On the other side

      — Когда вы в последний раз видели Кристин Хоппер? — сохраняя каменное лицо, спросил шериф.       Джим надеялся, что ему никогда в жизни не придется задавать этот вопрос. Пора привыкнуть, что в мире все складываются в точности наоборот. Когда умерла Сара, Диана ушла, бросив мужа и старшую дочь, а он валялся на стойках в барах в луже алкоголя и собственной рвоты. Кристин было всего тринадцать, но она всегда находила его и возвращала в номер мотеля, конечно, с помощью завсегдатаев. Хоппер ненавидел себя за это. Он прекрасно знает, на что способны люди, и его уже единственная дочь могла сильно пострадать из-за его безразличия к ней. Джим был полностью поглощен горем, что почти забыл об оставшейся причине жить. Он поклялся перед ней на коленях, что изменится, и приложил к этому все усилия. Кристин больше не пришлось искать отца ночью в барах, но он перенес его домой, когда они вернулись в Хоукинс.       «Я уделял ей слишком мало внимания. Теперь она пропала. Моя девочка пропала».       — Два дня назад, — выдохнул Байерс. — Мы искали Уилла поблизости от его убежища, потом она ушла домой, отказалась, чтобы я ее подвез. Сказала, что хочет прогуляться. На следующий день она была в школе, когда я зашел попросить разрешения отсутствовать на занятиях, чтобы продолжить поиски.       Хоппер рыкнул про себя. Конечно же, она ослушалась его приказа сразу идти домой.       — Это правда, — подхватила Нэнси, и стальные суровые глаза шерифа посмотрели на нее. Она запнулась. — У нас был объединенный урок. Она разговаривала с Барб. Это моя подруга, и она тоже пропала!       — Заявление о пропаже Барбары Холланд не поступало.       — Но ее нигде нет: ни дома, ни в школе, ни где-либо еще! Даже машины нет! — надрывалась Нэнси. — Они исчезли вместе!       — Вместе? — заинтересованно спросил Джим. — Когда это случилось? — Уилер зарделась, начала теребить край кофты, что не укрылось от внимания шерифа. — Ты должна рассказать мне все, что знаешь, от этого зависит жизнь двух человек — моей дочери и твоей подруги.       — Мы… — девушка мельком взглянула на Джонатана. — Вчера мы втроем были на вечеринке у одного нашего друга…       — Имя?       — Стив Харрингтон, — быстро произнесла Нэнси. — Я сказала Барб ехать домой, потому что она не хотела оставаться, потом пошла наверх, чтобы переодеться, и услышала, как Кристин тоже собирается уходить. Наверное, она решила уехать вместе с Барбарой. Стив ее провожал.       — Тогда мне нужно побеседовать со Стивом. Ты свободна, Нэнси, позови его сюда, — Уилер кивнула и мигом покинула кабинет. — А ты, Джонатан, пока останься. — Хоппер облокотился на стол и сложил руки на груди, пристально смотря на парня. — Ты рассказал мне не все, верно? Возможно, твоей однокласснице нельзя было это знать, но теперь ее здесь нет. Говори. — Байерс поджал губы. Шериф рывком приблизился и заглянул в его побледневшее лицо. — Лучше говори, парень, или я посажу тебя за решетку за сокрытие фактов и не посмотрю на то, что ты сын Джойс. Мне нужно. Знать. Все. Кристин исчезла.       — Думаешь, я не понимаю Хоппер? Это уже второй дорогой для меня человек, который бесследно пропадает! — парень потер руками лицо, затем вскинул глаза на Джима. События прошлого вечера быстро пронеслись перед глазами. — Я тоже был на вечеринке.       — Почему же мисс Уилер о тебе ничего не сказала?       — Потому что я… — Джонатан сцепил руки в замок, подбирая слова. — Прятался. Я оказался там случайно, искал следы Уилла. Потом услышал крик и побежал на него, но это была всего лишь вечеринка. Когда все зашли в дом, в том числе и Крис, Барбара сидела у бассейна. Я отвернулся, чтобы настроить фотоаппарат, и в это время Кристин закричала «Беги!». Когда я повернулся обратно, их обеих уже не было. Я… не знаю, что произошло. Я ушел оттуда.       — Может, они просто дурачились? — предположил Хоппер, надеясь на положительный ответ. Но Джонатан покачал головой.       — Нет, Кристин была сильно напугана.       Джим провел рукой по лицу и глубоко вздохнул. Надо принять антидепрессанты, в таком взвинченном состоянии он не поможет Крис. Он отпустил Джонатана, затем треснул кулаком по столу. Уилл Байерс пропал, Бенни Хаммонд убит, шериф не верил, что он был способен на самоубийство. Теперь бесследно пропали две девушки, и его дочь — одна из них, а на фоне этого национальная лаборатория подделывает записи камер, чтобы что-то от него утаить. Что же происходит?

***

      Кристин смутно понимала, что происходит, заняв место наблюдателя. Последние события она помнит лишь отрывками. Их с Барбарой разделили, воспользовавшись полусознательным состоянием обеих. Ее одежда была вся покрыта слизью. Кристин помнит, как женские руки отработанными резкими движениями стягивали с нее вещи. Потом она оглушительно кричала, обнаженное тело крупно дрожало, не имея шанса увернуться от мощных струй ледяной воды. Ее одели в больничный халат, будто она была пациентом. Затем Хоппер помнит, как скрежетали ее зубы, и холодный пот пробивался на лбу, потому что обеззараживающие вещества жгли кожу, а острая игла соединяла разорванные участки. И все это время перед глазами мелькали защитные костюмы, словно Кристин была источником опасной радиации.       К ней присоединяли различные приборы, назначение которых она не знала. Вопрос за вопросом, и Крис покорно отвечала как запрограммированный робот, ничего не чувствуя. У нее были подозрения, что ее чем-то накачали, но она ничего не могла возразить, потому что не ощущала контроля над собственными мыслями и телом.       — Ваше полное имя, дата и место рождения.       — Кристин Джоанна Хоппер. 24 марта 1966 года, Хоукинс, Индиана.       — Ваши родители.       — Джим и Диана Хоппер. Они развелись, когда моя сестра Сара умерла от рака, — при этих словах ее руки, сложенные на столе, дрогнули. — С тех пор мы с отцом вернулись в Хоукинс, а мать осталась в Нью-Йорке.       — Что вы помните о себе в период с 1970 по 1972 год?       — Это очень странный вопрос, — расслабленно подметила Кристин, облепленная проводами. — Я часто болела, слишком часто даже для ребенка со слабым иммунитетом. Все время находилась… в больнице. Меня навещала мама.       — А ваш отец?       — Он был на войне. Иногда присылал мне бельгийский шоколад от своего друга в отряде и писал, что сильно скучает.       — Вас никогда не мучили продолжительные головные боли? Может быть, кошмары?       Кристин не ответила. Ее сознание постепенно прояснялось. Стоящий за ней аппарат предупредительно запищал, быстро рисуя схему подскакивающих нервных импульсов. Она моргнула, взгляд стал более осмысленным. Кристин взволнованно себя осмотрела и, заметив кучу проводов, незамедлительно начала их выдергивать. Ее собеседница нажала на кнопку под столом.       — Что вы со мной сделали?       — Мисс Хоппер, я прошу вас сохранять…       — Кто вы такие? Где Барбара?! Выпустите меня! — в камеру вбежали двое мужчин в военной форме и рывком заломили ей руки так, что наложенные швы могли порваться. Она громко кричала и отчаянно билась, пытаясь высвободиться из крепкой хватки. Светловолосая женщина выключила диктофон и спокойно встала.       — Прекратить допрос. Заприте ее в камере, введите препарат следующей девушке. Я передам полученные сведения доктору Бреннеру, его это заинтересует.

***

      — Эй, Стив!       «Копы проверят мой дом. Мне определенно конец. Не нужно было затевать эту чертову вечеринку. Нужно было послушать сомнения Нэнси насчет вторника и все отменить. Меня точно лишат денег. Может, заберут машину. Интересно, мистер Мартинес еще ищет садовника для своего заросшего газона?»       — Стив!       «А что с Хоп? Она слишком умная, чтобы просто потеряться или заблудиться. Черт, почему я вообще за нее волнуюсь? Она — дочь шерифа, ее найдут за считанные часы, — Стив осекся. — Вот именно поэтому я и волнуюсь. Дочь шерифа не могла просто так пропасть. С ней что-то случилось. Могло ли это произойти из-за… Нет, это глупо. Девчонки, конечно, иногда слетают с катушек от обычного поцелуя, но только не она. Хорошо, что мне хватило ума не упомянуть об этом при ее отце».       — Стив, да стой же!       Парень остановился, когда его плеча коснулась чья-то рука, и резко развернулся, удивленно смотря на Джонатана. Байерс не опустил глаза, как обычно бывает, когда он сталкивается с кем-то помимо Хоппер, и, судя по всему, был настроен решительно.       — В чем проблема?       — Рюкзак Кристин еще у тебя, ты не отдал его полиции? — парень непонимающе свел брови к переносице, затем недовольно цокнул. Он оставил его у Томми, когда обеспокоенная Нэнси сказала, что шериф требует его к себе. Только сейчас он начал понимать, что возможно, это была не самая лучшая идея, учитывая, как его друг обожает потешаться над чудаками вроде Джонатана и Кристин. Стив виновато взглянул на Байерса, который продолжал втолковывать оправдания. Скорее для себя, чем для него. — Она бы это не одобрила, но пошло оно все, Крис в опасности, и мне… мне нужна твоя помощь.       — Моя? Ты меня ни с кем не перепутал? — глупо переспросил Харрингтон.       Джонатан поджал губы.       — Да, да, твоя. Ты же последний ее видел.       У Стива возникло странное чувство. Еще бы, ведь Джонатан Байерс просит помочь ему найти его ненормальную подружку. Но страннее был тот факт, что Стив готов без сомнений согласиться. Он не альтруист, ему вообще должно быть фиолетово, для таких дел существует полиция. И Хоп уж точно не близкий для него человек. А точно ли?.. В его голове началась спорная баталия. Несколько дней контакта с Хоппер были… приятными, этого он не мог отрицать. За все время совместного сосуществования в школьной среде он не видел столько ее улыбок, посланных ему, сколько за эти десятки часов. Они могли сравниться с очарованием Нэнси.       — Кроме Барбары, — заметив укоряющий взгляд Джонатана, он неловко усмехнулся. — Прости, но я не понимаю, чего именно ты от меня хочешь.       — Я хочу поискать следы Кристин возле твоего дома. Нэнси тоже идет, из-за Барбары. Нам нужно твое разрешение, и помощь бы не помешала, — торопливо проговорил парень.       — Нэнси? — воскликнул Стив. Ученики заинтересованно обернулись на него, ожидая схватки короля Стива и пугающего чудака Байерса. Но, не найдя признаков взаимной агрессии между ними, они лениво возвратились к своим делам. — Так, давай проясним: территорию моего дома будет обыскивать полиция. Они в этом больше профессионалы, чем вы, верно? Я имею в виду, что вы надеетесь там найти?       — Ответы, — подсказала внезапно подошедшая Уилер, игнорируя возмущенный взгляд своего парня. Она повернулась к Джонатану. — Если он не хочет помочь, мы справимся сами. Он ведь никого не терял.       На секунду в груди Стива что-то неприятно кольнуло.       — Притормозите вы оба! Похоже, я один здесь здраво рассуждаю. Ты, — он указал на Байерса. — С чего ты взял, что Хоп в опасности? Даже заучки иногда хотят побыть бунтарями, а учитывая ее несладкий характер, я удивлен, что она не сделала этого раньше. А ты, — Стив подошел ближе к Нэнси, и она невольно сделала шаг назад. — Они наверняка укатили вместе с Барбарой. Ты отправила ее домой, поэтому она решила побыть лучшей подружкой Хоппер. Вот и вся разгадка! Мой вам совет, — он пренебрежительно оглядел оторопевших собеседников. — Прекратите строить из себя детективов и предоставьте это дело полиции с ее связями. Пойдем, Нэнс, у нас скоро игра.       Харрингтон протянул руку, но Нэнси резко отпрянула, встав рядом с Джонатаном. В ее глазах было столько недоверия, и даже презрение, что Стив невольно поежился. Ощущать на себе такой взгляд было для него в новинку, не считая, конечно, Хоппер. Обычно это он смотрел на всех свысока, не зря же его все-таки прозвали королем Стивом. А сейчас он словно уменьшился, превратился в блоху, на которую вот-вот наступит горящий гнев мисс Уилер.       — У нас? Ты это серьезно? — все еще не веря, спросила девушка. На ее лбу пролегла морщинка, брови сдвинулись домиком. Она смотрела на него так, будто ждала, что он вот-вот посмеется, обнимет ее в знак извинения и скажет, что это всего лишь неудачная шутка. Но Стив лишь напрягся, не соизволив ответить, и Нэнси вмиг все поняла. В ее глазах заблестели слезы. — Я не могу поверить. Не могу поверить, что ты такой… бессердечный! Барб пропала, Кристин тоже, а ты волнуешься об игре и списываешь все проблемы на полицию?! Я… — она задохнулась, перевела дыхание, а Джонатан успокаивающе положил руку ей на плечо. Харрингтон стрельнул колючим взглядом в этот невинный жест. — Подавись своим баскетболом, Стив Харрингтон! Купайся в лучах славы, если это волнует тебя больше всего!       Нэнси скинула ладонь Байерса и подошла к молчащему Стиву. Он зажмурил глаза от ядовитого шепота, шипящего ему в ухо. Неужели эта та самая Нэнси Уилер, у которой дверца шкафчика обклеена бабочками и сердечками? Та Нэнси, которая до сих пор спит с плюшевым мишкой? Та Уилер, которая густо краснеет только от одного его взгляда? Поправочка: густо краснела.       — Я найду свою подругу и без твоей вшивой помощи. А ты побеспокойся об уборке дома до прихода полиции. Вдруг папочка узнает о вечеринке?       Произнеся это, Нэнси развернулась, схватила Джонатана за руку, и они быстро покинули школу. Прозвенел звонок, коридор опустел, но Харрингтон так и остался стоять, смотря вслед своей девушке, которая несколькими словами разрушила уверенность провозглашенного короля Стива. Последние слова полностью раздавили его, оставив лишь мокрое место. Нэнси ошиблась, ведь сейчас он познал чувство потери. Мерзкое чувство, чьи щупальца, казалось, перекрыли кислород. Стив часто задышал, прокручивая речь Уилер. Она так невыносимо напоминала другую девушку.       «Черт, Харрингтон, у тебя совсем сердца нет? А если бы пропал кто-то из твоих друзей? Ты бы так же сидел, сложа руки, свалив всю работу на полицию, и спокойно поедал гамбургеры? Поверить не могу!»       Раньше подобные слова Хоппер он пропускал мимо ушей. Но теперь, когда его Нэнси практически процитировала Крис, он почувствовал укол стыда. Стив очнулся, когда торопящийся ученик случайно задел его плечом и на бегу пробормотал извинения. Харрингтон вихрем ворвался в мужскую раздевалку, без слов забрал рюкзак Кристин у Томми и выбежал обратно, не обращая внимания на недоуменные взгляды других членов команды.       Вот только в этой бездумной спешке он не заметил, как его друг с интересом читал кожаный дневник.

***

      Никто не сказал ей ни слова. Военные отвели ее в небольшую комнату и заперли за ней дверь. На металлическом столе обнаружился стакан воды, и Крис с радостным хрипом схватилась за него дрожащими руками и залпом выпила содержимое. Через секунду ладони выпустили стакан, он разбился на множество осколков, но Хоппер не обратила на это внимания, зажимая рот и сдерживая рвотный позыв. Нельзя набрасываться на воду после длительной жажды. Кристин пару раз глубоко вдохнула и выдохнула. Желудок успокоился, и она обессилено присела на стул, осматривая помещение, которое больше походило на комнату дознания. Максимальный минимализм в интерьере, ограниченный лишь столом и стулом, широкое окно и камера в углу. Хоппер здоровой рукой подхватила стул и забралась на него, постучав ногтем по объективу.       — Эй? — несмело протянула она. — Там кто-нибудь есть?       Она услышала нарочито громкие шаги и быстро слезла обратно, вернув предмет мебели на место. Дверь распахнулась, и в камеру зашел высокий человек в темном деловом костюме. Кристин невольно вжалась в стул. Спокойная улыбка была фальшивой, да и вообще он не внушал ни крупицы доверия, наоборот, инстинкт говорил ей остерегаться, а лучше — бежать. Хоппер перевела подозрительный взгляд на сопровождающих незнакомца мужчину и женщину. Крис не могла не запомнить безэмоциональное лицо последней, когда она умоляла отпустить ее.       — Кто вы? — не дав людям заговорить первыми, спросила Крис. — И где Барбара?       — Чтобы мы ответили на ваши вопросы, Мисс Хоппер, вы сначала должны ответить на наши, — человек с бело-седыми волосами прошел к столу и присел за него, сцепив руки в замок. Кристин поежилась от пронзительного взгляда, но глаза не опустила. — Хотя я готов дать ответы прямо, если вы обещаете помочь нам разобраться в ситуации, — девушка, пересилив желание желчно высказаться, молча кивнула. — Меня зовут доктор Мартин Бреннер, а вы находитесь в национальной лаборатории Хоукинса, на закрытой от граждан территории. Ваше проникновение остается для нас загадкой, которую мы совместными усилиями должны решить. Насчет своей подруги можете не волноваться. Другие сотрудники проводят с ней беседу, не более.       — То есть ее тоже накачали и заставили выдать информацию о своей жизни?! — вспылила Кристин и шлепнула рукой по столу. Доктор нисколько не дрогнул, как и его прислужники.       — Это была вынужденная мера. Нам нужно было убедиться, что ваша личность сохранилась после того, что вы пережили.       — Вы не знаете, что мы пережили, — стальным голосом, перенятым у своего отца, ответила она.       — Именно это мы и собираемся выяснить, — успокаивающе ответил Бреннер и приподнял уголки губ. Дружелюбен до тошноты.       — У меня есть право на телефонный звонок, — не сдавалась Хоппер. Незнакомый мужчина у входа язвительно хмыкнул.       — Окажите нам помощь, и я лично позвоню вашему отцу, чтобы он за вами приехал, — пообещал доктор. — Как вы оказались по ту сторону?       Кристин уперла взгляд в свои руки, сжавшие ткань больничного халата. Ее затрясло. Она с трудом проглотила застрявший в горле ком и подняла заблестевшие от слез глаза на собеседника. Дрожащие губы разлепились, но слова не могли сорваться. Как вспышки молнии она видела секундные картины ужасающего леса и не менее ужасающего существа. Кристин испуганно посмотрела на свои запястья. Ей казалось, что толстые ядовитые лозы до сих пор сжимают ее руки до хруста костей. Она вновь и вновь ощущала, как когти разрывают кожу, как куртка мокнет от крови. Фантомная боль.       — Мисс Хоппер? — Крис шмыгнула носом, одним движением здоровой руки стерла капли, норовившие вырваться.       — Я не знаю.       — Мы советуем нам не лгать, — отрезал незнакомый мужчина. Его змеиная физиономия раздражала и настораживала еще больше, чем умиротворенно улыбающийся доктор. Кристин посмотрела на него как на больного.       — Я не лгу! Какой в этом смысл?       Бреннер примирительно приподнял руки.       — Мой коллега пытался уточнить: что вы сделали для того, чтобы попасть на ту сторону?       Девушка недоуменно оглядела всех присутствующих.       — Вы в своем уме? — она беспомощно всплеснула руками с немного безумной улыбкой. — Вы считаете, что я могла провести какой-то, не знаю, ритуал? Чтобы попасть туда? Никто и никогда добровольно туда бы не ступил! Скажите, ваш мертвый сотрудник пошел туда по своей воле? В пасть этой… этой твари?!       Доктор переглянулся со своими прислужниками.       — Что за тварь?       — Она, мне кажется, это она перенесла нас в то место, — немного успокоившись, ответила Хоппер. — Она хотела напасть на мою подругу, но я успела ее окликнуть. Потом очнулась… там. Вы говорите «по ту сторону». Что это значит?       — На данный момент мы закончили, — проигнорировав девушку, сказал доктор Бреннер и поднялся из-за стола. Он открыл дверь, в камеру снова зашли военные. Кристин подскочила. — Сопроводите мисс Хоппер в ее комнату и принесите обед. Мы продолжим допрос позже.       Кристин не успела ничего сказать, как ей в шею больно вошла острая игла, и она потеряла сознание.       — Что вы думаете? — спросила агент Фрейзер, когда обмякшую девушку вынесли из камеры.       — Это наш забытый объект, — уверенно кивнул Бреннер. — Стоит ввести ее в ситуацию опасную для жизни и проверить: может, давний эксперимент все же прошел успешно? Каковы результаты допроса мисс Холланд?       — Ее организм не выдержал введенного препарата. Сейчас она в состоянии комы.       — Это еще раз доказывает, что Кристин Хоппер подлежит повторному изучению.