Попали на любовь

This is a modern fairytale No happy endings No winning ourselves But I can’t imagine a life without Bretheless moments Breaking me down

— Ты ведь помнишь единственное условие наших отношений? — Лидия не стала тратить время на лирические отступления и сразу перешла к делу. Эйдан усмехнулся, по нему было видно, что он прекрасно понимает, о чем она говорит, но все равно откровенно издевался. — Конечно. Ты ведь так любишь их ставить. — Тогда просто ответь мне: зачем? Он пожал плечами. — Я устал от тебя, Лидия. Признаться, сначала я думал, что могу изменить в тебе этот идиотский принцип а-ля живу без серьезных отношений, но понял, что такое не для меня. Лидия ухмыльнулась, почему-то не испытывая обиды и унижения от его слов, только чувство слегка задетой гордости и сожаления, что потратила на этого человека определенный период своей жизни. — Мне даже немного жаль тебя, — вдруг сказал Эйдан. — Ведь нельзя вечно жить в одиночестве и хвалиться тем, что тебе никто не нужен. — Можно, если так удобно, — жестко ответила Лидия, не поддаваясь на провокации. — Тогда нам не по пути… Лидия лежала на широком диване в гостиной и прокручивала в голове отдельные фразы из последнего разговора с Эйданом. Они наконец-то расстались, перестали держать друг друга, играть роли, которые не нужны им обоим. И только вот в одном он оказался прав. Лидия не может жить одна. И это тупой ноющей болью уже физически отдавалось во всем теле. Самое ненавистное, Лидия знала, что ей нужно, чтобы быть действительно в порядке, но это было вне зоны возможного и доступного. Стайлз для нее был под запретом. С вечеринки дома у Скотта и Эллисон прошло уже достаточно времени, но Лидия все еще помнит, какой грубой и холодной была, о чем позже сильно пожалела. На Стайлзе лица не было, он так хотел поговорить, возможно, просто постоять рядом, ведь они так давно не виделись… А Лидия опять возвела нерушимую стену, вместо того, чтобы броситься ему на шею. И почему бытует мнение, что поступки девушек не поддаются логике? Почему Стайлз никогда не говорил, что у него есть девушка? Это что-нибудь бы изменило? И Лидия в своей любимой эгоистичной манере осознавала — нет, не изменило бы. Узнав его, она все равно бы попала, вляпалась, увязла, утонула… Вопрос в другом. Лидия сделала бы это одна или бы потащила Стайлза за собой? Голова трещала от неизбежности очевидных вещей. Лидия настолько застряла, что готова была отпустить Стайлза. Он уже принес столько тепла в ее жизнь, она уже за это ему бесконечно благодарна, что он показал ей — впускать кого-то в свою жизнь не признак слабости. Тем более Лидия наконец вспомнила, где она видела его девушку. Малию Тейт. Она со смешком смотрела на эту девчонку, которая изо всех сил сдерживала рыдания и самые обидные слова из довольно скудного, Лидия уверена в этом, арсенала. Карие глаза потемнели от злости и ненависти, но Лидии не привыкать испытывать такой взгляд на себе. — Считай, что я помогла тебе избавиться от балласта. Хороший парень никогда бы так не поступил. Конец. Одна брошенная фраза оставила последнее слово за Лидией, уничтожив эту наивную бедняжку Малию, точнее то, что она наверняка считала первой любовью. Лидия хмыкнула. Этот озабоченный придурок Майк, парень Малии, поправочка, бывший парень, ни одной юбки не пропускал ни взглядом, ни делом. Лидия не собиралась с ним спать — ее развлечением было тупо обламывать распустившихся павлинов, таких как Майк. И то, что он был последним засранцем, не видела одна Малия. Когда они расстанутся — вопрос времени, и участие Лидии при этом не обязательно. Но сейчас Лидия понимает, какой она была сукой. По-другому и не скажешь. Всю эту прекрасную силу, которую ей приписывали, холод, равнодушие, высокомерие и презрение можно было описать одним емким и точным словом. Кто бы мог подумать, что жизнь снова сведет Малию и Лидию только уже через Стайлза? Он — первый, кто сумел забраться так далеко, словно вокруг него был невидимый ореол из тепла, любви, понимания и участия, словом, того, чего так Лидии не хватало, словно он имел какой-то секретный ключ или код от ее души. И она думала, что ни в ком этого не найдет и поставила свои чувства на знак «стоп». Но Лидия нашла, только для этого придется кого-то сломать. Снова. Но она буквально загибается. Ломка по недостающему человеку — это так хреново, особенно если этот человек сначала давал какие-то надежды, а затем просто исчез, оставив в мучительном неведении. У Малии-то Лидия наверняка отпечаталась в самом «прекрасном» свете, в то время как она сама ее откопала в памяти гораздо позже. Лидия была настолько бездушна, что не считала и не запоминала тех, чьи надежды, может и судьбы, рушила и топтала. Теперь она пожинает плоды сполна. Лидия Мартин гениальная бездарность по части своей личной жизни. Я тут недалеко от твоего дома, сейчас забегу. Готовь бокалы и доставай мою любимую молочную шоколадку. Пришло сообщение от Эллисон, и Лидия улыбнулась. Она бы поспорила на сотку, что Эли едет к ней специально, так как в этом районе случайно оказаться она не могла. И, конечно, Эли прекрасно знает, что у Лидии всегда есть молочный шоколад и вкусный сыр. И штопор. *** Стайлз впервые за долгое время сумел вырваться от Малии, чтобы элементарно побыть в одиночестве у себя дома. Он не был здесь уже несколько недель, но только оказавшись тут, понял, как на самом деле устал. Устал от Малии, ее постоянно светящегося счастьем лица, ее попыток угодить ему, которые возросли в десятки раз, после того, как они сходили на день рождения Скотта. Ей уже сняли гипс, кости срослись без проблем, но все равно приходилось еще страховать и поддерживать. Всякое случается. Признаться, Стайлз никак не ожидал, что Лидия и Малия окажутся знакомыми. Ну, их взаимоотношения в прошлом больше можно охарактеризовать как враждебно-холодные, учитывая то, что рассказала ему Малия. Он поверил ей, всему, что она сказала о ее личной трагедии времен университета, потому что знал. Да, Лидия именно такая — бессердечная, глупая маленькая девочка, именно глупая, вымещающая ненависть к себе на других, защищающая свои чувства любой ценой, готовая буквально растоптать. Конечно, Стайлз поверил Малии. Только почему это никак не меняет его отношения к Лидии? Почему ему хочется просто держать ее за руку, давая понять, что он рядом и что ему абсолютно, совершенно плевать на все с самой высокой точки на земле над уровнем моря? Потому, что он влюбился в Лидию Мартин. Поэтому собственноручно ее оттолкнул. Стайлз наконец-то понял, по какой причине они долго не могли найти общий язык и обходили стороной. На подсознательном уровне, глубоко в душе, оба ловили себя на мысли, но не признавали, что видели в друг друге шанс. Шанс на изменение жизни к лучшему, на взаимные чувства, на счастье, во всем его абсолюте, к которому стремится каждый человек. И что они сделали? Они испугались. Жизнь дала не один суровый урок, что никогда ничего просто так не достается, не бывает радужных счастливых концов, только современная жестокая сказка, не оставляющая надежд на победу. Но так сложно представить свое существование без ярких моментов, которые разделены на двоих. И Стайлз не мог. У них с Лидией уже началась история, со своими фрагментами, которые уже начали складываться в симметричный узор, пусть не совсем гладкий, но у них есть время, чтобы все исправить. Исправить. Он резко сел на кровати, озаренный банальной идеей. Надо срочно позвонить Скотту, тот точно поможет, нельзя ждать, нет. Стайлз не должен терять время и подскочил искать мобильник. Где же… Но вот мелодия звонка раздается из брошенной прямо на полу куртки. Стайлз нетерпеливо мнет ее, пытаясь нащупать телефон. Не куртка, а лабиринт какой-то. — Привет, ты у себя? — звонил Скотт. — Не поверишь, сам хотел тебя набирать, — бодро произнес Стайлз, стараясь одновременно натянуть на себя несчастный предмет одежды. — То есть ты не занят? Что-то напрягло Стайлза в голосе друга, и он перестал одеваться. — Ну что за вопросы, конечно, нет. Что случилось? — Я… мы с Эллисон поругались. Стайлз от неожиданности осел обратно на кровать. Да эта идеальная парочка никогда не ссорилась, настолько они были… подходящими друг другу. — Из-за чего? — он ничего не понимал. — Хотя не отвечай, сейчас к тебе заеду. — Не надо, я сам уже еду к тебе. Рядом с твоим домом есть отменный бар. *** Лидия уже около часа молчала. Не потому, что ей нечего было сказать, а потому, что у бедной Эллисон все не кончались слова. А все из-за ссоры со Скоттом, хотя Лидия вообще такого не помнит, чтобы эти двое ссорились. Эли и мухи не обидит, а Скотт никогда не терял голову. Кто же знал, что обычный пустяк в виде выбора кафельных панелей для ванной комнаты станет похож на ядерный взрыв. Лидии хотелось смеяться — пусть хоть порадуются, что у них есть возможность делать совместный ремонт. Конечно, она не скажет этого вслух. У каждого свои заботы. Но Эллисон так расстроилась, что Скотт категорически против общей ванны в стиле хай-тек с синей подсветкой, что притащилась с бутылкой вина, хотя до сих пор не выпила и целого бокала. Лидия не пила вовсе, не хотела туманить голову. Происходящее и так было похоже на маскирующую дымку, за которой скрывалось что-то похуже выбора стиля для ванной комнаты. Но сейчас она просто поддерживала подругу и дала ей выговориться. — Я думаю, Скотт сразу же после твоего ухода нашел подходящее агентство, которое обустроит вашу ванну в самом стильном стиле, который вообще возможен, — хмыкнула Лидия. Эллисон хихикнула. — Даже смешно, что первая настоящая ссора случилась по такому поводу. Лидия только улыбнулась. — Позвоню ему, скажу, что была не права, — Эли схватилась за телефон. — Он ведь должен это знать, правда? — Думаю, лучше сказать это ему лично. И у вас дома. Вино можешь забрать с собой, — Лидия игриво вздернула брови. Эллисон слегка смутилась и снова хихикнула. Ну, хоть настроение поднялось. Даже у Лидии. Интересно, она сама бы выдержала испытание совместным ремонтом? — Он сам мне звонит! — радостно воскликнула Эллисон и тут же ответила. — Скотт! Не волнуйся, я у Лидии, мы… Ее лицо от радостно-возбужденного изменилось до панического. Лидия с беспокойством пыталась хоть что-нибудь прочесть по эмоциям, но была только одна — страх. Что-то неприятно кольнуло внутри, липким чувством распространяясь по телу, вызывая желание съежиться. Не говорите, что со Скоттом что-то случилось. Не говорите, что с ним Стайлз. — Эллисон? — напряженно спросила Лидия, не заметив, как тон повысился от напряжения. Лицо подруги побелело, она дрожащими руками еле выключила телефон и попыталась сфокусировать взгляд на Лидии. — Это был не Скотт, — мертвым голосом выдавила она. — А врач скорой помощи…