Разбитое отражение

      — Грегор?       Юноша приподнял бровь и перевёл взгляд на мальчика, идущего по правую руку от Ребекки, крепко сжимая её ладонь. Кай, несмотря ни на что, опасался его. Держался поодаль и, пусть глянуть на него в ответ, тут же прятался. Девушка на это не обращала внимание и даже не пыталась помочь убедить мальчонку в безвредности «друга». Это раздражало, но, учитывая всё, что было у них до этого, совершенно не удивляло. Они и говорить-то старались немного — в первые минуты их попыток завязать обсуждение, Кай едва ли отвечал на вопросы, Грегор переводил внимание с себя на других, а Ребекка сворачивала разговор. Уходила от ответов, раздражающе умело поддевая юношу за его собственные огрехи.       — М?       — Можно… спросить?       — Да, конечно.       — А сколько тебе лет?       Грегор присмотрелся к мальчишке, с сомнением прищурив глаза, но почти тут же одёрнул себя. Он же ребёнок, очевидно, ему хочется знать что-нибудь о них, даже такое… нелепое и неважное. К тому же, это первая попытка завязать разговор с чужой стороны, нельзя было такое упускать.       — Двадцать.       — Ого, — Кай растерянно посмотрел на свою руку, перебирая пальцами. — А мне только десять… Значит, ещё десять лет, и я тоже буду таким высоким?       — Может быть, — юноша улыбнулся, глядя на то, как счастливо мальчик закивал своим мыслям. Типичная детская мечта — стать старше, выше, сильнее и умнее. Тогда думаешь, что это разом решит все проблемы и недомолвки. Глупо.       — А тебе, Бекки?       Девушка поморщилась, удивительно ярко выражая своё неодобрение от подобного вопроса и скосив взгляд на идущего слева от неё Грегора. Он только пожал плечами и кивнул головой в сторону Кая, выжидающе, любопытно смотря на неё. Также, как и мальчик. После воцарившейся паузы она очень тихо, совершенно нехотя, процедила сквозь зубы:       — Двадцать три.       — Но ты совсем невысокая…       Если мальчик, услышав ответ на свой вопрос, воспринял его как нечто неправдивое — скорее из страха, что и сам тоже не вырастет, — то юноша поперхнулся и ошарашенно уставился на Ребекку. Её слова ощутимо пошатнули картину мира, построенную в его уме. Грегор был всецело уверен, что девушка младше, в крайнем случае — его ровесница. Но не старше на три демоновых года. Конечно, это не повлияло бы на их взаимоотношения — он не станет меньше огрызаться и злиться на неё. Вот только с чего бы девчонке в её годах так носится по смертельно опасным делам? И тот её разговор с Фаустом… что она…       — А твоему брату, Бекки?       Ребекка и Грегор разом обернулись к вопрошавшему.       — Фаусту? Тоже двадцать три… Мы близнецы.       — А… это значит?..       — Мы с ним родились вместе. Были вместе… всегда.       — А кто старше? Ты? Или он? И как это? Когда у тебя есть брат…       Девушка замялась, смотря вдаль и погружаясь в собственные мысли. Кай наблюдал за ней, внимательно, пристально, почти доверяя. Почти, потому что несмотря на то, как держался за неё, всё ещё смотрел по сторонам, словно искал, где можно спрятаться. Грегор выжидающе сверлил девушку взглядом, но та даже на самый элементарный вопрос старшинства ответить не могла. Она так долго молчала, что он не выдержал и ответил на последний из вопросов — не сворачивать же разговор, из которого можно хоть что-то узнать у мальчонки.       — Когда у тебя есть брат, ты постоянно слушаешь чужие поучения.       Ребекка оторвала шокированный взгляд от земли. Прежде, чем она полностью осознала произошедшее, слова сами собой слетели с языка:       — А ещё ты знаешь, что он всегда будет защищать тебя.       Грегор переглянулся с девушкой и обречённо выдохнул.       — Это тот, за кого вечно беспокоишься.       — Ты постоянно думаешь о том, как порадовать его.       — И ты знаешь, что он тебя не предаст.       — А ещё бережёшь вещи, напоминающие о нём.       — С трудом прощаешься, когда нужно расставаться.       — Боишься подвести его в чём-то.       — Стараешься превзойти его во всём.       Они замолчали, но по взгляду было очевидно, что, несмотря на всю нелепость, абсурдность ситуации, от того, что они вспомнили, в них воцарилось слишком добросердечное настроение. Настолько, что они даже не спорили. Кай, заворожённо наблюдавший за ними всё это время — потому что даже он не ожидал от них такого единодушия, пусть и верил в лучшее в обоих — не проронил ни звука, пока ему давали ответ на столь интересовавший его вопрос. Когда же наступила тишина, и мальчик достаточно обдумал всё услышанное, он неуверенно заговорил вновь:       — Значит, он для тебя дорог, как твоя мама?       Вопрос у него — полон надежд, наивных детских восторга и радости. Всего того, что мгновенно сходит с лица девушки, начинающей глядеть по сторонам, вопрошая, куда им необходимо двинуться дальше. Грегор и Кай единогласно повернули направо от дома, наблюдая за ней, ожидая ответа. Но она всё же ответила. С трудом.       — Моя… мама умерла…       Мальчик громко и испуганно выдохнул, меняясь в лице и крепко сжимая чужую ладонь. Беспокойно переглядываясь между девушкой и юношей, у которого он пытался найти поддержку, он замямлил:       — Я… извини, я…       — Всё в порядке. Это было давно. К тому же, она не ушла совсем. Смотри.       Девушка потянулась к воротнику и одним движением вытянула на свет два маленьких золотых ключа на стареньком шнурке. Мальчик с вопросом и бескрайним любопытством вперил взгляд в подвеску, пытаясь углядеть в той непонятный для него смысл. Пояснения Ребекки быстро помогли ему в этом.       — В детстве, когда она ещё была жива, мы втроём закопали в лесу рядом с нашим домом шкатулку. Мы с Фаустом набросали туда всякой всячины, которая тогда нам казалась важной. Сущие пустяки, безделицы, но наша мама положила туда свои дневник и письма. Это — ключи от замка шкатулки. Так я знаю, что она не ушла совсем. Она всегда со мной. Воспоминания о ней, времени, проведённом вместе. То, что она оставила на память о себе.       — Замок был двойным?       Вздрогнув от неожиданно холодного вопроса за своей спиной, Ребекка обернулась и внимательно взглянула на Грегора. Тот смотрел на неё прищуренным, подозревающим в чём-то взглядом, что никак не сочеталось с, в общем-то, безобидным по своей сути (но не по тону) вопросом.       — Нет. Это мой ключ и ключ Фауста.       — Почему он у тебя, а не у него?       Девушка так и не смогла ответить. Она поджала губы и спрятала взгляд, натянув верёвку на своей шее. Мальчик беспокойно переглянулся между ними и, когда Грегор вознамерился спросить что-то ещё, торопливо перебил его.       — Тот вопрос. «Что отличает пешку от ферзя». Зачем он?       Юноша прикусил язык и отвернулся, делая глубокий вдох, чтобы не начать допрашивать девушку. Желание билось в голове, но это спугнуло бы Кая, а тот был единственной ниточкой, что вела его к ответам конкретно сейчас. Но это было странно. «Втроём» — хотя в их семье было четверо (сами Фауст и Ребекка, мать и отец), если верить россказням Териса. Тот, конечно, приукрашивал, из-за чего его словам следовало верить через раз, а то и через три, но в таком он ошибиться не мог. Вряд ли семье аристократа удалось бы без последствий скрыть рождение двух магов, особенно с такой броской внешностью. Здесь что-то было не так. Они врали. Скрывали.       Что и почему?       — Это шифр. Такой, чтобы мы знали, что мы друзья и никто не притворяется нами, чтобы обмануть.       — А. Как тайное слово?       — Да. Да, именно.       — А… давайте тоже такое придумаем? Чтобы если мы потеряемся и встретимся друг с другом снова, точно знать, что это мы, а не кто-то ещё.       Собравшиеся остановились и переглянулись. Идея, вообще-то, была разумная. Настолько, что было непонятно, как такая очевидная вещь (и проблема) не пришла никому из взрослых в этой компании в голову раньше. Девушка отпустила ладонь мальчика и задумчиво скрестила руки, глядя то на него, то на Грегора. Юноша тоже замолчал, но, в отличие от знакомой, осматриваясь вокруг. Кажется, они зашли в тупик — редкий случай для их троицы с того момента, как они встретились, хотя и такое происходило. Значит, где-то совсем рядом находился один из «настоящих» домов, куда им и следовало пойти. Кай попеременно смотрел то на них, то кругом, но понять, что тот действительно замышлял, юноша не мог.       — Чего… боится кузнечик?       Услышав такие слова от Ребекки, её попутчики мгновенно отвлеклись от своих дел и уставились на неё: один с искренним интересом, другой — с мгновенно померкшим взглядом, в котором читались усталость и обречённость. Они надолго замолчали. Мальчик никак не мог подобрать правильный ответ на этот вопрос. Девушка не торопилась подсказывать. Первым не выдержал Грегор.       — Невесты.       Девушка с трудом сдержала смех и улыбнулась, когда юноша двинулся в сторону одного из зданий. Кай неуверенно переглядывался между ними, не понимая ни причины такого ответа, ни реакции Ребекки. Но скоро он кивнул — уверенно, твёрдо. Если бы ответ на такой вопрос можно было легко понять, кто угодно мог бы втереться к ним в доверие. Этой загадке следовало остаться непонятной.       Мальчик потянул Бекки за руку, в сторону ушедшего вперёд Грегора. Скрипнула открывающаяся дверь, и вместе с ней громко прозвучал вопрос — тот, от которого двое замерли, настороженно смотря на юношу.       — Значит, мы теперь друзья?       Кай вопрошающе посмотрел на девушку и, когда она с улыбкой — натянутой, напряжённой, как будто она лишь пыталась убедить его в том, что всё в порядке — кивнула ему, просипел в ответ:       — Да.       — Хорошо. Мы друзья. А… у друзей ведь нет секретов друг от друга, так?       — Да…       — Тогда скажи, Кай.       Мальчик отступил, и Ребекке показалось, что не держи она его за руку, он бы и вовсе помчался прочь. И она понимала его. Сама бы сбежала, если бы могла. Но нужно было быть сильнее этого страха.       — Что случилось с твоим отцом?       — Не отвечай, — девушка зашипела, быстро шагнув вперёд и закрыв мальчишку. Грегор злобно оскалился, в пару шагов подлетая к ней и пытаясь обойти, поговорить с укрываемым ею Каем, но Ребекка всякий раз оставалась преградой на его пути.       — Не мешай.       — Успокойся.       — Успокоиться? Ты смеёшься?       Они ходили по кругу, неотрывно наблюдали друг за другом, прожигали взглядом, ожидая, что один из них сдастся. Этого не происходило. Девушка с силой тянула мальчишку за собой, прятала за спиной, не давая и мельком пересечься с Грегором. Понимала, что уступит хоть на шаг, и беды не миновать.       — Ты серьёзно считаешь, что сейчас подходящее время выяснять, что произошло пять лет назад?       — Ага, значит это случилось тогда же? И ты знаешь об этом?       Девушка не смогла и слова вставить, когда юноша почти в полный голос рыкнул. Ей показалось, будто бы за спиной она услышала тихий писк. Она едва успела бросить осторожный взгляд, чтобы понять, что поменялась местами с Грегором — теперь дверь была за ней. Можно было бы попытаться убежать, но что делать дальше…       — Ты знаешь, за что Ортвин душу отдал, и говоришь мне «успокоиться»?!       — Да потому что ты помешался на этом! Ты постоянно копаешься в том, что он делал, даже не думая, что с этим делать тебе!       — Ох нет, я думаю, ещё как думаю!..       — И чернишь его имя тем, что…       Прежде, чем полностью осознать произошедшее, девушка оттолкнула Кая в сторону. Мальчик упал на спину, болезненно взвыв, но почти сразу вскочил и отполз прочь, испуганно глядя на ругающихся. Юноша подлетел к девушке и схватил её за ворот платья — приложи чуть больше силы, без сомнения, порвал бы его. Она сдавленно пискнула, вцепившись в его руки в тщетной попытке убрать их. Грегор был сильнее её.       Но лишь физически.       Прежде, чем он успел сделать что-то ещё, раздался хлопок. Следом юноша невольно ослабил хватку, его оттолкнуло, но, к счастью, устоять он сумел. Ребекку от созданного ею же воздушного потока также отбросило назад. Ударившись спиной о приоткрытую дверь, девушка легко ту распахнула, делая ещё один неловкий шаг назад, лишь бы поймать равновесие.       За порогом не было опоры.       Когда она начала проваливаться, когда на её лице наконец проявилось выражение ужаса и паники, Грегор, осознавший случившееся, рванул вперёд. Он успел схватить девушку за руку, но сам едва не полетел следом. Чудом сумел зацепиться за дверной косяк, почти наполовину свесившись через край. Ребекка не издала ни звука, испуганно смотря вниз — дверь вела не в дом, как в прошлые разы. Более того, находилась она на том месте, где, как девушке показалось, должно было быть чердачное окно.       Вот только земли внизу не было вовсе.       — Бекки!       — Не подходи!       Кай не прислушался к словам юноши. Вскочив на ноги, он подбежал к дверному проёму и, побелев от ужаса при взгляде вниз, вцепился в хлипкое дерево. Там, где заканчивалась стена здания, начиналась та странная дымка сиреневого цвета, но шла она как будто ниже — дальше того места, где должна была начинаться земля. Да и куда бы они попали, провались туда? Когда Грегор прошёл за барьер и попытался вернуться, тот застыл, как стена. Что, если ожидавшее их внизу ничем не отличалось? Юноша заскрипел зубами, но ничего не сказал — вцепился в руку девушки так крепко, как только мог. Она тоже впилась обеими ладонями в его запястье изо всех сил.       Юноша стиснул зубы, и попробовал потянуть Ребекку на себя, но почти сразу сдался — в сложившейся ситуации, он бы скорее полетел за ней следом, чем сумел вытащить её. Мальчик вцепился в его плечо и попытался помочь, но это вовсе было бессмысленно. Девушка продолжала испуганно смотреть по сторонам, ища выход.       — Я… я могу перенестись. Магией. Просто отпусти меня.       — Как ты помнишь, в прошлый раз ты чуть не угробила нас обоих своими выкрутасами!       — Поэтому ты должен отпустить!       — Чтобы ты угробила себя?! Забыла, о чём тебя брат предупреждал?!       — Тогда я угроблю нас обоих, так будет лучше?!       Несмотря на то, как Ребекка уверенно грызлась с Грегором из-за своего плана, он всё ещё чувствовал, насколько крепко та держалась за его руку. Что она и не думала отпускать, пусть неизбежно соскальзывала — понемногу от того, как слабела их хватка. Юноша стиснул зубы, отрицая то единственное, чему он должен был бы поверить в настоящий момент. Кай вцепился в него, то и дело порываясь потянуть на себя, хотя для него это было бы пустой тратой сил.       — На счёт три. Раз.       — Что? Не смей…       — Два…       Девушка смотрела на него умоляюще. Юноша несогласно замотал головой, и ему начал вторить испуганный голос Кая — мальчишка просил Бекки ничего не делать. Она вдохнула, закрывая глаза, после чего прошипела:       — Три.       Пусть во взглядах эти двое не сошлись, стоило девушке сказать одно это слово, и они одновременно отпустили руки. Кай вскрикнул и Грегору пришлось схватить его, чтобы он не попытался прыгнуть следом. Юноша напряжённо следил за тем, как девушка летела вниз. Отсчитывал. Ничего не происходило. Ничего не менялось.       Она падала.       Неизбежно.       В душе что-то ухнуло, когда на глазах Грегора за девушкой появилось свечение. В следующий миг между барьером и Ребеккой появился разрыв, в который она и упала. И пусть сначала юноша промёрз до костей от накатившего ужаса из-за того, что она просто исчезла, в следующую секунду он обернулся на шум и облегчённо выдохнул. Кай отпустил его и рванул к упавшей на землю девушке, обнимая так крепко, как только мог, чтобы убедиться, что с ней всё в порядке. Ребекка, успевшая сесть, резко выдохнула, бледная от ужаса, но ни звука не издала, неуверенно обняв мальчика в ответ.       — Я думал, я поседею как твой брат, прежде чем ты перенесёшься.       Она не отреагировала, растеряно смотря перед собой, прежде чем подняла взгляд на Грегора, прислонившегося к стене у распахнутой двери. За ней всё ещё виднелся злосчастный магический барьер. Кай на её руках шмыгнул носом, пряча лицо за её плечом.       — Я всё скажу. Я всё скажу, только не ссорьтесь больше. Я всё скажу…       Девушка не отвечала. Юноша опустил глаза и, бросив, что поищет другой путь, поднялся на ноги. Он потратил минут десять, если не больше, но так и не нашёл ничего. Как и в прошлый раз. Единственной прямой дорогой, на которую показывало им это место, была та злосчастная дверь.       К тому моменту, как он вернулся к Ребекке и Каю с этой печальной вестью, те немного пришли в себя. Мальчик вновь принялся шарахаться от него, но не уходил совсем. Словно ждал того, что будет дальше. Что будет сказано.       — Знаешь… может, тебе плевать, что будет после того, как ты узнаешь правду, да и неважно, как ты её узнаешь.       Ребекка поднялась на ноги, сверля юношу взглядом. Ему казалось, что стоит лишь дёрнуться, и она помчится прочь. Или попробует сотворить очередное заклинание, чтобы он лишь держался подальше.       — Но я хочу выбраться отсюда. Потому что о таком не рассказывают, когда в любом момент могут… что-то может пойти не так. И мне неважно, — замявшись на миг, чтобы не задеть своими словами Кая, девушка вскинула руку и громко отрезала, мешая Грегору огрызнуться или задаться очередным вопросом, — да, мне неважно, что ты наш единственный ключ к тому, что нужно демонам. Я не стану сдерживаться.       Он закатил глаза и заскрипел зубами, но в конце концов кивнул. Как бы ни хотелось поспорить, но в данных обстоятельствах она действительно права — толку от его знаний, если он сгинет здесь, не будет никакого. Совершенно. Напротив, всё пропадёт впустую из-за его же безрассудства и неспособности контролировать себя, как ни досадно признавать это. Особенно когда на это указывает чужой ему человек.       — Здесь нет другого пути. Только этот.       Ребекка вопросительно приподняла бровь, с сомнением глянув на юношу, но почти сразу вместо того, чтобы огрызнуться — в чём он был уверен по тому, как девушка набрала воздух — закусила губу и, поднеся ладонь ко рту, начала что-то нашёптывать да ходить вокруг. Не сумев разобрать ни слова, Грегор, наблюдая за чужими блужданиями, попытался вернуть её из воображаемых расчётов на землю.       — Не думаю, что здесь есть верёвка для безопасного спуска. Сможешь нас перенести?       — Смеёшься? Я и в первый раз не смогла.       — Плохая шутка.       — Я не шучу.       Они смотрели друг на друга так, словно были бы рады сжечь дотла. Кай, стоящий рядом, вмешиваться побоялся, сжимая в руках одежду и беспокойно переглядываясь между друзьями.       — И как ты тогда оказалась здесь? — Грегор недовольно показал сначала на девушку, а затем на то место, где она приземлилась после своего незапланированного путешествия в пространстве.       — Меня перенёс барьер, очевидно? — Ребекка кивнула в сторону двери, скрестив руки на груди и прищурившись. — Когда я попыталась сотворить заклинание, я не смогла. Ошиблась в формуле, наверное. Либо барьер ещё и заклинания телепортации блокирует.       — Ты даже не долетела до барьера. Ты исчезла в… какой-то дыре перед ним.       Девушка удивлённо распахнула глаза, после чего сделала два больших шага навстречу Грегору и резко затормозила. Загоревшееся любопытство сменилось подозрением и нервозностью.       — Ты уверен?       — Настолько же, насколько уверен в том, что я покойник, если твой брат узнает о том, что случилось.       — И что тогда ты видел?       — Там стал появляться свет… или он стал ярче, не знаю, — Грегор напряжённо вглядывался в барьер за открытой нараспашку дверью, припоминая совсем недавние события — стараясь уловить все детали случившегося. Потому что было в этом нечто странное и необъяснимое. Непонятное, но словно бы имевшее огромное значение. К тому же, если он вспомнить всё, возможно, эта девчонка, как единственная понимающая среди них в магии, что-то да поймёт.       — Потом между тобой и барьером будто появился… разрыв? Ни разу не видел ничего такого, не знаю, как описать. Но свет за него не проходил. Когда ты упала, всё исчезло, и барьер снова померк.       — Это… это портал.       Удивление и шок Ребекки затмили всякий негатив, что до этого юноша мог невооружённым глазом увидеть на её лице. Настолько, что она даже не стала ёрничать, услышав следующие слова Грегора.       — Портал, который создала ты?..       Голос у неё стал будто бы звонче, выше. Юноше даже померещилось, будто бы девушка была готова разрыдаться. К счастью, он был неправ, и это было лишь очередным проявлением того, насколько выбивалось из обыденной реальности происходящее.       — Конечно нет. Я даже заклинание телепортации два года не могу освоить, а ты говоришь о портале.       — Значит, это барьер?       Ребекка покачала головой.       — Если бы это была Неврена, то меня бы выбросило подальше от вас. Я же незваная гостья. Но меня выбросило… здесь. Почему?.. Я-я-я не видела порталы.       Девушка, поначалу запнувшись, наконец опомнилась, и начала в несколько раз быстрее прежнего наворачивать круги, оживлённо споря — сама с собой, так как никто и слова поперёк вставить не только не мог, но и не успевал.       — Я слышала про то, что порталы могут быть, но в наше время ведь не было магов, которые могли освоить такие заклинания. Нет, всегда есть те, кто осваивает телепортацию, такие таланты рождаются нечасто, и всё же их можно встретить, но даже им ой как нечасто даются порталы. Среди высших званий в Башне таких сейчас нет. Хотя, наверное, могут быть и нелегальные маги. Конечно, им сложно освоить всё без учителя, но ведь это не делает сие невозможным. Даже Ортвин говорил, будто бы пять лет назад… та магесса…       Голос у Ребекки с каждым сказанным ею словом ломался, истончался всё больше, и к тому моменту, как Грегор это заметил, она и вовсе замерла на месте, во все глаза уставившись на Кая. Мальчик, вопреки нелепости ситуации, натянуто улыбался — так, словно бы этим неумелым жестом пытался доказать собственную невиновность в сотворённой им проказе.       Все прекрасно понимали, что это было не так.       — Она… ты… это был ты… и сейчас…       Слова никак не находились, хотя каждый осознал, что девушка пыталась донести. Кай то и дело хотел сказать что-то, но так и не издал ни звука. Прятал глаза, стараясь не встречаться с направленным на него взглядом Грегора.       — Ты в порядке?       — Ч-что?       Юноша было направился к мальчику, но, заметив, как передёрнуло Ребекку, замер. Выдохнув и покачав головой, он кивнул в сторону девушки.       — Когда Ребекка перенесла нас, мне и ей разодрало кожу на руке, — он поднял рукав рубахи с курткой и продемонстрировал оставшийся после того случая шрам. Он напоминал странный узор, письмена, которые сам Грегор прочесть не мог, хотя и предполагал, что это как-то заложено в заклинании телепортации. Либо же это действительно были просто линии, что удачно походили на нечто вразумительное. Кай поражённо вытаращился на юношу, осипшим голосом ойкнув.       — Дурацкий вопрос, на самом деле. Если бы что-то случилось, думаю, мы бы все поняли.       Юноша глянул на Ребекку, но почти мгновенно отвернулся — как и ожидалось, его слова задели её, и теперь она взглядом пыталась прожечь в нём дыру, подходя к Каю.       — Ладно, хорошо, я бы с радостью поговорила на тему порталов и того, как ты так легко используешь их, но у нас всё ещё есть нерешённая проблема.       Девушка показала на дверь, после чего подошла к ней. Мальчик подорвался с места и побежал к Ребекке, вцепившись в юбку её платья. Как будто пытался так отгородить её от повторного падения. Она же в ответ намеренно делала вид, будто поддаётся, всякий раз делая один-два шага туда, куда её тянули, но всё же не уходила далеко от проёма. Наклонилась и тихо зашептала что-то, прежде чем вновь подошла к самому краю.       — Открыть портал… куда-нибудь здесь ты не можешь, я правильно понимаю?       Кай посмотрел на Грегора лишь на мгновение, после чего вновь повернулся к Ребекке, следя за тем, чтобы с той всё было в порядке. Ответил на чужой вопрос он не сразу.       — Ну… я могу… но я не знаю, куда. Здесь… не получается направить его туда, куда я хочу. Оно как-то…       — Магия, из которой создано это место, не даёт выбрать конечную точку телепортации. Мне ещё повезло, что меня перенесло сюда.       Объяснение девушки — спокойным, вкрадчивым тоном — расставило всё на места, хоть и не решило проблему. После этого девушка жестом подозвала юношу к себе.       — Дай мне свою куртку, пожалуйста.       — Что?       Грегор и Кай оба уставились на девушку, широко раскрыв глаза. Она невозмутимо протянула ладони юноше, не мигая смотря в чужие глаза. Девушка в ответ глядела уверенно, сдержанно и невероятно отстранённо — будто того, что они устроили тут, не произошло.       — Куртку?       — Да, куртку.       И даже на чужое уточнение ответила раздражительно спокойно. Мальчик немного потянул юбку девушки на себя.       — А моя не подойдёт?       — У тебя есть ещё одна?       — Эм… нет.       — Тогда давай понадеемся, что Грегор согласится дать нам свою куртку.       У упомянутого задёргался глаз, но он, сделав глубокий вдох и выдохнув сквозь стиснутые зубы, смиренно снял выпрашиваемое и передал в чужие руки. В следующую же секунду девушка бросила куртку за дверь. Юноша за её спиной подавился воздухом.       — Ты что…?!       Он оборвался, пристально всматриваясь в меняющийся барьер. То же самое свечение, что стало появляться за спиной Ребекки при её падении, но в этот раз разрыва не было — ткань беспрепятственно исчезла в мутном сиреневом свете. Все трое переглянулись.       — Значит, надо прыгать…       — Всем сразу.       Когда на девушку с сомнением взглянули и Кай, и Грегор, она покачала головой, после чего указала на барьер и себя.       — Как вы помните, изначально я не могла найти путь в Неврену, в отличие от вас. Если я прыгну одна, скорее всего, меня перенесёт подальше от вас.       — Могла бы схватить Кая и прыгнуть с ним без меня.       Ребекка прикусила губу, но не отвела взгляда от юноши. Тот в ответ глядел совершенно спокойно, даже понимающе. Мальчишка вцепился в юбку девушки, осторожно смотря на говорящих.       — Со мной шанс, что нас перенесёт туда, куда нужно, будет меньше. Мы можем блуждать дольше. Если же прыгнем все трое, вместе, то шанс попасть в нужное место станет… приличным.       — Простой расчёт?       Она кивнула. Юноша опустил взгляд, сначала рассматривая злосчастный барьер, а после мальчика. Тот не мигая глядел на него в ответ. Странно, но, вопреки случившемуся, он не был зол или расстроен. Подозревал, конечно, осторожничал, но на этом всё заканчивалось. Кай не пытался обвинить Грегора в чём-либо. И Ребекку тоже.       Юноша обречённо выдохнул.       — Твой брат меня убьёт…       — Фауст такой плохой и страшный?       — Что? Нет! Почему ты так подумал?       Девушка удивлённо воскликнула, быстро присев рядом с вопрошающим мальчиком и хватая его за плечи. В ответ на неё посмотрели искренне непонимающе.       — Но ведь ты испугалась, когда узнала, что он пришёл с Грегором. И Грегор постоянно говорит, что он его…       Когда юноша увидел, как Ребекка посмотрела на него, ему показалось, будто его сейчас столкнут с порога, перед этим огрев по голове его собственным мечом. Во избежание подобного развития событий, он поспешно добавил.       — Я просто преувеличиваю.       — Преуве… что?       — Мой брат просто очень разозлится… потому что я пошла в такое опасное место, и ничего ему не сказала. Твоя мама ведь тоже расстроилась бы, если бы ты один куда-нибудь убежал, да?       Кай задумался и скоро кивнул, подтверждая чужую мысль.       — Вот и Фауст… расстроится, если не уже. И разозлится. И может накинуться на Грегора за это.       — Потому что подумает, что это он виноват?       — Да, именно.       — Но ведь это не так. Ну, Грегор, конечно, повёл себя не очень хорошо, но он же не со зла. Если бы Фауст спросил у тебя, него или меня, он бы узнал это.       Ребекка улыбнулась — тепло, так, как улыбалась, когда объясняла, почему её брат ей так дорог.       — Просто он любит поспешные решения. Совсем как кое-кто ещё.       — Да-да, я уже понял, я виноват и перегнул палку.       Юноша раздражённо зашипел, скрестив руки на груди. Мальчик с надеждой переглянулся между собравшимися, начиная улыбаться, после чего задал очередной вопрос.       — Значит, Фауст Грегора не убьёт?       — Не убьёт, но точно хорошенько ударит.       — А меня Фауст тоже ударит?..       — Да нет же…       С трудом объяснив мальчику, что тому, в отличие от Грегора, ничего не угрожает, девушка взяла его на руки и подошла ближе к краю. Кай сначала смело глянул вниз, пытаясь показать себе или, наоборот, убедить всех, что всё будет в порядке. Затем он быстро отвернулся и зажмурился, пряча лицо за волосами Ребекки. Она выдохнула и качнула головой юноше рядом. Тот, одной рукой удерживая ножны, а второй взяв девушку за талию, наклонился, думая о том, насколько безумной была эта затея. Главное, чтобы магия всё ещё работала, как надо…       Кивнув друг другу, Ребекка и Грегор одновременно оттолкнулись от края и спрыгнули вниз. Юноша стиснул зубы, поддаваясь расплывающемуся в лёгких холоду. Падение казалось невыносимо долгим, пусть он и понимал — чувствовал — как стремительно они неслись вниз. Барьер, стоило им оказаться достаточно близко, уже привычно засветился. Ноги провалились в пустоту, едва коснувшись сиреневой стены.       Не хотелось думать, что могло произойти, не работай магия должным образом.       В тот момент, когда они преодолели барьер, юноша почувствовал, как его начинает тянуть назад. Повернув голову и громко выругавшись, Грегор прижал к себе девушку и мальчонку. Упав на спину и приняв удар пусть от короткого, но всё же, падения, юноша сдавленно зашипел. Кай и Ребекка почти одновременно вскочили, с трудом выбравшись из чужой хватки.       — Что-то мне явно… не везёт с телепортацией.       — Голова?..       — Нет. Просто… дай минуту…       С кряхтеньем приняв сидячее положение, Грегор прищурился, глядя на попутчиков. Оба были целы и невредимы, беспокойно смотрели на него и ожидали от него чего-то. Он покачал головой, после чего принялся осматриваться. Вокруг не было ни единого дома — лишь треклятый мутный сиреневый цвет расплывался пятнами. Даже под ногами. Тем не менее, нечто физическое здесь всё же было — впереди находился небольшой постамент.       — Либо всё же голова.       — Если ты видишь сплошной сиреневый — нет, ты не ударился головой.       — А что на счёт…       — …не жаль…       Троица вздрогнула и обернулась. Девушка подскочила на ноги и раскинула руки, словно бы защищая стоящих за ней. Но в этом не было нужды. Стоящий перед ней не был человеком — только магическим образом. Посланцем. Мужчина с седой бородой и виноватым взглядом, совершенно вымученным лицом, словно он тяжело болел долгие годы, продолжал говорить.       — Варрэу, Вольф, …ейер…       Чужой силуэт, как и голос, начал пропадать, блекнуть. Девушка выдохнула и обернулась к юноше.       — Он…       — Магическая проекция. Послание.       — …Хилл, Сильв, Горнт…       Юноша выпрямился, мальчик вцепился в руку девушки и беспокойно наблюдал за магическим образом, продолжавшим говорить.       — …Киндсфорт, Аллет, Ст…       — Это фамилии старых родов аристократов Арлонила.       — Наблюдательно, Грегор.       — Многих из них уже нет сейчас.       Они переглянулись, и девушка задумчиво поджала губы, кивая. Юноша же напряжённо всматривался в черты лица незнакомого мужчины, но те каждый раз ускользали. Он никогда его не видел прежде. Ни вживую, ни на старых портретах. Когда Грегор глянул на Кая, тот столь же внимательно следил за незнакомцем. Как будто пытался узнать в нём кого-то.       — …Мне жаль. Я не дам… что сделали Вы. Я защищу… от демонов любыми способами. Любыми. Им не достанется…       Мужчина замолк и опустил глаза. Его образ на мгновение пропал, после чего появился вновь, уверенно смотря вперёд.       — …не жаль. Варрэу, Вольф…       — Повторяет.       — Твоя мать… она же была сестрой Ортвина, да? Каэлла Вольф.       Ребекка до удивительного тихо и осторожно задала вопрос. Смотрела снизу вверх, приподняв плечи и боясь того, что последует за этим. Грегор едва взглянул на неё, после чего поднял глаза к небу — тому месту, где оно должно было быть. Выдохнув, он кивнул.       — Кай, скажи, пожалуйста, а как… звали твоего отца?       Мальчик встрепенулся, после чего сжал ворот своей куртки и опустил голову, едва слышно промолвив:       — Эйрик Сильв.       — Поэтому вы и могли попасть сюда. Он, — девушка показала на магический образ, — создал это место таким образом, чтобы привести сюда тех, в чьих жилах кровь его товарищей. Ваших предков.       — А нельзя было это сделать проще?       — Он сам сказал — «Я защищу от демонов любыми способами». Любыми.       Взгляд у Ребекки — холодный, отстранённый. Неприятный. Юноша обходит проекцию и идёт дальше, слыша, как эхом вокруг разносится звук его шагов. Как в храме, хотя это место, в отличие от упомянутого, казалось бесконечно огромным. За ним следовали девушка и мальчик. Они шли в молчании, каждый думая о своём. До постамента оставалось всего несколько метров.       Услышав вскрик за спиной, Грегор достал меч из ножен и развернулся, но рядом не оказалось ничего. Ребекка ошарашенно смотрела на него, отступив на несколько шагов. Мальчик держался за её руку, испуганно глядя то на неё, то перед собой.       — Что случилось?       — Ударило…       Девушка протянула ладонь вперёд, почти тут же отдёрнув её. На глазах собравшихся перед самыми её пальцами что-то затрещало и вспыхнуло — как маленькая молния. Юноша быстро убрал меч, рассматривая место, где магия остановила девушку. Это напоминало ещё один барьер, только намного, намного тоньше. Если бы не эта ситуация, вряд ли бы он заметил его.       — Защита? Потому что ты не из перечисленных?       — Н-наверное…       Ребекка опустила глаза на Кая и, когда тот потянулся к барьеру, перехватила его руку, быстро качая головой.       — Грегор, мы останемся здесь.       — Оба? Он же может пройти, если…       — Магическая проекция повреждена. Откуда мы можем знать, что остальные заклинания тоже работают так, как должны?       Юноша злобно цыкнул, качая головой и глядя на напряжённую девушку. Здесь было что-то ещё, о чём она не договаривала. Ещё в тот раз, когда узнала, что Кай боялся пути в Неврену. Мальчик было открыл рот, чтобы успокоить их, но тут же закрыл его и опустил глаза. Как будто понял что-то и испугался своих же мыслей.       — А меня, значит, не жалко?       — Ты уже прошёл. Везде без проблем. Значит, с тобой всё должно быть в порядке.       — Должно быть.       Грегор раздражённо огрызнулась, подчеркнув неуверенность Ребекки. А ведь она здесь единственная сведущая в магии в их компании. Что ж, не потащит же он их силой. Тем более, девушка наверняка начнёт отбиваться, и опять случится какая-нибудь дребедень. Выдохнув, юноша вновь без каких-либо затруднений преодолел барьер. Ещё немного, и он подходит к самому выступу, над которым парит окольцованный металлом стеклянный шар, размером едва ли больше ягод вишни. Внутри него вовсю что-то вращается, мечется. Как стрелка часов.       Протянув руку к находке, юноша застывает, на мгновение оборачиваясь. Ребекка и Кай внимательно наблюдают за ним, перешёптываясь о чём-то — он слышит отзвук их голосов, но слов разобрать не может. Они ждут. Когда он касается шара, ничего не происходит. Грегор берёт тот в руку, но всё остаётся прежним.       — Кажется, лабиринт всё ещё существует. Ты ошиблась…       — Я говорила, что это «может произойти»!..       Девушка зарычала и резко вскинула руку, позабыв об осторожности. Запоздало ойкнув и отшатнувшись, она замерла, после чего снова потянулась ладонью к преграде — ничего не произошло. Ребекка ошарашенно застыла, пока мальчик, следуя её примеру, тянулся вперёд. Всё та же никакая реакция.       Кай обрадовался и, отпустив девушку, побежал к Грегору. Юноша видел, в каком шоке и замешательстве была Ребекка, безуспешно пытаясь решить загадку того, куда и почему мог пропасть барьер. Мальчик с интересом рассматривал находку в чужих руках, и глаза у него горели так ярко, словно бы весь мир его сейчас строился вокруг одной лишь этой вещицы.       Грегор наклонился и протянул шар Каю.       — Как оговаривались, твоё.       Мальчонка смотрел с такой надеждой, какую юноша видел только у сестры в детстве. Искренней радостью и абсолютным неверием. Ещё один жест, зазывающий, чтобы наконец убедить, что тот мог забрать находку.       Сердце лабиринта.       Кай осторожно потянулся к нему, словно всё ещё не верил в то, что нашёл.       Грегор думал о том, насколько это место было дурацким, но всё же смогло выполнить свою задачу.       — Нет…       Защитить этот шар от демонов.       — Кай, стой!..       Когда мальчик коснулся металлических колец на шаре, он пискнул и отдёрнул руку. Грегор отстранился и зашипел, почувствовав боль в руке и увидев разряд, как тот, что был у барьера. Перед его глазами разгорались белые письмена. Как те, что остались на его руке после неудачной телепортации. Ребекка потянула Кая, закрывая его от ослепительной вспышки.