И проснулся дракон

      Напряжение после нападения кикиморы повисло над нашим островком, густое, словно кисель. Ирта бормотала что-то неразборчиво и косилась на удивительно молчаливую Динку. Что ж она там бурчит? Проклятия, что ли?  — Наставник Нортон, я постерегу, пусть девчонки отдыхают, — Кьярр, хмурый и сосредоточенный, уселся возле костра, всем своим видом показывая серьезность своих намерений.        Мне определенно нравился этот парень. Во-первых, как бы там ни было, как бы он не относился к ставшей привычной борьбе этих двух дамочек и их склокам, заботиться о них это ему не мешало. Во-вторых, этот человек единственный, кто проявил сноровку и не растерялся при нападении кикиморы. Молодец.       Ветер сменил своё направление. Теперь он дул с юга, разгоняя тяжелые тучи и оставляя на темном небосводе легкие перистые облака, сквозь которые просвечивали особо яркие звезды и полная блеклая луна. Деревья шумели ветками, где-то вдалеке мигали и растворялись в ночи зеленоватые огоньки — Солган говорил как-то, что это души Топи. По мне бред, хотя многие думают иначе.        Я кивнул мальчишке, одобряя его решение, и вернулся к своему месту под деревьями.   — Лучше б тебя сожрали, — я наконец-то расслышал, о чем бубнит рыжая колдунья.  Ожидаемо. Именно это я и предполагал. — Рот закрой, — привычно посоветовал я.        Ненависть иногда не знает границ, право слово, вот только пусть разбираются где угодно, но не тут, пока находятся под моей опекой. Надоели.       Ирта послушалась, замолчала, засопела обиженно, демонстративно перевернулась на другой бок и начала ковырять пальцем ствол дерева.  — В следующий раз я себя покажу, — заявила Динка, привычно вздернув курносый нос. — Это просто неожиданно было.        Её реплика потонула в полной тишине. Знаем, слышали, покажет. Как же.  — И убью всех чудовищ… — уже тише добавила девушка.  — Гонор умерь, — бросил Кьярр. — Раздражаешь.        Удивительно, но это сработало.        Дина завозилась рядом, подоткнула под ноги плащ — собралась спать. Я решил последовать её примеру и начал медленно погружаться в дрему. — Где он?       Сначала мне показалось, что это проказничает ветер, и голос, шелестящий хриплый шепот, ничто иное, как потоки воздуха, встретившие на своем пути преграду из чахлой травы и кустарника. — Где он? — снова прозвучало над ухом.       Моё лицо опалило холодом.       Такой холод — особенный, с запахом пыли и затхлости — попадался мне в фамильных склепах, которые сооружали богачи да царские особы. А еще при встрече с призраками. Призраки пахнут словно шаль бабули, вытащенная из старого деревянного сундука и пролежавшая там добрый десяток годков.       Я открыл глаза, посмотрел на стоящее надо мной приведение. Она все же пришла. Никогда не было, чтобы не приходила… — Здравствуй, Вечная Невеста.       Брита, прозванная Вечной Невестой, была высокой при жизни, и, возможно, весьма прехорошенькой.       Она наклонила голову, гипнотизируя меня своими белесыми, лишенными зрачков глазами. Её тонкие полупрозрачные ладони - с переломанными пальцами - заботливо зажимали развороченное пустое нутро. Призрак издал мерзкий булькающий звук, и из его рта полилась чёрная вязкая кровь. Кровь текла и текла по подбородку и груди, падала с подола рваного платья крупными тяжелыми каплями на землю, не оставляя следов. — Где он? — снова повторило привидение и повернулось в сторону костра, адресуя свой вопрос боящемуся пошевелиться, напряженному, словно тетива лука, Кьярру.       Динка всхрапнула и заскрипела во сне зубами.       Почему-то мне очень не хотелось, чтобы девчонка проснулась. Если бы меня спросили, что я выберу: общение с призраком или очередную визгливую истерику девчонки - я бы выбрал первое. Видят боги, терпеть не могу бабские вопли, они меня пугают. — Где он? Ты знаешь, где?       Брита направилась к Кьярру, кокетливо приподняв подол. Боялась испачкать? Странная штука привычки, преследуют нас даже после смерти.       Я видел, как ее ноги, серые, с кажущимся черным рисунком тонких вен, скользят бесшумно, не приминая ни одной травинки. Ногти на пальцах отсутствовали: мучитель знал, что делал, когда выдирал их по одному, раз за разом упиваясь криками своей жертвы.       Я видел много призраков, и большинство из них сохранили на своих бесплотных телах следы смерти. Будь это перерезанное горло, отпечаток петли на шее, выколотые глаза или распоротая брюшина… Они носили на себе следы жестокости.       Жестокости вполне материальных, живых людей.       Призраки меня давным-давно не пугали. Я точно знал - бояться нужно не мертвецов. — Где?       Её голос, тихий, глухой, порождал толпы мурашек на коже. Его тембр, его потустороннее, непривычное уху звучание вызывало желание поежиться и укутаться потеплее в плащ. Брита несла с собой могильный холод. Холод наполнял её, холод окружал её, словно магический щит. — Не знаю я, — ответил парень. - Уходи.       В неярком свете костра было видно, как на его висках блестит пот и почти незаметно подрагивают пальцы на руках. Ученик боялся, я видел это, боялся, но скрывал свой страх как мог. — Мама… - хрипло прошептала Динка.       Проснулась. — А ты не знаешь? — Вечная Невеста была сегодня удивительно упряма. - Ты не знаешь, где он?       Дина отрицательно замотала головой и попятилась, елозя задницей по земле, пытаясь уползти за дерево. Ну, что могу сказать... Попытка не пытка. У нее даже получилось. — Кто он? — Кьярр вскочил на ноги и вытащил из поясных ножен короткий кинжал. - Эй… — Ребенка своего ищет, — пояснил я.       Кинжал против призрака — очень умное и взвешенное решение.       Брита развернулась к парню, открыла в беззвучном крике рот и растаяла в воздухе, словно и не было её. — Бля-а-адь, — облегченно выдохнули из-за дерева. — Где он?       Динка взвизгнула и захныкала. — Да не знаю я! — раздраженно огрызнулась девчонка и икнула. - Не знаю! Отстань от меня!       Призрак вздохнул тяжело и исчез, теперь, надо полагать, надолго. — Я хочу обратно в свой мир! — безапелляционно заявила девчонка и зашмыгала носом, подбирая сопли. — Верни меня домой, ты ж маг!       Я закатил глаза. «Преврати мне собачку в кошечку, ты ж маг! Измени мне цвет глаз, ты ж маг! Наколдуй мне золота, ты ж маг». Какое знакомое словосочетание, доводящее меня до белого каления. — Верни себя сама, ты ж ученица мага, — вяло огрызнулся я, плетясь к так и не проснувшейся Ирте.       Интересно, она там вообще живая?       Рыжая забияка спала. В то время, пока Кьярр покрывался липким потом, а Дина отчаянно хотела домой, к мамке, явно позабыв про своё желание прославиться, укрощая драконов, Ирта преспокойно дрыхла и в ус не дула.       Я даже немного позавидовал такому богатырскому сну. — Вот сука, а… — прошипела Дина, выглядывая из-за моего плеча. - Спит. Эй, дикарь, — это уже к Кьярру, — прикинь, спит она. Нас бы убили, а ей нипочем. — Тише будь, этот призрак просто хотел узнать про своего ребенка! Так сказал наставник! — выходец племени урба блеснул зло глазами и оттащил Динку к костерку. - Твоя очередь дежурить. — Я не останусь тут одна! — возразила девочка-горе-находка. — Так ты ж ничего не боишься, — подначил Дину парень. — Я спать. Я присел на пень, который когда-то был осиновым деревцем, и посмотрел на петляющие над Топью огни. Души умерших, ага, как же… Находились, помнится, желающие их изловить. Топь всех приняла в свои объятия. — Нортон, эй…       Похоже, тишина действовала Динке на нервы. Прекрасно её понимаю, когда-то я тоже много чего боялся, правда, болтливостью никогда не отличался. Сейчас же, с возрастом, при желании, я мог отмалчиваться дни напролет. — Чего тебе?       Динка оглянулась на спящую Ирту, на занявшего мое место для ночлега Кьярра и перешла на шепот. — А мой учитель был женат? Только никому не говори! — предупредила она.       Я усмехнулся. Твой учитель, деточка, не любит девочек, вот и вся причина. — Не был, — у костра было тепло, да и погода радовала: хоть дождя не будет. — Это хорошо… А… — Расскажи мне, девочка, чем можно отвадить призрака и убрать морок?       Дина цыкнула недовольно и отвернулась.       Понятно. Ох уж эти влюбленные девушки — какой морок, какие призраки, когда твой наставник красавец полуэльф?       Остаток ночи прошел без приключений, наша маленькая компания больше никого не привлекла. Болотникам было не до нас, а кикиморы, учуяв кровь своего мертвого сородича, решили не охотится на могущих дать отпор чужаков.       Динку сменила сонная Ирта, недовольная и не желающая сталкиваться со мной взглядами — её тяготила неудача при нападении кикиморы. Я не настаивал на разговорах по душам, да и успокаивать и вселять в юную чародейку уверенности желания не испытывал.       Пусть этим Ксандр Эортан занимается, уж я ему отчет предоставлю о поведении каждого в подробностях.       Испытание на умение действовать в непредвиденных ситуациях, когда внезапность главное оружие противника, был официально провален.       Да, я мерзкий, самоуверенный, лишенный снисхождения и понимания человек. Да-да, все именно так. Я аж согласно кивнул головой, мысленно награждая себя же нелестными эпитетами.       Я наперед знал, что скажут обо мне Ирта с Диной, если узнают о моем рассказе-отчете Ксандру. Единственный, кто смог проявить себя надлежащим образом, был урба Кьярр. И этот факт тоже будет мной упомянут.       На линии горизонта, прерываемой клочками камыша, начало светлеть, небо окрасилось пока едва заметным розовым. Светало. К утру похолодало еще сильнее. Кьярр завозился, присел, поправил растрепавшиеся во сне волосы, собрал в хвост, сноровисто перевязывая кожаным шнурком. — Наставник, вы так и не уснули? — Нет.       Парень кивнул и поднялся. — Пойду отолью, — беззастенчиво сообщил он и скрылся в редком кустарнике.       Я усмехнулся, глядя, как веснушчатые щеки Ирты залил яркий румянец. — Иди буди Дину, Ирта, — я потянулся, слыша, как захрустели суставы. Старею, что ли…       В дальнейшем нашем путешествии в глубь Топи смысла, на мой взгляд, было ноль. Выводы я сделал.       Этим ребятам учиться да учиться. Учиться заклинаниям, учиться уживаться друг с другом, учиться работать в команде.       К сожалению, таких учеников было много, к счастью, большинство из них, в конце-концов, приобретали такие нужные магу качества.       А сейчас… Сейчас стоило собираться в обратный путь.