Не такой.

Тьма и свет есть в каждом. Даже те, кто кажутся совершенством, имеют часть тьмы в душе. Да и кажущиеся чистой тьмой… кто сказал, что они не способны на хорошие поступки? Светлый, Темный, Добрый, Злой – это лишь то, что человек показывает другим. Внешняя маска. Но кто сказал, что эти чертовы маски – есть истина?

      Тик-так.       Тик-так.       Флора зажимала уши руками, медленно раскачиваясь на месте. Это тиканье часов в пустой квартире буквально сводило ее с ума. Врывалось в мозг, срывая все барьеры, запреты.       А перед глазами мелькали все новые картины.       Магия Оракула оказалась не вечной, не безупречной. И теперь воспоминания разрывали сознание на куски. Хотелось тихо выть, обхватив себя руками. Или разгромить что-нибудь, создавая иллюзию: она не беспомощна.       Руки, с трудом разжатые, мелко тряслись. На плечах наверняка остались полумесяцы от аккуратно подстриженных ноготков, но она этого пока не замечала. Просто продолжала сидеть на полу в коридоре, прямо перед закрытой дверью.       Дверью, что закрылась за спиной Гелии несколько минут… часов… веков… сколько-то беспорядочных ударов сердца назад. Флора откинулась назад, прижимаясь затылком к холодной стене. Слез просто не было. Заплакать не получалось.       Стараясь хоть как-то отвлечься от картин, мелькавших перед глазами, цветочная фея попыталась собрать воедино хотя бы последние события. Вот пришел тот мальчик – Джим. Передал письмо. А через пару часов пришел сам Гелия. Обнял ее, поцеловал, нежно проводя рукой по спине. А затем, прочитав письмо, держано извинился и, вручив альбом с новыми зарисовками, спешно убежал.       А стоило двери за его спиной захлопнуться, как плотину воспоминаний, наконец-то, прорвало. Она вновь видела, как вживую, Гелию, стоявшего на краю озера Оракула. Как его обувь касалась края окровавленной его душой воды, как в водяном мареве мелькала та правда, которую она почему-то забыла.       И как она доверчиво обнимала любимого, выбрав его, темного убийцу, а не друзей, расположившихся с противоположного края – на свету(1).       Эта тайна, этот выбор – они сжигали ее изнутри. И поделиться было не с кем. Не с кем разделить этот страх.       Так ли это?       С трудом поднявшись, Флора дошла до комнаты, где на столе сиротливо лежал забытый ей мобильник. Пролистав записную книжку, она надолго замерла, разглядывая высветившееся имя на дисплее, не решаясь позвонить.       Наконец, она решилась – или это палец дрогнул, вопреки ее воле касаясь сенсора экрана? И буквально второй гудок прервался бодрым голосом.       - Что-то случилось?

***

      Гелия никогда не курил. Часто шутил на эту тему, мол и так в жизни хватает убийственно вредных привычек, куда еще и сигареты? Но сегодня ему очень хотелось отобрать сигарету из пачки старой Марты и закурить, словно это могло хоть чем-то помочь.       Все шло как-то кувырком. Только они, наконец, разобрались с сердцем Ириадны, как тут же новая напасть.       - Так, давай с самого начала, - почти жалобно попросил он, облокачиваясь на такой знакомый стол в доме Марты. Где-то со стороны кухни раздался грохот – Джим что-то уронил, пытаясь прибраться. Отметив для себя, что эти два года жизни с Мартой пошли тому запуганному щенку на пользу, парень вновь обратил внимание на женщину, всем видом пытаясь показать, что ждет ответов.       - Да я все написала тебе в письме, - проворчала женщина, ничуть не изменившаяся за эти года. Разве что начала проблескивать седина в густых, аккуратно собранных волосах, да на руках проявились морщинки, которые не скрыть легкой косметикой. – На нас напали, пытались выяснить про тебя. Не учли только, что у меня в гостях были мои знакомые мальчики, которые и объяснили нападавшим, что они слегка ошиблись.       Гелия вздохнул с облегчением. Он лично был знаком с некоторыми из этих «мальчиков», если так можно было назвать двухметровых амбалов с военным прошлым, на спор завязывавших стальные арматуры бантиками, спиральками и звездочками.       Но на душе все же скреблись даже не кошки – пантеры. Размерами с тех самых мальчиков, ага.       - Они не уточняли, что хотели?       - Они были не особо разговорчивыми, - Марта легкомысленно смяла дотлевший до фильтра бычок, тут же раскуривая новую сигарету. – Но одно имя, помимо твоего, в их разговорах все же звучало. Нолан.       Ложка, которую наемник задумчиво крутил в руках, все же погнулась. Женщина выдохнула дым в сторону от парня, прикрыла глаза.       - Извини, - с трудом произнес темноволосый, с усилием разжимая руку и почти аккуратно складывая погнутую почти под прямым углом ложку на стол.       - Лучше расскажи мне все, что посчитаешь нужным, - Марта поднялась на ноги, зажав сигарету в зубах. Часть пепла ссыпалась на деревянный пол, рассыпаясь серой пылью, но она даже не обратила внимания, доставая из бара за спиной стеклянную бутыль без этикетки и с какой-то мутновато-медовой жидкостью внутри. Разлила по стаканам и один пододвинула к парню, затем садясь на прежнее место. – Не бойся, это на травах. Алкоголя почти нет, но нервы успокаивает почище валерьянки.       Покорно кивнув, Гелия одним махом опустошил половину стакана. Напиток оказался совсем другим, чем тот, что подавался к Логове: меньше отдавал спиртом, больше медом и какими-то травами. А запах отчетливо напоминал луговые цветы – такой сладковатый, цветочный.       Флора…       Он и правда помогал успокоиться. Молча допив стакан – и проследив взглядом за тем, как медовый напиток вновь наполняет его до краев – Гелия глубоко вдохнул, сосредотачиваясь. Скрывать от Марты подробности дела, в которое она по его вине оказалась впутана – пустое дело. Да и посоветоваться с опытным человеком стоит.       - Я знаю этого человека лишь заочно, - медленно произнес он, проведя пальцем по краю стакана и тут же слизывая липкие, сладкие капельки с подушечки. – По информации, что мне удалось добыть: тридцать два года, бывший военный. В команде значился на позиции силовика. Владеет рукопашным боем, огнестрельным оружием, но снайперское оружие не признает, считает это трусостью – убивать с безопасного расстояния. Не женат, но была невеста, после побега которой и свихнулся, получил увольнение «по собственному» после того, как чуть не убил командира команды. Дело замяли только из-за былых заслуг.       - И чем же ты заслужил внимание этого типа?       Гелия тяжело вздохнул, опуская голову на сложенные перед собой руки так, что коснулся подбородком стола. Вспоминать об этом – а тем более говорить – оказалось неожиданно неприятно.       - Все дело как раз в невесте.       - Что, все проблемы из-за баб? – грубовато, но как-то с материнской нежностью улыбнулась женщина, протягивая огрубевшую от оружия ладонь и проводя по волосам парня. – Совратил и расстроил свадьбу?       - Нет, - Гелия поморщился, принимая нехитрую ласку с благодарностью. – Когда мы с ней встретились в первый раз, мы еще оба были свободны. Затем долгое время не виделись, а когда встретились спустя много лет – она оказалась зараженной териантропом. И мне пришлось ее убить(2).       Рука женщины едва заметно дрогнула, но тут же продолжила свое движение. По ее глазам не представлялось возможным ничего прочитать. Считает ли она его чудовищем, или же наоборот – жалеет?       Рассказывать такие вещи Марте он не считал странным. Да, женщина родилась и выросла на Земле, никогда ее не покидая и не владея магией. Но даже без этого она владела невероятными навыками в медицине. А еще пластичной психикой.       Тринадцать лет назад, когда Гелия впервые появился на ее пороге – взъерошенным четырнадцатилетним мечтателем, - она не особо задумывалась о магии, о прочих способностях, выходящих за пределы нормальности. Но он смог ее удивить. Когда в ее дом ворвались те, кто искал ее сестру, женщина боялась, что мальчишка пострадает. Затем – что он не справится с собой. Когда он бросал кинжал – ее же подарок – она видела точно, что он промахнулся. Но как объяснить то, что кинжал в полете изменил направление, попадая бандиту прямо в горло(3)? Тогда она не стала спрашивать, только поставила зарубку в памяти. А затем зарылась в статьи, стала потихоньку собирать информацию.       А потом в их мире объявились феи. Открыто показали свою магию, заставили поверить в себя. Начали появляться странные люди, «не от мира сего» - в прямом смысле. Новые термины, знания – они захватили женщину. И хоть она ни за что не согласилась бы покинуть свою старенькую кофейню, куда по старой памяти наведывались друзья из военного и преступного прошлого, но она считала себя обязанной быть в курсе многих вещей, происходивших в других, незнакомых мирах.       Потому что где-то там бродил еще один ее… сын? Она уже давно считала Гелию кем-то родным для себя. Своих детей у нее не было, так что весь материнский инстинкт был вывален на голову Гелии…. И Джима, гораздо позже. И пусть Гелия младше всего на шестнадцать лет. Сердцу не прикажешь.       - Ты справишься, - негромко произнесла она, стараясь смягчить интонации. – За нас с Джимом не беспокойся. Мальчики уже прямым текстом заявили, что будут дежурить у нас здесь посменно, да и я, несмотря на данное тобой прозвище, тоже еще не старуха, с оружием управлюсь. И еще, - она внимательно посмотрела в глаза парня. – Если понадобится – девушку свою тоже сюда приводи. Хоть познакомимся. Если ты посчитаешь это приемлемым.       - Спасибо.

***

      Флоре уже двадцать пять. Почти десять лет прошло с того момента, как феи собрались в единую команду, не раз спасая мир. И все шло как-то гармонично, ровно. Оглядываясь назад, можно было смело заявить, что почти ничего не изменилось. Никто не изменился так сильно, чтобы можно было хоть какие-то отличия выделить явно, крупным шрифтом. Ну да, тот же Ривен, все же вернувшись к друзьям, стал чуть сдержанней, хоть это и не сказалось на бурных отношениях с Музой. Тимми стал чуть более ответственным, чуть больше уделял внимания реальной жизни, правильно расставляя приоритеты. Блум научилась быть принцессой, приняла полноценно тот факт, что она уже несколько лет как жена принца Ская. Да и остальные просто… повзрослели.       Но та же Муза все еще зависела от музыки, посвящая ей большую часть времени и внимания, а Стелла все так же могла легко устроить истерику из-за платья или сломанного ногтя.       А Флора… тихая, рассудительная, внимательная. И тем непривычней было видеть ее серьезный взгляд, слышать ее тихий голос, которым она просила рассказать все, что они знали.       Скай был в растерянности. Когда цветочная фея попросила приехать на квартиру Гелии его и Брендона, он ожидал чего угодно, только не тихой, а оттого страшной истерики, и прямого вопроса: вы знаете про Гелию, не так ли?       Судя по слегка затравленному взгляду, Брендон ощущал то же самое. Нужно было что-то сказать. Утешить, как-то успокоить. Быть может, как-то попытаться связаться с Гелией…       Словно поняв взгляд друга, Брендон сдавленно прокашлялся и отпросился в туалет.       Тик-так.       Скай начинал понимать Флору. Уже буквально через полчаса несчастные часы хотелось разбить на мелкие клочья. Ну отчего они так громко отсчитывают время, и так тянущееся безобразно медленно? Вернувшийся в комнату Брендон едва заметно кивнул на вопросительный взгляд блондина. А следом на телефон пришло сообщение. От него же.       «Свалил все на нас. Просил защитить ее. Опасность».       Прочитав это сообщение, Скай встревожился. На Гелию это было мало похоже. Бросить бьющуюся в истерике любимую девушку на друзей, а самому исчезнуть в неизвестном направлении – это все плохо пахло. Настолько плохо, что хотелось распахнуть окно – просто чтобы избавиться от этого мифического запаха.       Сжав руки в кулаки, Скай решительно поднялся на ноги, подходя ближе к замершей на кровати Флоре. Присел на корточки, чтобы его взгляд оказался чуть ниже ее.       - Расскажи в начале ты. Что ты знаешь? Что именно показала тебе та черт… Оракул? – блондин в последний момент проглотил явно нелестный эпитет, с трудом сдерживая непривычные порывы выругаться матом.       Глубоко вдохнув, девушка коротко, на удивление лаконично описала наконец-то оказавшиеся полными воспоминания. И вновь замолчала, с какой-то надеждой глядя на Специалистов. Теперь, когда она оказалась не одна, стало как-то легче. Да, проблема никуда не делась, но рядом сидят друзья. И в их глазах нет отвращения, страха, сочувствия. Только понимание.       - Мы сами ошалели… - задумчиво произнес Брендон, тоже собравшийся. Короткие, рубленные реплики Гелии по телефону привели его в чувства, в начале пробудив легкую степень раздражения, превратившегося в решительность. Заточенный в боях мозг вновь переключился на боевой режим, когда минутное промедление может стать крайне опасным. В конце концов. Да, они не такие, как Эрни, или Марко, или сам Гелия. Но это не значит, что они слабей. Просто другие. Они тоже умеют сражаться, находить выход из, казалось бы, безвыходных ситуаций. – Кстати, а где мы спалились?       Скай недовольно посмотрел на друга, напоминая ему, что сейчас совсем не время переходить на жаргонные словечки, которых тот нахватался за пределами дворца. Но Флора неожиданно улыбнулась. Неуверенно, сквозь все-таки проступившие слезы.       - Тогда, в кофейне, перед уходом Гелии, - она шмыгнула покрасневшим носом, но, уже заметно успокоившись, продолжила. – Вы сидели с двумя незнакомыми для меня мужчинами. Общались спокойно, без удивления. А я, когда вспомнила, поняла, что видела одного из них в воспоминаниях Гелии – того, темноволосого.       - Это Марко, друг Гелии, - почти обреченно пояснил Скай, переглянувшись с другом. – Теперь понятно, почему ты позвонила именно нам.       - Ага, - Флора глубоко вздохнула, выпрямилась. – Я поняла, что если кто-то и знает что-то, так это вы.       А еще через сорок минут Флора заходила в магазин остальных девочек. Накрашенная, без следа слез или недавней истерики. Мягко улыбаясь, как обычно.       И только она заметила, как подобрались остальные специалисты после того, как к ним подошли Скай и Брендон, что-то тихо объясняя.       И оружие под свободной земной одеждой парней отметила только она, потому что знала, что именно стоит искать.       Оставалось пока только то, что Флора начала ненавидеть не так давно – ждать.