Kepler and Gliese

Она поняла, что такое плагиат. Это заняло три часа, но Чонгук сумел объяснить суть оригинальности работы, воспользовавшись исследованиями и умозаключениями. А также, что слова должны быть оригинальными, если они не являются цитатой. Она откинулась в своём кресле и пристально посмотрела на них обоих, отказавшись понимать всё, что они говорили, с первого раза. Всё это время Намджун сидел в нескольких сантиметрах от него, терпение было выкручено до десятки, голос звучал низко и обнадёживающе. Чонгук никогда не видел его в своей профессиональной стихии, и он едва мог поднять взгляд, не потеряв управление поездом своих мыслей, которые могли сойти с рельс в пространство удушающей тоски. Его руки тряслись. Его голос дрожал от неуверенности. Поскольку они наконец миновали стадию объяснения академического процесса, перейдя к обсуждению источников и исследований для конкретной темы, Чонгук хладнокровно добрался до её сумки и вынул кошелёк Намджуна, табулятор, запонки и три стилуса от классных досок из различных обучающих комнат. — Ты действительно талантливый карманник, — сказал Чонгук. — Благодарю, — сказала Шрик с лёгкой ухмылкой. Намджун забрал своё имущество обратно. Его тёплые пальцы коснулись пальцев Чонгука, и тот вздрогнул. Намджун из-за возникшего дискомфорта отстранился. — Итак, начиная работать над своим проектом, ты… — сказал Чонгук, зная, что его щёки ужасно покраснели, а голос стал выше от нахлынувшей паники. — Мне не нужен помощник. Я не украду всю грёбанную библиотеку, — своим вопящим рычанием заявила Шрик. Глаз Намджуна дёрнулся, рефлекторно отклоняясь в сторону, как он делал каждый раз, когда она говорила. У самого Чонгука зазвенело в ушах. — Ты можешь сделать столько исследований самостоятельно, сколько тебе нужно, но я просто хотел бы показать тебе некоторые из справок, которые ты бы захотела использовать. Я довольно широко ознакомлен с этой тематикой. — У тебя что, кинк? — огрызнулась она. — Нет, — сказал он. Взгляд Намджуна нервно бегал туда-сюда между ними. — Ты собираешься рассматривать секс-торговлю с эксплуатацией эйлклихианцев? Она кивнула. — Я знаю пару эссе и статей об этом, что их заставляли проявлять насилие для… сексуального и эмоционального удовлетворения. В некоторой степени можно обнаружить очевидную халатность правовых кодексов по части глупых лазеек, к которым ты могла бы обратиться. Также существует проблема относительно возникших последствий. Я могу показать тебе полезную статистику. Поговорить о сефах и аналогично сексуализированных видах было бы полезно. Они — как сложившаяся видовая картина данной проблемы, так как многие разоблачённые сефы были втянуты в порно, чтобы использовать их… гротескные сексуальные практики. Мы только недавно получили несколько книг по сефам, так что ты могла бы прочесать их на предмет недавно проведённых исследований. Поскольку этот вопрос уже достаточно хорошо изучен, было бы полезно провести сравнение… — Мне не нужен человек с ебучим кинком, который будет рассказывать мне, каким образом об этом думать, — сказала Шрик, пробравшись через стол, чтобы крепко сжать в руке его рубашку. Намджун застыл, дотянувшись до внутренней передней части куртки. Чонгук глянул в окно кабинета за спиной, чтобы проверить, что никто не смотрит, а затем позволил глазам почернеть, протянул щупальце через пуговицы на рубашке и схватил её за руку. Она моргнула, свирепый взгляд исчез, и они сели как монстр с монстром, предполагавшие изнасилование, олицетворявшие насилие и сексуализацию. Она злобно усмехнулась, схватила щупальце и потянула его ближе. — Чонгук… — сказал Намджун. — Я удалю это с камеры позже, — сказал парень, желудок которого тошнотворно свело под взглядом Намджуна. Он отказывался смотреть на своё собственное щупальце. — Всё нормально. Шрик из любезности прорычала, потянув. — Больно, — сказал он вскоре. — Да? — Это нехорошо. Я хочу, чтобы ты остановилась. — О, — сказала она и отпустила его. Рот Намджуна распахнулся. Он спокойно убрал свой пистолет обратно в кобуру. — Так что, могу я помочь тебе написать это? — сказал Чонгук. Шрик снова злобно ухмыльнулась, хотя Чонгук подозревал, что это было лишь свойственным ей выражением лица, а не отображением каких-либо неестественно злобных помыслов. — Пойдём, найдём эти справки.