Kepler and Gliese

Чонгук отменил свидание пораньше, вскоре после того, как рука Намджуна случайно задела его живот, и он был близок к тому, чтобы схватить парня и съесть прямо там. Парень бросился к дому Тэхёна, почувствовав, как паника не даёт ему вздохнуть. — Обычно так никогда не было, чтобы настолько плохо, даже когда ты был подростком, — тихо пробормотал Тэхён. Чонгук задыхался, рухнул, прислонившись голой спиной к стене комнаты Тэхёна, его пробирала дрожь, когда волны удовольствия разрушали его изнутри. Щупальца вжимались в тёплую конфигурацию пола, создавая трение и скольжение, хватаясь, исследуя, забираясь глубже в сжимавшуюся расщелину. — Пожалуйста, — стонал он. Тэхён скользнул двумя пальцами в его нижнее отверстие — то, что без щупалец, и нежно ласкал его глубокие стенки. Чонгук хныкал. — От этого хотя бы хорошо? — Н… начинаю чувствовать себя… лучше. Пальцы согнулись глубоко внутри него, давя и толкаясь. Спина Чонгука выгнулась дугой, подбросив его тело к стене и прижимаясь к ней ближе. — Ты такой прелестный, — промурлыкал Тэхён. — Ха, — сказал Чонгук, глянув обречённо вниз, на то, как тёмно-синий окрашивал его талию и превращал тело в мозаику из разных лоскутков кожи, словно изобразив вечернее небо. Щупальца извивались на силиконовом полу и руках Тэхёна. Чонгук сглотнул вкус отвращения, осевший на языке, позволив себе закрыть глаза и просто отдаться ощущению пальцев Тэхёна на коже. — Эти стали такими длинными, — сказал Тэхён, осторожно потянув за щупальца, обёрнутые вокруг его руки, они были почти той же длины, что и руки парня. Чонгук охнул и застонал. — Не такие длинные, как у меня, но… — Заткнись, — хмыкнул Чонгук, попытавшись смягчить это улыбкой. Он открыл глаза и увидел, как зрачки Тэхёна стремительно расширялись, глубокий синий капал с его пальцев. — Тебе нравится то, что ты видишь? — ахнул Чонгук. — Мм, — промычал Тэхён, щупальца спокойно выскользнули из желудка и мягко змейками вились по полу. Чонгук смотрел с завистью. — Как ты это делаешь? — Я занимаюсь этим каждый день. Снимаю напряжение. Я не могу позволять себе быть фригидным со всеми этими прикосновениями ко мне стилистов и дизайнеров на протяжении всего дня. Чонгук ударился спиной о силиконовую стену, его тело дрожало от неослабевающих ощущений. Щупальца дернулись внутри него, когда лихорадочно зарылись глубже в силикон, достаточно сильно для того, чтобы оттеснить парня, оставив его неподвижно сгорать от напряжения. Он попытался вытянуться немного и заскулил от натяжения. Силикон сужался вокруг них, и его с резким стоном качнуло вперёд, пока всё тело сотрясала дрожь. Слюна растекалась по полу под его ртом, смешавшись со слизью. Он подумал, что это похоже на сердечный приступ. — Бля — прошептал Тэхён, зачёсывая волосы назад ото лба. — Не забывай дышать. Думай об этом, как о давлении в шланге, — сказал он. — Если ты просто отпустишь шланг, то всё равномерно пройдёт, и ты сможешь направлять его туда, куда захочешь. Если будешь перегибать его или сдерживать, давление будет расти и расти, а потом просто взорвётся, и ты потеряешь контроль вообще. Чонгук не мог рассуждать, не говоря уже о том, чтобы вспомнить о таких правильных вещах как дыхание: — Намджун, — застонал он. — Ох, нет. Ох, блядь. — Не думай об этом сейчас, — сказал Тэхён Так или иначе появился страх: всплыл образ Намджуна с отвращением на лице. Воображаемый парень орал, шокированный, возможно, только от одного взгляда, и сбегал. Лицо Намджуна было холодным, отрешённым, его голос был резким, спрашивая, почему Чонгук не сказал ему, кем являлся. И ужас от образа парня под ним, толкающегося и кричащего, и его самого, пытающегося сбежать, щупальца связывали их вместе, хватая и требуя, желая, извиваясь, протягиваясь к Намджуну, пока тот не закричит, и Чонгук ничего не мог сделать, только сидеть и чувствовать происходящее. Грубый и удушающий от обиды всхлип поднялся в горле. — Ты в порядке? — спросил Тэхён. — Меня тошнит. — Перестань думать. Ты просто пытаешься сбежать. Не позволяй им взять то, что они хотят. Дай им только то, что им позволено. Чонгук ударился лицом о бедро Тэхёна и начал заново: осознанно двигая каждым из мягких, влажных щупальцев напротив силиконовой расщелины. Пол нагревался, когда он лежал ничком, придавая форму силикону, чтобы он смог держаться за него, пока щупальца разграбляли территорию и тёрлись, что вызывало шокирующе восхитительное удовольствие, проходившее через его тело. — Вот так, — сказал Тэхён, наклонив голову вперёд, синяя тьма словно дымчатые перчатки рябью вилась по его бицепсам. Чонгук не смел смотреть вниз, зная, что он увидит то же самое на своих руках. — Хорошо, Куки, — пробормотал Тэхён, просовывая пальцы в собственное нижнее отверстие, чтобы поелозить внутри, нажать и заполнить ими себя. — За тебя можно порадоваться.