A Poor Imitation (Плохая имитация)

В кафе было не многолюдно, и от заполнившего комнату аромата свежеиспеченных булок и хлеба у Сакуры урчало в животе. Сверчки и цикады синхронно стрекотали за окном, один за одним зажигались уличные фонари — на Коноху опускалась ночь. Наруто играл с кубиками льда в своем имбирном эле, тыча в них соломинкой и наблюдая, как они всплывают после того, как он подтолкнул их на дно. Приятная атмосфера кафе поддерживалась легким гулом бесед других посетителей, обсуждающих повседневные дела, погоду и мемориал. Наруто коротко вздохнул и наконец спросил:  — Так что же ты видела в этот раз? — его голос был тихим и пассивным, словно он действительно не хотел знать. Может быть, что-то подсказало ему в ее реакции на воспоминания. Может быть, он всегда боялся, что она узнает об том, и не хотел быть тем, кому придется все рассказать. Сакура наклонилась вперед, придвинувшись на край мягкого винилового сиденья, и положила руки на стол, не в силах совладать с волнением.  — Я видела Саске… Наруто, мне нужно, чтобы ты был откровенен со мной. Я вижу это каждый раз, когда в голове вспыхивает боль. Эти воспоминания только больше сбивают меня с толку. Не понимаю, что они означают.  — Ты видела Саске? — Повторил Наруто. — И что он делал?  — Что меня с ним связывало? Наруто потер ладонью лицо и посмотрел в свой стакан. На секунду его взгляд метнулся к ней, а затем к окну. Помешал соломинкой имбирный эль. Звякнули невдалеке бокалы, зашипела кофеварка — Сакура догадалась, что Наруто тянет время.  — Я, правда, не знаю… должен ли говорить, — промямлил он, старательно пряча взгляд.  — Почему нет? — Сакура потянулась через стол, хватая его руку. Наруто вновь потыкал соломинкой почти растаявший в своем стакане лед и наконец встретился с ней взглядом.  — Мне нравится, как все сейчас происходит. В смысле, твоя амнезия не прогрессирует, и мы все вместе.  — Ну… — Сакура нахмурилась. — Должно быть иначе? Казалось, Наруто приуныл; он отпустил соломинку и, вырвавшись из мягкой хватки, откинулся на спинку сидения, опустив руки под стол. Желваки на его челюсти вздулись, черты лица напряглись — весь его вид показывал, что текущая тема ему неприятна.  — Нечестно с твоей стороны скрывать от меня такие вещи. Я доверяю тебе. Не заставляй меня сомневаться, — тихо ответила она, убирая со стола руки в карман свитера.  — Хорошо. Только… Саске ничего не должен знать об этом разговоре. Я думаю, ему тоже не хочется, чтобы что-то изменилось, — на этом моменте Наруто глубоко и медленно вздохнул, затем встал и подошел к Сакуре. Он присел рядом с ней, придвигаясь так близко, что их бедра плотно прижались друг к другу.  — Всё так плохо? — ее глаза распахнулись в неподдельном удивлении.  — Нет. Ну, не думаю. Но хотел бы, чтобы это осталось только между нами, — он обвел взглядом зал, а потом вновь посмотрел на Сакуру. Какое-то время они просто сверлили друг друга взглядом — Наруто искал подтверждение, что она действительно хочет услышать это, а Сакура ждала, пока он наконец наберется смелости рассказать ей всю правду. Не то, чтобы она во что бы то ни стало желала узнать, что скрывает от нее Узумаки. Как только все выйдет наружу, пути назад не будет. Однако, любопытство было сильнее. — Пожалуйста, — прошептала она, устав от его нерешительности, хотя догадывалась, что он собирается сказать. Его сомнения беспокоили их обоих; Наруто никогда не сомневался. — Ладно… Просто дай мне подумать, с чего начать. Я имею в виду, ты ведь знакома с Саске, верно? Помнишь, когда мы только приехали в больницу, ты нервничала, находясь рядом с ним. Вообще-то, ты выглядела даже напуганной, — Наруто взял пакетик с сахаром и начал задумчиво тереть край кончиками пальцев. В этот момент, за соседним столом со со звоном упала на пол ложка, и Узумаки ухватился за это событие, чтобы отвлечься. — Хм, — согласилась Сакура, похлопав его по руке, что лежала на столе. Он снова посмотрел на нее, а затем на стакан на противоположной стороне стола.  — Хорошо. Мне всегда казалось странным, что до твоего возвращения с последней миссии вы вообще не разговаривали. Это началось около двух лет назад, спустя некоторое время после возвращения Саске в деревню. Ну, он считался пропавшим без вести, — сахар из надорванного в его руках пакетика рассыпался по столу, — черт, — пробормотал Наруто.  — Мы не общались два года? — Сакура напряглась.  — Общались, но это не всегда выглядело дружелюбно. Между вами было какое-то напряжение, и нам становилось все сложнее быть вместе. Ни ты, ни он не рассказывали мне, в чем причина, и я просто смирился. Это угнетает. Два моих лучших друга не могли сидеть за одним столом, не игнорируя друг друга, пока кто-нибудь из них не придумает охрененный предлог, чтобы уйти. А потом… Вы стали избегать друг друга, — Наруто потянулся за новым пакетиком сахара. — Я вообще ничего не понимаю, — прошептала Сакура, коротко потирая пальцами лоб, и повернулась к окну, всматриваясь в темные улицы и желтые огни вдоль дорожек. — Сакура, о чем было воспоминание? — Наконец спросил Наруто, откинувшись на спинку стула и наклонив голову, посмотрел на нее. — Я должна еще кое о чем спросить, — жалостливо перебила она. — Только честно… Пожалуйста. Мне бы очень хотелось, чтобы это означало что-то другое… — Хорошо, — тихо ответил он. — Я и Саске… У нас был секс? — Откуда мне знать? — Прошипел Наруто, сморщив нос. — Фу, блин. Сакура, парень парню не говорит таких вещей: какой цвет ему нравится и с кем он трахается. Да и я не горю желанием знать нечто подобное, избавь, — последние слова он практически прокричал, а затем оглядел комнату на предмет заинтересованности их разговором других посетителей. Она придвинулась ближе, и ее голос понизился до шепота. — Я видела нас вместе в постели. Он целовал меня, раздевал. Кажется, тогда мы переспали. Я подумала, что как наш лучший друг, ты должен знать, что же там произошло, — Сакура приобняла Наруто за плечи. — Не хотелось тебя напрягать, но теперь я действительно запуталась. — Я хочу тебе помочь, но… Саске… Он не общительный. Ничего о себе не рассказывает. У него была очень тяжелая жизнь, — Наруто защищал Саске сейчас, однако это было ни к чему. Сакура подозревала, что между ними тремя была некая связь еще до момента, пока Наруто не разрушил иллюзию прекрасной дружбы. Эти отношения уходили корнями в далекое прошлое, и, как ей говорили и до этого, между ними всегда было что-то особенное — хорошее или плохое. — Ты любила его. Очень долго, — пробормотал Наруто, зарываясь напряженными пальцами в волосы. — Когда он ушел, ты единственная не оставила попыток его вернуть. Все твои тренировки и работа, достижение ранга джонина — в большей степени были ради него. Ты поддерживала меня… Подбадривая не оставлять поиски, не сдаваться. В тот день, когда мы нашли его в первый раз, а затем потеряли вновь, плакали тоже вместе. — Понятно, — ответила она скорее самой себе, чувствуя, как внутри растекается горечь отчаяния. Она хотела Какаши, не Саске. В какой-то момент она настолько поверила в их отношения, так зачем флиртовала в прошлом с Саске, что это было? Почему же между ними такое напряжение? Она не могла расспросить обо всем Саске — дала обещание Наруто, — но голова кружилась от мысли, что они могли быть больше, чем друзья. Возможно ли, что чувства, что она испытывала к людям до потери памяти, сохранились до сих пор? Она не чувствовала никакого желания общаться с Саске. И опять же, с Наруто ей было легко, а Какаши достаточно быстро стал объектом привязанности. Некоторые моменты отныне имели под собой почву, другие же наоборот — казались немыслимыми. Неужели она действительно спала с ним? Почему он ей неприятен? Два вопроса вместо одного. — Думаю, Саске в любом случае не рассказал бы тебе о своих чувствах, — предположила она, прекрасно понимая, что если Саске не привык делится личными вещами с кем-либо, то, вероятно, он не доверял и Наруто ничего подобного. Конечно же, Наруто согласился. — Неужели тебя так напрягает его теперешняя забота? Два года назад, это было то, чего ты хотела. Сакура, мне не хотелось бы ничего сейчас менять. Давай просто оставим все, как есть, на некоторое время. Я знаю, что тебя разрывает от любопытства, и понимаю тебя… — Нет, все в порядке, — небрежно бросила она, больше не слушая — слишком много мыслей. — У меня разболелась голова. Не проводишь меня домой? Нашарив в кармане несколько монет, Наруто бросил их на стол, оплачивая напитки, и встал. Он протянул Сакуре руку, помогая подняться. — Мне жаль, что не смог помочь, — мягко сказал он. — Знаешь, на свете есть вещи, о которых ты никогда не узнаешь. *** С новым восходом солнца облака на голубом небе засияли жемчужно-голубыми переливами. Воздух был по прежнему морозно свеж, ветер порывист, однако подобные мелочи воспринимались куда проще без головной боли и похмелья. Ночь все же выдалась для Сакуры не такой приятной — всего лишь пара часов между приступами рвущихся внутри ее головы вопросов. Сейчас она чувствовала себя не в своей тарелке, представляя, обдумывая возможность ситуации, что где-то, каким-то образом, она могла оказаться с Саске так близко. Интимно близко. Предательские кошки выцарапывали внутри сомнения, что чувства к Какаши до потери памяти были искренними, однако происходящее между ними сейчас было вполне реальным, и это дарило спокойствие. Сегодня она надела темно-синие брюки и светло-голубую блузу с длинными рукавами. Покрутившись перед зеркалом, она решила, что выглядит достаточно профессионально, а так же поклялась себе, что на этот раз медсестра Нэтси не сможет к ней прицепиться. Однако, закон Мёрфи никто не отменял, да и ее любимая старшая медсестра бдила над ней с необычайным рвением. Будь то быстрота оформления документов или же медлительность в разборе медицинских расходников. Конечно же, это были красные леденцы, что должны были получить дети, и, естественно, она не должна испытывать неконтролируемые рвотные позывы, стоя в чьей-то блевотине. В общем, день прошел не очень хорошо. Отложив последние бланки с результатами анализов, словесно избитая и уже куда менее уверенная в себе, чем когда-либо в своей короткой сознательной жизни, Сакура вздохнула и уронила голову на стол. В промежутках между устными поединками с медсестрой и проблесками воспоминаний пальцев Саске, тянущих низ собачку молнии на ее красной кофте, она никак не могла перестать думать о последних словах Какаши, прежде чем позволить им тот единственный поцелуй. Не будь она так пьяна, у нее хватило бы ума спросить почему она плакала, когда он впервые ее поцеловал. И этот вопрос неумолимо подтянул бы за собой остальные: сколько раз он целовал ее и был ли вообще в ее постели? А за ними на поверхность стали всплывать вопросы и похуже. Интересно, с кем она флиртовала: с Саске или с Какаши? Могло ли это происходить параллельно друг другу? Это же не было то, о чем кто-то сказал бы ей, не так ли? Однако, то, что Какаши, поигрывая желваками, почти все время держал ее на расстоянии, может быть признаком правильности выбранного пути. Чертовы ниндзя и их скрытность. Мысль, что у нее было несколько любовников одновременно, давила и угнетала. Разве это нормально? Она ни с кем не говорила на столь откровенные темы, как ее либидо или сексуальные потребности. Была ли она свободна? Неужели все ниндзя свободны? Ей нужна Ино. — Уснула, что-ли? — проскрипел знакомый язвительный голос из-за двери кабинета. — Простите. Голова болит, — смущенно пробормотала Сакура. Она выпрямилась на стуле, закрыла карты и медленно, стараясь не навлечь на себя нового гнева, начала складывать их так тихо, как только это представлялось возможным. — Знаешь, в голове не укладывается, почему она тебя здесь держит. Только под ногами путаешься все время, — проворчала медсестра, небрежно ковыряя заусенец. — Пользы никакой от тебя. Все вопросы в миг покинули ее голову. Их место заполнили нарастающие ярость и гнев. Стену смирения разразила трещина. Внутренний голос подсказывал, что пришло время заставить эту женщину взять все свои слова обратно, запихать их в ее грязный рот трясущимся в ожидании расплаты кулаком. И ее настоящее «я» поддерживало идею. Сакура встала, громко хлопнув последней картой по стопке, и, прищурившись, посмотрела на медсестру.  — Я только и делаю, что надрываю здесь задницу, Вы же с первой минуты находите причины прикопаться.  — Кто ж виноват, если ты лажаешь… с первой минуты, — хихикнула высокая худая женщина.  — Какого черта я вообще тогда здесь делаю? Я не напрашивалась, — прошипела про себя Сакура, потирая висок и качая головой.  — А что ты еще умеешь делать, а? — медсестра расхохоталась. В ее смехе слышались нервные нотки.  — Умею, вообще-то. Я не хочу с Вами работать, так что к черту все. Я ухожу, — удовлетворенно сказала Сакура, подтолкнув стопку карт к краю. Она вышла из-за стола и подошла к женщине. — Уверена, Вы будете счастливы передать это Цунаде. С меня хватит. И не постесняйтесь рассказать о своем участии. — Не говоря более ни слова, Сакура прошла мимо медсестры и гордо удалилась по коридору. Минуя больничные палаты и сестринский пост, она уже готова была нажать кнопку лифта, когда услышала отчаянный стук высоких каблуков по пустому коридору.  — Сакура! Ты не можешь просто так уйти! Цунаде… Сакура! Едва сдерживая счастливый смех, Сакура вошла в открывший свои двери пустой лифт, чувствуя облегчение и легкость от свалившегося с плеч груза, и с улыбкой попрощалась с больничной жизнью. *** Уже перевалило за полдень, когда Сакура забрела в незнакомую ей часть деревни. Там обнаружилась пекарня, небольшой ресторан, а так же крошечный магазинчик, где продавалась всякая специализированная атрибутика для шиноби: кунаи, оружие, внешние напоминающие украшения, и свитки. Место было таким интригующим, однако самое интересное было то, что владелец магазина знал Сакуру — даже окликнул ее по имени. Она прошлась по стойке внимательным взглядом, изучая острые стальные лезвия и замысловатые звезды с зазубринами и загнутыми краями. На стенах и стеклянных витринах висели всевозможные приспособления, что крепились к запястьям, рукам или ногам.  — Ваш заказ уже пришел, — радостно воскликнул владелец магазина.  — Мой… заказ…? — удивилась Сакура, наблюдая, как невысокий седой мужчина шарит за прилавком. Наконец, он поставил картонную коробку на стойку и улыбнулся настолько счастливо, словно посылка предназначалась ему. Легкими движениями рук он поднял крышку, чтобы девушка могла увидеть содержимое. Сакура подалась вперед и уставилась на блестящий предмет, с любопытством рассматривая его и удивляясь, зачем она решила купить его.  — Что это? — спросила она, не подумав.  — Что? — мужчина удивленно распахнул глаза. — Это тот самый старинный кунаи, что ты заставила меня найти… Неужели забыла? Я думал это чей-то подарок. Найти его было ужасно сложно.  — Подарок? — снова повторила она, пожирая взглядом белую керамическую рукоять с нанесенными на ней символами. Лезвие выглядело отнюдь не новым, и она задумалась, кому же он предназначался. — О… Да, конечно. Сколько я должна за него?  — Ты уже заплатила! Мы начали поиски примерно год назад. Честно говоря, я думал ты будешь более радостной увидев его.  — О, нет. Простите. Сегодня просто не мой день, — тихонько рассмеялась она, придав тону больше непринужденности. Владелец магазина закрыл коробку и протянул ее Сакуре. Сунув неожиданный трофей под мышку, она вежливо поблагодарила за все мужчину и удалилась. Подпинывая камешки под ногами, Сакура чувствовала, как внутри растекается разочарование — бесконечное количество вновь и вновь всплывающих вопросов и загадок. Кому предназначался данный кунай? Каждый новый вопрос утомлял ее все сильнее. Она не хотела больше ничего знать. По итогу своих блужданий она свернула на улицу и оказалась на ступеньках чайного домика, куда однажды привела ее Ино. Это было большое здание, безумно красивое изнутри. Сёдзи между маленькими открытыми комнатами, где люди собирались поболтать и выпить, были расписаны фресками, а в задней части здания вместо стены было огромное окно, выходящее в сад с вишневыми деревьями и небольшим ручьем с деревянным мостиком. Каждую комнату украшали отдельные бледно-зеленые, белые и жемчужного-розовые оттенки в виде подушек и украшений. За мостиком стоял маленький домик с крышей-пагодой и вытянутыми окнами. В нем была деревянная дверь, и она казалась совсем крошечной по сравнению с тем зданием, в котором в данный момент находилась Сакура. Возможно, он был построен специально для надлежащей чайной церемонии.  — Вы пришли на вечеринку Ясака-сан? — женский голос неожиданно прозвучал совсем рядом с Сакурой, которая в свою очередь вздрогнула, отвлекшись от созерцания фрески. Она перевела взгляд на женщину, той казалось было не больше тридцати. Каштанового цвета волосы, прямые, как спицы, изящно ниспадали на спину длинным мягким занавесом. На ней была небесно-голубая юката с распустившимися на одном рукаве лилиями. А еще она являлась обладательницей красивых темно-карих глаз. — Нет-нет, — ответила извиняющимся тоном Сакура, — Я здесь одна. Женщина подмигнула.  — Как пожелаешь, — тихонько рассмеялась она, жестом приглашая девушку следовать за ней. Спустя какое-то время скитаний по татами, женщина нашла небольшую открытую комнату с подушками на полу и низким столиком посредине.  — Что я могу тебе предложить? — мягко поинтересовалась она.  — Эм…  — Чаю? — вновь рассмеялась женщина. — Ты выглядишь растерянной, милая. Все ли в порядке? Все ли в порядке? Сакуре потребовалось мгновение чтобы ответить на этот вопрос. Отнюдь нет. С единственной работы, которая представлялась ей возможной, она только что уволилась, а ее прошлое представляло собой беспорядочную кучу из обрывков воспоминаний и мужчин, степень близости с которыми для нее до сих пор оставалась загадкой. И конечно же, ясность в отношениях с Какаши была куда более приятной нежели с Саске. Где-то в глубине ее сознания, образ Саске смотрел на нее так же хмуро, слегка опустив уголки, как в тот вечер у костра, после ее признания в чувствах к Какаши. Казалось, Саске тогда был единственным, кто поверил ей. Мог ли он что-то знать на этот счет? Однако она не могла попросить его рассказать ей об этом.  — Я приму этот безмолвный безумный взгляд как «нет», — усмехнулась женщина. — Тебе бы не помешала компания.  — Простите. Последние пару дней были не самые удачные, — выдавила Сакура, поудобнее устраиваясь на подушках, а затем тяжело опираясь локтями на стол.  — Я все же принесу чай, за счет заведения. Сакура кивнула, глубоко вздохнув, и женщина ушла, вернувшись буквально в то же мгновение. Она скользнула к столу, поставила маленькие чайные чашки и замысловато расписанный чайник на керамическую подставку, а затем грациозно и плавно присела рядом с Сакурой.  — Я решила составить тебе компанию. Я — На! И хозяйка данного заведения.  — Спасибо, — смущенно пробормотала Сакура, сомневаясь что ей нужна какая-либо компания. — Меня зовут Сакура.  — Что же так испортило тебе день, Сакура, — сладко поинтересовалась На, изящно наливая светло-зеленый чай в чашку Сакуры, а затем и в свою собственную.  — Я только что уволилась с работы… и, вероятно, огребу кучу проблем из-за этого. — С губ Сакуры сорвался вздох, растекаясь над чашкой паром. Несколько крошечный темных листьев всколыхнулись, а затем вновь медленно опустились на дно.  — А твой муж не расстроится? — Спросила На, разместив чашку на раскрытую ладонь, и придерживая двумя пальцами за ободок, начала потягивать чай маленькими глотками. Каждое движение На казалось Сакуре таким утонченным и правильным — вдумчивым, тонким, целенаправленным.  — Я не замужем, — рассмеялась Сакура, — даже парня нет. На улыбнулась и поставила чашку на стол.  — Я не верю. У такой красивой девушки должна быть толпа поклонников. Сакура улыбнулась в ответ; чисто из вежливости. В ее планы не входило рассказывать первой встречной женщине, что влюблена во взрослого мужчину, который охотно держал ее на расстоянии вытянутой руки. Тем более, что думать о Какаши сейчас ей не очень-то хотелось — вряд ли он будет рад ее уходу из госпиталя. Она не могла знать это наверняка, но почему-то была в этом уверена. Казалось, у Какаши был план, которого Сакура должна была придерживаться, в особенности находиться как можно дальше от его кровати. Ходить на работу, не ввязываться в неприятности и не искушать его. А это шло в разрез с тем, что хотела она. Конечно же, он похоже не возражал от небольшого отступления от правил, к примеру, когда она была пьяна, вероятно, надеясь что потом девушка ничего не вспомнит. Все же, он ответил на поцелуй — пусть это и было довольно невинно.  — Нет? Что ж, по крайней мере, теперь тебе не нужно ни перед кем оправдываться за уход с работы, — На вновь наполнила свою чашку, и Сакура вспомнила, что совсем забыла про свою собственную. Так осторожно и деликатно, насколько была способна, она взяла чашку и сделала глоток.  — Я не знаю, что мне делать. Я была счастлива, когда уволилась, а сейчас просто переживаю. Ухмыльнувшись, На закрыла глаза и вновь подняла чашку к губам.  — Не вижу причин беспокоиться. Если у тебя нет партнера, перед которым нужно отчитываться, то кому какое дело? Сакура нахмурилась и поставила свою недопитую чашку чая на стол.  — В последнее время мое дело касается всех. Каждый норовит прочитать нотации. Словно я ребенок, — огни поблескивали, отражаясь в болотного цвета жидкости.  — Выпей еще чаю, Сакура. Сразу почувствуешь себя лучше. Ты производишь впечатление взрослой и умной женщины, так что на твоем месте я бы не позволила никому собой помыкать, — счастливо пропела На. Сакуре казалось, будто она сидит с барменом, ей нравилось, что кто-то говорил ей забить на чувства других людей, связанные с ее решениями. Было приятно чувствовать поддержку. И конечно же, нечто должно было испортить такой момент — стоило Сакуре поднять взгляд от чашки, как она увидела знакомую фигуру, лениво прислонившуюся к сёдзе в их комнате.  — Хатаке Какаши, — спокойно сказала На. — Что привело тебя в мой чайный домик? — Широкая улыбка продемонстрировала идеальные, белоснежные зубы владелицы, Какаши приветственно прищурил глаз в ответ.  — Я искал товарища и случайно нашел дорогу сюда, — буднично ответил он.  — Прошу, присоединяйся к нам, если, конечно, Сакура не возражает, — нечто присутствовало в тоне На, что не очень понравилось Сакуре. Она вдруг подумала, что Какаши и На могли быть каким-либо образом знакомы прежде, и мурлыканье в голосе женщины лишь подтверждало догадки.  — Не возражаю, — пробормотала Сакура, прекрасно понимая, что «товарищ», скорее всего, она и есть, и пришел он с поручением, а не на дружеские посиделки. Взгляд Какаши скользнул с женщины к Сакуре и обратно. Засомневавшись на мгновение, он все же сел на подушки рядом с На, которая, воспользовавшись ситуацией, придвинулась у нему настолько плотно, насколько могла. Моментально щеки Сакуры вспыхнули, а плечи напряглись.  — Такой приятный сюрприз, Какаши-кун. Давай, я принесу еще одну чашку, и ты выпьешь с нами чаю, — вновь промурлыкала На, практически переползая через мужчину, чтобы выскользнуть из-за стола. Она коснулась своими изящными пальцами его дальнего плеча, затем провела по волосам и спросила: — Как обычно? — И подмигнула. Сакуре не нравилось как женщина смотрит на Какаши — она вдруг почувствовала себя третьей лишней. Опустив взгляд на свою чашку, она подумала, насколько же хуже может стать сегодняшний день. Обычно встреча с ним приносила безудержное счастье, однако после утреннего инцидента в госпитале, она чувствовала себя скорее нашкодившим ребенком.  — Да, — ответил Какаши, выглядя слегка смущенным. На удалилась со счастливым взглядом, а Сакура напряглась. Она ждала нагоняя и не удивилась, подняв глаза, что наткнулась на пристальный взгляд мужчины.  — Цунаде послала меня за тобой, — пробормотал он, почесывая подбородок под маской. — Она расстроена.  — Нам обязательно обсуждать это здесь и сейчас? — тихо прошипела Сакура, склонившись над столом. — У меня был дерьмовый денек.  — Она расспросила всех, что же произошло в твою смену. Так что не переживай. Она сказала, что переведет тебя на другой этаж. Тебе там больше понравится, — рассеяно пробормотал он, гладя, как с красноречивой улыбкой к столу возвращается На — все для него.  — Я не вернусь, — проворчала Сакура, отворачиваясь от мужчины аккурат, как рядом с Какаши снова опустилась На — женщина положила руку ему на плечо и практически заползла к нему на колени — как можно ближе. Затем она свободной рукой налила ему чаю и, поставив чайник обратно на стол, подняла его чашку, словно предлагая мужчине нечто большее, чем просто насладиться трапезой. Всё это выглядело слишком интимным для Сакуры; ее губы сжались в напряженную линию.  — Вы двое знакомы? — с наигранной любезностью спросила она.  — Ну, нас многое связывает, — самоуверенно рассмеялась На, передавая чашку Какаши, который тут же поставил ее на стол.  — Ясно, — процедила Сакура сквозь зубы. Рука На так и продолжала покоиться на мужских плечах, а пальцы мягко играли с его волосами на затылке.  — Какаши, сними для нас свою маску. Сакуре не помешало бы немного взбодриться, — поддразнила На, проводя пальцами по покрытой тканью щеке. Она повернула свое хорошенькое личико к Сакуре. — Чтобы заставить его показать тебе свое лицо, Сакура, требуется немало усилий, но когда он это сделает — это того стоит.  — На… — мягко предупредил Какаши, однако слишком поздно. Руки Сакуры сжались в кулаки так сильно, едва не проткнув кожу на ладонях. Челюсть ныла от крепко стиснутых зубов — куноичи готова была взорваться. Разгоряченная ревностью, она резко встала, грубо схватив коробку с кунаем и белый больничный халат. — Оставлю вас наедине, — сердито процедила она, грозно глядя на парочку, уютно устроившуюся по другую сторону стола. — Можешь сказать Цунаде, что я не вернусь, — и рванулась к выходу. — Подожди… — Какаши, протянув руку, успел схватить Сакуру за запястье прежде, чем она успела сбежать. Он чуть потянул девушку на себя, сжимая пальцы крепче, только это разозлило Сакуру еще больше. — Тебе не кажется, что нам стоит обсудить твоё сегодняшнее поведение? Она посмотрела вниз на пристально следящих за ней женщину и мужчину, изо всех сил стараясь скрыть горечь во взгляде. Ее голос был необычайно тихим, но не менее сердитым. — Сегодня мне действительно хотелось от тебя нечто большее, чем просто «пощечина», Какаши. А теперь отпусти меня, — она вырвалась из хватки мужчины и потопала прочь, чувствуя себя отвергнутой и растерянной. Сакура вылетела из кафе и пошла вперед, не особо разбирая дороги, чувствуя лишь отчаянное желание сбежать как можно дальше. Какаши не мог знать о ее чувствах к нему, но это не отменяло того факта, что он позволил какой-то женщине касаться его, прижиматься — у нее на глазах! Она нуждалась в его поддержке, а не в снисходительности и необоснованном осуждении. Самое гадкое было даже не то, что именно он оказался гонцом, а сама ситуация, при которой он передал ей сообщение — словно омерзительное послевкусие. Больно. Хотелось рыдать. Сойдя с дороги, она срезала путь через полигон, спотыкаясь в сумерках, пока не вышла на другую тропу. Все это время она бормотала под нос о проклятых ниндзя и их свинской распущенности. Она клялась, что никогда не простит его — она так нуждалась в нем сегодня. Зачем он флиртовал с другой женщиной? Казалось, он сделал это специально, в надежде оттолкнуть ее, вызвать ненависть. Ради всего святого, он даже сесть предпочел рядом с ней! На улицах было не людно, но Сакура не сбавляла темп, крепко прижимая коробку к груди, зажав под мышкой халат. Выйдя, наконец, на свою улицу и почувствовав минутное облегчение, она влетела в квартиру, захлопнув дверь с такой силой, что со стены сорвалась картина. Пока она, подпрыгивая, стягивала, а затем небрежно бросала на пол туфли, в дверь постучали. Сакура знала, что это никак не может быть Какаши, так как мужчина казался чересчур занятым, когда она слиняла из чайного дома, а потому, открыв дверь и увидев на пороге Ино, она ничуть не удивилась. Гнев будто ветром сдуло.  — Привет, — извиняющимся тоном сказала Сакура, представляя, как, должно быть, она выглядела.  — Вау, да ты бестия. Я с улицы слышала, как ты шарахнула дверью. Что случилось? — торопливо спросила Ино, заходя в квартиру и хватая Сакуру за плечи. Сакура открыла было рот, готовая выплеснуть весь этот ужасный день, однако взглянув в широко распахнутые голубые глаза Ино, передумала — к чему грузить ее своими проблемами. Это было нечестно и не ничего бы не изменило.  — Хочешь выпить? — вздохнула Сакура.  — Конечно, — рассмеялась Ино, — а заодно ты расскажешь мне, что же все-таки произошло, ок? Передернув плечами в знак неопределенного согласия, Сакура прошла на кухню, разместив на столе коробку, а халат, небрежно, — на стуле. Затем она открыла шкафчик над холодильником. Вопросительно вздернув брови, она посмотрела на Ино, представляя ее вниманию несколько бутылок с золотистым содержимым. Виски.  — Напьемся? — фыркнула Ино, слегка ухмыляясь. И Сакура без колебаний достала бутылку, а за ней два стакана.  — Апельсиновый сок? Ино качнула головой, отчего ее белокурый хвост перекинулся через плечо. — Только чистый. Я крепкий орешек, — рассмеялась она. Бросив пару кубиков льда в оба стакана, Сакура подхватила их и бутылку, и направилась в дальнюю часть квартиры.  — Крыша? — кивнула она в сторону окна. *** Легкий ветерок обдувал крышу, и Ино была благодарная себе за разумную мысль надеть джонинскую водолазку с длинным рукавом, которую обычно никогда не носила. Вообще-то она была ей немного великовата, вероятно, потому что ранее принадлежала мужчине, у которого и была безвозвратна одолжена, когда проснулась утром и обнаружила, что ее собственная восстановлению не подлежит. Ту ночь она, определенно, никогда не забудет. С тех пор, как она последний раз видела Сакуру, прошло несколько дней. Чувство стыда, что они бросили ее одну в лесу, скребло в груди. Глупый Наруто и его идеи. В алкогольном опьянении это было вполне привычное занятие для них. Никто не мог мыслить здраво. Ино хотела извиниться перед подругой, а так же рассказать, что предыдущий раз, именно она — Сакура — победила в пробежке до сторожевой башни и обратно. Казалось, Сакура жила той жизнью миллион лет назад. Тогда розовощекий медик гордо стояла перед костром, победоносно опрокидывая последний глоток виски из бутылки, словно прожженный алкаш. Допив, она вытерла рот тыльной стороной ладони и издала звук, будто это был фруктовый фреш. Эта Сакура казалась Ино чужой. Она была так зла, когда открыла ей дверь, однако заметив, кто стоит на пороге, выражение ее лица сменилось печальным. Ино хотелось бы просто обнять Сакуру, сказать, что все будет хорошо, несмотря ни на что — но это было не так. И не будет, пока к Сакуре не вернется память.  — У тебя здесь где-то были стулья… Прекрасно! — Воскликнула Ино, примечая для себя ближайший и плюхаясь в него. Освещенная гора Хокаге оглядывала деревню каменными лицами, с залегшими под глазами тенями. Ино помогла Сакуре принести бокалы и бутылку, чтобы подруге не пришлось взбираться по лестнице с ношей в руках. Чувство вины не давало покоя. Расположившись на соседнем стуле, Сакура взяла свой виски, ожидая пока Ино нальет себе.  — Окей. Колись. Что за фурия открыла мне сегодня дверь? Сдай мне обидчика со всеми подробностями, — Ино легко рассмеялась, надеясь хоть немного разрядить обстановку.  — Я ценю твое участие, Ино, но все сложно. Мне кажется, я только попусту трачу нервы, не имея на то даже прав, — пробормотала Сакура, потягивая виски и слегка морщась от его терпкого вкуса.  — Я не смогу помочь тебе, пока ты не расскажешь мне все, — настаивала блондинка, подняв брови. Сакура тряхнула головой, словно отгоняя прочь какие-то досадные мысли. — Саске сказал, ты знаешь обо мне все. Можешь… Расскажи мне, с кем я… ?  — Что? — Ино заливисто рассмеялась, но заметив как подруга поджала губы, затихла. — П-прости. Я просто не ожидала вопросов подобного рода.  — Мне и так неловко, — прошептала Сакура.  — Прости, — повторила Ино уже более искренне. — Зачем тебе это?  — Вчера я кое-что вспомнила. Сначала я чувствую боль в голове, а затем вижу разные вещи. Я просто хочу убедиться — правдивы ли эти видения, — быстро ответила Сакура, ее взгляд горел жаждой. Ино снова отвернулась к горе, раздумывая над ответом. Она знала Сакуру очень долго, дольше, чем кто-либо из их большой компании, однако были вещи, которые Харуно не доверяла никому.  — Я знаю, что ты не девственница. И знаю, что между тобой и Саске произошло что-то, из-за чего вы поссорились. На самом деле, ты никогда не рассказывала мне был у вас секс или нет, только намекнула однажды.  — Как? — Сакура резко наклонилась вперед, заглядывая блондинке в глаза.  — Ну… Ты говорила, что он целовал тебя очень… грубо. И… что был нетерпелив…  — Черт, — буркнула Сакура, откидываясь обратно на спинку стула, и отхлебнула большой глоток из бокала, вновь морщась. Она казалась подавленной, практически разбитой.  — Сакура, ты никогда не говорила, что это был именно секс, — быстро протараторила Ино, в надежде успокоить подругу. — Это могла быть просто небольшая прелюдия. А может быть пьяный поцелуй… или нет…  — Если я не девственница, с кем же тогда я…?  — Без понятия, — пожала плечами Ино. — Мне казалось, что вы с Наруто всегда были чересчур близки. Вы почти все время были вместе, неразлучны, между вами словно была какая-то незримая связь. Опять же, на все мои вопросы о нем, ты отвечала неопределенно. Мы говорили с тобой пару раз о сексе, но… Мы же ниндзя, Сакура. Секреты никогда не покидают нас просто так. Короче, ты никогда не называла мне никаких имен. Осушив свой бокал, Сакура взяла бутылку, вновь наполняя его до краев. Ино вздохнула.  — Прости меня, подруга. Я бы хотела тебе помочь, но у меня просто нет ответов, что тебе нужны.  — А что насчет Какаши? — будто между прочим спросила Сакура, делая еще один большой глоток. Она выглядела несчастной. Ино мгновенно напряглась — вопрос был слегка неожиданным. Она не была готова к подобному. Взглянув на свою подругу, Ино старалась найти нужные слова.  — Ино? — настойчиво повторила Сакура, смотря на нее пустыми глазами.  — Недавно ты всерьез сказала, что хочешь его… — тихо заметила Ино, встречаясь взглядом с ярко-зелеными глазами. — Разве нет?  — Кажется, я люблю его, — вздохнула Сакура.  — Тут я без понятия, если честно. Ведь даже если что-то и было бы между вами, ты никому бы об этом не рассказала. Он был твоим учителем, капитаном и гораздо старше. Не думаю, что Цунаде пришлось бы это по душе. — Ино встала и неторопливо пошла по крыше, ветер игриво трепал ее волосы. — У вас были странные отношения. Возвращаясь с очередного задания, первым делом ты летела к нему, но иногда, пересекаясь с ним на улице или в штабе, ты полностью игнорировала его.  — Я не понимаю, — Сакура потерла свободной рукой висок и закрыла глаза. Казалось, она сейчас разревется. Только вот, как заметила Ино, эта Сакура никогда не плакала — как бы все плохо ни было. Присев рядом с Сакурой на корточки, Ино забрала у нее пустой бокал, поставив его на маленький столик между стульями.  — Если бы между вами и было что-то, ты бы никому об этом не рассказала. Ни Саске, ни Цунаде не одобрили бы этого. Слишком много противоречий между вами. Большое ли дело встречаться со взрослым мужчиной, но не тебе, Сакура. Ты бы предпочла защитить их. Для Цунаде ты как дочь, а Саске просто собственник — что считаешь лично ты не так уж ему важно. Единственный, кто принял бы вас — Наруто. При условии, что Какаши делает тебя счастливой. Правда, он вообще не похож на мужчину, которому нужны отношения.  — А ты? — спросила Сакура, наклонившись вперед и схватив Ино за запястье. Она смотрела на Яманака полным неподдельного волнения взглядом. — Что думаешь ты? — прошептала она.  — Я? Я просто хочу знать все подробности. Наверняка, он великолепен в постели! — Подмигнув, Ино рассмеялась. Сакура наклонилась и крепко обняла ее.  — Спасибо! — мягко прошептала она, и Ино так же крепко обняла ее в ответ. Как бы Ино ни хотела, она просто не могла сказать ей, насколько сложный путь выбрала подруга. Однако, если это сделает Сакуру счастливой, ее плечо всегда будет рядом.