в рамках и чуть-чуть за ними

таймлайн: спустя пару дней после Битвы при Мастерской       Сквозь стекла номеров проглядывает почти как настоящее солнце, мягко огибает длинными прозрачными лучами углы комнат и однотонные стены, знаменуя начало нового дня. Постояльцы гостиницы понемногу отходят ото сна, принимаются завтракать или тренироваться, пока в залах и снаружи пусто и прохладно в дымчатой тени высоких зданий.       Когда просыпается Агеро, храпящий под боком Рак натягивает на себя его одеяло, а Баама уже нет. Встал, похоже: смятые простыни успели остыть. Впрочем, чашку кофе можно выпить и в одиночестве после быстрого прохладного душа. — Доброе утро, господин Кун! — Баам подкрадывается бесшумно, совсем как кот (взбодрившийся мозг сует следом еще одну ассоциацию: наемный убийца), и Агеро практически подскакивает на месте, стукнувшись ногой о парящий над полом забытый светоч. Всегда такая привычка была у него, или… Ах, точно: FUG. — Осторожнее! Сильно ударились?       И смотрит внимательно, чуть сдвинув к переносице брови, далеко не отстраненно и пусто, как буквально позавчера. Будь у него хвост — качнул бы, замерев в ожидании ответа.       Агеро прищуривает левый глаз и словно впервые оглядывает Баама. Те же светлая рубашка и шорты воспринимаются совсем иначе, словно с прежней стрижкой вернулся дружелюбный парень с большими добрыми глазами. Практически без залегшей под ними легкой синевы, но с прозрачными морщинками над бровями; куда от этого денешься, раз уж угораздило связаться с крупнейшей преступной группировкой. — С возвращением, — улыбается Агеро гораздо бодрее и протягивает ему раскрытую ладонь, которую Баам жмет удивительно — то есть, не очень удивительно, но малость непривычно — крепко и смеется.