Love seems to draw dark

В субботу утром Кэти стояла перед дверью Вредилок и никак не могла заставить себя войти. Она очень надеялась застать там Джорджа или хотя бы Энджи, чтобы поговорить о предложении Флинта и спросить их совета по этому поводу. Конечно, она представляла, что именно они могут ей сказать, и успела прокрутить в голове более десятка различнейших вариантов, но хотелось всё же услышать мнение настоящих Энджи и Джорджа, а не искусственных фантомов в собственной голове. Наконец, собравшись с мыслями, она слилась с очередной шумной толпой, как раз направлявшейся внутрь магазина, и принялась быстро озираться по сторонам в поисках хозяина Вредилок, однако наткнулась на Рона, показывающего паре сухощавых старушек в лиловых мантиях какие-то зелья. Заметив Кэти, Уизли-младший приветливо помахал ей рукой. Кэти с улыбкой кивнула в ответ и, подождав, пока парень разберётся с требовательными покупательницами, подошла ближе. — Привет, Кэт. Ты за покупками? — тут же обратился к ней Рон, указывая на стеллажи с разноцветными фиалами, и Кэти отрицательно помотала головой. — Я хотела увидеть Джорджа. Но, кажется, сегодня здесь ты за главного? — Как видишь, — Рон развёл руками, устало улыбаясь. — Сегодня просто помешательство какое-то. Будто бы в подтверждение его словам где-то в соседнем зале прогремели звуки взрывов. — Эй, мелкие паршивцы! Поставьте порошок Фейерверкуса на место! — прокричал Рон, бросившись к нарушителям порядка. Через пару минут он вновь появился в главном холле, волоча за капюшоны мантий двух мальчишек лет десяти. Виновато улыбнувшись Кэти, он прошагал мимо неё, выводя упирающихся правонарушителей к выходу. — И не вздумайте возвращаться сюда без родителей! С помощью палочки захлопнув дверь и применив ко входу какие-то заклинания, он снова протрусил мимо Кэти и, выглянув в зал главных продаж, прокричал кому-то: — Мэтт, следи получше за седьмым рядом! — Будет сделано, мистер Уизли! — последовал сквозь гомон и шум толпы молодой мужской голос, и Рон облегчённо выдохнул, прежде чем вернуться к Кэти. — Прости, — снова улыбнулся он. — Понятия не имею, как Джордж со всем этим управляется. Кэти понимающе улыбнулась в ответ. — Значит ребята ещё отдыхают? — Ага, — Рон кивнул. — А ты что-то хотела? Может быть, я могу передать? — Нет, я не… Ерунда, просто хотела кое-что обсудить. — Ясно-ясно, — Рон лукаво усмехнулся. — Взрослые секреты. Куда уж мне, глупому младшему брату. Засмеявшись, Кэти покачала головой. — Что ты, какие секреты. Так, мелочи, — она замялась. Конечно, было немного глупо всерьёз рассуждать о том, чтобы обсудить ситуацию с Флинтом с Роном, но он всегда казался Кэти довольно смышлёным парнем, пусть и забавным. — Ты и без того сейчас занят, хуже некуда. Не хочу доставлять хлопот. — Как насчёт того, чтобы встретиться где-то в три? У меня как раз закончится смена, и я передам магазин в управление Верити. К слову, она так ловко тут со всем… Раз-раз-раз, — он изобразил руками какое-то причудливое шутливое движение, как будто жонглёр. — В общем, мне ещё только учиться. — Брось. Джордж ни за что не доверил бы тебе магазин, если бы ты с ним не справлялся, — попыталась подбодрить его Кэти. — Спасибо, я приму это за комплимент, — будто бы равнодушно проговорил Рон, но было видно, что он заметно приосанился. — Значит, встретимся в три? — Прогуляемся по окрестностям? — Идёт. Кэти благодарно улыбнулась, собираясь ещё что-то сказать, в то время как из соседнего зала послышался звон стекла и странное шипение. — О нет, только не разъедайку… — простонал он почти в унисон с раздавшимися из зала криками. — Прости, Кэти, мне срочно нужно… Кэти понимающе кивнула, и Рон мигом скрылся за дверью, а кинувшаяся врассыпную толпа покупателей сразу же скрыла его из виду. Кэти, которую подхватил поток ринувшихся к дверям волшебников, вместе с ними оказалась на улице. Улыбаясь себе под нос, она сокрушительно покачала головой и направилась в сторону других магазинчиков, где собиралась скоротать время до обеденного перерыва. Ей как раз нужно было кое-что прикупить.

***

— Ты сумасшедший, — стоило Маркусу зайти в комнату, констатировал темноволосый парень, лежащий на кровати вверх ногами и закинув вытянутые ноги на стену. Маркус в ответ на столь громкое заявление только закатил глаза, ничего не говоря. — Нет, серьёзно, Флинт. Ты не в себе. Тронулся умом. Очень скоро Лавгуды напишут о тебе в своей газетёнке и ты станешь всеобщим достоянием, — парень коротко рассмеялся и принял нормальное положение. Усевшись по-турецки, он бросил на Маркуса ехидный взгляд. — И заметь, когда я говорю достоянием, то имею в виду «посмешищем». — Очень смешно, — скривился Флинт. — Джейми, захлопнись, Мерлина ради. Я сейчас не очень в настроении. — О, ну конечно, — парень неодобрительно покачал головой. — Конечно, я понятия не имею, в какие игры ты играешь, Флинт, и чего пытаешься добиться, но будем считать, что я согласна, — процитировал он. Маркус сперва побледнел, а затем его лицо побагровело от раздражения. — Какого дьявола ты читал мою личную переписку? — он едва сдержал себя, чтобы не наброситься на Джейми с кулаками, усилием воли заставляя сосредоточиться. — Слышал о таком понятии, как личное пространство? Джейми покачал головой, а затем выпрямился, свешивая ноги с кровати и опуская их на пол. — Нет, с тех пор как ты ведёшь себя как полный придурок. Только не говори, что ты серьёзно решил сделать то, от чего я отговаривал тебя две недели к ряду? — А если и да? Джейми подскочил на ноги. — А если и да?! — переспросил он, срываясь на пару тонов выше. — Маркус, Бога ради, приди в себя! Ты хотя бы слышишь, что несёшь? Ты должен немедленно написать этой девчонке, Кэти-как-там-её, и сказать, что передумал. Что планы поменялись. Что угодно. — Нет, — только и ответил Маркус. Джейми звонко и выразительно хлопнул себя ладонью по лицу, мученически простонав. — Господь милосердный, почему ты послал в мою жизнь этого сумасшедшего человека? Маркус наблюдал за этим с почти снисходительной усмешкой на губах, явно не разделяя трагичного настроя. — Джейми, ты преувеличиваешь. Я заявляю тебе это со всей авторитетностью. В моей затее нет ничего плохого, ничего дурного и никаких рисков. — Помимо того, что тебя могут с лёгкостью упечь в Азкабан, — пробурчал уже спокойней Джейми. — Совсем ничего. Запал миновал, и временная вспышка гнева себя истощила. Маркус понимал причины столь острой реакции, но это совершенно не оправдывало поведение Джейми в его глазах. — Охота за головами закончилась уже год как, — покачал головой Флинт, примирительно улыбаясь. — Больше никто не суёт свой нос в каждый угол, чтобы схватить как можно больше Пожирателей, не важно: справедливо или нет. — И поэтому они по-прежнему не отменили действие Акта, — обиженно проворчал Джейми, не поднимая взгляда. Он опять плюхнулся на кровать, подтягивая ноги под себя. Поёрзав немного, но так и не найдя удобной позы, он шумно выдохнул и облокотился на спинку кровати. — Марк, пусть я преувеличиваю. Пусть я осторожничаю. Пусть дую на воду. Да, всеобщая паника уже давно утихла, и всё вошло в привычное русло, но ты не можешь… Ты дашь им такие козыри. Поверь, стоит тебе только пересечься с этим Вудом, и они смогут повесить на тебя что угодно. Ты всё ещё в их списках, понимаешь? Ты по-прежнему под наблюдением, пусть они и сняли все прежние обвинения. Да они хватали всех без разбора. Помнишь, как досталось Панси? А ведь их семья даже никогда не была приближённой. И не мне тебе напоминать, через что прошли Малфои. Даже с их влиятельностью и даже с участием Поттера. Теперь положи руку на сердце и скажи, что веришь в то, что они будут достаточно справедливы, чтобы не повесить на тебя фунт дерьма ради чёрт знает чего. — Малфои — плохой пример, Джейми, и ты это знаешь, — Маркус покачал головой. — Расследование было законным, так что не тебе судить их действия. Старина Люциус был правой рукой Лорда, в их поместье была его ставка, ну, а уж о его больной на всю голову свояченице я просто промолчу. Что же до Панси, тебе стоит поменьше слушать её нытьё. Джейми поморщился: — Неисправимый, Флинт. Ты такой неисправимый. Зачем тебе вообще нужен этот Вуд? — Ты сам сказал. Акт… — Чёрта с два, — прервал его Джейми. — Не думай даже спихнуть всё это на чёртов Акт. Ты же не первый, кого он останавливает. Малфой, Нотт, Забини, Роуди, Картер, Линч — мне продолжать? Есть масса прецедентов. Да драккл с ним, ты мог бы просто пойти к Поттеру. — Чтобы он что, Джей? — Маркус холодно рассмеялся. — Послал меня к чёрту? Он ни за что не станет впрягаться за меня, никто из них не станет. Именно поэтому мне нужно сделать это — помочь одному из них, чтобы получить хоть ничтожный кредит доверия, который позволит мне… Да что ты ржёшь? Джейми снова сокрушительно покачал головой. — Ты такой жалкий, когда говоришь всё это так, как будто действительно думаешь, что я ничего не понимаю. Марк, я знаю тебя сто лет… — Три. — О, ну ладно. Пусть будет три, если для тебя это так важно, — только отмахнулся Джейми. — Так вот, за все эти три года я успел неплохо тебя изучить. По крайней мере, достаточно, чтобы понимать: то, что ты сейчас творишь, имеет такое же отношение к Акту, как я к балету. Чёрт, да тебе даже та девчонка не верит. — А вот это как раз совершенно закономерно, — фыркнул Маркус. — Именно поэтому я и не могу просто так получить поручительство, не прибегая к… радикальным мерам. — Что возвращает нас… Почему этот конкретный случай? — Джейми пожал плечами. — Почему Вуд? — Потому что это именно то, что мне нужно. Джейми с усмешкой хмыкнул: — Конечно. Как скажешь. — Слушай, мы обсуждали это тысячу раз. Тебя не устроило моё первое решение — общественные работы в Мунго, и здесь я с тобой согласен. Если хоть что-то с любым из пациентов пойдёт не так, пусть я даже и пальцем к нему не успею прикоснуться, я серьёзно рискую. Принимать сыворотку правды я не стану, по многим причинам, — он скривился. — Остальные варианты мы решили даже не рассматривать, и вот остаётся один. Реальный, Джей, реальный вариант. — Почему ты так уверен, что это сработает? То есть, я читал твою работу, там всё довольно просто, но… — Джейми помолчал пару секунд. — Процент успеха настолько невелик… — Я справлюсь. Справлюсь, как справляюсь со всем остальным, ведь так? Джейми кивнул, но не стал ничего говорить. А затем всё же решился поднять на друга взгляд: — Мне очень жаль, Марк. Из-за вакцины. Маркус поёжился. — Не важно. Главное, что она работает. Джейми невесело улыбнулся, но уголки его губ дрогнули. — И прости, что веду себя как полная истеричка. Я просто не… Не хочу потерять тебя, и ты знаешь… Маркус поспешно кивнул, а затем сел на кровать к другу и в успокаивающем жесте положил ладонь ему на плечо. — Я знаю, Джей. Я знаю. И он действительно знал.

***

Кэти благодарно улыбнулась уличной торговке, предложившей ей купить довольно аппетитную на вид булочку. Она как раз успела расплатиться за угощение, которое волшебница завернула в бумажный пакетик, когда рядом оказался Рон. — О, я готов сейчас съесть целого слона, — проговорил он, доставая из кармана пару сиклей. Получив и себе пару булочек, он поблагодарил волшебницу и повернулся к Кэти. — Если хочешь, мы можем спуститься вниз к концу улицы, там есть местечко, где можно спокойно посидеть. Кэти кивнула, и Рон сразу же зашагал в указанном направлении, на ходу расправляясь со своим нехитрым обедом. Белл была благодарна ему за то, что он не стал ничего спрашивать, не стал давить. Поэтому она немного расслабилась и последовала примеру Рона. — Никогда не подумал, что скажу это, — улыбнулся Рон, когда они расположились прямо на траве под раскидистыми ветвями странного дерева, где их уже почти никто, находясь в Косом переулке, не мог бы разглядеть. — Но я просто мечтаю о том, чтобы Джордж вернулся и я смог держаться от Вредилок подальше. Похоже, семейный бизнес — это не моё. — Тебе просто нужно немного больше времени, — не согласилась с ним Кэти. — Не все рождаются великими. Чуть больше опыта, чуть больше хватки — и ты будешь в порядке. Рон пожал плечами: — А по мне, так это сплошь врождённое. Но мои скудные таланты — наверняка не то, что ты хотела обсудить. Так что рассказывай. — Это покажется тебе глупым. Невероятно глупым, — Кэти покачала головой, собираясь с мыслями. — Ты ведь знаешь, эм-м… Ты ведь знаешь, про ситуацию с Оливером. Рон кивнул. — Конечно. Перси бывает у него каждый месяц, а Джордж и того чаще. Не похоже, чтобы это были весёлые встречи, — Рон поджал губы. — Он всё ещё так подавлен? — Я не думаю, что из этого можно хоть как-то выкарабкаться. Без квиддича, без возможности ходить — Оливер с каждым днём становится всё больше и больше похожим на живого мертвеца. И это просто… Я даже не знаю, как объяснить словами… — Паршиво, — закончил за неё Рон. — Найти бы этих ублюдков и все кости им переломать. Кэти в раздражении сжала губы: эта тема по-прежнему всколыхала ярость в её груди. — В общем, пару дней назад меня нашёл один человек, и он… Он вроде как сказал, что знает, как помочь Оливеру вновь обрести возможность ходить. Уверена, Перси рассказывал тебе, что Оливер у кого только не был. Врачи его исследовали вдоль и поперёк: и наши, и магглы. Всё без толку. А здесь… Это обещание кажется совершенно невероятным. — Но ведь это шанс? — О да, — Кэти покачала головой. — Этот человек, о котором я говорю. Это Маркус Флинт. Рон даже закашлялся от неожиданности. — Чего? — Ага, — невесело подтвердила Кэти. — Я и сама сначала чуть собственный язык не проглотила, когда оборачиваюсь, а это Флинт стоит напротив, с лимонным бейджем на груди. Маркус Флинт — колдомедик. Маркус Флинт утверждает, что знает, как помочь Оливеру и даже согласен сделать это за поруки по Акту, чтобы он мог начать практику в Мунго. Невероятно, правда? — Ещё как, — согласился Рон. — И что ты ему сказала? Кэти замялась. — Поначалу я, конечно, ему не поверила. Но потом… Знаешь, не мне решать, но я думаю, что нужно попробовать все варианты. Что если — пусть это и звучит безумно! — из этого выйдет что-то? Я имею в виду, да, он относился ко всем нам дерьмово во время школы, и он на дух Оливера не переносил, но… — Никогда не знаешь наверняка, — кивнул Рон. — Я тебя понимаю. Так значит, ты хотела посоветоваться с Джорджем? — Да. И ещё не знаю, как рассказать обо всём этом Оливеру. Он ведь откажется. Он отказался бы от любого врача, а если это будет Флинт… — она покачала головой. — Он даже слушать его не захочет. Только не после того, как вышвырнул в окно собственную палочку. — Ага, Джордж мне рассказывал, — Рон вздрогнул. — Он действительно пытался её сломать? Кэти мрачно кивнула. — Драккл, это же просто… — Рон не мог найти слов. Для него самого потеря палочки на втором курсе была одним из самых кошмарных воспоминаний, он как будто руки лишился. Можно было только вообразить, до какой степени отчаяния дошёл Оливер. — И что ты будешь теперь делать? Кэти пожала плечами. Она на самом деле не знала. — Я сделаю всё, что в моих силах. Я приведу Маркуса, попрошу Оливера хотя бы выслушать его, если нужно — буду умолять. Но я не могу вот так вот каждый день наблюдать за тем, как он мучается, как кричит по ночам, как угасает с каждым днём. Только вот… Он ведь всё равно не послушает. Рон, пытаясь хоть немного утешить Кэти, положил руку ей на плечо и несильно сжал. — Я думаю, что у тебя всё получится. Если хочешь, я могу поговорить с Джорджем, он придёт на подмогу. Кэти, отвернув голову, быстро утёрла наполнившиеся слезами глаза тыльной стороной ладони, а затем повернулась к Рону и попыталась слабо улыбнуться. — Спасибо, но я пока попробую сама. — У тебя всё получится, — подбодрил Рон, и его веснушчатое лицо настолько осветилось ободрительной улыбкой, что Кэти не смогла не ответить тем же. Когда этим вечером, закончив со всеми делами, она вернулась в свою небольшую квартирку, то сразу же почувствовала себя гораздо более уверенней. Стараясь ухватить этот настрой и не растерять его до понедельника, Кэти сосредоточилась на взятой домой работе. Несколько договоров требовали срочного рассмотрения.

***

— Напомни мне, почему мы не можем просто аппарировать? — язвительно уточнил Маркус. Кэти, не замедляя ход, бросила на него полный неприязни взгляд. — Потому что это маггловский квартал, и мы не можем быть уверены, что никто ничего не заметит. А во-вторых… — Малыш Вудди теперь не любит магию, я в курсе, — издевательским тоном проговорил Флинт, заставляя Кэти закатить глаза. — Тогда какого чёрта спрашиваешь? — Терпеть не могу ходить молча. Тишина заставляет меня нервничать, знаешь ли. Кэти шумно выдохнула, даже не пытаясь скрыть своего раздражения. Ей казалось, что Флинт взял себе за цель вывести её из себя ещё задолго до того, как они доберутся до Оливера и ей придётся удерживать уже этих двоих от того, чтобы вырвать друг другу глотки. И она всерьёз подумывала над тем, чтобы отобрать у Флинта палочку. — Ладно, расслабься, — прервал её мысленные терзания Маркус, примирительно выставляя руки перед собой. — Врачебная этика и всё такое. Я постараюсь с Вудом полегче. Насколько это возможно, учитывая школьную вражду и прочее-прочее-прочее. Если это тебя успокоит. Кэти снова закатила глаза, воздержавшись от ответа. Ещё минуты три они шли, ни о чём не разговаривая, и такое положение вещей вполне устраивало Белл. Но вот вдали показались уже знакомые дома, и она заметно занервничала. Маркус, будто уловив её состояние, криво усмехнулся. — Значит, великий Вуд живёт в маггловском клоповнике? Кэти фыркнула: — Захлопнись, Флинт. Во-первых, у Оливера отличная квартира, а во-вторых… Не тебе судить, ясно? — Не принимай близко к сердцу, Белл, — в том же тоне отозвался Маркус. — Я просто думал, что Министерство получше заботится о своих героях. А на деле оказывается — пф-ф-ф… — он развёл руками. Кэти шумно вздохнула, однако в глубине души она была даже в чём-то согласна со словами Флинта. Всё было ужасно несправедливо. Покачав головой, она попыталась отогнать эти мысли. Не хватало ещё, начать разделять точку зрения слизеринцев. — Ты уже осчастливила Вуда новостью? Кэти поколебалась, прежде чем отрицательно мотнуть головой. Флинт коротко хохотнул. — Мерлин, это будет забавно. Я даже начинаю жалеть, что не захватил с собой колдокамеру. — Просто веди себя прилично. И если ты только посмеешь… Если ты только посмеешь оскорбить Оливера, или обидеть его хотя бы чем-то, клянусь, моя палочка… Флинт примирительно улыбнулся, хотя Кэти ни за что на свете на это бы не купилась. — Я буду паинькой, — почти что клятвенно заверил он, и по спине Кэти пробежал целый табун мурашек. Уж что-что, а это обещание Флинт ни за что не исполнит. — Нам сюда, — указала на нужный дом она вслух, мысленно молясь всем известным богам, чтобы всё прошло хотя бы сносно. Поднявшись на нужный этаж, Кэти принялась рыться в сумочке в поисках ключей. — Тебе не кажется, что врываться к Вуду вот так — не лучшая твоя тактика? — насмешливо поинтересовался Флинт, когда Кэти наконец-то выудила нужную связку. — Как бы он не накинулся с самого порога. — Я предупредила Оливера, что приду. Так что единственный человек, на которого он может кинуться… — она выразительно метнула взглядом в сторону Маркуса. Тот усмехнулся, но ничего не сказал. Кэти быстро справилась с замком и прошла в прихожую, оставляя дверь открытой для Маркуса. — Оливер, это я! — прокричала она, знаком указывая Маркусу на крючок в прихожей, куда он мог повесить свой плащ. — Кэт! — послышался в ответ звонкий голос Оливера. — Я здесь, проходи. Кэти глубоко вздохнула, внутренне подобравшись. Она обернулась к Маркусу и жестами попросила его идти следом. Оказавшись на пороге в гостиную, она в нерешительности замерла. Ощутив несильный толчок в спину от Маркуса, Белл чертыхнулась сквозь плотно сжатые губы и всё же шагнула внутрь. Оливер сидел у книжного шкафа, как делал это часто, спиной ко входу. Раскрытая книга лежала у него на коленях, а голова была опущена. — Олли, я пришла не одна, — сразу же предупредила она, невольно затаив дыхание. Какая же дура! Конечно, вся эта затея казалась ей такой логичной и правильной. Эффект внезапности, холодный душ в виде встречи с Флинтом, откровенный разговор по душам — это казалось таким правильным, единственно верным в сложившихся обстоятельствах. Теперь же, трезво оценив ситуацию, она поняла, как сильно ошибалась. Сперва нужно было просто поговорить. Рассказать всё, убеждать — долго убеждать, приводить здравые доводы и аргументы, наконец-то добиться согласия. В конце концов, взять эмоциями, пусть даже слезами: Кэти прекрасно знала, как Оливер терпеть не мог женских слёз. Но отпираться было поздно, точно так же, как идти на попятную. Оливер разворачивался медленно; как будто в замедленно съёмке Кэти следила за тем, как его коляска поворачивалась. Дюйм, ещё один, ещё два. И вот он наконец-то смотрел прямо на них, и заранее заготовленная улыбка померкла на его лице, превратившись в странную гримасу. — Какого чёрта?! Маркус усмехнулся. Казалось, из них троих он был самым спокойным в сложившейся ситуации. — Я тоже скучал по тебе, Вудди, — он принялся озираться по сторонам, разглядывая окружающую обстановку, как если бы не происходило ничего необычного. — А тут действительно мило. Сам подбирал? — Кэти, что?.. Что он, — последнее слово Оливер почти с отвращением выплюнул, ткнув пальцем в сторону Флинта, — делает в моей квартире? — Пришёл в гости к старому другу, — не дав Кэти вставить и слова, бесцеремонно встрял Маркус. — Неужели это незаконно? Оливер почти потерял дар речи. Кэти, решив воспользоваться этой заминкой, выступила вперёд. — Олли, я должна поговорить с тобой… — Мерлин, Белл, перестань звучать так сопливо, — прервал её Флинт. — Уверен, этот страдальческий тон у Вуда уже в печёнках сидит. — Ты мог бы… — обернулась к нему Кэти, изображая руками жест, вместе с яростным взглядом будто бы говорящий «Заткнись немедленно, иначе ты труп». — Оливер, Флинт просто… Маркус закатил глаза. — То, что бедняга Белл пытается сказать: я собираюсь вылечить тебя, — он перевёл взгляд на покрасневшую от гнева Кэти. — Не благодари. На этот раз пришла очередь Оливера удивляться. — Ты? — он вскинул брови так высоко, что они, казалось, собирались и вовсе исчезнуть со лба парня. — Сегодня ведь не первое апреля. Кэт, какого чёрта? — О, меня не восприняли всерьёз, какая жалость… — нарочито оскорблённым тоном протянул Флинт. — Пожалуй, мне стоило принести рекомендательное письмо от своего профессора. И как я только не подумал? — Хватит паясничать, Флинт, — шикнула на него Кэти, совершенно сбитая с толку абсурдностью всего происходящего. — Ты ни черта не помогаешь. — Я бы помог, но мне здесь не верят. Конечно, тупица Флинт. Кто в здравом уме поверит в то, что я — колдомедик? И знаешь, Вуд, я даже тебя понимаю. Оливер почувствовал себя полным идиотом. Неужели это был не очередной безумный сон? Кэти привела в его дом Маркуса Флинта, который утверждает, что он колдомедик, который сможет его вылечить. Чего? — Я понятия не имею, что здесь сейчас происходит, но тебе, Флинт, лучше выметаться отсюда по-хорошему. Я серьёзно. Кэти невольно сглотнула. Ну вот, началось. — Олли, просто выслушай его. Просто… — Кэти, да что с тобой? — взвился Оливер. Неужели он единственный здравомыслящий человек в этой комнате? — Это же Флинт. Флинт, — повторил он, сделав особое ударение на фамилии неприятеля. Маркус покачал головой, усмехаясь так, как будто происходящее его только забавляло. — Знаешь что, Белл. Пожалуй, тебе уже пора идти, — наконец чётко проговорил он, повернувшись к Кэти. — Мы взрослые мальчики и сами тут справимся. Кэти посмотрела на него, как на сумасшедшего. — Ну уж нет. Я тебя здесь одного не оставлю. Маркус возвёл глаза к потолку. До чего же сложные люди. — Нет, серьёзно, Белл. Ты только мешаешь. Я ничего не сделаю твоему драгоценному Вуду. Ну, помимо того, что поставлю его на ноги. — Он не останется с тобой наедине! — воскликнула Кейт. — Он будет в полном порядке. — Ничего, что я здесь? — с каждой секундой чувствуя себя ещё глупее, выпалил Оливер. Кэти обернулась к нему и виновато потупила взор, в то время как Маркус в который раз ухмыльнулся. — Белл, сделай одолжение — уходи. Мы закончим через полчаса, и ты сможешь вернуться и проверить своего драгоценного друга. Кэти колебалась пару секунд, прежде чем посмотреть на полностью обескураженного Оливера. Может быть, так действительно будет лучше? Не решится же Маркус напасть на Оливера, в самом-то деле. Если верить тому, что она успела о нём узнать, Флинт действительно неплохо учился на медицинском факультете Магической Академии, и он уж вряд ли стал портить свою будущую карьеру ради… детской мести? — Но учти, в случае чего — я знаю где тебя искать. Я оторву тебе голову и прилеплю её с другой стороны, а после… — она ткнула Флинту указательным пальцем в грудь, — после я вырву твоё сердце и сожгу его вместе с твоими останками. Каждое своё слово она сопровождала очередным угрожающим тычком. — Не думаю, что после того, как моя голова будет оторвана, я в полной мере смогу прочувствовать всю твою ярость, — попытался отшутиться Флинт, однако отступил на шаг назад и чуть вбок, пропуская Кэти к дверям. Уже у самого выхода из комнаты, она обернулась и посмотрела на Оливера, очевидно собираясь что-то сказать, а затем в последний момент передумала. Когда спустя пару секунд гробовой тишины дверь громко хлопнула, Маркус мотнул головой, избавляясь от возникшего перед мысленным взором видения жестокой расправы, и повернулся к Оливеру. — А теперь, — он хлопнул в ладоши, стряхивая накатившее наваждение. — Расскажешь мне о своей болезни? Как будто этот день мог стать ещё более странным.

***

Маркус подождал пару минут, однако Оливер почему-то продолжал сидеть, глядя на него широко распахнутыми от недоумения глазами, так ничего и не сказав. Будто бы осмелев, Флинт шагнул ближе к нему, чувствуя себя неуютно. Смотреть на Вуда вот так сверху вниз, видеть его полную беспомощность оказалось почему-то сложнее, чем он представлял. — Слушай, я понимаю, что в школе у нас не очень всё складывалось… — начал было он, и Оливер будто бы ожил. — Если ты называешь всё это не складывалось… — он саркастически хмыкнул. — Флинт, зачем ты здесь? Маркус прочистил горло. — Как я уже сказал. Я могу помочь тебе вернуться к прежней жизни. Оливер невольно рассмеялся. Подобные заявления за последние два года стали для него почти немыслимой шуткой, что уж говорить о том, чтобы слышать это от кого-то вроде Флинта. — Прости, — выпалил он, отсмеявшись. Затем открыл было рот, чтобы сказать ещё что-то, но рассмеялся вновь. — Прости, я просто скорее всего забыл, что сегодня первое апреля. Сегодня ведь первое апреля? Флинт, конечно, знал, что будет сложно. Однако он был почти уверен в том, что Вуд начнёт орать на него, потребует выметаться, закатит истерику, разобьёт что-нибудь, попытается ударить, сбежит — что угодно. К такой реакции он был совершенно не готов, и вся готовность, вся уверенность будто растаяли. — Нет, — для пущей убедительности он покачал головой. — Слушай, у нас остаётся не так уж мало времени. Твоя подружка наверняка считает секунды, и вернётся аккурат через полчаса. И я хотел бы… — Ну уж нет, — ощетинился Оливер. — Флинт, хватит. Ты здорово посмеялся, ха-ха-ха, очень круто. Можешь уже идти. — Вуд, я не… — Правда, ты проиграл кому-то в правду или вызов? Маркус шумно вздохнул. — И ты думаешь, Белл позволила бы мне повести себя так? По отношению к тебе? — он сокрушительно покачал головой. — Ты слышал её недавние угрозы, и я более чем хорошо убедился, что у неё отлично поставленный хук справа. Так как — ты всё ещё думаешь, что я пришёл… не знаю, поглумится? Оливер передёрнул плечами. — Окей. Допустим… — он сделал короткую паузу. — Допустим, ты это сейчас всерьёз. Боже… — он зажмурился и с силой сжал виски пальцами, делая глубокий вздох. Когда Флинт уже собирался спросить, в порядке ли он, Вуд так же резко отнял руки от лица и посмотрел на него в упор. — Сядь уже куда-нибудь. Не могу, когда так… Мельтешат… Флинт сначала собирался сказать что-нибудь язвительное, что уже давно крутилось на языке, но сдержался и просто прошагал к стоящему у стены диванчику. Устроившись, он сложил ладони на коленях и вновь глянул на Оливера; теперь их лица были на одном уровне. — Я знаю, что ты не хочешь иметь дела с магией. Я разговаривал с одним из колдомедиков, который в своё время осматривал тебя. Патриксон, — уточнил он, и Оливер машинально кивнул. — И я считаю... Нет, я уверен, что смогу тебе помочь. — Какого чёрта ты вообще забыл в колдомедицине? Флинт усмехнулся. Такая резкая смена темы была ему скорее на руку. По крайней мере, Вуд не собирается выставить его за порог. — Личные обстоятельства, Вудди, — почти добродушно произнёс он. — Веришь ты или нет, но я изменился за то время, что у нас не было такого счастья лицезреть друг друга. — Не-а, не верю, — Оливер покачал головой, и в его голосе Флинту почти почудилась улыбка. — Чёрт, у меня до сих пор в голове не укладывается. Колдомедик Флинт, сидящий на диване в моей гостиной и на полном серьёзе обсуждающий перспективы моего лечения. Если бы мне кто-то сказал об этом во время Хогвартса, да или хотя бы час назад… — Ты такое клише, Вуд, — прервал его Маркус, закатив глаза. — Я внесу ясность. Во-первых, я пока ещё не колдомедик, хотя и лучший на своём курсе в Академии. Из этого вытекает во-вторых. Колдомедиком я могу и не стать. Чёртов Акт, будь он неладен. Оливер поначалу собирался было переспросить, какой именно Акт имеет в виду Флинт, а затем вдруг вспомнил. — Хреново. Маркус удивлённо вскинул брови. Вуд даже не попытается позлорадствовать? — И именно из этого следует третье. Я сделаю тебе огромное одолжение, а взамен получу попечительство. И все довольны. Я получу возможность работать в Мунго, ты вернёшься в квиддич. По-моему, это будет самой лучшей сделкой, которая когда-либо заключалась. Что скажешь? Оливер на какое-то мгновение потерял дар речи. То, что предлагал ему Флинт, казалось настолько оторванным от реальности, что и вообразить сложно. — Скажу, что с трудом в этом верю, — наконец, произнёс он. — И что я поклялся больше никогда не давать ложной надежды. Ни себе, ни родителям — никому. Так что прости, Флинт, — он колебался всего долю секунды, прежде чем продолжить: — Я могу написать Гарри, и если ты действительно так хорош, как говоришь, он непременно подпишет… — Такой благородный, да, Вуд? — оборвал его на полуслове Маркус, поморщившись. — И такой трусливый. — Не смей даже… — вскинулся было Оливер, в ответ на что Флинт только раздражённо махнул рукой. — Брось. Ты можешь оправдываться перед кем угодно. Перед своими дружками, даже перед самим собой. Но мы оба прекрасно понимаем, что дело именно в этом. Ты трусишь, Вуд. Ты даже не желаешь пытаться и поэтому умываешь руки. Даже не пытаешься бороться. — Ты понятия не имеешь, о чём говоришь! — О да, — Маркус фыркнул. — Пусть так. Пусть я понятия не имею, как тяжело тебе живётся здесь, в этой чёртовой коляске. И пусть ты на самом деле веришь в то, что это неисправимо. Пусть все твои глупые детские мечты навсегда оказались за бортом. Пусть так. Но ты жив, драккл тебя раздери. Ты по-прежнему жив. Оливер открыл было рот, чтобы сказать ставшее таким привычным «Уж лучше бы нет», и Маркус будто бы прочёл его мысли. — О нет, эгоистичный ты кусок дерьма, — резко вскинулся он. — Не смей даже произносить это вслух, иначе Мерлин судья, я нарушу данное Белл обещание и врежу тебе. Ты полный придурок, если и в самом деле считаешь, что имеешь хоть какое-то право на подобные мысли. Конечно, я в курсе, что вся твоя шайка друзей уж слишком квохчущими наседками носится вокруг тебя, чтобы говорить откровенно. И если ты до сих пор действительно думаешь, что с твоей смертью всё стало бы проще… — он покачал головой. — Высунь, наконец, свою голову из задницы и посмотри на вещи здраво. Твои друзья готовы в лепёшку ради тебя расшибиться, а ты всерьёз раздумываешь о том, чтобы просто… Мне показалось, с них было вполне достаточно потерь. Слова Флинта полоснули, будто кинжалом по живому. Как бы ни отвратительно было признавать, но Маркус был прав. В каждом слове, в каждой интонации — во всём. В голове Оливера невольно всплыли слова матери, и он вздрогнул. Гриффиндорцы не сдаются. Вуд покачал головой, как будто впервые увидев перед собой бездну, в которую так долго падал. Как будто окончательно достиг дна. — Знаешь, Вуд, я думал, что ты выше этого. Что ты чёртов боец, а не трусливый эгоист, — Маркус, будто нарочно, продолжал повторять и повторять эти слова, каждым прямо-таки привинчивая Оливера всё сильнее и сильнее. — В газетах тебя называли героем. — Газеты лгут, — пересохшими от волнения губами прошептал Оливер, и Маркус скептически хмыкнул. — Как скажешь. Значит, я ухожу? Оливер замер, не решаясь поднять взгляд. Что он сейчас должен сказать? — Флинт, я не… — он не мог подобрать нужных слов. Да и существовали ли подобные на свете? — Ты заявляешься сюда, вываливаешь на меня всё это и чего-то ждёшь? Не говоря уже о том, что я не до конца осознаю реальность происходящего. — Просто дай себе одну последнюю попытку. Тем более, что в случае со мной ты не будешь особенно ни на что надеяться, — Флинт попытался усмехнуться, но вышло не очень. — Дай мне две недели. Оливер сделал глубокий вздох, поднял совершенно растерянный взгляд на Флинта и… рассмеялся снова. — Если я сейчас проснусь, то гарантирую: этот сон займёт первое месте в списке самых странных, которые я когда-либо видел. Маркус насторожённо посмотрел на Вуда, как если бы опасался, что тот вдруг сошёл с ума. — Это значит, что ты согласен? Оливер с задумчивым выражением пожал плечами: — Это значит, что у меня есть ещё вопрос. Маркус выжидательно вскинул брови: — Какой? Молчание длилось недолго. — Какого чёрта твои зубы нормальные? Флинт мысленно застонал.

***

Мариса вошла в гостиную и приветливо улыбнулась читавшему газету Роберту, который, стоило ему увидеть жену, тут же сложил Пророк, отложив его себе на колени, и выжидательно посмотрел на супругу. Мариса подошла к нему и села на диванчик рядом, в секундном порыве сжимая ладони Роберта в своих. — Как он, Ри? Мариса поспешила успокаивающе погладить его пальцы и слабо улыбнулась. — Всё хорошо, — заверила она. — Точнее так хорошо, как может быть, учитывая случившееся. Он справляется лучше, чем мы могли думать. Конечно, ему тяжело, но он… Оливер держится. Роберт облегчённо вздохнул, хотя тревога так и не ушла с его лица. — О чём вы говорили? — О разном, — Мариса передёрнула плечами. — Представляешь, у друзей Оливера, Джорджа и Анджелины, ты должен их помнить… — Ребята из его старой команды, да, — Роберт кивнул. — Так вот, у них скоро будет свадьба, и они хотят, чтобы Оливер был шафером. Мне кажется, Олли счастлив. Губы Роберта дрогнули в полуулыбке. Если бы это действительно было так, если бы его мальчик на самом деле снова стал хотя бы ненамного счастлив, как был когда-то, он отдал бы всё. — Я думаю, мы должны их поблагодарить, — между тем продолжила Мариса. — За всё, что они делают для Оливера. Без их поддержки… Роберт поспешно кивнул. — Да, конечно. Я раздумывал над тем, чтобы устроить семейный ужин. Знаешь, позвать всех друзей Оливера, всех близких ему, чтобы… Чтобы дать понять, что мы никуда не исчезли из его жизни, что мы ещё здесь, всё ещё ждём… — Он знает это, Роб. Просто больше терпеть не может магию. Честно говоря, иногда я его понимаю. Так несправедливо, что всё это, — Мариса неопределённо махнула руками, — обрушилось на него. Роберт ничего не сказал; они и без того достаточно обсуждали всё это. Вместо этого он встретился с Марисой взглядом и, бережно взяв её лицо в ладони, притянул к себе для поцелуя. — Ты не представляешь, как мне повезло встретить тебя, — отстраняясь, прошептал он. Мариса ласково улыбнулась, а затем тесно прижалась к мужу. Они обязательно найдут выход вернуть Оливера к нормальной жизни. Это она обещала.

***

Даже спустя полминуты затяжного молчания, Оливер до сих пор не мог поверить в то, что на самом деле задал вопрос вслух. Конечно, эта мысль крутилась где-то на задворках его сознания ещё с той самой минуты, как Маркус впервые раскрыл рот и заговорил, но теперь все мысленные заслоны в голове Вуда напрочь снесло, и он понятия не имел, что творит. Наконец, Маркус первым пришёл в себя и, ухмыльнувшись в своей привычной манере, поглядел на опешившего Вуда. — Знаешь, если бы мне давали галлеон всякий раз, когда я слышу этот вопрос… — почти мечтательно выдал он, лениво закинув ногу на ногу. — И это ты говорил мне про клише? — Оливер выразительно вскинул бровь. — Туше, — с нарочито ужасным французским акцентом протянул он, почти что миролюбиво улыбнувшись. Улыбнулся. Он улыбнулся. Оливеру пришлось пару раз сморгнуть и даже тряхнуть головой, чтобы понять, что это ему не чудилось. Маркус Флинт сидел напротив на его диване в его квартире, закинув ногу на ногу, и улыбался. Наверное, он никогда не сможет по-настоящему в это поверить. — Теперь, — вновь перетянул инициативу на себя Флинт, — когда мы обсудили самые животрепещущие темы, я всё же хотел бы узнать, как именно ты получил… — он махнул рукой, — вот это. — Мне казалось, ты сказал, что говорил с Патриксоном. — Да, и он довольно многое успел мне рассказать, но я всё же хотел бы услышать версию первоисточника. К тому же насколько я понимаю, у вас с ним не заладилось. Он был последним, да? Оливер кивнул. Пожалуй, из всех походов в больницу тот раз стал самым ужасным, и меньше всего на свете Вуду хотелось переживать старые воспоминания снова. Однако выразительный взгляд Флинта намекал, что и дальше держать прошлое тщательно похороненным под слоем напускного безразличия не получится. Конечно, он мог послать бы его ко всем чертям. Мог бы просто выставить за дверь, пригрозив судебными исками, если Флинт ещё хоть раз посмеет приблизиться к его дому. Но почему-то продолжил говорить. — Не думаю, что мой рассказ будет особенно отличаться от версии Патриксона. — А мне почему-то так не кажется, — не согласился Флинт. — Видишь ли, когда я пытался понять, какого дьявола с тобой произошло, Патриксон только пожал плечами и сказал, что это было особое заклинание. — Вообще-то, там действительно было заклинание. — Да, но оно послужило спусковым крючком, а никак не главной завязкой. Оливер глубоко вздохнул. В этом не было ничего сложного. Эту историю он повторял уже с дюжину раз, от ещё одного ему точно не станет хуже. — Это случилось во время Битвы. Я и ещё несколько ребят во время часа передышки помогали раненным, и мне первому пришла в голову идея воспользоваться мётлами. Левитация была довольно неудобной и медленной, когда приходилось действовать аккуратно, носилок не хватало на всех, создавать их магией было особенно не из чего, а делать всё вручную… — он покачал головой, погружаясь в отголоски той ночи. — Поначалу всё шло прекрасно, этот план сработал. Мы разделились, и всё было… Ну, всё было хотя бы нормально. Пожиратели действительно отступили, как и было обещано, поэтому мы позволили себе немного успокоиться. Мы все были вымотаны, опустошены случившимся. И я в том числе. Оливер сокрушительно покачал головой. И почему он только был настолько глупым, чтобы ослабить контроль. Однако он не стал слишком долго зацикливаться на этой отравляющей мысли, потому что знал: стоит помолчать ещё одну лишнюю секунду, и он уже не сможет говорить дальше. — Шестерым. Я успел помочь шестерым, когда услышал женский крик о помощи со стороны края Леса. Майк был тогда рядом со мной и махнул мне рукой, чтобы помочь, но я решил, что справлюсь сам. Это была ловушка. Когда я полетел туда, то услышал смех женщины, а затем какое-то незнакомое мне заклинание. Я всё ещё пытаюсь его вспомнить, каждую ночь, каждый день, постоянно. Мне кажется, стоит мне только понять, что именно я услышал, и весь это кошмар закончится. Но ничего не выходит, сколько бы я ни старался. Я помню только это, и боль от падения. Когда я раскрыл глаза, то Битва уже закончилась, мы победили, а я лежал в на скорую руку созданном больничном крыле. Слева от меня сидела заплаканная Алисия. Тогда я узнал и о смерти Фреда, и о том, что совершенно не чувствую ног. Следующие пара дней как в тумане. А потом — больницы, больницы, больницы… Я думал, что свихнусь. Магия… Магия не действует на меня. То есть, — исправился он, поймав на себе заинтересованный взгляд Флинта, — я могу колдовать, не то чтобы я вдруг стал сквибом, если ты понимаешь… Маркус кивнул, но перебивать Вуда не стал. — Я по-прежнему могу колдовать, но любое заклинание, зелье или что-угодно другое не действуют непосредственно на меня. Гермиона до сих пор считает, что это стоит подробно изучить. Маркус скептически хмыкнул: ещё бы Грейнджер так не думала. — На самом деле, она очень старалась помочь. Как мне говорил Перси, она перерыла почти всю библиотеку Хогвартса, включая каждый уголок запретной секции, а затем даже добилась специального разрешения на поиски в архивах Министерства. Потратила на это добрый месяц, но так ничего и не добилась. Как и все. А ещё она потащила меня на приём к своему крёстному, он маггл и один из лучших хирургов в Лондоне. Нам пришлось применить к нему обливиэйт, потому что знаешь, что? — Что? — Я абсолютно, совершенно и полностью физически здоров. Все показатели в норме. Я просто не могу не ходить. Удивительно, да? Флинт не знал, что и ответить. Он просто продолжал смотреть на Вуда, не понимая, как именно они ко всему этому пришли. Обхватив руками колено, он сперва неуютно отвёл взгляд, а затем лукаво улыбнулся в сторону Оливера. — Могу я спросить? Оливер искренне удивился. С каких пор Флинт ещё и вежливым заделался? Но всё равно кивнул. — На тебе пробовали Аваду? — Мерлин, Флинт! — воскликнул Оливер, хотя губы его слегка дёрнулись, как если бы он собирался рассмеяться. — Из всего, что ты мог спросить… — Магически неуязвимый Вуд, — насмешливо протянул Флинт, и Оливер почти собирался оскорбиться, если бы из уст слизеринца это не прозвучало своеобразным комплиментом. — По мне, это вызвало бы фурор. Представь, ты мог бы запатентовать это заклинание и стать богачом. На этот раз Оливер уже не стал сдерживать смешок. — Нет, Аваду ко мне не применяли, — ответил он, для пущей убедительности покачав головой. — А что, хочешь попробовать? Маркус пожал плечами. — После того радужного предсказания? Нет, пожалуй я просто продолжу тихо тебя ненавидеть. Оливера как будто чем-то ударило. Ненавидеть. Вот что они должны сейчас делать, а не обмениваться сомнительными шутками, как будто старые друзья на встрече выпускников десять лет спустя. — И поэтому вызвался меня лечить? — только и смог выдавить Вуд. — Что поделать, я всегда был немножко мазохистом. — О да, — фыркнул Оливер, но без особой злости. — Мы все успели заметить. — Значит, заклинание? — сменил тему Маркус. — Они смогли найти тех, кто это был? Оливер отрицательно помотал головой. — Спустя всё это время? — Я не знаю ни их лиц, ни имён. Я даже не могу точно сказать, сколько людей там было. Заклинание произнесла женщина, но она точно была не одна. Это всё. — Когда всё это случилось… — после недолгого молчания вновь начал Флинт. — Было ли что-то ещё? Особенный свет, может быть звуки? — Нет, ничего такого, что я бы запомнил. Просто странный смех и непонятные слова. Это была, кажется, латынь, но я не очень уверен. Может быть, я вспомнил бы когда услышал, но… — Оливер разочарованно вздохнул. — Оно вроде бы крутится где-то у меня в голове, но я никак не могу его ухватить. Как будто пытаешься вспомнить… — Строчку из песни, но помнишь только мотив, — кивая, закончил за него Маркус. В ответ на немного удивлённый взгляд Вуда он только развёл руками. — Что? Я тоже человек, хоть и слизеринец. Оливер позволил себе улыбнуться. — Я ни секунды не сомневался в твоей принадлежности к людям. Ну, разве что самую малость во время Хогвартса, но у меня было веское оправдание. Тролль. Маркус закатил глаза, отчего Оливер снова улыбнулся. Он собирался развить тему троллей, однако заметил стоящую в дверном проёме Кэти. Она смотрела на него почти с испугом, поэтому поспешил успокаивающе махнуть рукой. — Я думал, у нас было полчаса, — недовольно проворчал Флинт, оборачиваясь к ней. Кэти не стала отвечать. — У тебя всё в порядке, Олли? Оливер поспешил кивнуть. Да и что бы с ним могло случиться? — Спасибо за доверие, дорогая, — язвительно проговорил Маркус, поднявшись на ноги и подойдя к Кэти. — Не проводишь? Кэти кивнула. Она поверить не могла уверенному. Не вытерпев отведённого времени, она наплевала на возможные последствия и аппарировала прямиком в дом Оливера. Кэти ожидала увидеть здесь что угодно. Крики, ругань, драку, напряжённое молчание — что угодно. Однако она уж точно не была готова к тому, что, войдя в комнату, сразу же увидит улыбку на лице друга. Настоящую улыбку, которая так редко освещала прежде всегда улыбчивое лицо их капитана. Что она пропустила? Флинт, пропуская её вперёд, между тем обернулся к Вуду. — Мы продолжим завтра, если ты согласен. Оливер колебался. Конечно, его так и подмывало выпалить гораздо более привычное «Да пошёл ты к чёрту, Флинт!» и покончить со всеми этими странностями. Однако перед мысленным взором его пронеслось залитое слезами лицо Марисы, побелевшие губы отца, искренние улыбки на лицах Джорджа и Энджи, когда они предлагали ему стать их шафером. И Оливер — сквозь силу — кивнул. — Значит, завтра в шесть, — Маркус довольно усмехнулся, а затем метнул в Кэти раздражённый взгляд. — Надеюсь, что надзирательница не будет мешать. Кэти только фыркнула. Она вышла в коридор, а затем, когда Флинт проследовал за ней, захлопнула ведущие в гостиную двери. И даже если Вуд услышал отчётливый щелчок аппарации, он не сказал об этом ни слова, когда Кэти с виноватым видом вернулась обратно в комнату.

***

Алисия проснулась от непрестанного стука. С трудом оторвав голову от подушки, она осторожно приоткрыла сначала один глаз, а затем второй. Окно, как она и подозревала, было не зашторено, и яркий солнечный свет тут же ударил ей в глаза, вынуждая застонать. Она раздражённо пихнула в бок спящего на животе и зарывшего лицо в подушки Ли, прежде чем откинуть одеяло и подняться на ноги. Стук на какую-то секунду прекратился, чтобы возобновится с ещё большей настойчивостью. Быстро оглянувшись по сторонам, Алисия наконец-то поняла, что звук доносился со стороны окна. Прошлёпав босыми ногами по холодному паркету, она подошла к окну и, заметив сидящую по ту сторону сову, тут же осторожно открыла створки. Сова тихонько ухнула и впорхнула на подоконник. — Что ещё с утра пораньше? — послышался сонный голос Ли, и Алисия только шикнула в его сторону, взявшись отвязывать лист бумаги от лапки совы. Алисия пожалела, что у неё сейчас не было ничего, чем можно было угостить незваную гостью. Однако сове, кажется, больше ничего не нужно было. Она ещё раз тихонько ухнула, и Алисии оставалось только следить за тем, как посыльная, взмахнув крыльями, скрылась высоко в небе, превращаясь в крохотную точку на самом краю горизонта. — Так что случилось-то? Обернувшись, Алисия заметила, что Ли уже совсем проснулся. Он сидел, потирая глаза и закутавшись в одеяло. Он похлопал рукой по кровати рядом с собой, широко улыбнувшись. — Пришло письмо, — на ходу разворачивая сложенный вчетверо лист, возвестила Алисия. — Кажется, оно должно быть… Она уже готовилась прочесть, когда Ли поддался чуть вперёд и, ухватив её за руки, потянул на себя. Алисия, не ожидавшая столь коварного хода, потеряла равновесие и рухнула на парня сверху, припечатывая его к кровати. — Эй, хватит… — рассмеялась она, машинально комкая письмо пальцами. — Нам нужно… Это же важно… Ли, да погоди ты… Однако любая её попытка была встречена сопротивлением: Ли прерывал любые её слова поцелуями. Наконец, Алисия поддалась: она перестала пытаться освободиться, и обхватила Ли за плечи, крепко прижимая к себе и отвечая на поцелуи. — Значит, там что-то важное? — вдруг отстранился Ли и с насмешкой взглянул на растерявшуюся от столь резкой смены происходящего Алисию. — Позволишь? — Ты невыносимый, — Алисия несильно шлёпнула его по плечу, но всё же протянула руку в сторону упавшего куда-то на кровать письма. Нащупав бумагу, она передала её парню. Наблюдая за тем, как Ли взялся читать послание, она не переставала улыбаться. Всё-таки он был прав, когда уговорил её поехать вместе. В то же самое время лицо Ли вытянулось, а рот распахнулся в форме почти идеального круга. — Что? — поторопила его Алисия, едва сдерживаясь от того, чтобы вырвать письмо из рук парня и прочитать самой. Ли громко рассмеялся. — Джордж, чертяка, — он протянул лист Алисии. — Это приглашение на свадьбу. — Свадьбу? — тут же неверяще переспросила Алисия. Ли, посмеиваясь, кивнул. — Кажется, мы вернёмся в Англию как раз к самому веселью. Алисия бегло прочитала написанное и счастливо улыбнулась. А затем отбросила письмо в сторону и вновь прильнула к Ли.

***

Кэти добралась домой почти за полночь. Меньше всего она ожидала, чтобы и без того наполненный новостями день плавно перешёл в вечер по-настоящему хороших новостей. Джордж и Энджи собираются пожениться! Она никак не могла поверить, что это происходило по-настоящему. Первая радостная новость за годы. Это будет первый праздник со времён битвы, первая возможность переписать болезненные воспоминания, заменить их новыми: лучшими, чистыми, правильными. И конечно же, её не могла не обрадовать мысль о том, что Анджелина и Джордж решили пригласить Оливера в качестве шафера. Конечно, это будет не совсем согласно традициям, поскольку Оливер очевидно был совсем не в состоянии выполнять все обязанности первого друга жениха. Но Кэти была уверена, просто одно его присутствие на свадьбе в качестве кого-то действительно значимого будет шагом вперёд. Скинув обувь у дверей, Кэти с некоторым облегчением выдохнула, с наслаждением погружая стопы на мягкий пушистый ковёр. Как же она устала… С трудом заставив себя дойти-таки до ванной, она всё время думала о последнем разговоре с Оливером, сразу же после ухода Флинта. Она никак не могла поверить, что он действительно согласился. Никак не могла: ни за всё то время, что принимала душ, ни пока сушила волосы, ни пока так долго чистила зубы, что пасты во рту почти не осталось. И ещё больше её волновала его просьба: держать все эти лечебные сеансы в полном секрете от остальных. Конечно, она понимала его скрытые мотивы, вынуждающие поступить именно так, но сама мысль о том, чтобы две недели держать всё это в себе… Кэти покачала головой. Ещё и Рона нужно будет просить, чтобы он не болтал. Хотя ни Энджи, ни Джордж и знака не подали, что узнали хоть что-то — может быть, Рон действительно ничего и никому не сказал? Кэти сделала мысленную заметку забежать завтра во время обеденного перерыва во Вредилки и поговорить с ним ещё раз: на всякий случай. Переодевшись в удобную пижаму и зарывшись в одеяло, будто в кокон, Кэти тут же почувствовала себя почти что абсолютно защищённой. Завтра будет новый день, напомнила она себе. Солнце снова встанет. И значит, они будут жить.

***

Стоило Маркусу переступить порог, как он тут же наткнулся на Джейми. Он стоял, прислонившись спиной к стене и скрестив руки на груди в выжидательном жесте. — И? — И? — Флинт удивлённо посмотрел на друга. — Ты уже должен собирать свои вещи? Знаешь, в Азкабане не любят, когда их заставляют ждать. Маркус закатил глаза. Нет, он безгранично обожал Джейми, однако его паранойя порой казалась почти невыносимой. Особенно оттого, что он не знал, как с этим бороться. — Всё прошло хорошо. Мы даже не подрались. — О, это должно меня успокоить? — Понятия не имею, — Флинт обошёл Джейми, направляясь в сторону кухни. — Не хочешь чего-нибудь перекусить? Лично я готов почку отдать за чашку кофе. — Ты пил две утром, — фыркнул Джейми, но всё же уныло поплёлся следом. — Слушай, я не дурак. Я прекрасно понимаю, что ты меня уже ненавидишь из-за всего этого, но… Я просто не могу по-другому, и ты… Маркус резко обернулся. Он подошёл к Джейми и положил ему руки на плечи. — Посмотри на меня, эй, — позвал он, глядя парню глаза в глаза. Наконец, добившись того, чтобы Джей поднял взгляд, он попытался улыбнуться. — С тобой всё в порядке. Помнишь, что я говорил? — Что у магглов это частое явление. Я в курсе, просто это так… Маркус кивнул: — Хреново. Джейми незамедлительно кивнул, а в голове у Флинта вдруг всплыл голос Вуда. Хреново. Он мысленно вздохнул; это слово подходит идеально. — Когда-нибудь это пройдёт. Ты сам это знаешь, мы с тобой читали… — мягким, успокаивающим голосом заговорил Маркус, глядя на Джейми и по-прежнему не убирая рук. — Всё будет хорошо. — Их уже не вернуть, — почти отстранённо прошептал Джейми, потупив взор, и на какую-то секунду Флинту показалось, что это ему послышалось. — Их не вернуть. Поддаваясь импульсу, Маркус обнял всхлипнувшего Джейми. Он больше не стал говорить ни о том, что всё наладится, ни о том, что всё когда-нибудь будет хорошо. Он больше не стал лгать.

***

В комнате было темно и тихо. Единственным источником света служила старая лампа, установленная на рабочем столе, за которым сидела молодая девушка — младший аврор Офелия Хант. Беспрестанно щурясь, она пыталась сортировать целый ворох разбросанных по всей поверхности стола листов, параллельно читая их содержимое. Казалось, что этой рутине не будет и конца, как вдруг Офелия услышала чьи-то шаги у себя за спиной и резко подскочила на ноги, мгновенно доставая палочку. Однако, развернувшись, облегчённо выдохнула. — Когда-нибудь я получу сердечный приступ от твоих внезапных появлений, — проговорила она с долей раздражения в голосе, по-прежнему ощущая, как вспышка адреналина учащённой пульсацией отдаётся в ушах. — Колокольчик на себя повесь, что ли. — Я просто увидел, что у тебя по-прежнему горит свет, — неожиданный визитёр — и по совместительству её напарник, небезызвестный Гарри Поттер — виновато улыбнулся. Поправив чуть съехавшие на кончик носа очки, которые по-прежнему часто использовал для чтения и вне рабочего времени, кивком указал на завалы за столом. — Подумал, что стоит проверить. Вообще-то я был более чем уверен, что ты снова заснула за работой. Офелия фыркнула. — А если серьёзно, что ты тут уже которую ночь пытаешься выведать? — Тайну мироздания, — ответила она, плюхаясь обратно за стол. Ей не нужно было смотреть на Гарри, чтобы понять, что он сейчас заглядывает ей через плечо и пытается разобрать написанное. — Я ведь серьёзно спрашивал, — Гарри мягко улыбнулся. В тусклом свете лампы его лицо казалось расслабленным и почти умиротворённым, но Офелия знала, что на самом деле ему сейчас приходится нелегко. — Только не говори, что это поручение МакКормика. Я прекрасно знаю, что он сейчас занимается продвижением своих идей в Министерстве, так что у него не было бы времени ещё и завалить работой тебя. Офелия отложила в сторону очередной лист, а затем оценивающе посмотрела на Гарри, как будто решая, достоин ли он быть посвящённым в её планы. Очевидно, решение было принято всё же в сторону парня, поскольку она отпихнула бумаги. — Я нашла кое-что по тому делу, которое застопорилось полгода назад. Нашла новую информацию, поговорила с парой интересных людей… — она оборвала себя на полуслове. — Тебе разве не нужно домой? Гарри пожал плечами: — Джинни на сборах в Испании, так что… — он развёл руками. — На самом деле дома без неё как-то совсем пусто, так что я подумал… Может быть, моя помощь тебе пригодится? — Я даже не знаю. Взгляни, — она выудила из шкафчика перевязанную лентой папку, которая вот-вот готова была треснуть от огромного количества многочисленных листов, кое-как помещённых в неё. — Здесь всё, что показалось мне более-менее интересным. Гарри, осторожно придерживая папку ладонями снизу, взглянул на подпись в верхнем правом углу и изумлённо взглянул на Офелию. — Вуд? — переспросил он, тут же раскрывая титульную страницу. — Ты нашла что-то по делу Оливера? Офелия кивнула. — Тебе это понравится, — она приподнялась и вытащила совершенно ничем не отличающийся от других листок. Убедившись, что это именно то, о чём она думала, девушка перевернула лист вверх-тормашками так, чтобы Гарри мог прочитать, и ткнула пальцем в нужную строчку. — Вот здесь. По мере чтения глаза Гарри расширялись, а брови ползли всё выше по лбу, очерчивая крутые дуги; дочитав до конца, он поднял на Офелию совершенно растерянный взгляд. — Ты это серьёзно? — Более чем, — она почти равнодушно пожала плечами. — По крайней мере, стоит проверить. Гарри сразу же кивнул, соглашаясь. Единственное, в чём Офелия оказалась неправа — прочитанное ему ни на йоту не понравилось. И всё же… — Мы проверим, — заверил он. Возможно это был их шанс. Последний и единственный.