Лунная дорога

      Дела у ассасинов шли неплохо. Поиски плащаницы наконец-то начали давать результаты, и Иви Фрай немного успокоилась. Осечки по-прежнему преследовали её, но продвинувшиеся отношения с Генри с лихвой скрашивали разочарование от неудач. Брат не появлялся в поезде уже целую неделю, но Иви лишь пожимала плечами. Такое случалось и раньше, ведь банда требовала пристального внимания и времени. — Наверняка сидит где-нибудь в засаде, выслеживая очередного тамплиера, или пропивает награбленное в пабе, — ответила Иви на очередной осторожный вопрос мистера Грина.       Но Генри не был так уверен. В отличие от него Иви не знала, что Джейкоб связался с едва ли не самым опасным тамплиером в городе. Первые несколько дней Генри честно старался не думать об этом, но по прошествии пяти дней стал подозревать неладное. Обычно Джейкоб напоминал о себе если не своим присутствием, то заметками в газетах, разрушениями или громкими убийствами. Его имя частенько мелькало в разговорах бандитов, обсуждающих крупное дельце, да и простых граждан, кому посчастливилось стать свидетелем того или иного его подвига. Но сейчас Фрай как будто под землю провалился. На прямые вопросы местные Грачи лишь пожимали плечами и отвечали, что давненько тот не объявлялся. Никто, даже бездомные, не видел Джейкоба Фрая уже с неделю. На седьмой день Генри не выдержал. Если с ассасином и могла приключиться беда, то в этом, несомненно, был замешан Максвелл Рот. Версию, что Джейкоб мог просто влипнуть в какую-нибудь совершенно дурацкую передрягу и не выбраться, он отмёл сразу. В конце концов, Братство никогда не прислало бы на подмогу абы кого.       К «Альгамбре» он добрался лишь ближе к обеду и остановился недалеко от главного входа, не зная, что ему делать дальше. Генри редко выбирался на вылазки, с удовольствием отдавая эту прерогативу близнецам. Но в этот раз случай был особый. Театр гордо возвышался над небольшим парком, подмигивая ассасину слепящими бликами чистых высоких окон, словно ждал и хитро улыбался. Прогулявшись вдоль парка пару раз и оценив обстановку, Генри пришёл к выводу, что вламываться в логово хоть и сомнительного, но всё же союзника через окно как минимум неприлично. Если глава Висельников никак не причастен к исчезновению Фрая, то открытыми обвинениями его можно было запросто вывести из себя. Неким мистическим образом Джейкоб умудрился найти с ним общий язык, и Генри отчаянно не хотелось лезть в эти странные, откровенно говоря, диковатые отношения. С другой стороны, идти через главный вход он опасался. Пусть Максвелл и оказался на их стороне, но это никак не означало, что он ждёт гостей. Прямого приглашения, как впрочем и косвенного, Грин никогда не получал и вполне оправданно опасался обнаружить под рёбрами нож от верных собак Максвелла.       Неуверенно покружив между джентльменами, бурно обсуждающими постановку, Генри всё-таки дерзнул зайти внутрь. Там его ждал уютный и в то же время роскошный холл, устланный мягкими красными коврами и освещенный теплым светом керосиновых ламп. Из недр театра доносилась музыка и шум голосов. Леди, стоявшая недалеко от стойки, поспешила ему навстречу и вежливо пояснила, что выступления начинаются только после заката, поэтому сейчас театр закрыт для посещения. Так же она предложила купить билеты, но Генри отказался. Мельком взглянув на цены в буклете, он лишь горестно вздохнул. Постановки Максвелла были ему явно не по карману. Грин хотел было отложить свою безумную вылазку, но на улице его уже ждали. Хмурый джентльмен в неприметном котелке уверенно сделал шаг ему навстречу и поинтересовался: — Мистер Грин?       Генри с подозрением уставился на незнакомца и, помедлив, кивнул. — Полагаю, вы пришли к мистеру Фраю? Я провожу вас внутрь. Так же мистер Рот надеется, что вы заглянете к нему в кабинет, когда закончите свои дела здесь. Он бы хотел с вами поговорить, — сказал незнакомец и, развернувшись на каблуках, пошёл прочь от главных дверей. — Можно мне узнать ваше имя? — спросил Генри, понимая, что представляться бессмысленно. — Льюис. — Приятно познакомиться, мистер Льюис, — осторожно сказал ассасин. Его провожатый лишь коротко кивнул и завернул за угол.       Неприметная дверь вела прямиком на сцену, и Генри с нескрываемым любопытством уставился на декорации. Пока механики возились с декоративными элементами, актеры расхаживали с листами бумаги и бормотали себе под нос реплики. Неподалеку от сцены оказалась стайка молоденьких девиц, болтавших о всякой ерунде. Стоило им увидеть Генри в сопровождении Льюиса, как они тут же затихли, внимательно изучая гостя. Провожатый повёл ассасина дальше, на лестницу, по длинному коридору к самому последнему проходу. Остановившись, Льюис обернулся и указал на дверь. — Полагаю, дальше вы справитесь сами. — Благодарю, — кивнул Генри и решительно постучал. — Я занят, Льюис! Зайди позже, — рявкнул из-за двери бодрый голос Джейкоба. Генри изумлённо взглянул на своего провожатого, но тот лишь ухмыльнулся и сделал пригласительный жест ладонью. Собравшись с мыслями, ассасин нерешительно толкнул дверь.       Очутившись в богато обставленной алой, как и вся «Альгамбра», комнате Генри молча застыл на месте. Перед его глазами раскинулась дивная картина маслом. Джейкоб Фрай собственной персоной лежал на животе на огромной двуспальной кровати с увесистыми столбиками для полога. Перед ним располагалась пухлая книга, в которую Фрай с интересом и уткнулся. Болтая босыми ногами в воздухе, он методично закидывал в рот виноград с посеребренного блюда, стоявшего прямо на алом покрывале. Для полноты картины не хватало разве что полуголых девиц с опахалами и талантливой арфистки у ног. — Я же сказал, что я… — Джейкоб раздраженно вскинул голову и замолчал. — Генри? Что ты здесь делаешь? — Тебя ищу, — растерянно отозвался Грин. В его воображении Джейкоб страдал в заточении в темном подвале, а не прохлаждался в одном из самых дорогих мюзик-холлов как в пятизвездочном отеле. — Джейкоб, что я здесь делаю понятно. Но что здесь делаешь ты?! — Читаю, — ляпнул Фрай первое, что пришло в голову. — Неужели? — Генри скрестил руки на груди. — Ты вообще в курсе, что это логово тамплиеров, а не библиотека? Или Максвелл Рот тебя не просветил? — Генри, что случилось? — мягко спросил Джейкоб, старательно переводя тему разговора. — Почему ты меня искал? — От тебя не было вестей целую неделю. Я подумал, что ты влип. — И пошёл в театр? — Фрай хохотнул. — Зачем? Решил отметить с шиком мою кончину? — Перестань. Учитывая недавние события, я разузнал побольше о твоём новом друге и знаю, где его видят чаще всего, — Генри укоризненно покачал головой. — Я забеспокоился и решил проверить всё прежде, чем обращусь к твоей сестре. — Иви знает?! — Нет! Говорю же! Мне нужно было убедиться, что ты действительно в опасности, и разузнать по чьей вине. Но теперь я вижу, что с тобой всё в порядке, — Грин скривился. — Кстати, нам вообще ждать твоего возвращения или ты собираешься здесь обосноваться? — Я вернусь, — заверил его Джейкоб. — Просто здесь у меня ещё есть дела. — О, понимаю. — Прозвучало не очень… искренне. — Джейкоб! Что тебя здесь держит? — Отличная кровать, на которой я могу выспаться, бесплатный фуршет, — послушно начал перечислять Фрай, загибая пальцы. — Приятная компания, уйма свободного времени, теплые комнаты… — И целый театр в придачу, чтобы было, где провести досуг! Хорошо устроился, нечего сказать, даже на улицу выходить не нужно. А как же освобождение Лондона? — Генри, успокойся. Я не забыл о наших целях, ясно? — Джейкоб оказался напротив и скрестил руки на груди. — Просто я пока не могу уйти. — Почему это? — Генри нахмурился. Его взгляд невольно соскользнул с лица ассасина ниже и уперся в тугие бинты. — Что это? Перевязка? Ты ранен? — Да… — Это?.. — Нет! Нет, Генри! Максвелл тут ни при чём! Он вообще меня заштопал, когда я к нему уже почти синий ввалился! — Фрай замахал руками. — Благодаря ему я сейчас здесь, а не гнию где-нибудь в канаве Лондона. — Как это произошло? — Да из-за чая этого дурацкого… — Джейкоб раздраженно отмахнулся. — Чая? — Ага, чая Старрика. — Чай Старрика? Джейкоб, я ничего не понимаю, — Генри устало опустился на краешек стула.       Джейкоб вздохнул, уселся напротив и, сунув ему в руки угощение, начал рассказывать свою, без всякого сомнения, эпическую историю. Генри сидел, послушно ел предложенный виноград и пытался понять, как он умудрился связаться с этим человеком. Когда Фрай наконец замолчал, индиец вздохнул и медленно произнёс: — То есть ты пытался угнать у Старрика повозку с чаем… — Я не знал, что там чай! Изначально планировалось украсть оружие! — Не важно. Ты увел из-под носа Магистра Тамплиеров его повозку с чаем, случайно заехал на его же территорию, получил пулю и, не найдя достойной замены, рванул в театр. Здесь тебе оказал первую помощь сам Максвелл Рот, чьи люди, предположительно, тебя и ранили, а затем предоставил убежище и все условия для скорейшего выздоровления?.. Джейкоб. Ты понимаешь, насколько дико это звучит? — Обычный день обычного ассасина… — лениво протянул Джейкоб. — Но в одном ты, конечно, абсолютно прав. — В чём? — Ни в коем случае нельзя говорить об этом мисс Фрай. Иначе она посчитает, что я свихнулся. — Не драматизируй, Генри. Иви меня знает, вряд ли это её удивит. — И правда. Скорее её удивит то, что ты соблюдаешь постельный режим. — А что здесь такого удивительного? — Джейкоб, твоя сестра постоянно просит тебя быть осторожнее, но ты совершенно к ней не прислушиваешься! — возмутился Генри. — Что на этот раз заставило тебя одуматься? — Максвелл попросил не высовываться до тех пор, пока эти швы не срастутся окончательно, — неохотно ответил Джейкоб. — Изумительно! Признайся, Джейкоб, он тебе угрожает? — Нет! С чего ты вообще взял, что он может меня запугать? — Даже не знаю. Может потому, что ты выполняешь любую его просьбу? Твоя сестра годами такого добиться не могла! Что в нём такого? Угрозы? Шантаж? — Генри, у тебя слишком бурная фантазия! — засмеялся Джейкоб. — Я просто подумал, что было бы неплохо немного отдохнуть и поправить здоровье. К тому же здесь не так уж и скучно, как может показаться на первый взгляд. Если тебе будет от этого легче, то Максвелл тоже не в восторге, что я нахожусь здесь не в самой лучшей форме. У меня даже есть его настоятельные рекомендации, куда и в какое время соваться не стоит. Я осторожен, правда. — Тамплиер, оберегающий ассасина… Дожили! — Генри беспомощно взмахнул осиротевшим виноградным черенком. — Максвелл не просто тамплиер, Генри. Он мой друг, — серьёзно произнёс Джейкоб. — Разве всё, что я тебе рассказал, это не доказывает? — На первый взгляд выглядит и впрямь сказочно, — Грин заколебался. — Но я всё ещё ему не верю. — Тебе и не нужно. Достаточно того, что ему верю я, — Фрай обаятельно улыбнулся. — Не волнуйся о Максвелле. Раз он мой, то и разбираться с ним буду я сам. — Друг, — на автомате поправил Грин. — Что? — Он твой друг. — А я как сказал? — удивился Джейкоб. — Ты сказал, что… да неважно. Мне всё равно придётся с ним разговаривать, — Генри насупился. — Зачем? — Фрай был не слишком доволен таким раскладом. — Затем, что опасно игнорировать прямую просьбу такого опасного союзника. — Максвелл хочет с тобой поговорить? Ого! — Джейкоб внезапно развеселился. — Это должно быть крайне увлекательное действо! Жаль, я этого не увижу! — Ты со мной не пойдёшь? — тоскливо протянул Грин. — Нет, разумеется. Тебе полезно пообщаться с Ротом с глазу на глаз. Может даже перестанешь шарахаться от него как от чумы, — ухмыльнулся Фрай и наглейшем образом выпихнул удивлённого ассасина за дверь. — Давай, Генри! Смелее! Нам с ним ещё работать! Спасибо, что проведал! Передавай привет Иви! Дверь захлопнулась за спиной, и Генри остался в коридоре один. — А куда идти-то? — рассеянно спросил он у пустоты.       Раньше Генри не приходилось бывать в «Альгамбре», и в этом не было ничего удивительного. Вотчина Максвелла Рота была наглухо закрыта для посещения представителями Братства Ассасинов. Тем удивительнее был тот факт, как легко и играючи здесь обосновался Джейкоб Фрай. Молодой ассасин, похоже, не испытывал ни малейшего дискомфорта по поводу близкого соседства с одним из опаснейших тамплиеров. Более того, Генри мог поклясться, что никогда не видел Джейкоба в таком прекрасном расположении духа, когда тот находился среди своих, казалось бы, товарищей. В поезде младший Фрай мгновенно подбирался, натягивал насмешливую ухмылку и без всякого зазрения совести огрызался на любого, кто посмел приблизиться к нему ближе, чем на милю. Единственным исключением был момент, когда ему таки удалось сколотить банду и одержать первую крупную победу. Тогда Джейкоб чуть ли не целую неделю сиял самодовольной улыбкой, чем неимоверно нервировал сестру. Однако под круглым куполом театра он неуловимо преобразился. Несмотря на бинты и общее недомогание, выглядел Джейкоб на зависть счастливым. Недоверчивый взгляд сменился лихорадочно полыхающим блеском, а выражение скуки на лице возбужденным интересом. И как бы Генри не хотелось этого признавать, Фраю явно шло на пользу знакомство с Дьяволом Лондона. Стыдно говорить, но Братство редко разорялось на элементарные условия комфорта для своих бойцов. Порой так и вовсе отказывало в необходимых вещах, считая, что ассасины должны сами себя обеспечивать. Чего нельзя было сказать о тамплиерах. Пусть Орден и был одержим идеей тотального господствам над всем и всеми, но помощью своим они никогда не пренебрегали. Многие из них считали, что воевать на пустой желудок — дело неблагородное, а потому не скупились тратиться на снаряжение и обеды своим людям. Возможно, именно поэтому тамплиеры в Лондоне процветали, старательно обогащая себя и союзников, и беспощадно расправляясь с врагами. Ассасинов в Лондоне изначально было не так уж и много, и нелёгкие условия жизни ничуть не помогали ситуации. Братство считало, что бойцы должны быть закаленными и выносливыми, но на деле таких вояк оставались единицы. Тамплиеров же было много, они охотно набирали новых людей и разрастались, словно раковая опухоль. Без всяких сомнений один толковый ассасин стоил полсотни едва обученных рекрутов Ордена, но и его потеря жестко аукалась всему Братству, в то время как тамплиеры быстро восполняли потери, оставляя самые ценные кадры в тылу. Беспроигрышная стратегия Старрика несомненно давала свои плоды, изничтожив Лондонское Братство почти под корень, но отчего-то дала сбой на Максвелле. Мотив, озвученный Джейкобом, был, мягко говоря, сомнителен и туманен, как Лондон на рассвете, и Генри собирался выяснить истинные намерения тамплиера во что бы то ни стало.       Дорогу к выходу он запомнил прекрасно, но где находился в данный момент тамплиер или хотя бы его кабинет, если таковой вообще был, Грин не имел ни малейшего понятия. Театр был велик, и его внутреннее убранство ассасин представлял крайне слабо. Несколько этажей, множество коридоров и дверей, за которыми могло скрываться все, что угодно, от гримёрок актеров до личных пыточных. Проверять каждый проход Генри не стал бы даже под страхом смертной казни, боясь нарваться на нечто невразумительное и до одури опасное, что вполне соответствовало непостоянной натуре Максвелла Рота. Врождённый инстинкт самосохранения подсказывал Генри, что шпионскую вылазку по территории потенциального врага он вполне мог бы и не пережить, а, зная буйные нравы местного антрепренёра, воображение подкидывало ужасающие картины расправы, от которых по спине бежали толпы мурашек. Но заблудиться и сгинуть в тамплиерской обители Генри не дали. Недалеко от лестницы его подкараулила стая хорошеньких молодых девиц. Юные примы мгновенно обступили удивлённого ассасина и зажали в укромный уголок, отрезав все пути к отступлению. — Вы только посмотрите, девочки! Какой экзотический улов! — промурлыкала одна из них. — В театре все больше новых лиц! И где только мистер Рот вас таких берёт? — Каких «таких»? — спросил окончательно сбитый с толку Генри. — Симпатичных, — с удовольствием пояснила рыженькая бестия, недвусмысленно прижимаясь к его плечу полной грудью. — Вы у нас впервые? Раньше я вас здесь не видела. — Да, — смущенно признался ассасин, пытаясь выскользнуть из кольца цепких рук. — И что же вас сюда привело, мистер…? — Грин. Генри Грин, — понятливо представился Генри, изо всех сил пытаясь оставаться спокойным. Девушки не стесняясь прижимались к нему со всех сторон, явно не собираясь отступать. — Генри! Какое чудесное имя! — умилились дамы, и ассасин едва сдержал удивленный вскрик, так как его нагло пощупали пониже спины. — Полагаем, вы друг мистера Фрая? — Совершенно верно! — ассасин был уже готов сознаться хоть в убийстве Христа, лишь бы от него отстали. — Дружба — это просто прекрасно! — вдохновленно произнесла рыжая актриса, и тут же послышался резкий щелчок захлопнувшегося веера. Мелодичный голос вмиг преобразился и превратился в сталь. — Мистер Грин. — Да? — невинно отозвался Генри, с ужасом понимая, что его собственный голос подскочил на пару тонов. — Поговорим начистоту, — удивительно острый край веера уперся ассасину в подбородок, а тонкий каблучок с отвратительным звуком вонзился в стену между его ног. — Джейкоба мы не трогаем, так как он находится не в нашей юрисдикции. Он забота нашего дорогого антрепренёра, и в их дела мы не лезем. Но вы, милый Генри, такой привилегией не располагаете. Поэтому вам стоит знать одну простую и закономерную вещь. Если вы пришли сюда, чтобы навредить Джейкобу Фраю или, упаси Христос, Максвеллу Роту, то учите, что ваши яйца могут внезапно оказаться прибитыми к Трафальгарской площади. Мы друг друга поняли? — Вполне, — едва живой от изумления пробормотал Генри. — Чудно! Кабинет мистера Рота находится на третьем этаже, седьмая дверь слева. Не заставляйте его ждать, — рыжая бестия тут же превратилась в очаровательное создание и, задорно хихикая, отступила на шаг, позволяя ассасину выскользнуть из засады. — Благодарю за помощь, — испуганно буркнул Грин и по стеночке отступил к лестнице, стремясь поскорее покинуть сомнительную компанию.       На третьем этаже он оказался в мгновение ока, всё ещё находясь под впечатлением от разговора с молоденькими актрисами. Генри ожидал чего угодно, находясь под крышей тамплиерского логова, но к такому повороту оказался не готов. Юные девицы, порывающиеся защищать Максвелла Рота, никак не хотели укладываться в привычную картину мира Генри Грина. Тамплиер не создавал впечатление человека, которому требовалась защита. Более того, Генри был практически уверен, что личности, пожелавшие принести огорчение в его жизнь, чудесным образом оказывались на дне Темзы куда раньше, чем успевали воплотить свои планы в реальность. Однако, молодая гвардия театра, очевидно, не шутила с угрозами, явно намекая на последствия любого заговора против их любимого антрепренёра. Театр «Альгамбра» был не так прост, как казался на первый взгляд. Генри пугливо заозирался по сторонам, прикидывая дорогу к отступлению. Если уж юные примы обещали неминуемую расправу, то черт его знает, какие ещё кадры ходили по этим уютным коридорам. Даже подумать было страшно, какие тайны скрывала «Альгамбра» за своими алыми стенами. Стараясь не задумываться об этом, Генри торопливо постучал в нужную дверь и, дождавшись пригласительного оклика, поспешно нырнул в проём.       Оказавшись в кабинете Максвелла Рота, Грин растерянно застыл на пороге, всё больше убеждаясь, что каждая дверь в этом проклятом театре не иначе как дорога в иные миры. Несмотря на буйный нрав своего хозяина, кабинет выглядел на редкость уютным. Мирно потрескивающий огонь в камине, книжные полки, заваленные сочинениями Шекспира и других мэтров поэзии, занятные диковины всевозможных назначений, громоздившиеся на свободных от литературы поверхностях, мягкое гостевое кресло и прочие мелочи никак не желали вязаться с представлениями о Дьяволе Лондона. Сам же Князь Тьмы обнаружился за массивным столом из тёмного дерева, заваленным таким количеством бумаг, что Генри невольно испытал прилив сочувствия. Тамплиер сосредоточенно копался в волоките, хмурился и иногда вбивал пару строк на небольшой печатной машинке, чудом примостившейся на краю стола. Услышав хлопок входной двери, Максвелл вскинулся и, увидев гостя, радостно подскочил со своего места. — Мистер Грин! Рад, что вы всё-таки решили почтить меня своим присутствием, — Рот радушно оскалился. — Есть пара вещей, которые я бы хотел с вами обсудить. — Взаимно, — коротко отозвался Генри, настороженно разглядывая тамплиера. — Да что вы там замерли? Присаживайтесь! — Максвелл махнул на кресло, а сам прошел к камину и присел перед огнём. Прямо над потрескивающими углями оказался прилажен небольшой противень, на котором грелся чайник. — Чаю не желаете, мистер Грин? — Спасибо, не откажусь, — вежливо отозвался ассасин и присел на край кресла. Жестом фокусника Максвелл извлек из шкафа пару чашек с блюдцами и сахарницу. Не прошло и минуты, как перед Генри уже дымилась кружка ароматного чая. Тот осторожно принял угощение, принюхиваясь к глубокому запаху. — Не волнуйтесь, не отравлено, — усмехнулся Максвелл, болтая ложечкой в собственной кружке. — Яды я храню исключительно для особых гостей.       Генри рассеянно кивнул и отпил горячего напитка. В словах Максвелла Рота сомневаться не приходилось. Если бы тот желал ему смерти, то порог театра ассасин смог бы пересечь только будучи уже бездыханным трупом. Между ними повисло неловкое молчание. Рот не спешил начинать разговор, а Генри его не торопил. Он впервые видел Максвелла так близко и теперь бессовестно разглядывал эпатажного тамплиера, стараясь понять, что так привлекло Джейкоба в его персоне. Несмотря на страшные шрамы, Рот выглядел на редкость живо. Немного растрепанный и взмыленный Максвелл не был похож на привычных напыщенных чинуш, а скорее напоминал человека, у которого слишком много дел. Цепкий и внимательный взгляд прожигал насквозь, но в нём не читалось и капли высокомерия, свойственного доверенным тамплиерам Магистра. Антрепренёр «Альгамбры» поглядывал на Генри украдкой, с любопытством, словно опасаясь спугнуть, но отвращения в нём не читалось. Дьявол Лондона милостиво спрятал когти и спокойно ждал, пока ассасин осмелеет и подойдёт поближе. — Уже навестили Джейкоба, мистер Грин? — любезно поинтересовался Максвелл, разрывая надоевшую тишину. — Да. — Удовлетворены? — Более чем, — Генри неуверенно заглянул в прищуренные зеленые глаза. — Но вас всё равно что-то беспокоит, не так ли? — понятливо хмыкнул Рот. — Если у вас есть вопросы, мистер Грин, то спрашивайте. Я постараюсь на них ответить. — У меня много вопросов, — буркнул Генри. — Не сомневаюсь! — тамплиер заговорщицки улыбнулся. — Но перед тем, как мы начнём наш перекрёстный допрос, мне бы хотелось уточнить одну деталь. Льюис сказал, что вы прибыли сюда в весьма боевом расположении духа и не робели, но сейчас я вижу, что вы несколько растеряны. Полагаю, что беседа с Джейкобом вряд ли могла произвести на вас столь неблаготворное впечатление. Так на кого вам не посчастливилось наткнуться, мистер Грин? — Не стоит ваших волнений, мистер Рот, — поколебавшись, отозвался Грин. — Я просто уточнил дорогу у молодых дам. — Вы попали в лапы этих бестий? Угрожали? — Максвелл с нескрываемым любопытством уставился на ассасина. — Я? Дамам? Да никогда! — возмутился Генри. — Уймитесь! Я имел в виду не вас, мистер Грин! — расхохотался тамплиер. — Скажите честно, что они натворили? — Ничего такого… — смутился Генри. — Зажали в углу и пригрозили расправой? — сочувственно поинтересовался Рот и на удивлённый взгляд снова рассмеялся. — О, не смотрите на меня так, мистер Грин! Я тут совершенно ни при чём! Эти оторвы уже не первый раз проворачивают свои фокусы за моей спиной. Совсем от рук отбились! Видите ли, мои девочки очень недоверчиво относятся к чужакам и считают своим долгом держать их от театра подальше. Не стоит обижаться на них, ведь они просто оберегают свою территорию от посягательств. — А как же Джейкоб? — А что Джейкоб? На его счёт я с ними уже побеседовал, — пожал плечами Рот. — Здесь его никто и пальцем тронуть не посмеет. Если, конечно, не захочет его лишиться. — Хотите сказать, что ему здесь ничего не угрожает? — Отнюдь. Всем нам что-то да угрожает, даже в собственной постели мы рискуем подхватить бронхит и пневмонию. От сквозняков никто не застрахован, мистер Грин. Но насчет собственной труппы я могу быть спокоен, — Максвелл ухмыльнулся и залпом выпил горячий чай, отставляя чашку. — Но что насчет других ваших… гостей? — Генри вопросительно уставился на тамплиера. — Я слышал, что вы занимаетесь обучением тамплиеров. Разве это не так? — А вы хорошо осведомлены, не так ли? Верно. Иногда мне приходится выполнять свои прямые обязанности перед Великим и Ужасным Магистром, но подобные действия всегда проводятся за пределами «Альгамбры». В театр посторонним хода нет, — Рот скрестил пальцы, обтянутые темной кожей перчаток. — Единственный способ побывать здесь и не получить пулю в лоб — это купить билет. — У меня нет билета, — грустно пошутил Генри. — Я могу вам его дать, если хотите, — засмеялся Максвелл. — На следующей неделе мы ставим отличный мюзикл! Даже Джейкоб изъявил желание посмотреть его целиком, хоть и каждый день присутствует на репетициях труппы. — Джейкоб интересуется театром? — изумленно воскликнул Грин. — Можно и так сказать, — Рот хитро прищурился. — Классические постановки ему не слишком по душе, но к ярким зрелищам он неравнодушен. — Поразительно. Как вам это удалось? — Ловкость рук и никакого мошенничества! — Максвелл показал пустые ладони. — Но отвлечемся от искусства на пару минут, мистер Грин. Полагаю, у вас всё ещё полно вопросов. У меня тоже имеется парочка интересующих меня моментов, а потому не будем тратить время напрасно. — Вы правы, — Генри оставил чашку и скрестил руки на груди. Первичное напряжение исчезло, и говорить с тамплиером стало гораздо легче. — Больше всего меня интересует ваш мотив, мистер Рот. Какая вам выгода со всей этой кампании? — Свобода, — коротко отозвался Максвелл. — Простите? — Свобода от власти Старрика. Никакого больше контроля, указаний и заносчивых кретинов из высших слоев, которые даже пороха не нюхали, но считают себя кругом правыми. Никакой мнимой безопасности и вычурных реверансов, только блаженный хаос и анархия, — спокойно произнёс тамплиер, и Генри вдруг понял, что он не шутит. — Что вы подразумеваете под хаосом, мистер Рот? — То, что было до прихода Кроуфорда Старрика, — Максвелл пожал плечами. — Раньше Лондон напоминал бушующее море, в котором могли выжить только самые приспособленные, но теперь это не так. На мой взгляд, все эти комендантские часы, правила и запреты не более, чем пыль в глаза. Наш многоуважаемый Магистр уверен, что наводит порядок в городе, но на деле ничего не изменилось. По его словам, моя банда призвана охранять спокойствие благопристойных граждан и вычищать с улиц всё отребье, но что мы имеем в итоге? Люди запуганы до полусмерти и боятся лишний раз высовывать нос из дома, а улицы Лондона всё ещё полны отменными ублюдками, которым закон не писан. Но если раньше они ходили с ножами по тёмным переулкам, то теперь носят отменные костюмы и от них не спастись даже за решёткой Скотланд-Ярда. Чудесная картина, не правда ли? — Согласен, приятного мало, — признал Генри. — На каждом собрании я вынужден выслушивать пылкие речи о справедливости закона, которого в Лондоне вообще не существует. Мы и раньше проворачивали многие дела прямо под носом у полиции, убивали и грабили, делали, что в голову взбредёт. И вот пришёл наш Великий Магистр, навел порядок. И что? Мы по-прежнему убиваем и грабим, только теперь делаем это по указке. Целая банда на побегушках у высокопоставленных выблядков! Очаровательно! — Максвелл гневно стукнул кулаком по столу. — Я сыт этим дерьмом по горло, мистер Грин! — Но почему вы раньше не попытались свергнуть Старрика? — поинтересовался Генри. — Разве не проще было это сделать, когда он только набирал мощь? — Тогда у меня было множество других дел, и обо всех этих чудных нюансах я не знал. Признаться, я гуляю под знаменами креста не так уж и давно, всего пару лет. Тогда Кроуфорд пришел ко мне с очень соблазнительным предложением, и я не смог отказаться. Честно говоря, я об этом не жалею. Благодаря этой сделке у меня появилась «Альгамбра». Однако, вырваться из-под крыла нашего многоуважаемого Магистра не так уж просто. Я решил выждать удобный момент и невольно попал в одну из самых отвратительных ловушек бытия, — Рот помрачнел. — В какую? — Вы когда-нибудь слышали рассказы о детях, которые выросли в волчьих стаях, мистер Грин? — спросил Максвелл. — Да, пожалуй, — Генри с любопытством подсел поближе. — Выращенные среди зверей, они совершенно не понимали человеческий уклад жизни. Привыкшие жить по законам джунглей, они не могли себе вообразить, что можно жить иначе. Всё им казалось чуждым и неправильным. Перед ними были открыты поистине обширные горизонты, но они стремились поскорее вернуться в лес, хоть их там ничего не ждало, кроме жизни впроголодь. Иногда я так же, как и эти дети, не совсем понимаю собственные возможности, — задумчиво пояснил тамплиер, поглаживая усы. — Как вы понимаете, тихо и мирно уйти от Старрика не получилось бы, разве что вперёд ногами. Я мог бы прорваться, но что бы я делал после? Всю жизнь бегал от мстительного Магистра? То ещё удовольствие, должен вам сказать. У меня элементарно не было вектора направления, но тут появился Джейкоб! — И вы нашли себе идеального сообщника, — сокрушенно вздохнул Генри. — Не только сообщника, но и отличного друга! — Максвелл повеселел и, выудив из-под стола бутылку вина, отсалютовал ею гостю. — Амбициозного, быстрого и сильного союзника, не боящегося рубить головы гидре, пока та не захлебнётся в собственной крови. Джейкоб как раз в таком возрасте, когда море по колено, а горы по пояс. Признаться, мне этого не хватало. Постоянно находясь в обществе старых зануд, я немного подзабыл, насколько ценна эта непоколебимая уверенность в собственной правоте. Джейкоб мне об этом напомнил. — Но, мистер Рот, вы же понимаете, что Джейкоб, как и я, ассасин? — осторожно напомнил Генри. — И? — А вы, как ни крути, тамплиер. — Намекаете, что долг каждого ассасина заключается в убийстве любого, кто носит красный крест? — Нет, но… — То-то и оно, мистер Грин. Тамплиер я лишь до той поры, пока меня таковым считает Кроуфорд Старрик. Как только станет известно, что я подбиваю клинья под его насиженный трон, я тут же стану врагом народа. Будьте уверены, с предателями Орден не церемонится, — хмыкнул Максвелл. — И именно поэтому мне хотелось бы иметь путь отхода, на случай, если данный печальный инцидент произойдёт раньше планируемой даты. — В смысле? — У Старрика много людей, мистер Грин. Но что насчет ассасинов? Мне можно рассчитывать на вашу помощь? — ухмыльнулся Рот. — Так вот вы о чём, — Генри смущенно заерзал. Было глупо предполагать, что тамплиер выдаст собственные мотивы и не попросит ничего взамен. — Честно говоря, Лондонское Братство терпит не лучшие времена… — Я в курсе. Иначе вы бы давно уже устроили диверсию. Однако, я постоянно слышу только о похождениях Джейкоба Фрая и его сестры. Мистер Грин, что происходит? Где остальные ассасины? — Максвелл внимательно взглянул на собеседника. — По правде говоря… штаб ассасинов в Лондоне не так уж и велик… — Генри искреннее пожелал провалиться под землю. — И насколько он… невелик? — брови тамплиера неминуемо поползли вверх. — Скажем так, до момента прибытия близнецов в Лондон я был единственным ассасином в городе, — сдался Генри под пристальным взглядом.       Повисла гробовая тишина. — Иными словами, вас трое, — подытожил Максвелл, пряча улыбку в кулак. — Трое, если не считать некоторых союзников. Но они не входят в Братство и помогают на стороне, — сокрушенно кивнул Генри. — То есть вы хотите сказать, что империя Старрика трещит по швам из-за трех человек? — посмеиваясь через слово, улыбнулся Рот. — В общем, да. — Превосходно! — Максвелл не выдержал и расхохотался в полный голос. — Просто великолепно! — Полагаю, вы ожидали других новостей, но, увы. Дела обстоят не слишком хорошо, — Генри насупился. — Я пойму, если после моих слов вы решите отказаться от сотрудничества. — Отказаться?! Вы шутите? — Максвелл вскочил на ноги и возбужденно заметался по кабинету. — Да это же просто грандиозно! Только представьте лицо нашего многоуважаемого Магистра, когда он узнает, что все его планы полетели коту под хвост из-за трех ассасинов и одного предателя! — То есть вас этот аспект не волнует? — Генри уставился на тамплиера, словно на буйнопомешанного. — Ещё как волнует! Это дельце и раньше простым не казалось, а теперь оно стало ещё интереснее! Можно даже сказать, приобрело свой неповторимый шарм! — тамплиер оскалился и подобрался к Генри поближе, отчего тот вжался в кресло. — К тому же, меня подкупает такая дерзость. Я в деле! Не желаете вина? — Благодарю, но я, пожалуй, откажусь, — Грин покачал головой и осторожно выполз из кресла. — Думаю, на сегодня достаточно разговоров. Я бы хотел обдумать некоторые детали. Я смогу прийти сюда позже? — Разумеется! — настроение у Рота моментально взлетело на уровень семи небес. — Приходите, когда вам удобно! И возьмите это! — у Генри в руках очутился алый конверт. — Что это? — Билеты на неделю вперёд, конечно. Я же обещал вам их дать, — лукаво улыбнулся Дьявол Лондона. — Благодарю, — Генри уже подошёл к двери, но вдруг остановился. — Мистер Рот? — Да? — Можно ещё один вопрос? Скажу сразу, он не относится к нашим общим делам. — Конечно. — Чай, что мы пили, раньше принадлежал Старрику?       Ответом ему послужил коварный хохот. — Разумеется! Если вам понравилось, могу прислать пару мешков. Благодаря моему дорогому другу у меня его теперь целая повозка! — Не стоит. Благодарю за разговор, мистер Рот. Передавайте Джейкобу, что торчать на карнизе и подслушивать чужие разговоры как минимум неприлично. — Всенепременно, — промурлыкал Максвелл.       Генри выскользнул за дверь и перевёл дух. Пробираясь через сцену к выходу, он ощущал на своей спине внимательные взгляды танцовщиц. Окончательно он успокоился, лишь когда покинул здание и отошёл от него на пару сотен метров. Облегченно выдохнув, он присел на край фонтана и подставил лицо холодным каплям. Накатывающее волнами беспокойство понемногу утихало, но появлялось всё больше вопросов. В душе царило смятение, многое казалось Генри неправильным. Хотя в «Альгамбре» и не нашлось пыточных комнат, это место казалось ему крайне странным и опасным. Если для Джейкоба театр казался миром чудес, то Генри видел его огромной коброй, алчно сверкающей бусинками внимательных глаз и гипнотизирующей всякого, кто попадётся под её острый взор. Всё в этом месте обладало двойным, а то и тройным, дном, постоянно обманывало ожидания и сбивало с толку. Он ожидал, что найдёт Джейкоба прикованным в подвале, измученного и раненного, ожидал вооруженную охрану, тамплиеров повсюду, грозного Максвелла Рота, угрожающего ему кровавой расправой, или ещё что похуже. А в результате он получил совершенно довольного жизнью Фрая, весьма опасных молоденьких леди, которые грозились учинить над ним самосуд, вполне приятного в общении Максвелла Рота и пачку билетов на ближайшие постановки. — До чего ты докатился, Джайдип? — грустно спросил Генри у своего отражения в воде. — Ходишь по театрам и гоняешь чаи с Максвеллом Ротом!       Генри пытался осознать всё, что с ним случилось, и проанализировать увиденное. Хоть он и пребывал в легкой прострации, но некоторые моменты не давали ему покоя. Генри поражал тот факт, что тамплиер намеренно упустил удачный момент для того, чтобы поквитаться с ассасинами. Он в любой момент мог прикончить Джейкоба, но упорно этого не делал. Более того, он заботился о нём и не видел в этом ничего странного, как будто в порядке вещей, когда тамплиер волнуется о здравии ассасина. Если Джейкоб мог играючи поставить всё с ног на голову, то Максвелл умудрился превзойти его в этом исключительном таланте. Понемногу Генри начинал понимать, отчего Фрай так часто оказывается с тамплиером в одной компании. Во многом эти двое сходились во взглядах, что делало их не только союзниками, но и чем-то большим. Генри не рискнул бы назвать их друзьями. Однако сложно было не заметить, как восторженно звучал Джейкоб, стоило упомянуть о тамплиере. И если его эмоции ещё можно было списать на юношеский максимализм, то неподдельная теплота со стороны Максвелла не поддавалась объяснению. Оба видели друг в друге нечто, чего не видел Генри. Он задумчиво посмотрел в сторону театра, пообещав себе, что разберётся с этим позже, когда у него будет больше информации.