Несгораемая клятва

— Тоширо! Тоширо! Не совсем нежно Карин вырвала его из сна, сильно тряся за плечи. Так, словно от этого зависела ее жизнь. Но, проснувшись, спустя всего несколько секунд он понял, что Карин прислонилась к нему с растерянными от паники глазами. — Карин… что? — О боже мой, Тоширо… — В чем дело, Карин? — устало спросил он, но ее забота о нем постепенно затмевала все остальное. — Ты кричал во сне и бил все вокруг себя. Ты был совершенно диким, как бы ты ужасно не шутил… — она посмотрела на него, а на ее лице все еще отражался ужас, когда он начал медленно приходить в себя и понял, что значили ее слова. У него совсем не оставалось времени. — Мне очень жаль, Карин. Я не хотел тебя пугать, — он попытался улыбнуться, чтобы утешить ее. Девушка покачала головой, и он заметил, что она дрожала. Не сказав ничего, он обнял ее и прижал к себе. Она, казалось, успокоилась после того, как он обнимал какое-то время. Вокруг них царила тишина. Приятное молчание, в котором Тоширо думал о Херинмару и их судьбе. Занпакто принял его решение. Оказалось, что Хитсугая дал правильный ответ. Тоширо был рад, что дракон понял его. Казалось бы, он с самого начала знал, что чувствует мальчишка, даже прежде, чем тот сам познал свои чувства. Когда Карин уснула у него на руках, он стал просто наблюдать за ней, не двигаясь. Девушка прижалась к нему и спокойно, мирно дышала. Как будто в этом мире нет зла, хотя она знала, как и он, что все с точностью наоборот. До тех пор, пока пустые существовали, вечная борьба между ними и шинигами будет оставаться неизменной. Нет никаких шансов избежать в их жизни пустых, душ-плюсов, которые атаковать и людей в о числе. Обязанность шинигами предотвращать это. Так прошли часы. Карин спала на его руках, и, наконец, он понял, почему он чувствовал себя так комфортно с ней. Почему все его тело наполняло тепло, которое он никогда раньше не испытывал. Он посмотрел через единственное окно в комнате наружу, и скользя взглядом по убывающей луне. Какая ирония. Ему казалось, что луна там наверху отсчитывала секунды до его проигрыша. Потому что, если он этого не сделает, то исчезнет вместе с луной в ночном небе. К новолунию от него ничего не останется. Если он потерпит неудачу… если он потерпит неудачу… Карин как-то неловко двигалась и, таким образом, обратила его взор на себя. Он улыбнулся, и на этот раз ему было не трудно. И, взглянув на ее мирное лицо, парень понял, что он отдаст все для того, чтобы не потерпеть неудачу. Нежно он поправил прядь ее черных волос и наклонился немного вперед. Сначала он не решался, а затем, набравшись смелости, прикоснулся губами к ее лбу и вздохнул. — Мне так жаль, Карин… — пробормотал он ей, и прикрыл грустные глаза. Ночь размеренно шла, а парень все еще не спал, обнимая девушку и наблюдая за ней. Под утро редкие солнечные лучи проскользнули в комнату. Только тогда он заметил, как действительно устал, даже если не хотел спать. И пока ночное время медленно уходило за горизонт, его глаза постоянно начали закрываться. Чуть позже проснулась Карин и почувствовала, что руки крепко обнимали ее, мужская грудь плотно прилегала к девичьей спине, а его медленное дыхание ощущалось на затылке, что заставляло ее тело дрожать от странно-приятного ощущения. Он очень сильно испугал ее ночью. Что же такого мог он видеть? Она этого не знала, но, казалось, была очень близка к нему. Она также понимала, что он никогда не обнимет ее в состоянии бодрствования, не при нормальных обстоятельствах, поэтому она наслаждалась временем, которое она так могла провести. На этот раз она наблюдала за ним, пока он спал и наслаждалась его теплом. хотя ей не было это дозволено. И она не должна была испытывать такие чувства, не к нему, но она именно это и происходило. Она тосковала по нему, даже если это было неправильно. Она больше не была одиннадцатилетней девочкой, и он больше не маленький, но талантливый капитан. Они оба выросли и не только ее душа, ее сердце требовало его, но и тело. И пока она смотрела, как он лежал так тихо и мирно, то чувствовала, что ее желание поцеловать его и прикоснуться к нему загорается с новой силой. Но ей не разрешено. Стук в дверь вырвал ее из мыслей, и она уже проклинала того, кто нарушил этот покой. — Подожди минутку! — она ответила так тихо, чтобы стоящий за дверью ее услышал, и она не разбудила бы парня. — Карин? Мне нужно поговорить с Тоширо. Это срочно, не могла бы ты сказать ему зайти ко мне, пожалуйста? Я подожду в своей комнате. Ее отец ушел от двери, и Карин вздохнула. Казалось, это действительно важно, но гораздо лучше бы, чтобы она лежала в объятиях своей тайной любви чуть дольше. Но, видимо, у нее не было выбора. Она нежно провела по его щеке и пробормотала имя, чтобы разбудить его как можно осторожнее. Его глаза только слегка задрожали, прежде чем он моргнул и медленно проснулся. Взгляд Тоширо упал на нее, и она немного отодвинулась. Должно быть она была слишком близко к нему. Куросаки снова и снова начала повторять себе, что ее чувства не взаимны. Но когда она попыталась отодвинуться от него, парень еще сильнее ее обнял, не давая ей выбраться из хватки. — Карин… — пробормотал он еще слегка сонный и, казалось, что Хитсугая еще не совсем вернулся в реальность. В противном случае он бы не прижимал ее к себе, удерживая. Она солгала бы, если бы сказала, что ей это не понравилось. Но она вздохнула и посмотрела в его красивые, но еще не совсем проснувшиеся, глаза. — Мой отец хочет поговорить с тобой. Это действительно важно, ты не должен заставлять его ждать. Ее слова, казалось, что-то пробудили в нем, потому что он отпустил ее, выпрямляясь и широко раскрывая глаза. — Да, конечно. Спасибо, Карин… — он замялся и отвернулся от нее. Но легкий румянец на щеках его не ускользнул от ее взгляда. — Прости меня. Я не хотел тебя так крепко обнимать во сне. Куросаки же почему-то понравилось то, как он выглядел, и она широко ухмыльнулась. — Не страшно. А теперь иди. Я подожду здесь, может, потом мы сможем чем-нибудь заняться в городе, если ты захочешь. Он кивнул ей с легкой улыбкой, и она была очень рада, что он не отказался категорично от ее предложения. И ко всему прочему, девушке показалось, что он сам совершенно не против провести с ней время. Через несколько минут Тоширо стоял перед комнатой своего бывшего наставника и постучался в дверь. Ишшин с очень серьезным взглядом открыл ему дверь и попросил его войти. Тоширо сразу же понял, о чем мужчина хотел с ним поговорить. — Итак, Тоширо… — Я не объяснил ей еще, если это то, что ты хочешь знать… — сказал он, вклиниваясь, когда Куросаки сделал паузу. — Я так и думал. Я хотел спросить тебя, какие у тебя планы с моей дочкой. Тоширо уступил взгляду мужчины, который пронзил его. Он обычно сиял так дружелюбно, безумно и по-детски, но в этот момент сверлил парня и смотрел на него пронзительно, скептически. Ишшин вздохнул. — Твоя реатсу. Она сходила с ума сегодня ночью снова. Тоширо только кивнул. Это было более чем очевидно. — Но знаешь, что самое странное? Теперь Тоширо посмотрел на мужчину, ожидая ответа на вопрос.