Born to Die

       У Фэирчайлдов во всех поколениях были свои особенные черты, которые повторялись через поколение. Быстрый ум и способность быть лидером, хитрость и чувственность, упрямость и храбрость, даже гордость и высокомерие просачиваются. Одним словом частичное наследие Фейри, которое с веками проявлялось все чаще. И я не знаю, к сожалению это или нет, но во мне чудным образом собралось все это. Ведь как по-другому объяснить, что я сижу на кровати брата и с дьявольской улыбкой распариваю рукава его любимых рубашек? Будет урок для любимого братца.       Пока Себастьян принимал душ, я тихонечко выпорхнула из комнаты и торжествующей походкой отправилась на низ. Даже могу поставить все свое имущество, что за эту выходку мне придется платить, но кого это волнует? Меня сейчас точно нет. С Моргенштерном интересно играть в игры. Бесить его, издеваться и чувствовать азарт. Мы с ним словно два хищника делим территорию, но беда в том, что никто не уступит. Пока мы кружим в смертельном танго, мне легче не думать об своих тревогах.       Кухня встретила меня привычными запахами специй, спелых фруктов, терпкого кофе и душистого чая с кусочками апельсина. Эдгар в своей излюбленной манере сидел, как царь на троне, что-то листая в планшете. Взгляд быстро бегал по строчкам, а темные брови хмурились. Он даже не обратил на меня внимания, пока я не начала танцевать у плиты, заваривая кофе и напевая любимую песню. Быстро заплетаю рыжую косу и откидываю её за спину, чтобы не мешала.       — Ты слишком весёлая. — Эдгар поднял на меня свой подозрительный взгляд сапфировых глаз, а я лишь весело пожала плечами. Мой хитрый план на день успешно выполнен. Почему бы не порадоваться? — Это пугает.       — Да так, настроение хорошее. — Легкой походкой от бедра прошла к столу, стоящему в центре комнаты. Все это время Эдгар не сводил с меня взгляда, пока я не устроилась на стуле, закинув ноги на соседний. Торжествующая улыбка не сходила с пухлых губ, как и легкие смешинки в голосе.       — Вот именно это и напрягает. — Парень выключил планшет и поставил локоть на стол, положив подбородок на ладонь. Его глаза сузились и напоминали хищный взгляд кошки, которая сейчас точно цапнет. Я тоже не отставала, ведя безмолвную борьбу взглядами. — У тебя оно хорошее, либо когда ты потрепала мне нервы, либо когда…       — Кларисса, Блять! — Раздался громкий и свирепый рык со второго этажа, который можно было услышать даже в винном погребе. Видимо, братец вышел из душа и заметил мой подарок. Мы с Эдгаром инстинктивно повернули головы к лестнице, по которой скоро спустится Моргенштерн, чтобы превратить мою жизнь в «сказку».       — … Либо когда мозг ты вытрахала Себастьяну, — закончил Эдгар, а я с невинной улыбкой сделала глоток кофе. Парень откинулся на спинку стула и рассмеялся. — Что ты сделала?       — Разве могу я что-то сделать? Я же ангел! Нимб не видишь, как светиться? — Указательным пальцем нарисовала над своей головой золотой нимб. Ну, вообще, я как бы и являюсь ангелом, хоть и наполовину, но это не мешает мне устраивать пакости, как маленький дьяволенок.       — Скорее дьявольские рога. — Эдгар точно так же, как и я, двумя указательными пальцами показал дьявольские рога. И хищная улыбка и азартный блеск в голубых глазах дополняли этот образ.       Я только хотела ответить парню саркастичной шуточкой, как в кухню ворвался разъяренный Себастьян. Его черные глаза опасливо пылали яростью, раздражением и намекали, что кому-то не поздоровиться. То бишь мне. На аристократическом лице проступили красные пятна на щеках. Моргенштерн жадно втягивал воздух и его ладони сжимались в кулаки до хруста. Только вот мой взгляд зацепился не за те детали. Например, его влажные после душа волосы взъерошены, и капли воды падали на его торс. Инстинктивно закусила губу, наблюдая за каплей, оставляющей влажный след. Как она падает на крылья ключиц, тянется вниз по рельефной груди с рунами, шикарному прессу и теряется в поясе штанов. Господи, о чем я думаю! Меня убивать пришли, а я сижу, как школьница и залипаю на тело парня, как будто никогда не видела.        Себастьян сделал шаг вперед в моем направлении и вот в эту секунду, я поняла, что мне действительно конец. Быстро сорвавшись с места и чуть не разбив кружку, стартанула в противоположную сторону от брата. Правда, больно коленкой зацепившись об стол. Вечно мне не везет, что же ты делать будешь! Себастьян не остался в долгу и перекрыл мне выход из кухни, наступая, а я отходила, пока не почувствовала спиной столешницу барной стойки.       — Ты, маленькая неугомонная дрянь! — Его голос не предвещал ничего хорошего. Минимум, на что я могу рассчитывать, это порка, максимум даже представить боюсь. И ничего лучше мне голову не пришло, как упасть на пол и закричать, обхватив ногу.       — Ай! Нога! Как больно! — Даже слезы для правдоподобности полила и насупилась, как маленький ребенок. Нижняя губа задрожала от приближающей истерики, если ничего не выйдет. Инстинкт самосохранения, наконец, включился. Я прижала больную ногу к себе, где теперь сияла новая иратце и захныкала. Себастьян затормозил в паре сантиметров от меня, и весь его гнев заменился недоумением. Я тоже сама от себя в шоке, если честно.       — Актриса из тебя вышла бы хорошая, Кларисса. — Смотреть на Моргенштерна снизу-вверх не очень удобно, если честно. Чувствуешь себя какой-то букашкой под пронзительным взглядом черных глаз. Откинув несколько рыжих прядей, зло посмотрела на Моргенштерна. Брат скрестил руки на груди и с шуточным гневом глянул на меня, как на маленького нашкодившего котенка. — А теперь объясни мне, какого хера ты испортила все мои рубашки? Все до одной причем!       — Нечего меня злить. — Тихо буркнула себе под нос, но кто же знал, что у него такой хороший слух. Себастьян криво улыбнулся, как зверь, но вот глаза его выдавали все эмоции. Братец наклонился, заглядывая в мои глаза, рассматривая, как интересную диковинку.       — Я всего лишь шлепнул тебя по заднице за твою неугомонность и вредность! — Проговорил мне прямо в губы, обжигая кожу своим мятным дыханием. Боже помоги! А еще этот невероятно блядский взгляд, отчего пальцы на ногах поджимаются. Ну, нельзя так на меня действовать! Я особа очень впечатлительная.       — А мне, между прочим, больно! — Шикнула на него, немного, отодвинувшись. Блин, уже попа болит сидеть на твердом полу! И встать я не могу, ибо отхвачу по первое число! А так, как говориться лежачих не бьют. Ну, в данном случае, сидящих. Где-то сбоку раздается истерический смех Эдгара от моего выкидона.       — Ладно! Хорошо! — Себастьян выпрямился и отошел немного, оставляя меня в окружении своего запаха зеленых яблок и жасмина. Пока появился шанс, быстренько уползаю с глаз долой под стол. Временное убежище. Моргенштерн в это время отвернулся к закипающему чайнику. — Значит, раз ты испортила мне всю одежду, выебала все нервы, то я должен получить компенсацию! Эдгар, собирайся, мы едем на шоппинг!       — Да, съездите, а я дома фильмы посмотрю. — Раздалось мое тихое из-под стола. Себастьян повернулся в мою сторону, но не заметил, где я нашла себе укрытие. Он недоуменно стал оглядываться, но видно Эдгар сдал меня, раз меня в следующую секунду, как котенка за шкирку достали из укрытия и отвесили не слабый такой удар по пятой точке.       — Куда? — Только я собралась свалить, как меня остановили, потянув за косу, как за поводок. Себастьян намотал мои волосы себе на кулак, вынуждая приблизиться к нему вплотную. К его обнаженному торсу, окунаясь в этот дурманящий запах. Ну, все! Туше! Сдаюсь. — Иди, собирайся. Это и будет твоим наказанием.       — Не знала, что ты выбираешь одну вещь целый день. — Под пронзительным взглядом темных глаз мгновенно замолчала. Себе дороже, а то точно задница сиять будет как маков цвет. Эдгар подавил смешок и слинял с поля боя. Кидалово.       — О, нет. Я тут подумал, что тебе тоже нужно обновить гардероб. Пожалуй, начнем с нижнего белья. — Стоило только моим волосам получить свободу, то я отскочила на метр точно. У меня все лицо пылало от возмущения и стыда. Я не настолько развращенная личность, чтобы светить своими верхними девяносто перед каждым.       — Нет! — Мой возмущенный писк, наверное, было слышно повсюду, что даже Эдгар вернулся, проверить, жива ли я. Ух, с ним я потом разберусь. Рубашки без рукавов раем покажутся.       — Да! Считай это моральной компенсацией. Давай стартуй одеваться. У тебя есть десять минут.       После этих слов Себастьян с довольной улыбкой слинял из кухни, оставив меня возмущенно шипеть и пылать от одной мысли, предстать перед ним, в чем мать родила. Хотя он видел уже почти все, но то было спонтанно! Там хоть шанс прикрыться был, а тут не будет. Ударив ладонью по столу пошла в свою комнату.       В моей комнате настоящий бардак после появления старшего, горячо «любимого» мною брата. Вся тумбочка перевернута и часть одежды на кровати. Только вернемся, заставлю убирать это безобразие. Себастьян не шутил, что избавился от моего белья, ведь кроме аккуратно сложенного черного кружевного комплекта ничего нет. И на том спасибо! Злобно рыкнув на эту ошибку природы, прошла к шкафу. Вытянув первое, что мне попалось, быстро надела и распустила волосы. Отросшие рыжие локоны аккуратно ложились на плечи, прекрасно сочетаясь с бежевой кофточкой. Немного подкрасив ресницы, решила, что готова отправиться в свет.       Парни стояли в коридоре и ожидали меня. Себастьян сменил свои любимые рубашки на черный свитер, который сидел на нем как вторая кожа. И очень сильно контрастировал с его пепельно-белыми волосами. Черное дизайнерское пальто, подаренный мною серебряный браслет и сигарета между длинными пальцами делали его таким брутальным и чрезмерно сексуальным. Эдгар же решил сменить пальто на куртку и шапку с прикольным зеленым бубоном. Видно из-за этого элемента брат так сильно смеется с друга, а Эдгар отвечает ему средним пальцем. — Кларисса, а ты ничего не забыла? — Как только я надела свое пальто и решила идти в машину, Себастьян остановил меня, схватив за ворот кофты. Запустила мыслительный процесс, одновременно рассматривая себя. Да, вроде, нет. Все на месте. — Нет. — Отрицательно махнула головой и через несколько секунд перед моим лицом появилась коричневая шапка, как у Эдгара. Только бубон был белым. — Шапку. На улице мороз. — Пояснил мне, как маленькому ребенку. Я же в свою очередь смотрела на предмет гардероба, как на нечто омерзительное. Ну, у меня же волосы потом дыбом стоять будут, как будто током ударило. — Но мы же на машине! — Решила привести серьезный аргумент в свою защиту, но под строгим взглядом глаз, цвета оникса, он растворился. — Быстро! — От этого злобного голоса не только шапку наденешь, если честно. Себастьян внимательно наблюдал за тем, как я с раздражением надевала это чудо природы на свою рыжую голову. И как только бубон был успешно откинут, мою талию оплели сильные руки одной настойчивой личности. Ух, допросится он у меня. А в следующую секунду меня укусили за мочку уха, отчего я аж подпрыгнула, и тихонечко прошептали: — Хорошая девочка.

***

            Поехали мы на машине Себастьяна, в которой меня привезли в этот дом в самом начале. Его машина не была такой броской и более удобной для здешних мест, поэтому было решено ехать на ней. Я устроилась на переднем сидении, опередив Эдгара, который так яро намеревался занять мое почетное место. Нетушки. Это месть за то, что кинул меня в нужный момент и сдал мое укрытие с потрохами. Дорога нам предстояла недолгая и все время я провела, наблюдая за стремительно меняющимся пейзажем за окном. Заснеженные холмы и ели, голые деревья, замерзшие озера и реки.       — Сделай погромче, пожалуйста. — В колонках играла песня, которая мне очень нравилась в детстве. Знакомые слова навевали спокойствие, вынуждая расслабиться. Себастьян выполнил мою просьбу и тихонечко напевал слова песни, пока Эдгар прикидывался одновременно вокалистом, гитаристом и барабанщиком.       — Ты знаешь эту песню? — Парень удивленно посмотрел на меня, а в его сапфировых глазах заплясал живой интерес. Себастьян не вникал в нашу дискуссию, предпочитая наблюдать за нами, молча. Только немного сжатая ладонь на моем колене показывала его интерес ко мне.       — Слышала несколько раз по телевизору. — Пожала плечами и удобно устроилась на кресле, чтобы видеть обоих парней.       — Я надеюсь, ты хоть знаешь, кто её исполняет? — Эдгар вылез вперед и чуть не получил локтем от Себастьяна. Мальчишки — они в любом возрасте мальчишки.       — Нет, не помню. — Отрицательно помотала головой. В голове вертится, но вспомнить не могу, хоть убейте. Всегда так.       — Depeche mode — это самая популярная британская группа в восьмидесятые и даже в наше время. Наши родители любили их слушать. — Себастьян ловко перестроился на другую полосу, как только мы въехали в город и одновременно пояснял мне. Известие про родителей немало удивило меня.       — Насчет мамы я согласна, но вот поверить, что Валентин слушал музыку примитивных… Слабо верится. — С подозрением посмотрела на брата, ожидая более подробного рассказа. Ну, честно. Мама любила эту группу, особенно пританцовывать под их песни, пока готовила или напевать мелодию во время рисования.       — В то время он еще не был одержим так идеей идеальной расы. Я помню, на чердаке особняка Моргенштернов даже было несколько кассет и магнитофон. — Мои брови взлетели вверх. Никогда не ожидала от ярого борца, сошедшего с ума от идеи идеальной расы. Теперь вы понимаете, почему меня так сильно удивляют слова брата и вызывают такое неверие.       — Мы росли на этой музыке, Кларисса. — Эдгар ущипнул меня за щеку, а я в свою очередь начала отбиваться, громко смеясь. Себастьян смотрел на нас, как на неугомонных детишек. — Can't you understand? Oh my little girl…*       — Отстань! — Я натянула его шапку вниз так, что его уши оттопырились в стороны, и делала его похожим на эльфа. И еще этот бубон свисает. Эдгара же это совсем не огорчило и не обидело. Он вскинул подбородок вверх, прикидываясь королем этого мира. От такой картины мы с Себастьяном на пару залились смехом.       — А мне больше нравится вот эта. — Себастьян переключил песню, и салон машины заполнила знакомая мелодия.

I'm taking a ride With my best friend I hope he never lets me down again He knows where he's taking me Taking me where I want to be I'm taking a ride With my best friend

— We're flying high We're watching the world pass us by Never want to come down Never want to put my feet back down On the ground.       Голос Себастьяна с этим британским акцентом завораживал, лаская слух. Я рассматривала его профиль, как шевелились его губы, пока он читал слова. Отросшая пепельно-белая челка падала на лоб и эти бесстыдные темные глаза. Моргенштерн стоит признать является идеалом мужской красоты. И это ему помогает ловить в свои любовные сети каждую вторую женщину. Джейс тоже красив, но ему не хватает той харизмы, упрямства и умением доминировать всегда и во всем. И вся эта грубость Себастьяна притягивает, как сладкий запах пчел. Ты чувствуешь себя защищенной в колыбели его рук. Один его взгляд и ты капитулируешь. Вот чего мне не хватало всегда.       — Как только вернемся домой, мы сразу должны привить ей вкус к хорошей музыке. — Я посмотрела на Эдгара, оторвавшись от наблюдения брата. Если он заметит, то до конца жизни припоминать будет.       — Приехали.       Себастьян избавил меня от нужды отвечать, ведь я еще не совсем понимала, что происходит. Все немного плыло, как в тумане. Нужно прекратить думать об этом. Это ненормально, что я думаю о собственном брате, как о предмете увлечения. А еще глупей сравнивать бывшего парня с Моргенштерном! Хоть и второй выигрывает. Громко хлопнула дверцей машины, за что получила предупреждающий взгляд от брата. Ну, хватит так на меня смотреть! Я сейчас с ума сойду!       — Итак, сначала займемся всем, что нам нужно для дома, а потом каждый по своим делам. — Себастьян направился вперед к торговому центру, а я плелась за ними, пока братец не привлек к себе, приобняв за талию. И вот больше всего мне нравится эта черта собственника. Приятно чувствовать, что тебя ревнуют. Так! Все. Хватит. — Кларисса, ты со мной, не думай, что я забыл про наказание.       — Тиран.

***

      — Я хочу синие!       — А я не хочу! Мне нравятся зеленые!       — А мне плевать! Я — девушка! Ты должен мне уступить!       — Нет, когда у тебя плохой вкус!       — Я — художница! Я знаю, что лучше!       Возможно, сейчас всех интересует, что происходит. И вам расскажу. Все началось с того, что мы пошли выбирать украшения к Рождеству для дома. Различная мишура, шарики и так еще по мелочи, но вот когда мы дошли до гирлянд, то тут и начался кризис. Одну, где все цвета мы брать не хотели, ведь это «слишком примитивно», как выразился Себастьян. Поэтому мы решили взять один цвет. И вот уже примерно полчаса мы спорим о том, какой цвет выбрать. Мне понравились голубые, ведь они такие яркие, красивые, навевают спокойствие. Однако Себастьяну приспичило зеленые. Зеленые, мать вашу! Ну не хочу я их, сразу о маме вспоминаю. И сейчас мы стоим друг напротив друга, как два упертых барана.       — Ребят, на вас уже люди косятся. — Эдгар благополучно отошел от нас, выбирая звезду для елки, и не вмешивался до этого момента. Честно признаться, мне плевать, что я сейчас выгляжу как обделённый ребенок, которому не дали конфетку.       — Зеленые и точка. — Себастьян смотрел на меня свысока и еще больше этим бесил, что я отобрала стремянку у продавца и залезла на нее, чтобы быть выше. Я знаю, что мы идиоты, но не суть. Моргенштерн немного выпал в осадок, когда я возвысилась над ним.       — А слабо купить и те и те? — Эдгар снял меня со стремянки, потому что я чуть не навернулась с нее. К черту! Я не отступлюсь, иначе Себастьян продолжит давить мои интересы, ставя свои выше. Хотя предложение Эдгара звучит хорошо и логично, но нет. Так не интересно!       — Тут уже дело принципа, Эдгар! — Выпуталась из рук Эдгара, как только ноги почувствовали прямую поверхность, и пошла в наступление. Себастьян улыбался, как только мы вернулись в начальное положение, где он такой высокий, что я ему еле до подбородка достаю, только если на носочки встать. Прям бесит. — Вот чем тебе нравятся зеленые? Голубые лучше!       — Потому что у тебя такого же цвета глаза, когда ты злишься! — И вот приехали. Теперь моя очередь выпадать в осадок. Мне даже спорить перехотелось как-то. На душе так тепло стало от того, что он заметил такую незначительную деталь, а щеки румянцем залились.       — Правда? — Себастьян стоял, скрестив руки на груди, и его глаза сияли. Так завораживающе и притягательно, что еще чуть-чуть, и я точно начну улыбаться, как отбитая в край девушка. Ну, или влюбленная по уши в это блондинистое чудо. Сейчас головой от безысходности биться начну. Нельзя, Клэри. Опасная тропа.       — Да. Ладно, черт с тобой, бери голубые. — Себастьян провел ладонью по своим белоснежным волосам, откидывая челку, и устало выдохнул. Допекла, как говорится, бедного. Теперь гадиной себя чувствую, ну вот, что за отвратительное качество. Виноват он, а чувство вины у меня.       — Вот после этого я себя тварью чувствую. Нельзя же так влиять на меня. — Взяв несколько упаковок с гирляндами разных цветов пошла вслед за Себастьяном. Видно моя фраза, брошенная ему в спину, очень сильно пришлась ему по вкусу, раз он теперь ходит, как кот после валерьянки.       — В воспитательных целях можно. — Его рука оказалась на привычном месте за последний час, то бишь на моей талии. Комфортно и уютно в его объятиях, впитывая запах зеленого яблока и табака, с ноткой жасмина.       — Я знаю, что вы хотели устроить цирк, но у нас появилась информация. — Мы с Себастьяном оба повернулись к стоящему позади Эдгару. В его руках мобильник с открытым сообщением, а на губах хитрая улыбка. Вот мы и узнаем, что нам нужно. — Аарон согласен говорить.

***

      — Рассказывай все, что знаешь. — Себастьян нанес удар ногой по сломанным ребрам лежащего под ним вампира. Хотя, его скорее можно было назвать кровавым куском мяса, ведь темный подвал весь забрызган кровью. Такого отвращения еще никогда не испытывала. — Я знаю многое. — Аарон прохрипел слова, пытаясь откашляться. Красные сгустки капали на пол, но Себастьяну было плевать. Моргенштерн хотел оставить меня дома, но я все равно напросилась с ними и теперь жалею от этого. На меня словно ведро холодной воды вылили, и вся эта легкость в теле заменилась отвращением. — Особенно пророчество. — Что за пророчество. Перескажи. — Себастьян подошел ко мне, остановившись рядом, чтобы, скорее всего, проконтролировать. Нет, я не собиралась рваться вперед и спасать вампира, который причинил мне боль. Рука до сих пор ныла, а в ушах стоит треск собственных костей. Моргенштерн уверенно взял мою хрупкую ладонь в свою, переплетая наши пальцы. Он словно давал незримое обещание этим жестом, что все хорошо, и никто меня не тронет. — Добро и зло известно всем, В них тайна мира ловко скрыта. Четыре чёрные Мадонны и сердце чистого Грааля, Откроют двери зазеркалья. В руках у утренней звезды — Крылатой матери Богов, Чье имя мы давно забыли, Сияет сердце золотое. У распутницы-богини шею верность оплетает. Стоит одна среди богов, но рядом с ней живые. Проклятье ночи прячется в руке, Одна из четырёх — испробуй все. Но прежде, чем войти — жертву красную внести. У первой женщины земли, Каплю крови ты возьми. Захочешь правду — Девственной Марии поклонись. Под полумесяцем луны закрыт главнейший ключ, А нимб из звёзд укажет путь. Чтобы тайны зеркала раскрыть — нужно кровь Святой Блудницы пролить, Она — важнейший пазл на картинке. Смотри внимательно — поймешь И власть к рукам приобретешь.       — Что это значит? — Эдгар вышел вперед, и взгляд его пылал яростью. И я понимаю его причину. Мы надеялись на факты, а не глупые загадки, на которые у нас нет времени. Мадонны, богини и проклятия. Как все это, черт возьми, связано? И что за Святая Блудница?       — Я долго бился над этой загадкой, но так и не смог понять. Первые части ещё более менее понятно, но вот последняя совсем нет. — Аарон устало прикрыл глаза и жадно втягивал воздух. Видно повреждено легкое, но для него это все равно, что легкая царапина. Через час вернется в нормальное состояние.       — Причём к зеркалу Фейри католическая религия? — Эдгар присел напротив вампира, ожидая ответа. Очевидно, что у нас есть значимая зацепка и точка опоры. С нее и начнем, как только вернемся.       — Зеркало создали ангелы и демоны, а к Фейри оно попало случайно. Сейчас оно не более чем украшение в комнате. — Мы с Себастьяном переглянулись и в его глазах, я отчетливо прочла готовый план. Пробраться в Благой Двор для него не составит особого труда, через постель рыжей благородной суки. Не знаю почему, но мне как-то горько от этой мысли стало, и я вырвала свою руку из захвата Моргенштерна. Спустись на землю дура.       — Пока зеркало не появится у нас, ты останешься в этой темнице.       Себастьян косо посмотрел на меня, перед тем как вывести из темниц подземелья. Игры закончились. Началась игра на выживание, где есть только победители.