает сантиметровую ленту вокруг талии Юнги и бедер, прежде чем быстро нагнуться и измерить шаговый шов брюк. — Тридцать дюймов… — Хосок прикусывает губы, чтобы удержаться от смеха, в то время как Юнги закатывает глаза в ответ. Хосок ныряет обратно в раздевалку, чтобы примерить еще один костюм. Этот темно-синий в тонкую полоску. Парень оставляет ту же белую рубашку и отказывается от галстука в пользу двух расстегнутых верхних пуговиц. Глаза Юнги широко распахиваются, когда Хосок толкает дверь и выходит в коридор. — Срань господня, — мямлит он. Портной исчезает, очевидно, чтобы найти варианты, которые подошли бы Юнги по размеру. — Твоя сестра уточнила, в чем бы она хотела видеть тебя? — спрашивает Юнги. — Если нет, то я голосую за это. Возвратившись к месту перед зеркалом, Хосок старается получше рассмотреть себя. Он не ожидал, что этот костюм сможет превзойти серый, но ошибся. Хосок улыбается: — Думаю, что это оно, — говорит он, разворачиваясь, чтобы взглянуть, как он смотрится со спины. Эти брюки не сидят, как предыдущая пара, но вид не столь плачевный. — Ткань немного плотнее все-таки. — Да какая, нахрен, разница? — Хосок поворачивается кругом, чтобы видеть лицо Юнги. Чужой взгляд шерстит по всей длине хосокова тела, делая паузу на оголенной шее прежде, чем встретиться с пристальным взглядом Хосока. — Ей-богу, это будет кондиционированный зал, и ты пробудешь на улице несколько минут от всего времени, — продолжает Юнги, делая шаг вперед. — Выглядишь горячо. Хосок фыркает, дергая подол пиджака: — Ты правда так думаешь? — Да, черт возьми, — говорит Юнги, когда портной приближается к ним с двумя костюмами в руках — черным и тёмно-синим. — Но я собираюсь быть еще горячее. Он скрывается в примерочной. Хосок берет свой телефон и делает несколько фотографий собственного отражения в зеркале, после отправляет их сестре. Давон отвечает практически тут же: «Ты не наденешь это на мою свадьбу». Хосок хмурится: «Почему нет?» Дверь в примерочную Юнги распахивается. Телефон Хосока, сжатый в ладони, жужжит входящим, но всё внимание парня оказывается ловко перехвачено Юнги, вышедшим в коридор в тёмно-голубом костюме с жилетом, белой рубашкой и черным галстуком. — Вау, хён. — Сказал же, я буду выглядеть круче, — говорит Юнги, его губы изгибаются в самодовольной ухмылке. — Ты не блефовал, — соглашается Хосок, отступая от зеркала, чтобы Юнги мог увидеть своё отражение. Хотя брюки смотрятся слегка коротковатыми, они подвернуты, что позволит Юнги сделать их длинней. — Он мне нравится. Юнги ходит перед зеркалом, критично рассматривая своё отражение. Он дергает себя за жилет: — Все-таки мне действительно будет «горячо». А я не очень хорошо переношу такую жару, как сейчас. Хосок приближается и хватает Юнги за плечи:  — Ага. Помнишь тот случай прошлым летом, когда ты грохнулся в обморок? — У меня был тепловой удар, — ворчит Юнги, сбрасывая хосокову руку. — И я просто отключился. Хватит говорить всем, что я грохнулся в обморок. Он возвращается в примерочную и хлопает дверью. Сидя в ожидании, Хосок решает проверить свой мобильный, чтобы прочесть сообщения от Давон: «Где ты? Пришли мне адрес, я принесу тебе посмотреть костюм Ёндже. Хочу, чтобы твой сочетался с его». Хосок тяжело вздыхает, набирая адрес бутика и отправляя его сестре. «Я буду примерно через полчаса, — отвечает Давон. — Дождись меня». Спустя ещё несколько минут Юнги выходит из раздевалки в черном с головы до ног. Дрожь проняла хосоковы коленки. Ого. Как и Хосок, Юнги обошелся без галстука и не стал застегивать верхние пуговицы на рубашке. С руками в карманах, Юнги больше походит на знаменитость, приглашенную на какое-то мероприятие, нежели на не-парня Хосока на свадьбе его сестры. — Ты должен надеть это, — Хосок не ожидал, что скажет это таким серьезным, не терпящим возражений тоном. Юнги поднимает брови. Хосок откашливается, моргая: — Я имею в виду. Иди, посмотри на себя, ты поймешь, о чем я. Блин, хён. Юнги приближается, чтобы встать около Хосока перед зеркалом, и спустя секунду он чуть было не роняет челюсть. Этот костюм, в отличие от предыдущего, сидит как влитой, подчеркивая узкую фигуру Юнги. — Хрена себе, — бормочет парень. — Он делает так, будто у меня реально есть задница. Смотри. Взгляд Хосока скользит вниз по зеркалу. Блядь. Он распрямляет пальцы в карманах, чуть было не поддавшись желанию протянуть руку и потрогать то, что он видит. Хосок откашливается и отворачивается.

Прекрати,

говорит он себе голосом настолько строгим, насколько позволяет воображение, он старается собраться, сердце бьется так сильно, что он чувствует его у себя в горле.

Мы только друзья, и это — все, кем мы когда-либо собираемся быть.

— Давон собирается встретить меня здесь, — он заставляет себя говорить, и Юнги поднимает глаза, ловя отражение Хосока в зеркале. — Ей не нравится мой костюм, поэтому она будет здесь, как только сможет, — Хосок вздыхает. — Тебе не нужно ждать меня или что-то вроде. Она работает сегодня, так что я не знаю, когда она доберется сюда. Это может быть надолго. Юнги издает в ответ неотчетливый звук и начинает бродить по залу в другой половине магазина в поисках подходящей обуви. Хосок переодевается в свою одежду и приземляется на одно из кресел, чтобы ждать. Хотя Юнги и примеряет несколько пар классических туфель, в конечном счете он выбирает черные кожаные конверсы. Хосоку нравится контраст между костюмом и сникерсами, и ему остается только мечтать позволить себе нечто подобное. Позже Юнги направляется к кассе, чтобы арендовать свой костюм, договариваясь забрать его за несколько дней до свадьбы. Он машет Хосоку прежде, чем уйти, а тот оседает в неудобной деревянной мебели. Даже осознавая, что Юнги не захочется слоняться с ним весь день, он не может сдержать чувства некого разочарования из-за того, что хён ушёл. Хосок пялится в смартфон, чувствуя, как уголки его рта опускаются всё ниже и ниже в хмуром выражении. Заряд батареи — двадцать один процент. В течение пятнадцати минут его никто не беспокоит, он листает ленту в телефоне, пока в поле его зрения не начинают пестрить поблескивающие на свету капли конденсированной влаги, висящие на стакане холодного кофе. Взгляд Хосока мчится к руке, сжимающей стакан, следует вверх по бледному предплечью, чтобы встретиться с серьезным выражением глаз Юнги. Хосок протягивает руку, чтобы забрать стакан: — Я думал, что ты ушёл. — Я, бля, так и сделал, — бормочет Юнги, опускаясь на стул рядом с Хосоком. У него — собственный холодный кофе в одной руке, выпитый наполовину, бумажный пакет из пекарни — в другой. — А потом вернулся. Долбоеб. Он отпускает пальцы с клейкой застежки на пакете, позволяя тому открыться: — Сэндвич? Сердце Хосока делает забавный кульбит в груди. Он вытаскивает один из бутербродов из пакета. — Нам вообще можно здесь есть? — шепчет он, разрывая обертку и кусая хлеб. Губы Юнги причудливо изгибаются: — Мне плевать. Пока Хосок и Юнги ждут появления Давон, вместе они расслаблено умещаются в креслах, деля по наушнику с музыкой на телефоне Юнги. Хосок позволяет себе склонить голову к чужому плечу, пока Юнги играет в приложение, хосоковы глаза устало закрываются. Когда спустя полтора часа появляется Давон, парень только дремлет, просыпаясь на моменте с её средним пальцем, тянущимся к его лбу для щелбана. Хосок подскакивает в удивлении, выдергивая наушник из уха и оставляя его свободно болтаться в воздухе, его сердце гулко стучит в груди. Юнги, сидящий рядом, хихикает. Хосок смотрит на сестру снизу вверх: — Ты поздно, — жалуется он. Давон дергается вперед, будто собирается снова его стукнуть, и Хосок хлопает ладонью по лбу, защищая его от будущей атаки. — Меня задержали на работе, — говорит она, передавая перекинутый через ее руку черный чехол для одежды портному, который ранее подбирал костюмы для Хосока. — Подыщите по его размеру, пожалуйста, — Давон указывает на Хосока. Когда портной уходит, она тянет Хосока за руку: — Покажи другие костюмы, которые ты мерил. Хосок поднимается из кресла и следует за Давон в примерочную. Она скользит пальцами по ткани в тонкую полоску: — Ты хорошо выглядел в этом костюме, — признает она и бросает взгляд через плечо на Юнги. Он все еще играет в приложение на своем смартфоне, один наушник вставлен в его ухо. — Что он здесь делает? — шепчет она. Хосок пожимает плечами, прикладываясь спиной к стенке примерочной: — Должно быть, у него не нашлось дел получше на сегодня. Давон скептически щурится на Хосока, но до того, как она успевает открыть рот и заговорить, возвращается портной с новым костюмом на примерку. Хосок забирает у мужчины вешалку с благодарственным кивком и скрывается в раздевалке. Этот новый костюм из однотонной черной ткани, пошитой не блестящими или лоснящимися нитями, поэтому матовый и плотный на вид, однако на деле очень тонкий и легко пропускает воздух. Такой вариант будет куда приятней надеть в августовскую жару. Хосоку он нравится даже больше, чем полосатый, что удивляет его. Черная рубашка в паре с темно-синим галстуком и сочетающимся с ней платком-паше. Толкнув дверь, Хосок выходит в коридор и медленно поворачивается кругом, чтобы Давон оценила его внешний вид. — Гораздо лучше, — говорит она. Юнги даже блокирует смартфон посередине игрового процесса, хотя его лицо не выражает никакой определенной эмоции. — Ёндже будет с небесно-голубым галстуком и белой рубашкой, это будет идеально. — Да, — говорит Юнги, упираясь локтями в колени, стараясь приблизиться. — Никогда бы не подумал, что тебе так идет все черное. Тебе нужно чаще так одеваться. Хосок надувает губы: — Почему я надеваю столько черного в августе, нуна? — ворчит он. — Плата за тот случай в детстве, когда ты обманом заставил меня съесть живого червя. Хосок отбивает в ответ серию нелепых поз, обрамляя лицо ладонями и шевеля пальцами. Давон показывает ему средний палец и заливисто смеётся. Переодевшись в свою одежду, Хосок направляется к кассе, чтобы заплатить за аренду костюма и купить классические туфли, галстук, нагрудный платок. Давон прислоняется к кассовой стойке рядом с Хосоком, пока он орудует своей банковской карточкой. Она накручивает прядь своих длинных темных волос на палец, выглядя задумчивой. — Ты должен приехать в Кванджу пораньше, если сможешь выкроить время, — говорит она. — Будут только мама с папой, Ёндже и я, и ты. Было бы здорово провести время вместе, как думаешь? Получше узнать своего зятя до свадьбы… Хосок закатывает глаза: — Нуна, ты встречаешься с Ёндже почти девять лет, я уже достаточно его знаю. — …И ты должен привезти с собой свою девушку, если сможешь, — продолжает она, будто Хосок ничего до этого не говорил. Юнги подтягивает лямки на своем рюкзаке и собирает общий мусор, оставшийся после ланча, до того, как начать пробираться к выходу. Давон на мгновение задерживает на нём взгляд. Он опускает руки в карманы, устало смотрит ей в ответ. — Ты знаешь, кого Хосок-и приведет на свадьбу? — она требует объяснений. — Он отказывается говорить мне, хранит это в секрете, — Юнги самым искреннейшим образом пожимает плечами, и Давон издает звук нетерпения: — Ты бесполезен. Губы Юнги изгибаются в улыбке: — Я тоже тебя люблю, нуна. Ты должна бросить Ёндже, пока еще есть шанс, и выйти за меня. Давон тянет руку и щиплет его за щеку: — Хоть это и причиняет мне боль, у нас ничего не получится, моя любовь. В этот раз я не могу следовать за своим сердцем. Вылупившись на этих двоих, Хосок подписывает договор аренды на свой костюм и забирает карточку у портного. Вернув ту в бумажник, он протягивает руку, чтобы тронуть Давон за локоть: — Что мне подарить вам на свадьбу? — Деньги, — отвечает Давон, ослабляя хватку на щеке Юнги. На их лицах застывают идентичные подозрительные выражения неодобрения. Хосок лишь многозначительно поднимает брови ей в ответ, и Давон тяжело вздыхает. — Вообще, Ёндже любит кофе. Он сказал, это будет слишком дорого, но, если ты можешь себе позволить и готов купить нам хорошую кофемашину, думаю, он, без шуток, хлопнется в обморок от счастья. Это будет прелестно. — Кофе, — говорит Хосок, кивая. — Посмотрю. Давон качает головой: — Тебе так повезло, что ты милый, Хосок-и. Она расправляет плечи и мельком смотрит на наручные часы до того, как рукой прихватить свой черный швейный чехол с прилавка. — Напиши мне, когда соберешься в Кванджу, — говорит Давон. — Мне еще нужно вернуться в больницу на следующее дежурство. — Пока, — прощается Хосок, притягивая Давон в объятие одной рукой. Ее губы растягиваются в улыбке, и она машет Хосоку и Юнги до того, как покинуть бутик. Хосок взглянул на Юнги: — Хочешь съездить в Кванджу за неделю до свадьбы? — спрашивает он. — Я не знаю, слышал ли ты, что она пригласила нас? Юнги улыбается: — Если я смогу взять отпуск, с удовольствием. * Все складывается даже слишком хорошо, когда Хосок выпрашивает целую отпускную неделю заместо обычных трех дней, на которые он рассчитывал. Его изнуренный босс вместо того, чтобы утопить Хосока в документах в самом разгаре приготовлений к важному судебному разбирательству, отмахивается от него отпуском в несколько выходных за счет неоплаченного сверхурочного времени. Хосок собирался бросить работу в офисе, как только освободится от обязанностей. Учитывая, что в финале беседы он рассчитывал на приказ об увольнении, подобное развитие событий превосходило все его ожидания. На обратном пути к своему рабочему месту парень вынимает телефон из кармана и отписывается коротким сообщением Юнги. Десять минут спустя он получает ответ: «Я ни разу не был в отпуске или на больничном за все четыре года, что тут работаю. Мой босс сказал, что я могу взять месяц отпуска, если захочу». Хосок не может сдержать улыбки и вытягивает руки над головой в восторге от успеха. В эти же выходные Хосок встречается с Юнги в торговом центре, чтобы отыскать свадебный подарок. Юнги жалуется («Мы должны просто подарить им деньги, как все нормальные люди») без перерыва, пока Хосок услужливо не затыкает его патбинсу* из ресторанного дворика. — Надо пойти в «HomePlus» или «Lotte», — говорит Юнги, пока они блуждают по очередному универмагу. Они следуют за обозначением в сторону отдела товаров для дома, лавируя между постельными комплектами и полотенцами. — Если бы выбор был меньше, мы бы управились быстрей, — он натыкается на рекламный щиток простыней и замолкает. — Блин, это мило. Хосок останавливается рядом с ним. Покрывало расшито тонким голубым узором, который Хосок не может разобрать, но ткань сатиновая, мягкая и гладкая на ощупь. — Ух ты, — говорит он тихо. — Это ощущалось бы потрясающе на коже, пока я сплю. — Правда? — спрашивает Юнги. — Особенно в такую погоду. Он клонит голову вбок и смеется: — Это, нахрен, осьминог. Этот ебаный узор, — он хватает Хосока за руку и ставит его в нескольких дюймах от себя. Хосок поворачивает голову под тем же углом, что Юнги, и пораженный смех соскальзывает с его губ, когда предполагаемые круги на рисунке оказываются тентаклями. — Класс, — бормочет Юнги. — Мне это нужно. — Можно я останусь на ночь? — спрашивает на это Хосок, наклоняясь к пластиковому щитку с изображением, чтобы вынуть ламинированный прайс-лист, подвешенный к спинке кровати. — Эй, а получится не очень дорого, если ты хочешь взять только покрывало, — тихо говорит Хосок. Когда он поднимает глаза, Юнги нигде не видно. Хосок бросает прайс-лист и поднимается на носочках, пытаясь смотреть поверх рядов полок, заставленных постельным бельем. — Хён? Через несколько мгновений появляется Юнги, прижимающий упакованное в пластик покрывало к груди. — Погнали, — смеется он, и они продолжают бродить по отделу. — Твой кондиционер всё еще хреново работает? Хосоковы плечи опускаются: — Ага, — говорит он. — Ремонтник сказал, что проще будет мне его заменить, но сейчас у меня нет таких денег. — Твой домовладелец должен покрыть расходы, — ворчит Юнги. — Поговори со своим боссом, когда вернешься на работу, перепроверь законы об аренде, я уверен, что это подпадает под ответственность хозяина квартиры. Ты же платишь за него по коммунальным счетам, так? — Да, — отвечает Хосок, пожимая плечами. Юнги тянет руку, сжимает ею хосоков локоть, когда парень поворачивает не туда, и наклоняет голову в сторону опознавательной стрелки. Хосок следует за Юнги. Когда они находят кофеварки, выбор оказывается меньше, нежели Хосоку хотелось бы. Однако ему удается найти несколько прилично выглядящих кофемашин. Когда Хосок указывает на ту, что ему нравится, Юнги ищет отзывы в интернете со своего смартфона. Вместе у них получается сузить выбор к двум равно высоко оцененным вариантам: менее дорогой комплект кофе и самой кофемашины и просто более дорогая машина для эспрессо. Юнги скрещивает руки на груди: — Мы же должны подарить им бобы и всякую такую хрень сверху, так? — спрашивает он, искоса поглядывая на более дорогой вариант. — У них вообще есть ебаная кофемолка? Юнги кивает на дешёвую кофемашину: — Эта практичней, — говорит он, приседая, чтобы взять одну из коробок с полки. — Не только дешевая, но может приготовить и американо, и эспрессо, плюс она меньше. Не загромоздит целый угол на кухне. У них же маленькая кухня, помнишь? Хосок хмурится, крепче сжимая новенькое покрывало Юнги: — Зато в более дорогую встроена кофемолка. — Да, и в отзывах пишут, что она забивается спустя месяц, — отвечает Юнги, поднимаясь на ноги с коробкой. — На деньги, которые мы сэкономим от этой машины, мы сможем купить в придачу приличную кофемолку и бобы на рынке Намдэмун*. Юнги идет впереди, проходя мимо витрин к кассовой зоне. Они вдвоем оплачивают кофемашину, и Юнги покупает себе покрывало. Хосок рад быть рядом с ним. Юнги делает любое занятие приятней. Когда они покидают магазин и торговый центр, Юнги закидывает руку на хосоковы плечи, и они препираются о своей любимой бейсбольной команде всю дорогу к рынку. Юнги знает, где можно достать лучшие бобы для эспрессо и черного кофе. Хосок оставляет его торговаться с одной из старых тетушек насчет цены и блуждает по рядам, изучая виды продаваемых кофемолок. Он находит один многообещающий вариант с хорошими онлайн обзорами, у которого есть несколько настроек молки. Эта должна подарить его сестре как минимум год исправной работы, даже если Давон захочет молоть новую порцию зерен каждый день. Юнги удается сбить для них немалую цену и на кофемолку тоже, добродушно споря с дядюшкой за прилавком. Хосок не может сдержать улыбки на пути к ближайшей железнодорожной станции, с которой Юнги отправится домой. Хосок заключает его в крепкие объятия прямо перед тем, как их пути разделятся. — Спасибо, — шепчет он. Юнги пытается вырваться, его руки поднимаются так, словно он собирается оттолкнуть Хосока, но спустя мгновение он смягчается и притягивает парня ближе.