On the other side

      — Спрашиваю еще раз: где ты была, Крис?       Они стояли около машины шерифа. Кристин мельком взглянула в лицо отца и тут же опустила глаза. Было больно видеть столько морщин, проявившихся на лбу, тусклый давящий взгляд, которым правила отнюдь не злость — разочарование. Девушка столько раз пыталась выдать за правду нелепое подростковое оправдание, что она просто устала от этой жизни и захотела побывать в другой, но Хоппер слишком хорошо знает свою дочь. Она жила реальным миром с малых лет, слабой девчонкой на горьком личном опыте познавала истинную жизнь со всеми ее недостатками, рушившими детские мечты. Кристин — борец за справедливость в личине реалиста, и она никогда не будет скрываться. И Джим это знает, потому что она — его копия с внешностью матери.       — Чего ты пытаешься добиться своим молчанием? — Джим сжал плечи девушки. Тело под ладонями слегка дрожало, а янтарные глаза лихорадочно блестели. Он громко выругался и выпустил Кристин, отойдя к машине. Она ожидала, но все равно дернулась, когда большой кулак обрушился на крышу. — Крис, ты же знаешь, я никогда не поверю в то, что ты внезапно прониклась подростковыми замашками.       — Уж, кто бы говорил, — подала голос девушка и обхватила себя руками. Холодный ветер и стена между ней и отцом вызывали дрожь, делая ее уязвимой к каждому резкому слову, к каждому гневному движению. И она упрямо продолжала гнуть палку хорошо известным ей способом — словесными шпильками. — Напомни, что ты сам вытворял в свои школьные годы.       — Я был свободолюбивым, да, — ностальгически усмехнулся Хоппер, облокотившись на машину. — Но я никогда не нарушал суть нашей семьи. А какова она?       — Мы не идиоты, — сдерживая порыв азартного крика, пробубнила Кристин. Она помнит, в детстве отец постоянно сажал ее на свое плечо, и девочка кричала этот девиз, вскидывая кулаки. Со стороны выглядело забавно, но грело сердце даже случайным прохожим, хотя Диана подобные выходки ой как не любила. Крис сжала кулаки и подняла глаза, смотря на Джима. — Мы не идиоты, — повторила она более твердо.       — Верно. Итак, я весь внимание. Соизволь уже сказать, где ты была все эти дни! — шериф выжидающе скрестил руки на груди, и девушка хмыкнула, дернув уголком губ. Бомба внутри него тикает все быстрее. Идя по пустым школьным коридорам, вздрагивая от тяжелых шагов отца, идущего по блестящему после недавнего мытья полу, терпя крепкую хватку на многострадальной руке, Кристин знала, что правду все равно придется выложить. Если она постарается, то сможет солгать или удачно уйти от ответа, но в конечном итоге это не имеет смысла. Потому что у них двоих была еще и личная, не озвученная договоренность: справляться с любыми возникшими трудностями вместе, ибо иначе у них ничего не останется.       — Ты не поверишь мне, пап, ты же тот еще скептик, — но выражение лица Джима не изменилось, и ей пришлось сдаться. Кристин глубоко вздохнула, поежившись от повторных холодных порывов ветра. Отец в отличие от нее был одет теплее. Он покачал голову и, сняв с себя куртку шерифа, накинул ее на узкие плечи Крис, застегнув замок до упора. Сам он остался в бежевой рубашке с полицейским значком. Кристин благодарно и виновато улыбнулась и уже решилась рассказать правду, но ее внимание вдруг привлекла корочка застывшей капли крови на шее отца с левой стороны. У нее в голове мгновенно сложился пугающий паззл. — Ты был у них…       — Что?       — Ты был в лаборатории! — испуганно воскликнула Хоппер. Мышцы лица Джима дрогнули лишь на секунду, но бесповоротно выдали подтверждение догадки. Крис быстро приблизилась и ткнула в точку на грубой коже шерифа. — Ты же на дух не переносишь шприцы, поэтому решил, что лучше пожизненно пить антидепрессанты, чем пройти один курс лечения с уколами!       — Откуда ты?..       — Ты проверил весь дом, так? — взволнованно перебила Кристин. Мужчина пораженно кивнул: что-то определенно происходит в этом году, ведь такой испуганной свою дочь он не видел уже давно. — Нашел что-нибудь? Они следят за нами?       — Прекрати истерику, Крис! Да что с тобой? Значит так, — Джим вцепился в ее предплечья, не давая вырваться или отвести взгляда. — Что ты знаешь о лаборатории?       Она рассказала обо всем, начиная с окончания вечеринки и заканчивая причиной, почему она укрылась у Нэнси, а не вернулась домой, погасив бы тем самым неуемную тревогу Хоппера, который все эти дни спал от силы часа четыре, и последствиями этого стали залегшие под тусклыми глазами синяки, небрежная щетина и впитавшийся в униформу запах пива и сигарет. Некоторые подробности, правда, решила скрыть: о недопоцелуе, о том, как ее спасла собственная галлюцинация в образе Стива, о том, как настоящий Стив подтвердил свое звание ублюдка и бросил их в лесу. Кристин и сама не знает, почему все, что она утаила, было связано с Харрингтоном. Не хочет, чтобы отец считал его трусом? Но какое ей до этого дело? Наивно верит, что Стив все осознает и вернется в команду смертников-неудачников?       Конечно, о своих так называемых «суперспособностях» она тоже умолчала, понадеявшись, что Джим будет слишком занят унятием собственного гнева и не обратит на это особое внимание.       Шериф долго молчал, а потом вытащил из кармана брюк очередную пачку с никотином, сделал сильную затяжку и выдохнул отравляющий дым в осенний воздух, после чего сразу выбросил сигарету и раздавил ее ногой. Кристин нервно заламывала пальцы, опасаясь реакции отца. Он ведь всегда ей верил, но, будем откровенны: если бы она была матерью и услышала бы от своей исчезнувшей на пару дней дочери подобный бредовый рассказ, она бы посадила ее под домашний арест как минимум, а как максимум, в ближайшую психушку, приговаривая о полезности снотворных.       — Монстр, мама! На меня напал настоящий монстр!       — Дорогая, ты, оказывается, так удачно прятала от меня наркотики.       — Как ты выбралась оттуда? — от грубого голоса отца Кристин едва не подскочила, обратив на его бороду опасливый взгляд.       — Я… скажем так, я никогда так быстро не бегала, — вяло отшутилась девушка, чувствуя, как каждый нерв, каждая мышца и связка напряжена до предела. Бывало, что ей приходилась лгать отцу по мелочам для блага обоих, и он не очень-то старался подловить ее, но сейчас от обмана зависело слишком многое. Да и разве это обман? Так, всего лишь недоговорка о том, что Кристин теперь имеет право на место на страницах комиксов. — Они бросились за мной, но я успела наткнуться на Джонатана и Нэнси прежде, чем меня догнали. Наверное, решили, что свидетелей слишком много, чтобы просто убить их как… как они сделали это с Бенни.       — Значит, это именно они убили Бенни.       — Да, застрелили его и обставили все как самоубийство. Но они слишком плохо знают шерифа этого города, раз понадеялись, что все на это поведутся. Они заплатят за это, верно? За все заплатят? — сморгнув прозрачную пелену с глаз, спросила Кристин. Джим прижал ее к себе одной рукой, тяжело выдохнул в каштановую макушку. Они убили его друга, погрузили в кому невинную девушку, заперли его дочь в своих стенах и опоили галлюциногенными препаратами, и теперь охотятся на нее, желая вернуть как подопытное животное. Джим знает: Кристин не лжет, хоть и поверить в ее рассказ было невероятно трудно.       — Обещаю, моя девочка, — прошептал он, прижавшись сухими губами к волосам дочери. Она доверительно улыбнулась, уткнувшись в полицейскую униформу. Отец оставался для нее героем даже когда был безнадежно пьян. Когда на утро стонал от похмелья, неуклюже заваливался на все, что можно, и спотыкался обо все углы, проклиная этот дом и эту жизнь. Кристин не осуждала, просто оставалась рядом, ранее ребенком с удовольствием даря ему рисунки, вырезая открытки, заставляя шевелиться, играя в классики, а последние три года всячески ухаживая за ним, спасая от повтора тяжелого периода, что им обоим пришлось пережить после ухода Дианы. Отец оставался для нее героем, потому что он всегда рядом и всегда вытянет ее. — Ты поедешь со мной, Крис, прямо сейчас, — спустя минуту Джим разорвал объятия.       — Я не могу, — покачала головой Кристин, из-за чего Хоппер нахмурил густые светлые брови. — В школе мне сейчас безопаснее всего.       — Безопасней, чем со мной? — скептично уточнил шериф.       — Ты не сказал, что с тобой случилось, — защищаясь, напомнила девушка, скрестив руки на груди. Вышло забавно, потому что широкие рукава отцовской куртки изрядно свисали.       — Если вкратце: я пробрался на их территорию, но меня вырубили и вернули домой. Прослушку, кстати, оставили в той уродливой кукле, с которой ты до сих пор не можешь расстаться, — «Ты хотел сказать, в той кукле, что тебе всучила Сара перед самой смертью», — прикусив губу, мысленно дополнила Крис. Кукла действительно была страшной со своими глазами пуговками, которые, казалось, заглядывали в самую душу, и вечно растрепанными темными волосами. Сара не причесывала ее, со смехом говоря, что это Кристин младшая, потому что Хоппер всегда отнекивалась и от Дианы, и от Сары, когда они тянули к ней свои цепкие пальцы, чтобы заплести ненавистные косички. Но Кристин позволила сестре копаться в своих волосах в ту роковую ночь. Сара едва могла шевелить пальцами, но упорно пыталась соорудить самую лучшую прическу. С небрежными косичками Кристин после ее смерти ходила неделю. С ними же появилась на похоронах. — То-то я удивился, что она прикручена к лампе в твоей комнате. Подробности по дороге.       — Куда мы хоть едем?       — К Джойс Байерс. Мы что, так и будем стоять здесь до вечера? — возмутился шериф и, сняв шляпу, резко провел рукой по волосам. — Она, оказывается, не шутила про тварь из стены. Монстры, ну надо же… Только ублюдки из лаборатории меня не удивили. Садись, — он открыл дверь машины, но Кристин не шевельнулась. — Что за игры, Крис?!       — Нам нужен новый план, — пробормотала она и оглянулась на кирпичные стены школы. — В это замешаны не только мы. Джонатан, Нэнси, Майк, Дастин, Лукас, Од… — девушка поджала губы, едва не выдав маленькую подругу по несчастью. — Они тоже в этом участвуют, они все пострадали.       — У меня нет времени нянчиться еще и со школьниками, и без них достаточно забот. К тому же, им будет безопаснее не встревать в это.       — Пап, как ты не поймешь, они уже в это встряли! Спорю на свой плеер, лаборатория наверняка следит и за ними! — отчаянно всплеснула руками Хоппер. Джим хмыкнул в бороду, смотря в раскрасневшееся лицо дочери — Что?       — С каких пор ты так со мной разговариваешь? — приподняв бровь, грозно спросил шериф.       — С тех пор, как чуть жизни не лишилась, — резко ответила Кристин и опустила глаза, не заметив, как отец изменился в лице. Он выдохнул, постучал пальцами по крыше машины, обдумывая в голове слова девушки.       — Ладно, вот как мы поступим. Собирайте свою компашку и дуйте к дому Байерсов сразу после школы. Если в четыре часа вас не будет там, тебя, Крис, ждут большие проблемы.       Она кивнула, поблагодарив за доверие взглядом. Кристин знала, что проблемы ждут в любом случае, им только нужна небольшая отсрочка.       ***       — Значит, твой отец теперь знает. Но вместо того, чтобы ворваться в лабораторию и помочь Барбаре, он поехал к миссис Байерс?!       Была большая перемена. Как и большинство учеников, они втроем находились в столовой, хотя в глотку не лезла даже яблочная долька, поэтому подносы с едой были отставлены на подоконник большого арочного окна, у которого сейчас старалась не кричать Нэнси. Недавно покрашенная в кремовый стена подпирала тело Джонатана, как всегда разумно не встревающего посреди эмоционального женского выброса, а терпеливо ожидающего подходящего момента, чтобы парой аргументов перевесить чаши весов в свою сторону. Кристин уперлась поясницей в подоконник, взглядом изучая, что проносит каждый ученик на своем подносе, и изредка возвращая глаза к Уилер, продолжающей активный мозговой штурм, что стало серьезным испытанием для ушей и психики.       — Возможно, только возможно… будет лучше, если Барб останется в коме, пока мы не найдем способ избавиться от монстра, про которого почему-то все забыли.       — Будет лучше?! — задохнулась от шока Нэнси, и Кристин мысленно приготовилась не рубить с плеча, когда на нее в очередной раз посыплются обвинения в эгоизме и цинизме. А мисс Совершенство, помнится, уже намекала ей об этом не так давно. Жаль, Крис не такая как Джонатан, который мастерски пропускает все нападки мимо ушей. Наверное, поэтому он не стал персональным объектом насмешек для таких как Томми и Кэрол. Ему просто наплевать. А кстати, что-то это парочка давно не выделывалась. Хоппер окинула усталым взглядом столовую и, не найдя нежелательных личностей, с одной стороны облегченно выдохнула, но с другой — напряглась. Знает ведь, что эти двое во главе со своим «королем» не пропускают обедов. Из-за них Кристин и Джонатан постоянно садились в углу, чтобы не пересекаться взглядом и, не дай Бог, не ввязаться в очередной конфликт, который разгорался буквально за секунду, благодаря вспыльчивости Хоппер. — Может, этого твоего монстра вообще не существует?       — Бессмысленно уже строить из себя второго Харрингтона, Нэнси, — отстранившись от подоконника, сказала дочь шерифа. Она поморщилась при фамилии Стива и рывком схватила пакетик яблочного сока. Распаковав зубами целлофан и вставив трубочку в отверстие, Кристин начала пить, громко прихлебывая. Смотрели на нее опасливо, да и она сама понимала, что ведет себя как минимум глупо и по-детски. Но как бы Хоппер мысленно ни проклинала Стива, она все еще чувствовала острую обиду внутри из-за его трусливого поступка. Сама виновата. Начала строить розовые замки, не удостоверившись в существовании фундамента. — И неужели мне снова придется демонстрировать швы на руке?       — Это могла быть просто неуклюжесть, — буркнула Уилер, не желая сдаваться железному аргументу о монстре без лица.       — Нэнси, — она почувствовала ладонь на своем плече, которая согревала сквозь ткань кофточки. Она начинает привыкать к внезапным прикосновениям Джонатана. Более того, все больше им симпатизирует, ощущая в одном простом жесте поддержку, защиту и что-то еще, более волнующее, чем в нетерпении рыщущие по всему телу ладони Стива. Который, похоже, решил поставить точку в их отношениях. Уилер разочаровалась, не получив сегодня ни приветственного поцелуя в щеку, ни собственнических объятий, ни очаровательной невинной улыбки. Стива сегодня как будто и не было, его место занял отстраненный бледный парень, бесконечно уставший непонятно от чего, и ни с кем не разговаривающий. Она хотела подойти на перемене, но мыслями отвлеклась на Кристин, которую увел шериф, а после она не смогла найти Харрингтона в его обычных местах обитания, таких как спортзал, столовая или парковка. — Крис права. Барбару, несомненно, надо вытащить, но и действовать необдуманно нельзя. Лаборатория как-то связана с этим монстром, возможно, они и смогут помочь с ним. Он слишком опасен, он до смерти напугал мою маму, и неизвестно, что бы с ней произошло, если бы она не сбежала.       — С этой тварью нельзя шутить. Она разорвала человека за несколько секунд. Представь, что будет, если она обоснуется в нашем мире, — Хоппер прицелилась в мусорное ведро, стоящее в углу, и, зажмурив левый, глаз швырнула пустую смятую упаковку, попав прямо в центр. Она довольно хмыкнула. — Ну и кто тут теперь король баскетбола?       — Раз этот монстр так опасен, зачем втягивать в это моего брата и его друзей? Они же еще дети.       — Ну, во-первых, мы тоже еще дети по всем законам, — Кристин отошла от подоконника, остановившись напротив Уилер и Байерса, которые к своим порциям и вовсе не притронулись. — Во-вторых, сразу становится понятно, что ты лучше провисишь два часа на телефоне, чем сыграешь с Майком в короткий квест в «Подземельях и драконах». Когда Демогоргон похищает волшебника, рыцарь устремляется вперед, рубя противников мечом; гном бросается в толпу врагов с воинственным кличем, менестрель не дает героям упасть духом и доброй песней исцеляет их раны, а мастер подземелий словно компас ведет команду к величайшему злу из всех, что они когда-либо встречали.       Нэнси смотрела на динамично жестикулирующую Кристин как на душевнобольную, пока та руками изображала то рубящий меч, то легко била себя в грудь, то игриво перебирала пальцами в воздухе, будто играла на арфе. Джонатан улыбнулся, наблюдая за тем, как Уилер, по всей видимости, борется с желанием броситься к телефонной будке и позвонить в психбольницу.       — Кристин хочет сказать, — по окончанию мини-спектакля в исполнении дочери шерифа, в чьей вменяемости, кажется, теперь сомневается вся столовая, Джонатан начал расшифровывать движения подруги. — Что какими бы запретами мы не угрожали ребятам, они не будут сидеть в своих домах и трястись от страха перед монстром. Они сделают что угодно, лишь бы спасти Уилла. Так же, как ты стремишься помочь своей подруге.       — Мы просто не сможем их от этого уберечь, — дополнила Хоппер, благодарно кивнув Байерсу. — Лучше пусть идут с нами, так у нас хотя бы будет возможность за ними присматривать.       Нэнси смотрела на них поочередно. Руки были скрещены на груди в закрытой позе, а глаза метались от одного лица к другому. Сложно принять обычной девчонке, что мир так изменился за несколько дней: злые ученые, похищение подруги, монстр без лица, ссора с парнем. Нэнси одной частью хотела просто сбежать от этих ожидающих взглядов Джонатана и Кристин, вернуться домой, запереться в комнате и не выходить оттуда до ужина, заполняя много страниц в своем девчачьем дневнике. Сейчас она поняла, что он именно девчачий, заполненный скучными, не нужными даже ей самой событиями, которые происходят каждодневно, изменяясь лишь в небольших деталях. Все описанное до этого дня стало неважным. Нэнси со злостью на себя вспоминала, как она смущалась даже написать о первом поцелуе со Стивом, о том, что она начала вливаться в компанию его друзей, хоть ей этого совершенно не хотелось. Эти розовые строчки, в одну секунду ставшие детским лепетом впечатлительной девочки. Нэнси уверенно кивнула, соглашаясь с друзьями, мысленно удивившись всплывшему в голове слову. Да, Ненормальная Заучка и чудик, вечно держащий руки в карманах, вот кто ее настоящие друзья помимо Барбары, а не Томми и Кэрол — неприятные отморозки, чуть ли не служащие ее парню. Похоже, уже бывшему парню. Нэнси для себя решила, что ей пора повзрослеть, какую бы самостоятельную она из себя не строила раньше. Она обязательно сегодня поговорит со Стивом, чтобы решить все раз и навсегда, потому что у нее больше нет времени жить одним Харрингтоном, игнорируя брата, семью, подругу, которых теперь она должна спасти от монстра без лица, пытавшегося убить Барбару и Кристин.       Хоппер увидела в ее глазах олененка непривычную для мисс Совершенство разгорающуюся решимость. Она не была более лишь бледной тенью этого чувства. Кристин подумала, что Нэнси теперь готова даже выйти в рукопашную с Демогоргоном, и тут же не сдержала уважительного смешка. Она говорила себе сотни раз, что никогда не сможет стать подругой такой лицемерной подхалимке, но мнение человека меняется очень часто на протяжении жизни. В случае Кристин, на протяжении нескольких очень насыщенных дней. Она почему-то была уверена, что Нэнси будет искать своего парня, чтобы выяснить отношения, и этот разговор будет вести именно она. Сейчас Уилер казалась более мужественной, чем Харрингтон, и это не могло ни понравиться дочери шерифа. Она перевела взгляд на Джонатана, так же смотрящего на заметно изменившуюся за минуты размышления Нэнси. Он упорно пытался замаскировать свой влюбленный взгляд простым восхищением, но Кристин успела изучить его глаза достаточно подробно, чтобы окончательно понять: ее друг не просто влюбился в мисс Совершенство, он прячет это чувство очень долго и, надо сказать, раньше у него это мастерски получалось. Ее сердце обливалось кровью при этом осознании, и Крис даже могла заплакать, но к чему бессмысленно лить слезы? Они всегда были друзьями, близкими и верными друг другу, но только друзьями. Девушка опустила взгляд на серые полуботинки, одолженные у Уилер. До появления Нэнси в их компании она даже не задумывалась о том, чтобы откровенно поговорить с Джонатаном. Ей казалось, что для недалеких сверстников они всегда будут изгоями, цепляющимися друг за друга, а теперь Кристин чувствовала, что может потерять его в ближайшее время, и от этого, укоряя, называла себя глупой ревнивицей. Она ловила каждый жест, каждый взгляд, казалось, даже мечтательные мысли друга о красавице и отличнице, такой светлой и умной. Связь между ним и Уилер крепла так быстро, особенно в ее отсутствие, что она больше не ощущала себя единственной, кому он готов открываться. Бойкая Хоппер действительно желала расплакаться, и она сделает это, как только останется с Джонатаном наедине. Ведь этот бой всю жизнь борющаяся Кристин проиграла всухую.       — Отличный спектакль, Хоппер, — гремела посуда, болтали ученики, беспрерывно топали ботинки, но Крис среди этого общественного шума все равно отчетливо услышала излюбленную глумливую интонацию Томми, за которой ожидаемо последовал не менее издевательский смех его подружки Кэрол. Она повернулась в пол оборота и увидела, как вместе с ними идет и Стив, и от этого девушка нахмурилась. В глубине души она до последнего надеялась, что после всего пережитого Харрингтон не вернется к прежней жизни «короля». — Тебе бы не на волейбол ходить, а в театральный кружок!       — А тебе стоит вернуться в детский сад, — огрызнулась дочь шерифа, полностью игнорируя присутствие Стива. — Хотя тебя и там примут за идиота.       На веснушчатом лице Томми заходили желваки, а темно-коричневые глаза презрительно сузились. Кэрол даже сплюнула жвачку на пол и вышла вперед, будто готовясь атаковать Кристин. Последняя напряглась, мельком взглянув на Джонатана, который встал между подругами, чтобы в случае чего завести их за свою спину, и Нэнси, царапающую ногтями джинсы. Этот раз не был похож на привычную перепалку, Крис чувствовала, как все ее участники настроены враждебно непонятно, по какой причине, не считая, конечно, извечной обоюдной неприязни. Она все-таки посмотрела на Стива, тот, в свою очередь, не спускал глаз с Уилер, ожидая от нее каких-то действий.       — Я же говорил, что в следующий раз тебе придется извиняться на коленях, — Томми обворожительно усмехнулся рыжеволосой и вернул высокомерный взгляд к Кристин. — То, что ты сегодня в платьишке, не освобождает тебя.       — Хватит, мы не за этим сюда пришли, — одернул друга Харрингтон и сделал два шага к Нэнси, но его остановила рука Джонатана, отодвинувшая молчащую Уилер назад. — Не вмешивайся, Байерс, я хочу поговорить со своей девушкой.       Нэнси подняла взгляд и поджала губы. Перед ней точно стоял не тот Стив Харрингтон, в которого она влюбилась. Этот уже больше походил на своих поданных — бугаев из команды по баскетболу, и внешнее обаяние перестало захватывать ее разум. Ее не зря называют отличницей, ведь Уилер далеко не глупая. Она понимает, зачем пришел Стив, чтобы увести ее от Джонатана и Кристин в свою компанию. Он рассчитывает, что она позабудет о Барбаре рядом с ним и всем известной парочкой. От этого мисс Совершенство сжала кулаки и опустила удерживающую ее руку Байерса. Кивнув ему и Хоппер, она без доли робости посмотрела в кофейные глаза, которые еще месяц назад могли бесповоротно пленить ее за пару секунд.       — Я никуда не пойду с тобой, Стив, — сказала девушка. Кристин довольно улыбнулась. Нэнси оставалась хрупкой внешне, но теперь никакой наседающий ветер в виде Харрингтона не способен ее сломить. Она точно знает, чего хочет, и идти на поводу у короля школы больше не собирается. — Больше никогда.       — Хочешь сказать, это все? Конец? — недоверчиво усмехнулся Стив. В его глазах Уилер увидела блеск накатывающих слез, и ее лицо дрогнуло. Стив Харрингтон собирается плакать из-за расставания? Мир точно сошел с ума, решила для себя Нэнси. Ее парня никогда нельзя было назвать хорошим актером, поэтому за монотонные стихотворения ему ставили «удовлетворительно», а вход в театральный клуб закрыли после первого же прослушивания на школьную пьесу в прошлом году. Но, видимо, его просто это не интересовало, потому что сейчас разочарованный взгляд Стива сменился усмешкой на губах, адресованной уже не ей, а Джонатану. — Поздравляю, чудик. Заграбастал мою девушку себе. А что же Хоп, оставил позади, а? Сделал лишней, или вы теперь втроем будете? Ходить за ручку, гулять… спать.       — Ты сам знаешь, что все не так, Стив, — спокойно сказал Джонатан. — Знаешь, что мы просто помогаем Нэнси…       — Да-да, найти Барбару, — насмешливо протянул Харрингтон. Фыркнув, Кристин посмотрела за спину Томми и Кэрол: некоторые столики притихли. Ученики во все глаза наблюдали за разгорающимся конфликтом. Стервятники. — Хорошо устроился, Байерс: начал подбивать клинья, как только ее подруга пропала. Поддерживать и давать по сто штук обещаний, что ты найдешь ее. Только вот ты забыл про меня.       Стив двинулся к Джонатану с твердым намерением как следует встряхнуть его, но он успел сделать лишь один шаг прежде, чем ладонь Кристин, останавливая, уперлась в его грудь. Конечно, куда же без вездесущей Хоппер! Он коротко засмеялся, когда почувствовал, как ногти впились в кожу через ткань кофты.       — Ты сделал свой выбор, когда бросил нас в лесу, — зашипела она, и ее обычно мягкий по своему звучанию голос зазвенел от злости. — Будь добр, избавь от своего общества и сейчас. Ты только на это и способен. Ваше величество.       — Ты не устаешь об этом напоминать, Хоп, но упорно стараешься забыть о том, что именно я тебя вытащил, я тебя спас, — последние слова он выделил особенно ярко, и они долетели до ушей наблюдателей в лице Томми и Кэрол.       — О чем идет речь, Стиви? — спросила последняя. Кристин бы согнулась от отвращения, если бы не пытала Харрингтона презрительным взглядом. Она раскрыла глаза, услышав в высоком голосе вспыхнувший интерес, и запрокинула голову от громкого смеха.       — Так ты ничего не сказал своим дорогим друзьям, Стиви? — еле отойдя от накрывшей волны, прохрипела дочь шерифа, утирая слезы. — Они не знают, что произошло, почему же? Ты так стыдишься этого? Давай, скажи им!       — Кристин, нам нужно идти, — неуверенно окликнула ее Нэнси, но сразу же поняла, что ей точно не отвлечь распаляющуюся Хоппер, поэтому она умоляюще посмотрела на Джонатана, напряженно следящего за каждым движением Стива и его друзей. Если они только попробуют прикоснуться к Крис…       — Звучит так, будто у вас была бурная ночь в лесу! — не к месту присвистнул Томми и заржал от собственной божественной реплики. Он достал из своего рюкзака предмет, который Кристин не могла ни узнать, ведь это был ее дневник. — Значит, все эти записи только об одном. Наша Ненормальная Заучка влюблена в Стива! Спасибо, что дал почитать, друг, я узнал много интересного, — кивнул он Харрингтону, замершему как и Хоппер, по коже которой побежал мерзкий холодок. Она пересеклась с ним округлившимися глазами, но Крис и на секунду не подумала начать разбираться. Она быстро замахнулась и ударила парня по щеке, отчего дернулись все участники перепалки.       — Ты ублюдок! — процедила она и вытянула вторую руку для повторного удара, но пальцы Стива обвились вокруг ее запястья. Щека пульсировала и теплела, наверняка на коже теперь цветет алый отпечаток, но Харрингтон не замечал этих мелочей. Он вздрогнул от ее взгляда, в котором не было ничего, кроме неописуемой злости. — Немедленно отпусти меня!       А он не мог и не хотел. Стив только не отрывался от лихорадочно блестящих медовых глаз, панически пытаясь составить в голове логичное объяснение, которое его бы оправдало, но это все не имело значения в невыносимые секунды черной ненависти, исходящей от девушки.       «Скажи, скажи что-нибудь, иначе она вечно будет тебя ненавидеть!» — мысленно кричал он себе. Черт бы побрал этого Томми с его болтливым языком; этот дневник, который он по случайности оставил у него; и эту Кристин, что вообще завела себе книгу откровений, будто ей было десять лет и ни одного друга, с которым можно поговорить.       — Сюрприз, сюрприз! А я всегда знала, что Хоппер сохнет по нему. Бедняжка так мечтательно на него смотрит.       «Боже, Кэрол, просто заткнись!»       — Я буду бить тебя до тех пор, пока ты не перестанешь прикасаться ко мне своими гадкими пальцами! Я не твоя лепечущая девушка, — прорычала Кристин приблизившись к Стиву. Их носы практически соприкасались, когда она остановилась, затем скривила уголок губ. — Хотя у тебя уже и девушки нет. Она тебя бросила, неприятно, должно быть?       Воспользовавшись заминкой Харрингтона, дочь шерифа резко дернула свою руку, вырвавшись из хватки. Она вернулась к Джонатану и Нэнси, сразу почувствовав ладони на обоих своих плечах: привычную теплую Байерса и маленькую похолодевшую Уилер. Кристин отметила, что получать двойную поддержку, оказывается, приятнее, чем быть вдвоем с Джо против всей школы. Она слабо улыбнулась, по наивности решив, что все кончилось, оставалось только вернуть свой дневник и уйти подальше.       — Знаешь, Нэнс, в чем я убедился? — сжав руку в кулак, спросил Стив, встретив недоуменный взгляд бывшей с насмешливыми искрами в глазах. — Даже самые невинные девушки, в конце концов, становятся маленькими шлюшками.       Уилер звучно вздохнула, с трудом вытолкав из легких воздух. Кристин только успела посмотреть на нее и убедиться, что та еще держится на ногах, однако сильно сжимая ее плечо, как с другой стороны ладонь резко исчезла, и через секунду Хоппер услышала, как кто-то завалился на пол, а ученики в столовой ахнули, а некоторые и вскрикнули. Джонатан набросился на Стива молниеносно, повалив его на лопатки и надежно оседлав. Он разбивал кулаки о его лицо со злым рыком, умудрившись без труда оттолкнуть подоспевшего к другу Томми. Но Байерс отвлекся, и теперь Харрингтон смог перевернуться и оказаться на обидчике, возвращая светловолосому парню порцию полученных ударов. Когда кровь брызнула на светло-оранжевую плиту, Кристин очнулась и вместе с Нэнси попыталась стянуть Стива с Джонатана.       — Перестаньте, слышите? Хватит! — умоляюще кричала Уилер, а Хоппер просто долбила кулаками по широкой спине короля школы, стараясь сбросить его с друга.       Она почувствовала тупую боль на скуле. Стив по неосторожности мощно оттолкнул ее рукой, и девушка упала на пол. В голове оглушительно зазвенело, и на пару секунд пространство вокруг нее исказилось. Черные мертвые цвета и животные вопли окружили Хоппер, отчего она закрыла уши, громко закричав.       «Только не это место, только не снова!»       — Кристин! — она услышала плаксивый вздрагивающий голос Нэнси, которая обеспокоенно кинулась к ней и, ухватившись за талию, вынудила ее подняться. Светлые стены расплывались перед глазами, а звуки борьбы и азартные выкрики не умолкали. Дочь шерифа тряхнула головой и, пошатываясь, показала Нэнси большой палец.       — Харрингтон, остановись! Остановись, идиот! — закричала она и, поддерживаемая Уилер, пнула его широким каблуком в левое бедро, однако Стив только рыкнул, держа слабо сопротивляющегося Джонатана за грудки, над которым, ухмыляясь, стояла Кэрол со своей невыносимой приторной улыбочкой… Кристин легонько оттолкнула Нэнси, шепнув ей: «Постарайся, пожалуйста, забрать мой дневник». Та ошеломленно раскрыла глаза, но потом кивнула, ринувшись к расслабленно наблюдающему Томми, а Хоппер подбежала к подносу с едой. Она рванула края пакетика из-под молока и, подойдя ближе, бросила его в смеющуюся Кэрол. Рыжая застыла на две секунды, чувствуя, как белая жидкость впитывается в пламенные волнистые пряди, стекает по лицу и оставляет жирные пятна на одежде. Она пронзительно завизжала и уставилась на Хоппер диким горящим взглядом.       — Сучка, я тебе все волосы вырву! — срывая голос, завопила она. Крис почувствовала неожиданно возникшую, тянущую боль: Кэрол действительно вцепилась в ее волосы и с силой дернула назад. Кристин инстинктивно подняла колено и ударила девушку в живот, отчего она, с криком согнувшись, отошла, и на серо-зеленых глазах заблестели слезы.       — Ума у тебя нет, нападать на дочь шерифа, — держась за скулу, выдохнула Хоппер и вновь двинулась к Харрингтону, чтобы столкнуть его с Джонатана, но она тут же остановилась и поморщилась от крика, заглушившего все звуки в беснующейся столовой.       — Немедленно прекратить драку или вы будете отстранены от занятий до конца года!       «Дело дрянь», — устало подумала девушка, подняв взгляд на висящую над витринами с едой колонку. Лишь бы директор школы не подавился собственными слюнями, брюзжа в своем кабинете в микрофон.