Интенсивный курс

Конечно, утром его голова болела, и, конечно, Скотт оказался просто до безобразия бодр и весел. И, конечно, миссис МакКол, собирая сыну аптечку, ничего не положила туда на случай похмелья. Так что Стайлз закинулся Аддералом и оправился к Дитону с желанием то ли вывернуться наизнанку, то ли просто пойти окунуться в озеро. Озеро, в которое он еще, между прочим, ни разу не залез, хотя днем было довольно жарко, а само озеро в трех шагах! Однако на это раз что-то изменилось. Дитон вывел их на одну из множества небольших полянок, окружающих лагерь. В этом колледже-лагере на самом деле было что-то удивительное. Случайно можно было наткнуться на ряд скамеек или беседку с китайскими фонариками, какие-то странные деревянные монументы таились среди деревьев, пометки и росписи, свежие и, напротив, глубоко въевшиеся в кору деревьев. Стайлз как-то наткнулся на мостик. Самый обыкновенный деревянный полукруглый мостик посреди леса, где и намека не было на воду. Дитон предложил им усесться в круг на большом удалении друг от друга и сам подал пример, опустившись и скрестив ноги. Стайлз тоже уселся в позу йоги. Элли примостилась по правую руку, а слева на Стайлза устрашающе пялился чернокожий парень с цветными косичками. – Я говорил вам, что есть два подхода к управлению ваши даром. Кто-то выберет один из них, но большинство из вас так или иначе всегда будут обращаться к обоим. Это логично. Это рационально. Не думайте, что то, чем мы занимаемся, – эта, с позволения сказать, «магия», лишена логики или последовательности. Пространство нашего воображения – источник этой силы, – Дитон коснулся своего лба указательным пальцем. – Однако источником модуса для неё является разум. Он встал и прошёлся по кругу, подав знак сложить вместе ладони. Из грубого холщового мешка насыпал каждому в подставленные руки черного, пряно пахнущего порошка – настолько мелкого, что он разлетался пылью от малейшего дуновения. – Это polvors fuego, мы записывали состав. Уникальная смесь, которая с одинаковой легкостью сожжет дерево и металл, но не при каких обстоятельствах не коснётся плоти. Он мгновенно вспыхивает от малейшей искры и легче, чем что-либо иное, воспламенится от вашего желания. Посмотрите на него. Представьте, как он вспыхивает, как крошечная искра разрастается, как ярко-желтый всполох растет, превращаясь в красный. Сосредоточенность и концентрация образов в вашем разуме станет катализатором. Сплавляя желание сердца и стремление разума, вы порождаете импульс, а затем придаете ему форму. Тот, кто верит, – видит. Мистер Дитон высыпал остатки polvors fuego себе в сложенную лодочкой ладонь, и, когда он чуть разжал пальцы, в руке заплясал веселый огонек. Он вырастал из polvors fuego, как росток из черного грунта в ускоренной перемотке, и распускался большим ярким цветком. Девушка, сидящая рядом с Дитоном, ахнула и чуть отодвинулась. На её шее с момента приезда неизменно болтались ярко-зеленые наушники, но, судя по тому, что Стайлз успел увидеть, провод болтался ни к чему не подключенным. Примерно через час, когда на ладони каждого из присутствующих наконец заплясал огонек, Дитон вновь уселся на свое место. Весь этот час он заставлял тех, кто уже зажег свой огонек, удерживать его, дожидаясь, когда получится у остальных. У Стайлза ломило виски и дрожали руки. Запах polvors fuego становился только сильнее, как будто он и вправду горел. На самом деле, количество порошка в ладонях Стайлза ничуть не уменьшалось. – А теперь, – тихо сказал Дитон и девять пар глаз напряженно уставились на него, – расслабьте немного ладони и высыпьте половину на землю. Стайлз знал этот тон и безошибочно определил этот момент. Вот так, сейчас, без подготовки и длинных речей, их будут испытывать. На прочность, терпение или силу, но то, чем закончится это занятие, станет отправной точкой. Стайлз не знал к чему и не хотел знать. Если все вокруг сходят с ума, стоит задуматься – может, с миром все в порядке, а не так что-то с тобой? Он послушно высыпал половину polvors fuego на землю. Огонек даже не дрогнул. Стайлз осмотрелся: у сидящего слева парня огонек погас, и он хмурился на зажатый в ладонях порошок; пара близнецов, которые вообще, похоже, не разговаривали ни с кем, кроме друг друга, дули на обожженные пальцы, просыпав весь порошок; Элли тихо, себе под нос, уговаривала огонек перестать колыхаться и говорила ему, что все будет хорошо. Стайлз не смог сдержать улыбку. Дитон встал и прошелся по кругу. – А теперь медленно высыпайте оставшийся порошок. Аккуратно. Помните, это только катализатор вашего воображения, одна из материальных деталей, за которые наш мозг инстинктивно цепляется. Думайте о том, что на самом деле огню он не нужен. Вам он не нужен. Стайлз закрыл глаза. Его правое полушарие всегда получало карт-бланш на то, что хотело. А научиться дружить с левым ему только предстояло. Черный порошок тонкой струйкой высыпался из ладоней. Стайлз, ощущая ладонями тепло, представлял себе крошечного дракончика, который ютится в его руках. Что-то вроде миниатюрной копии Смога, только доброго, потому что, ну, Стайлзу хотелось верить в хэппи-энды для всех. Он открыл глаза, когда понял, что не слышит больше тихого голоса Элли, спора близнецов и мягких слов Дитона, которыми тот подбадривал своих учеников. Гм. Все смотрели на него. Стайлз немного растерялся, разжал ладони, инстинктивно скрещивая их на груди. Там, где только что была лодочка из его рук, искрился… дракончик. Точнее, что-то отдаленно напоминающее летучую мышь с длинной шеей. Стайлз моргнул. Дракончик рассыпался мелкими искрами, которые бесследно осели на зеленую сочную траву. Дитон пристально на него смотрел. Начиная с младшей школы, Стайлз старался избегать подобного рода взглядов. Как правило, это означало вызов в школу отца под благовидным предлогом и хвалебными речами, но они всегда заканчивались неуютными паузами, во время которых он остро ощущал себя неправильным. Как будто квадратный кубик в детской игрушке нужно всунуть в коробочку, но все дырочки в ней – круглые. Дитон просто прошел дальше, едва заметно одобрительно кивнув. Ничего не произошло. Действительно, его ведь не сожгут? Не здесь, не сейчас. Стайлз расслабился, внезапно поняв, что за несколько секунд его мышцы успело свести от напряжения, а сердце стучало где-то под кадыком. Мир добрый, пушистый и толерантный, Стайлз. Расслабься. То ли от перенапряжения, то ли в качестве наказания за круто проведенный вечер, голова Стайлза немилосердно кружилась. По казавшейся неимоверно большой черепной коробке перекатывались тяжёлые металлические шарики, которые били по его голове изнутри при каждом резком движении. К горлу подступала тошнота, и, судя по звукам, доносившимся из-за деревьев, страдал так Стайлз не один. Дитон подошёл проверить пульс у слегка побледневшей Элли и вопросительно посмотрел на Стайлза, но тот лишь покачал головой. На самом деле ничего смертельного, и, чёрт, это было круто! Что бы сейчас ни происходило с его организмом, оно того стоило… – Сегодня днем вы свободны, – мистер Дитон подхватил с земли опустевший мешочек. – Отдохните. Если кто-то почувствует себя нехорошо, немедленно сообщите мне. До обеда оставалось еще почти полчаса, но Стайлз бодрым шагом направился на веранду – как Скотт прозвал столовую. Если прийти пораньше, там всегда можно урвать что-нибудь вкусное, как по секрету рассказала ему Эллисон. На веранде тусовались несколько ребят из класса ведьмаков, но ни с кем из них Стайлз почему-то так и не свел знакомство. Все они оказались потомственными ведьмаками с нехилым количеством заскоков и пунктиков. Большинство охотников еще не освободились с тренировки. Многие из них были старше Волхвов и Оборотней, и почему-то они предпочитали тусоваться между собой в пределах своих кубриков. Насколько Стайлз успел понять, Крис Арджент гонял их, пока они не выполняли все нормативы за этот день. Кто-то, выбиваясь из сил, тренировался даже вечером, а другие справлялись легко. Как на уроке физкультуры. Стайлз поймал себя на мысли, что немного скучает по Финстоку. Да, он ценил людей, которые могли нести феерический бред и ничуть на этом не заморачиваться. За дальним столиком Стайлз заметил Мэтта, единственного из Охотников, кроме Эллисон, с кем успел перекинуться парой слов. Так же, как и Стайлз, Мэтт страдал от запрета на электронику. Он приехал в лагерь с камерой. Стайлз заметил шикарную зеркалку у него на груди, а еще он заметил, как Дитон и мисс Моррел почти незаметно втолковывали ему о том, что камеру стоило бы убрать и не доставать, пока он не окажется дома. Что-то подсказывало Стайлзу, что, несмотря на милые улыбки и добрые глаза, эти двое умеют уговаривать. Мэтт с маниакальной сосредоточенностью выстраивал карточный домик. Перед ним уже высилось три этажа из треугольников. – Серьезно? – Стайлз уселся напротив. – Тут что, нет ничего вроде запрета на азартные игры? Мэтт, не отвлекаясь, показал ему изнанку карты, которую держал. На большом прямоугольнике странного вида женщина в белых одеждах и с завязанными глазами на фоне лазурной глади держала огромные мечи почти с себя ростом. – Только не говори мне, – в притворном ужасе прошептал Стайлз, – что вас учат развлекаться такими же?! – Если бы. У нас пистолеты и ножи… Ничего оригинального. – Откуда у тебя карты таро? – Стайлз осторожно упал напротив него и потянулся к ещё не задействованным в строительстве картам. – На суженного гадаешь? Мэтт щелчком отправил в него карту. Стайлз перехватил её на лету и поставил крышу двум карточным треугольникам. – Кейт дала. – А кто такая Кейт? – Младшая сестра нашего… э-э… как их тут называть? Деканами? – Мэтт ухмыльнулся и уже тише добавил: – У неё все можно достать. – Все? – переспросил Стайлз, ставя карты углом на новом уровне. – Всё, – с той же интонацией ответил Мэтт. Карточный замок быстро рос в высоту и ширину, возвысившись уже на шесть уровней, а напрочь забытый Стайлзом обед остывал на соседнем столике. После обеда Стайлз увязался за Скоттом на тренировку. Он пожалел об этом уже на полпути. Небо, в мгновение потемневшее и скрывшие солнце тяжелыми тучами, уронило на землю первые тяжелые капли. Стайлз стер со лба воду, но на макушку тут же упали новые. Возможно, он бы и согласился пойти к себе в комнату и просто отдохнуть, но лежащий там, в тумбочке, мертвым черным камнем мобильник вызывал у него депрессию. Стайлз уже сунулся с этим к Эллисон, но та лишь пожала печами – она привыкла. Лора же на его допрос с пристрастиями только посмеивалась. На самом деле она была чертовски вредной и коварной. И жестокой. Она говорила, что Стайлзу пора бы избавиться от этой зависимости. Нет, он, конечно, мог, но не хотел. Или не хотел и не мог. Или… но проблема становилась только острее. И, нет, он не ныл об этом Скотту каждый вечер. Но если, в конечном счёте, он сделает какую-нибудь глупость, виноват в ней будет этот дурацкий запрет. Присутствие на занятиях других отделений не то, чтобы запрещалось уставом колледжа-лагеря, но не особо приветствовалось. Стайлзу хватало мозгов понять почему, но он на самом деле надеялся, что им не придётся использовать полученные знания друг против друга. Дитон же не мог устраивать после этой шестинедельной смены какие-нибудь Голодные игры в качестве выпускного экзамена, на которых они должны были бы друг друга поубивать… Ведь не мог же? В конце пути их ждала идеально круглая поляна, вытоптанная сотнями ног так, что зеленая сочная трава, судя по всему, навсегда уступила эту территорию сухому мёртвому песку. – Их же вроде должно быть больше, – Стайлз вопросительно кивнул на собравшихся на поляне молодых оборотней. – Половина занимается с Питером. Урок по самоконтролю. У меня он был утром, а сейчас боевые искусства. С Дереком. – А-а. То есть мне представится шанс посмотреть, как вы дерете друг другу глотки? Это… воодушевляет. – Скорее, это похоже на избиение младенцев, – Скотт печально вздохнул. Стайлз улыбнулся. Это будет интересно. Ему бы ведро попкорна, и будет лучше, чем у широкоформатной плазмы. Когда в паре шагов позади раздалось насмешливое хмыканье, Стайлз чуть не взвился в воздух. Дерек бесшумно появился из-за деревьев и, выразительно переведя взгляд со Стайлза на Скотта, двинулся в центр поляны. Упс. Скотт с недоумением посмотрел на друга. Очень интересная макушка ближайшего дерева стала объектом пристального изучения Стайлза. Буквально завладела всем его вниманием… Ничего ведь не будет, верно? Небо, наконец, устало хмуриться и тихо плакать, видимо осознав, что это как-то не серьезно для такой грозной тучи. Почти тропический ливень прошелся дробью по листве, мгновенно промочив всё вокруг. По земле побежали крошечные ручейки, а на голову посыпались сбитые тяжелыми каплями листья. Стайлз предусмотрительно уселся на небольшую возвышенность между корнями высокого старого дуба. Широкие листья образовывали густую крону, под которой пока было относительно сухо. Поднялся холодный ветер, наполненный мелкими колючими брызгами. Стайлз поглубже забился во фланель рубашки и, постаравшись сложиться как можно более компактно, подтянул голени к груди. Дерек по одному подзывал оборотней и давал указания нападать. И это действительно больше напоминало избиение младенцев, чем бой оборотней. Не то чтобы Стайлз знал, как именно должен выглядеть бой оборотней, но, серьезно, это точно должно было быть чуть более эффектно! Когда к Дереку вышел один из оборотней – чернокожий, раза в три больше и тяжелей, – Стайлз мысленно сделал ставку на то, что он продержится минимум семь минут. Потому что скорость скоростью, а с такой горой мышц все равно стоит считаться. Этот спор он проиграл, и это было просто смешно! Не может этот небритый чувак быть настолько крут! Где-то в глубине Стайлзовой головы зашевелилось желание стать оборотнем, просто чтоб выйти против него и… у Стайлза получилось бы лучше, чем у всех этих! Может, он бы и не уложил Дерека на обе лопатки, но пару раз съездить по этой самодовольной ухмылке он бы точно смог. Руки зачесались, захотелось вскочить прямо сейчас и… Сидеть, Стайлз. Дерек в этой своей белой мокрой майке, которая обрисовывала пресс, подчеркивала бицепсы и трицепсы, соски и… почему у него такие узкие джинсы? Это не педагогично. Стайлз нахмурился. Что-то было не так. Очень-очень не так, он это буквально пятой точкой чуял. Но для начала стоило бы перестать пялиться. Тех, кто уже сделал неудачную попытку и выглядел после этого так, что о второй им, судя по всему, даже думать было больно, Дерек отправлял бегать. Нарезать круги вокруг всего лагеря. До самого конца трехчасового занятия. Стайлз мысленно поблагодарил Дитона. Просто так. Земля под ботинками начала промокать, и он забрался на толстый корень повыше. – Воробушек, – одними губами сказала Эрика, и Скотт кинул на Стайлза вопросительный взгляд. Стайлз посмотрел в ответ полными ужаса глазами. В них читалось что-то вроде нет-друг-точно-нет. Скорее я отгрызу себе пятки, чем подойду к ней ближе, чем на два метра. Скотт получил свою порцию тумаков и, послав Стайлзу многострадальный взгляд, припустил вслед за остальными нарезать круги. И нет, Дерек не был с ним более жесток, чем с остальными. Может, утыкать его носом в грязь и не было особой необходимости, но это же в любом случае лучше, чем сломанная рука, верно..? Айзек и Эрика остались последними и напали одновременно. И на Стайлзов, человеческий взгляд, делали это чертовски слаженно и быстро. Он даже задержал дыхание и чуть подался вперед. Дерек двигался, как… оборотень, да. Но Скотт так не умел. Может быть, просто пока, а может, обращенные никогда не достигали такого уровня владения собой. Стайлз почти не различал движения Дерека, его ноги в берцах плавно скользили по мокрому песку под ногами. Умудрившись извалять в грязи всех бет и омег, он все так же остался в чистой белой майке, и выглядел так, будто последний час слушал концерт в филармонии. А ещё. Просто. Невероятно. Самоуверенным. Он просто стоял там, посреди поляны, опустив руки и наблюдая исподлобья. В его крови наверняка должен течь чистый адреналин, ну, может, вперемешку с кортизолом, а на его пальцах даже когти не выросли. Стайлз присвистнул, оценив уровень самоконтроля. Айзек кинулся вперед, посылая тело в атаку, выставив перед собой когти и сверкая желтыми глазами. Черты лица заострились, а движения ускорились в несколько раз. Очень не хватало плеера, потому что, если бы сейчас в ушах Стайлза гремело что-нибудь тяжёлое и ритмичное, это было бы гораздо круче. Айзек прыгнул вперед, и Дерек единым, почти невидимым глазу движением обхватил его шею ладонью и припечатал спиной к земле. Брызги мокрого песка разлетелись из-под спины Айзека, а сам он широко открывал рот, пытаясь сделать вдох. Второй рукой Дерек не глядя отбросил назад Эрику. Ладно, в том чтобы быть оборотнем есть до хрена преимуществ. – Слишком предсказуемо, – бросил Дерек Айзеку, помогая подняться, и кивнул в сторону едва видимой тропинки. Она убегала в лес и дальше, по широкой дуге огибала лагерь. Эрика тем временем вся подобралась и, дождавшись, когда Айзек окажется достаточно далеко, прыгнула вперед. Она обхватила Дерека ногами и руками, прижимаясь всем телом. Впилась в него поцелуем, запустив пальцы в короткие темные волосы. Это было… внезапно. Стайлз смотрел, как широкие ладони Дерека обхватывают туго обтянутые леггинсами бедра Эрики, как её волосы рассыпаются по плечам блестящим водопадом, как сильные руки ползут выше на выгибающуюся талию… И как красивое тело летит на мокрый песок. – Рот закрой, – бросил Дерек Стайлзу не глядя и кивнул Эрике в направлении, куда чуть ранее отправился догонять остальных Айзек. Она зло нахмурилась, сверкнув желтыми глазами, но послушно скрылась среди деревьев. Дерек брезгливо стер с губ остатки ярко-красной помады. Стайлз внезапно понял, что остался с Дереком один на один, и почувствовал себя очень неуютно. – Э-м-м… это было круто. Он вылез из-под своего дерева и, запрокинув руки, прогнулся назад, насколько сгибалась спина – до хруста позвонков. Все тело онемело и глухо ныло. Когда Стайлз снова принял вертикальное положение, то увидел, что Дерек на него пялится. Ок, может и нет, но с его покер фейсом и бровями, строго параллельными горизонту, всегда казалась, что он пялится. Стайлз решил тут же поделиться с ним этим воистину бесценным открытием: – Ты пялишься на меня, как волк на Красную Шапочку! Так вот, я не внученька, то есть не Шапочка, и даже не в красном. И вообще, в той сказке все довольно стрёмно закончилось, для волка я имею в виду. Хотя если брать оригинальную версию, то… а, впрочем, там волку тоже ничего не обломилось… о чем это я? Это было правда круто. Но попахивало читерством и злоупотреблением. Немного. – Ты вообще в курсе, что иногда люди думают, прежде чем открывать рот? – Это похоже на слоган одного из тех шоу, где толстые дяди и тети прыгают на батуте и проходят мимо фаст-фудов с закрытыми глазами. Дерек хмыкнул. По его шее с волос скатились капли и быстро впитались в ворот майки. Стайлз решил, что ему холодно и, в общем, пора. – Брысь отсюда, – бросил Дерек, теряя к нему интерес. Стайлз тут же передумал и понял, что никуда ему идти не надо. Он накинул на голову капюшон и зажал в зубах конец шнурка. – Так, по-твоему, выглядит «обучение боевым искусствам»? Потому что, знаешь, оно совсем так не выглядит. По крайней мере, в нормальном мире. Ты вообще бывал в нормальном мире? – Ты что, идиот? – А тебе слабо разговаривать длинными предложениями? Дерек нагнулся и, собрав пригоршню мокрого песка, сжал его в шарик и швырнул в Стайлза. Тот увернулся и решил, что Дерек не очень-то и старался. Рукоприкладство не со своими подопечными ему наверняка не разрешалось. Это стоило запомнить. – Не сложно, – Стайлз выразительно развел руками, и Дерек добавил. – Кажется, ты должен доставать сейчас кого-то другого. Дитона, например. – Он нас распустил. Ты идешь на ужин или будешь тут ждать возвращение блудных волчат? – Они не вернутся. Будут бегать до шести вечера, – Дерек выглядел так, как будто не совсем понимал, что происходит. Ну да, вряд ли его волчата, которых он регулярно использовал в качестве груши, позволяли себе быть наглыми. Но Стайлз не оборотень, не бета, а значит, ему можно и он будет . – Отлично, тогда пошли. Сегодня должны давать картошку. Наконец-то! Я, кстати, Стайлз. – Да, я слышал. – Умничка, но это тоже читерство. Дерек прищурился и слегка обнажил клыки, но сдержался. Просто образцовый оборотень! Да, Стайлз любил потыкать палочкой во всё, что могло его цапнуть. А еще он любил неприятности, внезапные контрольные, серийных убийц (издали и исключительно теоретически!), срывать с раны пластырь и виноградные леденцы. Интересно, Лора притащит ему пачку, когда поедет в город в следующий раз? Как-то мало верилось на самом деле, она еще слегка дулась на него за то, что он заявил о её повышенной вредности. У них, видимо, вся семейка такая… Кстати о семейке. – Дерек, а притащишь мне леденцов, когда поедете в город? Дерек посмотрел на него, как на идиота. Нет, серьезно, ему стоило бы быть хоть чуточку оригинальным. А Стайлза до сих пор не убили, и эта мысль дорисовывала ему за спиной взъерошенные крылья. Иллюзорное чувство полета на метафорических крыльях в лагере, где тренировали оборотней и обучали волхвов. Ладно, пора признать, что что-то где-то в его жизни пошло не так. Прости, папа. Дерек развернулся и направился к центру лагеря. Стайлз, естественно, пошел за ним, продолжая говорить, потому что, если он хоть что-то понимал, помимо сомнения в Стайлзовой разумности во взгляде Дерека промелькнуло любопытство. - Нетрудно догадаться. Доставка продуктов каждые три дня. Хозяйственное обеспечение лагеря отработано, но контролируется хреново. Потому что, собственно, тут все на всех. Дитон вообще знает, что такое производственная иерархия и коллективная работа? А изменение предметов происходит каждую неделю. Распределение нагрузки по динамичной системе, не удивлюсь, если в конце будет обучение в индивидуальном порядке. Судя по распределению построек, раньше тут дрессировали только Оборотней. И что-то мне подсказывает, что так делают и сейчас. С Ведьмаками и Охотниками более-менее понятно, но я уверен, оборотней кусают не по расписанию… Дождь закончился. По влажному лесу беззвучно стелился белесый туман. Стайлзу необъяснимо хотелось сойти с тропы и кинуться туда, где туман скроет кроссовки, а ты сам будто бы пойдешь по облакам. Стайлз посмотрел на Дерека. Получил примерно 0,001 % внимания в ответ. Посмотрел снова и решил, что стоит попытаться просверлить в собеседнике дырку. С осторожностью, конечно, потому что сейчас, возможно, он и правда смог бы это сделать. Стоит спросить Дитона, на всякий случай. Только когда он чуть не прошел дерево насквозь, потому что играл в гляделки, а в этой игре нельзя смотреть по сторонам, Дерек соизволил ответить. - Их обучают круглый год, если находят только что обращенного оборотня, не привязанного к стае или альфе. Но сюда их привозят, только если поблизости нет стаи, готовой их принять. - К Скотту никто не пришёл, – нахмурился Стайлз. - А как, ты думаешь, находят омег? Здесь нет волшебных скрижалей, где их имена пишутся светящимися маркерами кучкой оракулов. - Вау, какой поэтический образ! Долго придумывал? – встрял Стайлз, но Дерек не обратил на это внимание. Он выглядел чуть более угрюмым, чем пару минут назад. - Те, кто получает приглашения в лагерь, – новообращенные, которым повезло попасть в стаи. Омег находят, когда они убивают. Рвут на куски близких и друзей. Оставленные без присмотра и объяснений альф, они чувствуют страх, голод и ярость. Иногда кровавый след за ними тянется через города, прежде чем их находят. - Но Скотт никого не убил! И в стаю не попал… Как его нашли? Стайлз засунул кулаки поглубже в карманы и спрятал глаза в тени капюшона. Скотт мог бы разорвать его, а отец потом смотрел бы на строчки полицейского отчета. В папке бы лежали фотографии с распотрошенным телом и литрами крови вокруг. - Ты лучше спроси, почему твой друг никого не прикончил, – Дерек кинул на него безразличный взгляд. - М-м-м… ну да. Это тоже существенно. Так почему? Дерек приподнял плечи и с некоторым сомнением ответил: - Дитон сказал, что из-за тебя. Вообще-то в его голосе было очень, очень много сомнений. Стайлз его чувства разделял, так что возмущаться не стал. - Ну, я, конечно, крут, но как-то это… - Дерек, мне нужна твоя помощь, – Стайлза перебил уверенный женский голос, а его обладательница выступила навстречу совершенно беззвучно. На высоких шпильках и в строгом костюме она смотрелась в местном антураже слегка странно. Как оказалось, их перехватила женщина, отвечающая за регулярные поставки еды и прочего необходимого в лагерь. До веранды оставалась пара десятков метров, и Стайлз уже чувствовал соблазнительный запах еды. - Что случилось? – Дерек тут же отступил от Стайлза на полшага и быстро отряхнул джинсы от песка. Стайлз узнал это жест и сразу повеселел. Когда отец ловил их со Скоттом где-то не там, где надо, он тоже так делал. – Фургон с продуктами на следующую неделю не может прибыть, проблемы то ли с транспортом, то ли с водителем... Поставщики очень извинялись и оправдывались, но нам от этого не легче. Нужно съездить и забрать хотя бы минимальный набор. Стайлз видел её на открытие смены, но она явно не жила в лагере. Женщина прижимала к себе высокую стопку бумаг и, судя по движениям ручки, проставляла галочки на верхнем листе. Она выглядела как образцовая бизнес-леди, в очках со строгой оправой, идеальным маникюром и дорогим паркером в руках. Женщина протянула Дереку ключи. – Питер послезавтра едет в город… – тот принял их с плохо скрытой неохотой. – Сынок, дорогой, ты хоть представляешь, что бывает с подростками, когда они не получают свою дневную норму глюкозы? Дерек явно не представлял, но спорить не решился. Стайлз хмыкнул – даже самые грозные волки слушаются своих мам. На мгновение стало грустно. Из помещений кухни, святая святых, куда гостей лагеря не пускали строго-настрого, парой шумных смерчей вылетели двое рыжеволосых мальчишек, не доросших даже до звания первоклашек. Они что-то кричали на смутно знакомом Стайлзу языке, размахивая ярко располосованными листами и теряя на ходу толстые маркеры-выделители. Они наскочили на Дерека с двух сторон с криками: «Дядя Дерек! Дядя Дерек!!!» – и повисли на его руках с одинаковым восторгом в одинаковых зеленых глазах. Дерек замер с каменным лицом, стараясь не шевелиться лишний раз. Стайлз прыснул. И миссис Хейл поддержала его смех, не постаравшись сдержаться. – У него есть некоторые проблемы в общении с детьми, – доверительно подмигнув, сообщила она Стайлзу. – Меня это не удивляет, – Стайлз заговорчески ухмыльнулся, показав малышам два больших пальца. – Вы читали ему мало сказок? – Нет, но я, кажется, зря читала ему оригинальные версии… Стайлз хмыкнул. Дерек наклонился к ближайшей рыжей макушке и зашептал что-то на ухо. Две одинаковые головы мгновенно повернулись в сторону Стайлза. Тот инстинктивно шагнул назад. Загоревшиеся желтым глаза внимательно следили за каждым его движением. Он сделал шаг ещё дальше. Дерек чуть пригнулся и придал ускорения двум маленьким рыжим смерчам. Издав победный клич с индейскими мотивами, они синхронно кинулись на Стайлза с фломастерами наперевес. - Робби, Тобби!.. – предостерегающе начала миссис Хейл, но договорить не успела. Близнецы накинулись на Стайлза, сбивая его с ног. Через тридцать секунд он уже гордо носил на лице боевую раскраску в духе коренных индейцев. Фиолетовые и оранжевые полосы пересекали лоб и спускались по щекам. Закончив свое цветное дело, близнецы отскочили, как резиновые мячики, и чуть присмирели. С опаской поглядывая на дело рук своих, Стайлз отобрал фиолетовый маркер и дорисовал вертикальную черту у себя на подбородке. Робби и Тобби восторженно завизжали и повисли на нем так же, как минуту назад на дяде Дереке. Миссис Хейл укоризненно посмотрела на сына. Тот не отреагировал. – Хорошо, что я не купила им обычные маркеры. Эти хоть не яркие, – успокоила она Стайлза, в её глазах искрился смех. – Почти не видно. Стайлзу все больше нравилась эта семейка. Пожалуй, стоит познакомиться с Питером, судя по тому, как о нем отзывается Лора, это будет любопытно. – А можно я тоже? – Стайлз состроил щенячьи глазки. В них появились почти настоящие слезы, когда он вспомнил о мертвом мобильнике, который ждал его под подушкой и который, может быть, удастся подзарядить, пока Дерек будет разбираться с провиантом. – Нет! – прорычал тут же Дерек – Я думаю, Дерек справится и один, – с сомнением ответила миссис Хейл. Но Стайлз получил поддержку с неожиданной стороны. – Да! И мы с ними! Можно-можно-можно? – встрял Робби – или Тобби? – тоже строя глазки миссис Хейл. Стоит отметить, что у него это получалось не в пример лучше. – Нет! – теперь в голосе Дерека слышался почти настоящий ужас. – В фургоне только два места. Стайлз едет со мной! Он бесцеремонно схватил Стайлза за шиворот и потащил в сторону стоянки. - Дерек, список! Миссис Хейл смеялась, помахивая стопкой листов с таблицей с кучей позиций и цифр. Стайлз её уже почти любил.