"Город Быков" - Pathologic

Глава 5. POV Гелла Просыпаться и ощущать тепло пса под боком, который бесцеремонно ночью забрался ко мне в кровать, было неожиданно приятно. Собака – это было лучшее, что за вчерашний вечер преподнес мне Артемий Бурах. Я была ужасно зла на него, когда засыпала. А проснулась я все с той же искренней обидой. Неужели я так плоха, что не заслуживаю человеческого отношения? Или он ни к кому так и не относится? Издержки профессии и общения с этими зверьми – мясниками… Да и ладно. Раз гордый он такой, то и не буду досаждать ему своим вниманием. И про степь его, так ревниво хранимую, даже ни у кого другого больше спрашивать не буду. С меня достаточно одной работы у Хельги и домика здесь. Жила же я в городе без всех этих сказок. Только голова свободнее была. Я быстро собралась на работу, отмечая, что садиться завтракать не было ни желания, ни аппетита. Поэтому утренний прием пищи был только у собаки. А я, подхватив сумку и эскизы, вышла из дома. Мурлыча что-то себе под нос, я преодолела одну узкую улочку, свернув на вторую. Помнится, отчим всегда кричал на меня, что я пою свои странные песенки... Ну, что с того, что ребенок пел непонятный набор букв? Чем это было похоже на какое-то заклинание или ритуал? Я же была ребенком. Но я выросла, а привычка петь в подобной манере у меня не ушла. Я завернула за угол, не успев даже вскрикнуть - меня схватили и дернули в сторону. Я напугано ринулась от них, но сильные лапищи не позволили мне выскользнуть. Одонги! Четверо одонгов! Их мерзкие безликие головы, их вонючее тряпье напоминающее одежды чумного больного, пропитанные гноем и грязью. - На помощь! - Выкрикнула я, когда ступор отпустил меня. - Помогите! Кто-нибудь! Меня с силой поволокли, оставляя моими ногами рваный след в сухой земле, в сторону Степи. Что было самое страшное, так это что проходящие мимо люди видели, но никто из них даже не посмотрел в мою сторону. Будто бы все, что происходило, было правильно! Никто из них даже не подумал как-то помочь мне спастись из рук этих чудовищ. Что происходит?! Куда они меня тащат!? Все эти вопросы я выкрикивала, в общем, не надеясь на ответ. Меня просто охватило отчаяние. Ведь не настолько же на меня вчера Бурах разозлился, что заставил такое со мной сделать! Я билась изо всех сил, как трепещется бабочка, пойманная в паучью сеть. С силой, но без смысла и надежды вырваться. Пытаться запомнить дорогу назад, даже если бы было необходимо, было невозможно. Через пару минут я просто оказалась в бескрайней степи, где только по Солнцу можно было как-то ориентироваться. Где-то вдалеке завиднелось болото. Меня хотят утопить? Боже, но за что?! Какой им в этом толк? Но - нет. Одонги протащили меня вдоль него, дойдя до узенького мостика. Толкая лапами в спину, они провели меня по нему. Упав на колени, добравшись до суши, я увидела перед собой оранжево-желтую из кожи быков и другого зверья юрту. Перед ней горел костер, рядом с которым сидел еще один одонг и пара невест. Девушки подняли на меня свои затуманенные глаза и по безмолвному приказу помогли мне подняться, нежно вытирая своими ладонями от грязи мое лицо. -Что вы делаете?! - Я дернулась от них. - Отпустите меня! Это какая-то ошибка! Одонги только презрительно глянули на меня и не обращали больше никакого внимания, бухтя только изредка что-то невестам. - Нет никакой ошибки в том, что ты теперь на своем законном месте, - над моим ухом раздался мелодичный голос одной из невест, - идем, я покажу тебе твой новый дом… -Какой дом? - Я отпрянула. - Вы с ума сошли! Это не мой дом! - Конечно же твой. Гелла, твое место здесь, среди нас. – Девушка настойчиво потянула меня за собой, держа за руки. – Ты не виновата в том, что твоя бабушка захотела утаить от твоей матери и тебя свой дар, стараясь спрятать подальше. Теперь ты с нами и твоя жизнь, наконец, наполнится смыслом. -Моя жизнь и так полна смысла! - Я дернула руку к себе. Но чуть слабее, поймав на себе укоризненный взгляд невесты. - Послушайте, я...Я не совсем та,кто вам нужна! Я никакая не невеста... - Я отчаянно поискала глазами хоть что-нибудь, и уперлась взглядом в пышную грудь степнячки. - Я даже тощая, вот! - Это жизнь в городе тебя изуродовала. - Неужели она не понимала, ЧТО для меня значит вот так оказаться среди них. Да еще и насильственно! -Пожалуйста... - Я поймала обе руки невесты и заключила между своих ладоней, заглядывая в ее теплые глаза. - Пожалуйста, я не могу тут быть. Я не понимаю, что происходит, отпустите меня. Одонги, слыша, что я противлюсь, стали посматривать на меня, недобро переговариваясь между собой. Заметив это, говорившая со мной невеста забеспокоилась. - Тише, не шуми, - зашептала она мне на ухо, прижимая мою голову к своей груди, - не шуми, а то нам всем из-за тебя достанется. Просто будь покорной, расслабься. -Я не хочу быть здесь... - Прошептала я, косясь на одонгов. Что значит "всем достанется"? Я судорожно начала вспоминать все, что мне рассказывал Артемий про Степь, про одонгов, мясников и невест. Результат воспоминаний был неутешительный. Я прижалась к степнячке, стараясь сдержать слезы, так предательски блеснувшие в глазах, и изо всех сил желая, чтобы это кончилось. Но, если правда в глаза - мне никто не поможет. Все, кто видели, как меня волокут прочь, из селения, были безучастны. Артемий ни за что не пойдет против уклада из-за меня. А кроме него над этими одонгами никто не властен. Только если земля разверзнется и скажет им отпустить меня, но такого точно не случится. Я со страхом смотрела на остальных невест. Привыкшие к такой жизни, слабо улыбаясь, они расчесывали друг другу волосы, сидя на голой земле. Некоторые из них держали на руках маленьких девочек, играя с ними куколками, сделанными из травы. Что удивило меня, невесты с детьми на руках были одеты в отличие от остальных. Мой разум пытался уберечь меня от дикого страха, отвлекая на что-угодно другое. Только не смотреть на этих страшных червей-одонгов. Где-то вдалеке показался силуэт. Это был мужчина, который нес на руках женское тело. Мясник с невестой на руках. Я просто обомлела от страха, когда увидела сбитые в кровь коленки и локти женщины земли. Неужели он ее убил? Нет, девушка сонно приоткрыла глаза, пошевелила рукой и осталась неподвижной, когда мясник уложил ее на землю рядом с костром. Ее сестры сразу положили под ее голову какое-то тряпье и принялись поить. Они делали это спокойно, будто каждый день. - Что с ней? – слабо и очень тихо спросила я у той невесты, которая пыталась мне хоть что-то объяснить. - Ойла сегодня хорошо танцевала, - прошептала восхищенно та, прикладывая к груди руки, - несомненно, там, где ступила сегодня ее нога, завтра будет колоситься очень много твири. Вот бы и мне научиться также, как она! Я, плохо скрывая ужас, вылупилась на невесту. -Что ты так смотришь, кровная? - Удивилась невеста. - Что тебя напугало? Степь? Не бойся ее...Слышишь, как она поет... Она ведь признала в тебе свою. Я невольно прислушалась. Как прекрасно сплетался шум волн трав и пение на несколько голосов в лагере. Одонги, ведя мордами по ветру, будто принюхивались и, вздохнув, обернулась к той невесте,что сидела ближе меня. -Вам не страшно самим? -Нам? - Улыбнулась та. - Нет. - Она провела рукой по волосам. - Конечно же, нет. Земля оберегает нас. -Но они... - Я кивнула на одонгов. - Послушай... - Я перешла на шепот. - Я слышала про беглых невест. Это правда? Убежать можно? -Даже не думай! - Напугано ахнула моя собеседница. -Поймают - на месте убьют и сожгут на костном столбе! Я прикусила язык. Жить мне хотелось, как никогда. -Кровная, - Вполголоса обратилась ко мне невеста, -а как ты жила без песен и танца? -Я... - Я осеклась. -Я не жила без них. Я пела и танцевала,когда мне захочется. Невесты начали перешептываться. -А этот Служитель - он тебя трогал? - Распахивая в любопытстве свои коровьи глаза, ко мне приблизилась одна из степнячек. -Он был с тобой? Ночью? Я почувствовала, как краснею. Вот, спроси у меня такое про Данковского, я бы и ухом не повела. Что и требовалось доказать - Бурах мне понравился, как бы я это не отрицала. Я отрицательно помотала головой. -Она чиста. - Шепнула одна невеста на ухо другой. Третья присела ко мне, погладив по голове и начиная петь какую-то незатейливую песню, а еще одна из девушек провела по моим волосам кругло большой щеткой, пара других, пробегаясь пальчиками по прядкам, начали вплетать в них бусины - красные, зеленые, синие. Я задержала дыхание, немного растерянная от того, сколько рук меня касались и, вдруг почти физически осознав свою судьбу, я застыла, глядя на ту невесту с окровавленными локтями и коленями. Сама собой из левого глаза скользнула струйка слез. -Не надо. -Улыбнулась рядом невеста, ребром кисти вытирая мне щеку. Я постаралась взять себя в руки, неожиданно услышав в своей голове свой же голос:"Наверное, ты сейчас очень красивая - при свете костров, среди этих высоких трав. Получше какой-нибудь Марии". Я тряхнула головой, отгоняя этот голос. Нет, я не могу находиться здесь. Я слишком не похожа на них. Город не только изуродовал мое тело, но и миропонимание. Я никогда не смогу, как они, до последнего движения отдавать себя танцам в степи. Вдруг одонги задергались. Будто увидели вдалеке кого-то, кто стремительно шел по мостику к юрте. Если бы это была еще одна невеста или мясник, едва ли они бы побросали свои дела, начиная кучковаться у костра и беспокойно переговариваться. Я невольно стала вглядываться. Артемий! Невесты тоже зашептались: «Служитель, Служитель!», забывая про расчесывание моих волос. Резкие движения делать не стоило. Я медленно встала, стараясь ступать как можно тише, и сделала несколько шагов в его сторону, подходя к спинам одонгов. Я очень хотела закричать, но страх, что только за это одонги меня ударят, был сильнее. Я просто молча смотрела Артемию в глаза, ожидая, что он тоже посмотрит в мои. Он сегодня выглядел страшнее, чем всегда. Волосы на голове были растрепаны так, будто он только проснулся и побежал сюда, привычная теплая кофта из мешковины не застегнута до конца, будто он торопился, был виден уголок удэя на шее Служителя. И только плотные перчатки из кожи были хорошо завернуты под рукава. Как бы я ни ждала, на меня он глянул лишь мельком. Неужели, он пришел к одонгам совсем не из-за меня?! - Отдайте мне приезжую женщину. – Его голос был полон металла как никогда. – Немедленно. -Нет, служитель. -Нет! -Не отдадим - На несколько голосов прошептали невесты. - Это -наша сестра. Та, кто греет собой землю и та, кто рождает своими соками твирь. Ее жизнь принадлежит Степи! На заговоривших невест Артемий глянул так, будто бы едва сдерживался от желания ударить. - Я Служитель, ее жизнь принадлежит мне, я волен распоряжаться ею по своему разумению. – Еще тверже и с нажимом процедил Артемий сквозь зубы. – Отдавайте ее немедленно. Лучше быть безвольной вещью в руках Артемия, чем претендующей на свободу невестой, но здесь! У меня снова на глаза стали наворачиваться слезы. Мясник, что принес невесту Айян на руках, вышел вперед и гортанно зарычал. - Не преумножай свою власть безосновательно, - заговорил один из одонгов, Хоть он бормотал очень уж тихо, но все его слушали, сохраняя эту убийственную тишину. Только ветер в степи мог перебить его. – Удэй на твоей шее говорит лишь о том, что твой отец передал тебе наследство. Уклад же от тебя может и отвернуться, Бурах. Ты так и не принес жертву. - Не принес! - Жертву! Со всех сторон послышалось звериное скандирование. Будто бы мы попали на сотни лет назад! Что же это за община такая!? И какая еще жертва? О чем они говорили?.. Артемий прищурился, глядя на меня. Я прошептала одними только губами простое слово "Спаси". Для Бураха это явилось спусковым рычагом - рыкнув,словно животное, он кинулся вперед, сталкиваясь с одонгом врукопашную. невесты, тихо вскрикнув, поспешили ретироваться, прячась за юрты, закусывая в азарте губы зубами и наблюдая за боем. -Сзади! - Крикнула я, предупреждая Артемия. Тот, услышав, отшиб от себя прыгнувшего одонга. Раздался выстрел. Затем еще один. Я увидела, как один из одонгов, который вот вот мог бы ударить Артемя со спины, рухнул замертво. - Даниил! – вот теперь я уже не могла молчать. Сквозь драку я кинулась прям по неглубокому болоту в сторону стреляющего человека в змеином плаще. Бурах, похоже, тоже не ожидал такой помощи. Но быстро справившись с этим чувством и ничего не крикнув тому, сбросил кинувшегося на него мясника, нанося новый удар. - Уклад не простит тебе этого, Бурах! – В отчаянье прохрипел один из одонгов, оставаясь единственным из своих в состоянии говорить и дышать. - Никуда он не денется, простит и примет. – Артемий уложил того сильным ударом с локтя. -Хватит говорить! - Выкрикнул Бакалавр, держа на мушке не решающихся атаковать мясников. - Уходим, Ойнон! Пробормотав какую-то угрозу на языке степного народа, Артемий, все еще оставаясь в готовности драться, стал уходит от юрты, догоняя уже вовсю бегущих к городу нас с бакалавром. - Все наши целы?– Даниил мельком глянул на Бураха, убирая револьвер. - Все, - кивнул на бегу Артемий. – Ты вообще откуда там взялся, черт змеиный!? - Домой шел, дай, думаю, через Степь срежу! – Издеваясь, ответил человек Столицы, хватая меня под локоть, чтобы я не отставала. – Так что, друзья, приглашаю вас в гости. Бураховские семейные заводы мне уже осточертели. Артемий лишь коротко кивнул, прибавляя скорости. *** Когда мне показалось, что я уже не могу бежать, сквозь вечно стоявший в степи туман завиднелся город. Я ни разу не видела его с такого ракурса. И как поняла потом, в этой части города ни разу не была. Очень уж чистые широкие улицы, везде красивые заборчики и домики, украшенные лепниной и красивейшей ковкой на окнах. Вдалеке виднелся шпиль собора, за которым в клубах тумана укутывалась зеркальная башня, дерзнув прорезать собой само небо. Так вот где живут утописты… Я не успела рассмотреть все, как Артемий и Даниил впихнули меня в один из особняков с маленьким декоративным прудиком на заднем дворе. - Спасибо, ойнон, - серьезно и искренне сказал Артемий только сейчас. Данковский лишь отмахнулся, проходя вглубь дома, снимая на ходу плащ, под которым был причудливый и непривычный моему глазу бордовый камзол. Явно дорогой и, как я заметила даже в своем нынешнем состоянии, шитый на заказ. - Чай? – спросил из соседней комнаты, куда ушел Даниил, женский мягкий голос. – Всем троим? Данковский сказал, чтобы подавала в его комнату. Какого же было мое дичайшее ошеломление, когда мимо нас с Артемием прошла твириновая невеста. Нет, это уже точно галлюцинация! Не может быть такого. - Артемий, - я боязливо взяла его за локоть, прижимаясь. Невеста протанцевала мимо нас, размашисто виляя бедрами, держа в руках поднос с посудой, как профессиональная официантка. – Я сошла с ума. Я вижу невест. - Это не невеста, - грубо одернул он меня, даже не глядя на почти обнаженную женщину, - это подарок Даниилу одного сутенера местного, чтобы он о покойной поклоннице своей забыл поскорее. - Я все слышу! – Крикнул из комнаты Даниил. – Ну да, эта женщина из особняка Стаматина. Он любезно решил позаботиться о моем быте, отдав мне Айян. И не нужно никаких домыслов, она просто за мной ухаживает. - Да мы так и подумали, - Артемий толкнул меня в спину, чтобы я шла за этой Айян в комнату, где она наливала нам чай. Я не могла согреться, дрожащими руками баюкая в руках чашку с чаем, который мне передал из рук степнячки Бакалавр. Небольшой, но дорогой особняк, в котором жил Данковский выглядел очень уютно. Для приезжего пару лет назад, даже слишком. Будто бы здесь до него жил кто-то очень хороший. Кроме Айян ни слуг, ни других обитателей я пока так и не увидела. Сейчас Бурах стоял, точно каменный истукан, у окна, иногда всматриваясь в сумрак, а Данковский, внимательно следя за каждым моим движением и жестом, медленно резал ветчину. -Что было дальше, если бы... - Тихо начала я. Способность говорить вернулась ко мне после нескольких глотков чая. -Раздели бы и отправили танцевать. - Буркнул Артемий. Даниил укоризненно посмотрел на гаруспика. -Не думай про это - было и прошло. - Посоветовал бакалавр. - Как тебя к ним занесло-то? -Они схватили меня. - Шепнула я. - Спасибо. - Поблагодарила , сначала глянув на Бураха, потом на Даниила. -Я не ожидал от тебя такого, - Подал голос Артемий, поглядывая на Даниила, - не думал, что Столичный доктор, который выше звериных разборок, решит сунуться. -А я вижу - служитель руками одонгов ломает. - Хмыкнул Даниил. - Дай-ка, думаю, в веселье поучавствую. -Хорошенькое "веселье" ... - Я поежилась. - Все прохожие видели, что меня волокут из селения, и никто не вмешался. У вас так принято? - Они бы Артемию еще и спасибо сказали, если бы он тебя раскрыл, как быка, и пустил кровь в зем… - Рот закрой! – зло рыкнул Бурах, перебивая разговорившегося Данковского. – Не смыслишь ничего в наших обрядах, так и не умничал бы. - В том то и дело, что я уже начинаю по-маленьку смыслить, - усмехнулся Даниил. Сейчас никто из них не смотрел в мою сторону, будто меня и вовсе не было, а разговор у них, только их двоих и касался. - Все равно не умничай, - Артемий глотнул из кружки и, поморщившись, отставил ее на стол. - Буйда какая-то. -Нет, послушай. - Данковский встал из-за стола, шелестнув кроем камзола о столешницу. - Ведь служитель всегда был уважаем среди степняков, а тебе,мало того,что приезжую отдать не захотели, так еще и припомнили,что ты жертву не принес. - Жертвой должен был стать твой убогий многогранник! - Я никогда не видела, чтобы один только разговор, приносил человеку столько душевных мучений, кои искажали лицо моего Служителя. - Все так и случилось бы, не вмешайся сюда эта Самозванка Клара! - Вот ты молодец, Бурах! - прикрикнул в раз озлобившийся бакалавр. Сейчас я и поняла, почему Артемий всегда отрицал их дружбу, - Хороша жертва! Равновеликая спасаемому городу! А ничего, что жертва должна быть именно твоя? Не помню я, чтобы ты многогранник сильно любил, чтобы сильно страдать по его отсутствию. Бурах оскалился на Даниила, оборачиваясь. -Ей могла стать инквизиторша. - Грудь бакалавра яростно вздымалась и опускалась. - Да,что -то не стала... - Я ее что, сам задушить должен был? Не она моя жертва. Это не твое дело! - Да мне-то вообще дела до твоей жертвы нет никакой! - раскинул руки Даниил, - Башню, главное, не трогай. -Башня твоя бессмысленная... - Размашисто отмахнулся Артемий. Я поежилась, гадая, стоит ли о себе напомнить, или их ссора ни во что страшное не выльется. - Это Уклад твой – бессмыслица, живущая вчерашним веком, – не уступал Бакалавр. – Ну не станешь ты их Служителем. Велика беда! Будешь дальше жить в своем заводишке, травы сушить и людей резать. Право быть менху у тебя никто не отберет же. - Тогда я предам отца! Это тебе плевать на то, что твоей семье нет особого дела до того, чем ты занимаешься. Главное что уважаемый человек и довольно. -Ты не прав. - Заявил Даниил. -Обоснуй. - Потребовал Артемий. -Не прав -и все. -Нагло выдал Данковский. - Можете до утра оставаться тут - Омут к вашим услугам, утром я поеду встречать кузину, она приезжает сюда из столицы. - Если она похожа на тебя характером, мне лучше сразу в степь уходить навсегда, ибо двоих Данковских я не вынесу. - Ляпнул Бурах. - А ты смотри-смотри, - вдруг Даниил обратился ко мне, кивая головой в мою сторону, - смотри до чего ваши древние предрассудки доводят. В этом ли истина? – Он не стал дожидаться ответа, который, в-общем, и не хотел говорить Артемий, горестно склонивший голову, глядя на свои большие огрубевшие ладони. – Айян, постели этим двоим внизу. - На одного пусть стелит. - Бурах встал со стула, расправив плечи и разминая руки. - Мне мясника еще беглого ловить. - Ну, иди-иди. - хмыкнул ему в спину Бакалавр, - в отличие от тебя, я знаю истину. Истина в свободе, Артемий! - Понятия ты не имеешь о свободе, ойнон. За Бурахом закрылась дверь. Служитель в ночь и ливень ушел ловить мясника. А мы, самые обычные люди, остались в доме, где горел свет и пахло городским чаем.