This is Madness

- О чем Майкл думает? – вполголоса поинтересовался Деймон у Никлауса, кивнув в сторону задумчивого отца Древних, сидевшего в гостиной на диване. Основательно поев, мужчина сел в одиночестве и начал думать. О чем – никто этого не знал. - О мести, - так же тихо ответил Никлаус. Каким бы бесстрашным гибридом он ни был, когда отец о чем-то размышляет – ему лучше не мешать. К тому же, эти два дня должны были быть насыщенными – все-таки завтра полнолуние. Он должен был обратиться ровно в полночь, где-нибудь в укромном месте. Обычно это бывал подвал его особняка, но теперь, из-за слишком большого количества вампиров на единицу площади, это было опасным. - Я все хочу спросить, - вновь заговорил Деймон. – Почему твоего отца так боятся? - Он единственный, кто может убить нас, Древних, - смысла скрывать правду не было, да он и не особо хотел. – И вас, остальных вампиров, даже чайной ложкой. - Все, я к нему не лезу, - Сальваторе-старший шутливо признал поражение. – А если серьезно, Клаус... ты ведь далеко не так безумен, каким пытаешься казаться. - Почему все, кому не лень, кричат об этом? – гибрид задал риторический вопрос, да вот Деймон этого не понял. - Потому что это правда, ты сам знаешь. - Я не нуждаюсь в твоих ответах, Сальваторе. - Но ты и она, вы оба нуждаетесь во всех нас. Не отрицай, - голубоглазый вампир погрозил Майклсону пальцем. – То, что не можете сделать вы, можем мы. - Так, о чем спор и где остальные? – к ним присоединился Стефан, севший рядом и вытянувший длинные ноги. - Честно? Не знаю. Кажется, Ребекка решила устроить Кэролайн проверку на прочность. - Извини? - Она повезла ее в город. - А ничего, что это опасно? - Там же Древняя и целых четыре вампира. Ничего не случится. - Деймон, иногда ты такой... - Та-дам! Мы вернулись! – едва ли не с порога раздался голос Арджуны – как всегда громкий и задорный. Казалось, ничего не может вывести его из себя, заставить сорваться и заорать, даже рассердиться он, по идее, не мог. Вот так и ходит вечным клоуном, заставляя всех улыбаться. Наверняка, Кэролайн в скором времени задала бы вопрос, как же познакомились Никлаус, Индра и Арджуна. Правда, гибрид вовсе не горел желанием обсуждать эту тему с кем бы то ни было, включая девушку, которая была не просто важна для него – он понимал, что любит ее. Однако, что такое любовь – сказать не мог. Или просто не хотел. - Никлаус, - позвал отец. Гибрид посмотрел на него. В глазах Майкла мелькнуло очень хитрое выражение, которое стопроцентно могло означать, что его план был не из простых, но довольно-таки извращенных, если бы можно было так сказать. - Да, отец? - Кажется, я придумал, как наказать их. И хорошо, что вы приехали все. Это было правдой – они действительно приехали все. Включая и Елену, и Лекси, и даже Шейлу Беннет, очень раздосадованную предательством внучки. Собрав всех за обеденным столом, старший из Древних сцепил пальцы в замок и положил на них подбородок. - Никлаус, тебе известно, что яд оборотня способен убить вампира? - Известен, отец. К чему ты клонишь? - К тому, что нам нужен чистокровный оборотень. - Зачем? - А ты еще не понял? – усмехнулся Майкл. – Этот оборотень одолжит нам своей слюны, и мы добавим ее в питье Элайджи, Финна и Коула. - Я все равно не понял, - покачал головой Никлаус. – Какой смысл? - А смысл такой, дорогой мой сын, что, помимо слюны, там будет и моя кровь, верное средство убийства для Древних вампиров. Поверь мне, я не меньше твоего хочу наказать их за тщеславие и эгоизм, однако... единственным способом спасти их будет только твоя кровь, Никлаус. Чтобы выжить, они должны будут приползти к тебе и просить о прощении. - Ты хочешь их унизить перед смертью? - Тот, кто будет искренен в своих извинениях перед тобой – тот и выживет. Теперь понял мой замысел? - Теперь понял, - вздохнул Никлаус. Теперь понятно, в кого мы с Ребеккой такие... безумные. В папу, в него, родимого. - И где нам искать оборотня? – поинтересовался Деймон. Майкл снова усмехнулся. - Для этого я попросил твою девушку, еще вчера, принести одну вещицу, которую создал ее родственник со времен 1860-х годов, Джонатан Гилберт. Елена через стол протянула мужчине простенький компас. Тот внимательно осмотрел его, повертев, и передал Шейле. - Вы знаете, что делать. Ведьма кивнула и что-то зашептала над компасом. - Итак, я прошу всех собраться здесь и посчитать, сколько вампиров. - Девять, - сразу же ответил Такеру. – Один гибрид и три человека. При чем тут это? И как действует компас? - Поверь мне, тебе не захочется прочувствовать его действие, если я все-таки скажу. Лучше промолчать. Сначала мы проверим действие компаса, а потом пойдем искать оборотней. Тут их всегда было много. Наконец Шейла отодвинула от себя устройство Гилберта. - Готово. - Хорошо, милая Шейла, проверяйте. Она взяла компас в руки и открыла крышку. Тотчас же обжигающая волна боли накрыла вампиров. Они схватились за виски и сползли, чуть ли не под стол. Досталось, конечно, и Никлаусу, и Ребекке, и даже Майклу. Резкий стук крышки компаса прекратил боль. Шейла Беннет довольно усмехнулась. - Кажется, среди нас есть один оборотень, - возвестила она. Майкл поднялся, отряхивая брюки из дорогой ткани. - Извините, Шейла, я немного пропустил этот момент. - Девять вампиров страдают от аневризмы, плюс один гибрид, и кое-кто еще. Да, Елена? Только сейчас они заметили, что вместе с ними с пола кое-как поднялась Елена, зажимающая нос. Кровь капала через ее пальцы, Кэр напряглась. Но тут на плечи блондинки, почти готовой к броску легли горячие пальцы Ника. Он вполне мог ее удержать. - Елена? – округлил глаза Деймон. – А почему я об этом не знаю? - Ручаюсь, она и сама не знала, - заметил Майкл. – Значит, оборотень... - И что теперь? – спросила брюнетка. – Мне плюнуть Древним в кашу? - Пока тебе ничего не надо делать, девочка. После полнолуния я позову их, тогда все и начнется. - Почему после полнолуния? - Потому что до него Никлаус будет немного не в форме. Он и сейчас не в форме, потому как до полнолуния осталось менее 48 часов. - Так, держимся от тебя подальше завтра, - Арджуна демонстративно отодвинулся. Никлаус усмехнулся. - Что, боишься, клоун? - Я-то хоть и клоун, да вот не боюсь. Но береженого ум бережет - вдруг ты на меня за разлитый кофе разозлишься. - За какой разлитый кофе? - Или за разорванный тапочек... - Ты это вообще, о чем? - О том, что близкое полнолуние для оборотня все равно, что ПМС у девушки, столько же нервов. - А я... я завтра не превращусь? – спросила Елена. Майкл покачал головой. - Пока не убьешь человека – нет, просто будешь обычной девушкой, без способности ежемесячно покрываться шерстью. - Девушка-оборотень, у которой еще и ПМС есть... – задумчиво протянул Сальваторе-старший. – Елена, я тебя боюсь. - Дурак, - беззлобно отозвалась она, запуская в парня подушкой. Ну, раз никаких больше дел не было, все разъехались по домам. Каратели снова отправились в Совет, только уже вместе с Сальваторе, отправлять официальный запрос на признание Коула Майклсона виновным в убийстве и обращении Кэролайн Форбс, пособничестве заточению собственного отца в склепе без особых на то причин, а также запрос на поиск и арест Эбби Беннет за пособничество в заточении Майкла. Короче, дел было много, а времени – мало. Особняк Майклсонов погрузился в тишину. *** Елена заказала себе капучино, усевшись за самый дальний столик в «Мистик Гриль». Настроение было странным. С одной стороны, новость о том, что она, оказывается, оборотень, ее сильно шокировала. Но радовал тот факт, что в полнолуние обращаться ей не надо. Деймон, поцеловав ее на прощание, уехал в здание Совета. Любимый не стал ее ни о чем спрашивать, он просто решил поддержать. А желания задавать вопросы Дженне или Рику, мужу ее тети, то есть, ее дяде, которые вполне могли что-то знать об этом, не было. Да и что они могли знать? Вся правда, скорее всего, умерла вместе с ее родителями, Джоном и Мирандой. Вот они действительно могли что-то знать. Но прошлого уже не вернешь. Елена Гилберт всегда помнила себя рядом с Кэролайн, ее лучшей подругой и почти что сестрой. Она любила ее, никакие мелкие ссоры не могли заставить их разрушить крепкую дружбу. Раньше с ними рядом были Лекси и Бонни, а что сейчас? Почему Бонни не только оставила Кэр в подобной ситуации, но и оказалась предательницей? Хотелось спросить у мулатки, но толку в этом было мало. Да и желания не было. Если она все знала – и об обращении, и об остальном, - так почему не предотвратила? И не была ли эта ненависть к нынешнему состоянию блондинки всего лишь уловкой, иллюзией? Ох, тяжелые думы обуревали брюнетку. За ними она просидела около часа, а потом нужно было ехать по делам – Дженна просила заехать в колледж и забрать кое-какие ее работы. Так что Гилберт села на первый же автобус, поехала в колледж, где ей, к сожалению, пришлось провести слишком много времени, вплоть до позднего вечера. Приехала она уже затемно. Переживавший Деймон – но не способный выбраться к ней и довезти до дома по причине своего отсутствия в городе, - попросту оборвал своей любимой телефон, хотя назвать это обрыванием... скорее, вампир просто пообещал не класть трубку до того момента, пока она не придет домой, и не окажется там, внутри, в безопасности. Дорога домой - та, что покороче, шла по пустынной улице. Елена зябко поежилась, и дело тут было не в прохладе. За ней как будто бы кто-то следил. Это ощущение угнетало девушку, она убыстрила шаг, когда дорогу ей внезапно преградил... Ричард Локвуд. - Ох, мэр Локвуд! – выдохнула она в трубку так, что услышал Деймон. – Вы меня напугали. - Извини, Елена. Что так поздно возвращаешься? - Что за вопросы чужой невесте? – возмутился по ту сторону Сальваторе-старший. К счастью, Локвуд его не услышал. - Да так, по делам ездила. - Может, тебя проводить? - Нет, спасибо, я дойду. Немного уже осталось. Только брюнетка обошла мужчину, чтобы поскорее попасть домой, как на ее локте сомкнулась железная хватка. Она дернула рукой. - Зря отказываешься, - глаза мэра странно блеснули в ночной темноте. Дальше все произошло слишком быстро. Когда мужчина полез к ней с поцелуями, а разъяренный Деймон что-то крикнул в трубку, которая тут же полетела на асфальт, Елена закричала и не выдержала. Она уперлась руками в грудь мэра и, что есть силы, толкнула его. Локвуд упал. И не встал. Вообще. А из-под его головы потекла струйка чего-то темного. Елена заорала. *** Смачный матерок Арджуны прервал тишину, наполнившую дом. Стрелок стоял с телефоном, а вид его говорил, что произошло что-то действительно серьезное. Кэролайн подскочила к нему и вцепилась руками в тонкую ткань майки. Швырнув телефон Дурге, вампир ласково отодвинул блондинку от себя, глубоко вздохнул и сказал: - Елена только что убила человека. - Что?! – крикнула мисс Форбс. – Ты с ума сошел?! - Ты сначала дослушай, а потом кричи, нервная моя. Елена нечаянно убила человека, который к ней пристал в темном переулке. - Но... как? - Толкнула, он упал и ударился головой. Девочке-то ничего не будет, самозащита, да и свидетели там тоже были. Только вот... тот, кого она убила... - Кого? - У вашего города больше нет мэра. Ричард Локвуд и был тем, кто приставал к Гилберт. - Все, - потерянно выдала Ребекка. – Она станет оборотнем. - Она же не хотела убивать! - возмутилась Кэролайн. - Все равно. Хотела, не хотела – гену оборотня все равно. Завтра в полнолуние Елена Гилберт впервые обратится. Это аксиома. - Господи, - простонала Форбс, опустившись на колени и сжимая волосы в горсть. – Господи... Она начала качаться из стороны в сторону, как будто молилась. Никлаус не выдержал. Он подошел к девушке и немного грубо вздернул ее на ноги. - Кэролайн, посмотри на меня, - тоном, не терпящим возражения, попросил он. Его не услышали, тогда пришлось рявкнуть. – Посмотри на меня! Голубые глаза, полные слез, уставились на него. Поймав ее взгляд, мужчина медленно произнес. - Все будет хорошо, слышишь? С Еленой все будет хорошо. Я обещаю. Неизвестно каким образом, но именно его голос, интонация и подбор слов успокоили Кэролайн. Она только всхлипывала. Никлаус прижал ее к груди, проводя руками по голове, взъерошивая белокурые волосы. Вечер был безнадежно испорчен. Деймон привез Елену к себе в особняк. Конечно, никто не стал предъявлять ей обвинения в убийстве, потому что свидетелями произошедшего были телохранители Локвуда. Они и рассказали, что несостоявшаяся жертва изнасилования просто толкнула обидчика в грудь, тот упал и... как оказалось, никто не знал, что в свое время мэр серьезно пострадал, и из-за черепно-мозговой травмы у него всегда была возможность умереть при падении. Елена же этого не знала. Девушку трясло, она никак не могла отойти от пережитого, вцепившись руками в ладонь жениха. Тот успокаивающе поглаживал ее по голове, сидя максимально близко. Когда Стефан поспешил уйти в свою комнату, Елена тяжко вздохнула. - Теперь ты меня бросишь, Дей? - С чего ты взяла? – голубые глаза старшего Сальваторе удивленно на нее уставились. - Ну, потому что я теперь оборотень, а ты – вампир. И вместе нам быть опасно. Я же могу укусить тебя... - Милая моя, наши отношения изначально были опасны, - со смешком произнес мужчина. – Я вампир, существо, которое питается кровью, а ты человек. Я мог убить тебя одним укусом. Что изменилось сейчас, Елена? Не мои чувства, не твои, и даже не ты сама. Ничего не изменилось, слышишь? Я как любил тебя, так и буду любить, только сейчас даже больше, потому что моя девочка станет очень сильной, такой сильной, что сможет победить даже меня в армрестлинге. Гилберт насилу улыбнулась. - Ну, это будет поводом купить самые крепкие оковы для моей страстной волчицы, - добавил Деймон, усмехнувшись. – И обязательно с розовым мехом. - Извращенец. - Я люблю тебя, Елена. - И я тебя. Особняк же Майклсонов наконец-то погрузился в тишину. Все разошлись по комнатам, одинаково угнетенные новостями. Все, кроме вдруг спустившегося ночью в гостиную Такеру. Он сел на пол у камина, вытянув ноги и опираясь спиной на стену. Вампир сидел тихо, обдумывая произошедшее и складывая для себя кусочки паззла. Так значит, семья Древних не так дружна, как хотела бы казаться. В ней столько скелетов, что, если бы они все вышли в свет, мир бы узнал, насколько порочна их семья на самом деле. Он не имел ничего против Никлауса, хоть и замкнутого, сложного в отношении гибрида, или против Ребекки, которая тоже, впрочем, не сахар. Но то, что он знал об остальных братьях, наводило его на мысль, что война будет сложной. Главное, чтобы никто не погиб, а смерти обязательно будут. - Чего задумался? – из размышлений вырвал голос Арджуны, невозмутимо усевшегося рядом и так же вытянувшего длинные ноги, как и Харума. – Сидишь один, лицо кислое, даже кимчхи захотелось с горя. - Какая разница, о чем я думаю? – конечно, это прозвучало грубовато, но было правдой. Такеру не знал, можно ли довериться собрату, да и не особо хотел. Арджуна же не стал влезать в душу Харумы, просто сидел рядом и курил, стряхивая пепел в потухший камин. Хотелось плакать. До безумия. Такеру прикрыл глаза, чтобы хоть как-то побороть жгущее ощущение близких слез. Его плеча неожиданно коснулась рука. Он вздрогнул, открыв глаза, и уставившись на Арджуну – а это мог быть только он. Тот смотрел так, как будто бы понимал, что гложет собрата. - Ты скучаешь по ней? - О ком ты? - О твоей девушке, той, что умерла 10 лет назад. - Откуда ты... - Откуда я знаю? Мы приглядывали за тобой, но так, чтобы не вмешиваться слишком сильно. В частности, это была моя работа, из-за чего я часто ездил в Японию. Но тогда, к сожалению, не успел. - Не успел... - Да, не успел. И не смотри на меня так, будь моя воля – твоя подружка была бы жива. Но тогда я смог только лишь наказать ее убийц как следует. Или ты об этом не знал? - Знаешь ли, - в голосе Такеру было много яда, на весь особняк бы хватило. – Я в то время мало на что внимание обращал. Ты пойми, мое сердце умерло вместе с ней, я сам умер. Даже сейчас это только существование, а не жизнь. Я мертв, запомни раз и навсегда. - Значит, то же самое можно сказать и обо мне, - вздохнул Арджуна. -Это еще почему? - Ты не знаешь, как я стал вампиром, чувак. Да, ты в курсе, что это сделал Индра, но обстоятельств не знаешь. Немного помолчав, вампир продолжил, уставившись в одну точку. Его лицо стало совсем серьезным, без намека на улыбку. - Я сирота, Такеру. Когда мне было 13, всю мою семью – маму, папу, двух маленьких сестер и старшего брата, - убили прямо на моих глазах. Я едва сумел убежать, потому что "бежать" - было приказом отца. За мной гнались, и тут на пути попался один самурай. Индра, ты уже понял, наверно. Правда, он был не один, а с британским солдатом, Клаусом Майклсоном, тоже известной тебе личностью. Они выручили меня, убив погоню. Мне некуда было идти, и Индра предложил свою помощь. - Ты не похож на 13-летнего. - Правильно, потому что обратили меня в 20, спустя 7 лет после встречи с ними. В бою, как ты понимаешь. В те времена для Индры было привычным делом при серьезных ранениях лечить меня своей кровью. В тот день он просто не уследил, меня и убили. Но раз я был знаком с вампиром и даже одним гибридом, то проблем не возникло. Вот так я и стал таким же, как ты. - Зачем ты мне все это рассказываешь? Мы даже не друзья. Я уже не уверен, должен ли тут находиться, потому что, черт возьми, меня все достало! Я хочу, мать вашу, покоя! Хочу, чтобы все долбанные убийцы были наказаны, но не лезьте в мою жизнь! И в душу мою не лезьте! Все. Сорвался. Не выдержала стена спокойствия, некой отрешенности, которую вампир так долго и упорно выстраивал вокруг себя и своей души. Он все это время помогал Кэролайн справляться с сущностью вампира, делился с блондинкой своим опытом, в некотором роде даже привязался к ней – и ему было реально наплевать на ревность со стороны Никлауса. Между японцем и мисс Форбс не могло быть никаких чувств, кроме дружеских. Она не привлекала его как женщина. И то, что ему в ней нравилось – блондинка, несмотря на свою привычку досконально выспрашивать интересующие ее вещи, не лезла ему в душу. А он не лез к ней или к Никлаусу, который, узнав, что Такеру был обращен Индрой, стал относиться чуточку иначе. Разве что все равно ревновал. Резко поднявшись на ноги, Такеру покинул особняк, умчавшись в глубину леса. Просто чтобы побыть одному. В то же самое время в комнате Ника тихо скрипнула дверь. По деревянному паркету прошлепали босые ножки, а потом кто-то присел на край кровати. Гибрид упорно притворялся спящим, хотя знал гостью. - Ты слышал? – шепотом поинтересовалась Кэролайн. – То, что только что произошло? - М-м-м, дай-ка подумать... ну, предположим, слышал. И что? - Я не хочу, чтобы он уходил, - честно призналась девушка. Вот зачем ты это говоришь? Я же опять ревновать начну... - Не хочешь, а он уже ушел. - Именно поэтому я здесь, Ник. Ты должен помочь мне. - Как же это я могу, Кэролайн? - Он чувствует себя ненужным, понимаешь? Мы должны показать ему, что это не так. - Не мы, - вздохнув, мужчина сел, а простыня, которой он накрывался во время сна, сползла, обнажив красивый мужской торс. Кэролайн нервно сглотнула, пожалев, что пришла к нему в одних коротеньких пижамных шортиках и пижамной же майке, даже не накинув халатика. Правда, Никлаус смотрел ей в глаза, вовсе не обращая внимания на ее внешний вид и факт отсутствия бюстгальтера. Кто это не обращает внимания на твой вид? Обращаю, и еще как. Мне даже в темноте видно, насколько тебе холодно и немного страшно сидеть рядом со мной. Я все-таки мужчина, а ты девушка, Кэр. Поосторожней. Могу не сдержаться. - Что ты имеешь в виду? - То и имею. Не мы должны показать ему его значимость, а ты. Не меня он учит быть вампиром. - Ты... ты действительно так думаешь? – в голубых глазах девушки светилась радость. – Я должна пойти и поговорить с ним? - Должна, - насилу улыбнулся мужчина. Блондинка вдруг чмокнула его в щеку – совсем как тогда, в детстве, - и подбежала к окну. Он успел позвать ее. - Кэролайн, ты хоть оденься, а то простудишься. - Я теперь вампир, - отмахнулась она, а потом сообразила. – Ты что, ревнуешь меня? - Извини? – Клаусу пришлось изображать оскорбленную подозрениями личность. Только вот его девочку оказалось сложно провести. Она вернулась к кровати и нависла над ним. - Ты. Меня. Ревнуешь, - подытожила Кэролайн, упираясь руками в подушку, по обе стороны от его головы. Никлаус смело поймал ее взгляд, а потом резко дернул на себя, едва не поцеловав девушку. Придвинув губы к ее уху, он прошептал только для нее. - Больше никогда так не делай, Кэролайн. Иначе я не смогу удержаться. В тот момент Форбс могла поклясться, что по спине ее прошлись мурашки, сердце забилось сильнее, а голова закружилась. Что уж говорить про то, что живот свело судорогой то ли желания, то ли пресловутых бабочек внутри него. Медленно она отодвинулась от мужчины, не отводя взгляда, потом взяла небрежно брошенный на кресле после душа мужской халат, накинула его и выпрыгнула в открытое окно. Как будто и не было этой странности между ними. Клянусь всеми богами, Кэролайн Форбс, однажды ты станешь моей, и не сможешь этому противостоять. Такеру сидел один, на холодном камне. Впрочем, вампиры не страдают от радикулита или от пиелонефрита, так что сидеть вот так было вполне терпимо. - Ай. Он даже не стал поворачивать голову на голос Кэролайн, его ученицы, которая, похоже, наткнулась на ветку. - Осторожнее. Поранилась? - Уже заросло, - она села рядом, зябко кутаясь в халат. Или не зябко... - Меня было так слышно? - Честно? Да. - Извини, если разбудил. - Такеру... – начала было она, но японец жестом попросил помолчать. - Не надо, Кэролайн. Не лезьте в мою душу, пожалуйста. Я... я не настроен на откровенность, как бы Арджуна ни пытался меня на нее вывести. - Это твое право, - понятливо кивнула девушка. – Я не хотела пытаться тебя разговорить, просто... ты сказал, что чувствуешь себя ненужным. Это не так. - Почему, Кэр? – впервые за время их знакомства вампир назвал ее уменьшительным именем. – Разве я не был прав? - Нет, не был, - усмехнулась блондинка, подхватывая его под руку и прижимаясь головой к его плечу. – Ты нужен мне, как друг, как учитель, как человек... прости, вампир, с которым можно поговорить. Просто, знаешь... Дей и Стеф тоже мои друзья, но я не могу поделиться с ними тем, что меня безумно влечет к Клаусу. То же самое и Елена с Лекси. Они не поймут. - Ну, знаешь, - усмехнулся Такеру. – То, что я, как утверждают, похож на девчонку, не означает, что я... - Ты не понял! – рассмеялась девушка. – Просто, ну знаешь, ты умеешь слушать. Я могу говорить, говорить и говорить, а ты можешь просто молчать, но я знаю – ты слушаешь меня. Ты даже пытаешься понять. Мне в тебе это нравится. И как бы Ник меня не ревновал к тебе, в моем сердце для тебя место тоже есть. Место друга и наставника. Когда все закончится, я не перестану общаться с тобой, наоборот – не позволю тебе прекратить эту дружбу, слышишь? Если уйдешь, я сделаю все, но найду тебя и побью. - Да никуда я от тебя не денусь, - Такеру улыбнулся и по-дружески приобнял девушку за плечи. – Ты же все равно догонишь. И... спасибо. За что – произносить вслух не надо было. За понимание, за то, что она не полезла глубже, но заставила его почувствовать себя своим. Вот так незаметно они сначала задремали, а потом уснули. Прямо на камне. Первой утром проснулась Кэролайн. Ее укрывал плед, а еще девушка буквально в полуметре увидела спину Никлауса, который стоял по пояс обнаженный. Рядом стоял Такеру и оба мужчины смотрели вдаль. Молча. - Доброе утро, - она сладко потянулась. - Чем это вы занимаетесь? - Обсуждаем способы прибить чересчур деятельного Арджуну, - ответил Ник. - Это ты принес плед? - Я. А вы зачем на камне уснули? - Мы, как бы, не виноваты... Он первый начал. - Он – это кто? – мужчина обернулся. - Ну, этот, - Кэролайн состроила дурочку. – Морфей. - Интересная версия. - Хватит! - в голос и со смешком попросили наставник с ученицей. А потом Такеру драматическим шепотом добавил: - Прекращай так явно ревновать. К вечеру они так и не вернулись, погрузившись в процесс обучения Кэролайн бытности вампиром. *** Темнота незаметно опустилась на город и его окрестности. Особняк Майклсонов притих, до сих пор не вернулся Такеру, и Индра начал волноваться за своего «отпрыска», когда пришло сообщение от Деймона, в котором было известие, где сегодня ночует японец. В особняке братьев Сальваторе. Елену заперли в подвале этого самого особняка, в камере с самым крепким косяком, зачарованным Шейлой еще днем. Так что девушка определенно вряд ли выбралась бы оттуда. Никлаус же собирался обращаться в лесу, подальше от города... и от нее, отправленной вместе с Такеру к Деймону и Стефану. Пускай девочка побудет там, чтобы он за нее не волновался. Время неумолимо, стремительно неслось к полуночи. Когда осталось всего 10 минут, когда плечи и позвоночник свело от ожидания обращения, а глаза стали волчьими, тихо хрустнула ветка. Он обернулся. - Кэролайн?! Что ты здесь делаешь? - Я никогда не видела твоего... обращения, - переминаясь с ноги на ногу, ответила она. – Да, я понимаю, это опасно, но... я верю, что ты не причинишь мне вреда. - С ума сошла, глупая? – он подавил желание встряхнуть ее как следует. – Это не просто опасно, это смертельно опасно! - Я в тебя верю, - непреклонно сказала она, подняв гордо голову. – Ты не причинишь мне вреда. - Дурочка... Аргх! Началось. Началось. В такие моменты я легко теряю ясность мысли, но иногда успеваю... додумывать. Вот дурочка, куда же она лезет? В зубы к опасному гибриду... Я чувствую влияние луны на меня. Мои кости корежит, ломает, перекручивает. Я теряю сам себя и обретаю заново. Он срывал с себя одежду, не переставая рычать. Лицо приобретало черты волка, клыки – Боже, какие острые клыки, - завораживали. Кэролайн сидела на земле и во все глаза смотрела на мужчину. Пока он им еще был. Восхищенный девичий взгляд отмечал его подтянутое тело, гладкую кожу и, - да простит ее Господь за такие извращенные мысли, - упругую задницу. По спине бродили мурашки, казалось, она изнывала от не меньшего возбуждения, нежели у самого гибрида. Который, кстати, наконец-то обратился. Встряхнувшись, как следует, волк подбежал к девушке и лизнул ее в нос. Кэролайн рассмеялась и потрепала его за ухом. Такой резкий контраст – от возбуждения и страшного желания запрыгнуть на него прямо тут и изнасиловать (радовал тот факт, что по законодательству девушек не судят за изнасилование) все перешло к чисто девичьему умилению братьями нашими меньшими. И вовсе он не был опасным. Скорее, добрым и милым волко-псом, нежели монстром. Интересно, а как там Елена? Набрав номер Такеру, Кэролайн уселась на куртку Ника, брошенную им до обращения, пока сам хозяин носился по лесу в поисках еды и приключений на мохнатую попу. Японец ответил почти сразу. - Все хорошо? - спросил он. - Да, я в порядке. Ник лез облизываться. - А, у псовых это все равно, что целоваться, - хмыкнул Такеру. – У нас тоже все хорошо. Разве что Деймон не удержался и спустился к ней. Сейчас сидит в обнимку со здоровенной волчицей и позволяет ей лизать свое лицо. - Помнится, нам говорили, что оборотни опасны в своей волчьей форме. - У меня есть версия, Кэр. - Какая? - Запах. - В смысле? - В том смысле, что волк чувствует знакомый запах, который ему приятен, поэтому не кидается на родных и друзей. Вот мы три часа сидели в особняке, втроем, так Елена никого еще не покусала. Значит, даже мой запах для нее неопасен. Что уж говорить о нашем гибриде, который тебя все-таки любит. - Значит, ты тоже это видишь? - Это сложно не заметить, Кэролайн. Его взгляд, язык тела, жесты – все говорит об этом. Сколько раз он старался просто прикоснуться к тебе, не поцеловать, а просто... скажем, погладить? Можешь не говорить, я знаю, сколько. То, о чем ты все же успела мне рассказать - я о ночном почти-поцелуе, - значит только одно. - И что же? - Никлаус устал ждать, пока ты из своей френдзоны впустишь его в более близкую зону. Понимаешь, о чем я? - Практически да. - И мне вовсе не нужно находиться рядом, чтобы увидеть, что он тебя возбудил. - Эй! О таких вещах приличные парни с приличными девушками не говорят! - Ну, да, только мы с тобой вампиры. Как говорит Деймон – мы не можем иметь детей, но любим попытаться. - Даже ты. - Я мужчина, Кэролайн. Не инопланетянин. Женщина, любимая женщина нужна даже мне. - Обещаю, что помогу тебе влюбиться. - Вот только подруги-свахи мне не хватало, - рассмеялся он в трубку. – Сама-то не пади жертвой сногсшибательного гибридского обаяния. - Ты такой язвительный... - У тебя научился. - И врешь как Пиноккио! - Ладно, хохотушка, жди своего Ромео. - Он не мой Ромео! - А ты не Джульетта, да... Тогда жди своего Отелло. И на ночь помолись, - Такеру отключился без прощания, впрочем, это значило, что он еще позвонит. - Придурок, - уже в гудящую трубку буркнула Кэролайн. И стала ждать. Ночь пролетела быстро. Японец звонил еще два раза, а перед самым рассветом девушка уснула. Разбудило ее выразительное покашливание. - Кто бы ты ни был, иди к черту. - Я бы пошел, но голышом и без куртки... не боишься, что меня там изнасилуют? – насмешливо отозвался знакомый голос. Спросонья Кэролайн никогда не следила за языком, поэтому, не открывая глаз, буркнула: - Скорее это сделаю я. А потом сообразила, кому и что она только что сказала. Открыв глаза, блондинка испуганно уставилась на Никлауса. Тот с улыбкой сидел рядом, измазанный в траве. - Серьезно? Пользуясь тем, что за изнасилование девушек не садят? Браво, Кэролайн, я восхищен. - Ты бы прикрылся, что ли... - А ночью ты будто меня не видела. И даже больше скажу – ты вовсю пялилась на мою задницу. - Не пялилась! - А вот и да! - А вот и нет! - А вот и да! - Ну, да, да, и что с того? Не имею права попялиться на шикарную мужскую задницу? – взорвалась девушка. – Свободная женщина, все-таки! Имею полное право! -Ты – еще какое, - резко посерьезнев, ответил гибрид, а потом резко поцеловал ее в губы. Она ответила. Ответила, прекрасно осознавая, что делает и с кем. Не только он был возбужден, но и Кэролайн. И именно она углубила поцелуй, схватив его за волосы на затылке. Именно она уронила его на траву, дождавшись ехидного «Люблю, когда девушки сверху». Именно она реагировала на его пока что сдержанные ласки хриплыми стонами – а ведь пока была в одежде. Впрочем, ненадолго. Умелые мужские руки сноровисто освобождали девушку от лишних покровов. Потом он резко перевернул ее на спину, уложив на свою куртку, и нависая над девушкой. - Ты хоть понимаешь? Понимаешь, что делаешь, Кэролайн? Если мы сейчас... - Заткнись и поцелуй меня. - Ну, я могу не только поцеловать... – усмехнулся гибрид. От громкого стона Кэролайн вспорхнули птицы. Никлаус двигался уверенно, согласно какому-то своему ритму, заставляя девушку трепетать, кусать губы до крови – и свои, и его, - царапать его спину ногтями, оставляя царапины, которые зарастали тут же... Их тела сливались в едином страстном танце, танце, созданном изначально для мужчин и женщин, танце любви и наслаждения. От крика, который был вызван сильным оргазмом, где-то вдали запели птицы. Вот что к чему... Спустя час особняк братьев Сальваторе встретил их спокойствием. Пока что. Но когда Такеру увидел парочку, всю напрочь измазанную травой, он уронил палочки, которыми ел рамен и, не сдержавшись, заржал (от автора: простите, другого слова не подобрать, потому что именно эту реакцию я себе представила у него), упав на пол со стула. - Что смешного? – подбоченилась Кэролайн, вдруг покраснев (новообращенные вампиры могут краснеть в течение года с момента обращения). Такеру, насилу отсмеявшись, ответил на ее вопрос: - Помнишь, что я говорил про жертву обаяния гибрида? - Помню. - Кажется, я напророчил вашу... как бы это сказать... - Жаркую ночку? – «заботливо» подсказал Деймон, едва сдерживавшийся, чтобы не засмеяться. - Нет, скорее жаркое утро. - Вы извращенцы, - обняв девушку за плечи, заявил Никлаус.