Вслед за цветением сакуры

28.04.17, пятница, полдень

– Аска, пас! – крикнул, подбегая к сетке и готовясь к прыжку. Рана в бедре отозвалась привычным зудом, но прыжок получился что надо – я поднялся над сеткой и почти не целясь ударил по мячу, который подбросила Аска. Лео попыталась в прыжке отбить подачу, но успела только шлёпнуться на песок в нескольких сантиметрах от того места, куда ударил мяч. – Победа! – Аска радостно запрыгала, размахивая руками. Подошёл и хлопнул ладонью по ладони Аски. Мой мастер улыбнулась, а потом показала язык Лили, опустившейся на колени рядом с сеткой. – Это бессмысленно, нам никогда их не одолеть, – простонала Лео, подняв лицо и отчаянно плюясь песком. – Михаил, это нечестно, кто-то давайте меняться! – Я никогда не играю честно, если это возможно, – признался, с жалостью глядя на истощённых девушек. – К тому же, ещё один матч уже не сыграть – время аренды вышло. Мы с Аской помогли Лили и Лео подняться и все вместе пошли в сторону зонтика. Сегодня решили загорать на обычном пляже, чуть южнее Анамидзу. Всё из-за въедливого желания Аски жарить шашлыки – оказалось, что в Японии не знают, что такое «мангал» и найти в магазине не получилось. Пришлось ехать на оборудованный пляж, где, по утверждению Аски, найдутся жаровни. Впрочем, мой мастер оказалась права – нашлись. Лили устроилась на лежаке под зонтиком, Лео принялась оттирать лицо и тело от прилипшего песка, а мы с Аской пошли доставать мясо из маринада и разжигать жаровню. В этот раз выеживаться никто не собирался, поэтому на шашлык взял свинину, а на закуску – грибы и другие овощи. Маринад делала Аска. Зашли в пляжное кафе и сели за столик, в который встроена жаровня на углях. Интересное изобретение, подставки для шампуров только не нашлось – но для приготовления мяса так, как привык, сгодится. – Иногда задаюсь вопросом, а как вы познакомились с Лили? – спросил Аску, принявшись чистить и затачивать относительно ровные и крепкие ветки, которые придётся использовать вместо шампуров. – Лили прилетела в Осаку на турнир по боевым искусствам, но вместо того, чтобы приземлиться в аэропорту, Лео случайно врезался в Цутенкаку, и они прыгнули с парашютом. В результате, Лили приземлилась на меня, была драка – ну, а потом много чего произошло и мы подружились, – как всегда активно жестикулируя попыталась объяснить Аска. Почему-то решил поверить этой ахинее и не стал задавать новых вопросов. Насадив переданное Аской мясо на импровизированные шампуры, установил их на подставках от соли и перца по бокам от жаровни. На предложение просто положить мясо на жаровню ответил категорическим отказом: – Сама потом будешь соскребать мясо с решётки или решётку с мяса, – поправил «шампуры» и принялся нанизывать следующую партию. – С таким маринадом это неизбежно. – Действительно, – хмыкнула Аска, – это совершенно не похоже на якитори. – То мясо с луком на палочке, которое я ел в Осаке? Было вкусно, не думал, что мясо можно делать подслащённым. – А где ты научился готовить эти… – Аска ожидаемо столкнулась со сложностями в произношении, – мясо, короче говоря. Хотя нет, изменю вопрос: где ты научился готовить? – Ну… я не особо умею готовить, если честно. То есть пожарить мясо или сделать плов, ну или там яичницу сделать – это могу. А всё остальное – без понятия. Даже макароны, скорее всего, переварю. – Как так? – засмеялась Аска. – Это же проще простого! – Я всю жизнь питаюсь тем, что приготовили в столовой, – перевернул «шампуры». – Сначала в детском доме, потом в армии, а теперь – у тебя и у твоего дяди в гостях. Плов и шашлыки научили готовить друзья. Наверное, опять непроизвольно сделал кислую мину, потому что Аска беспокойно заёрзала на месте. – Не переживай, эти – ещё живы, – вроде бы убедительно соврал, но ответ, кажется, заставил Аску помрачнеть хуже прежнего. К нам подошла отдохнувшая от волейбола Лили и с интересом посмотрела на процесс готовки. – Приготовить барбекю – чудесная идея, Михаил, – кивнула принцесса. – Вы говорили, вам ещё нужно будет вино? Лили передала бутылку из сумки у стола. Под подозрительным взглядом Аски вывинтил пробку и принюхался: как будто полусладкое. Пойдёт – теперь уже под возмущённое сопение Лили опрыскал жарящаяся мясо вином и вновь перевернул недо-шампур. – Будешь возмущаться – заберу весь шашлык себе, – предупредил я Лили по-французски. – Вы планируете съесть всё четыре килограмма шиш-кебаба? – засмеялась подошедшая Лео. Оттереть песок до конца не получилось, поэтому девушка сходила искупаться в море. Тихо зашипел, когда солёные капли с растрёпанных волос едва не попали на решётку. – Не сомневайся, он сможет, – усмехнулась Лили и перевела Аске наш короткий диалог. – Почему вы все называете это блюдо по-разному? – спросила Аска, первые три «шампура» с готовым шашлыком легли на блюдо рядом с жаровней. – А мы ещё разговариваем на разных языках, заметила? – спросил в ответ, ставя жариться новую порцию. – Да, блин, естественно! – возмутилась Аска. – Но ведь это одно и то же блюдо, почему оно в русской, французской и немецкой кухнях по-разному называется? – Потому, что это блюдо турецкой кухни, – ответ вызвал у Аски вздох, смешанный с тихим рычанием: – Если это мясо хотя бы в половину не такое вкусное, как ты говоришь – я выкину его в море! И тебя вслед за ним! Естественно, ни в какое море шашлык не выкинули – крупные куски мяса были почти мгновенно съедены нашей компанией. Всем очень понравилось – единственными угрюмыми лицами по соседству оказались молодые парни, сидящие за столиком сбоку. Сначала не понял, какого хера они пялятся, но потом огляделся и вспомнил, с кем сижу за одним столом. И всё-таки пришлось подарить парням пару мрачных взглядов – один из них решился встать и подойти к Лили со спины. Смельчак понял без слов и с кислым лицом сел обратно. – Спасибо, Михаил, – благодарно кивнула Лили, – вы избавили меня от необходимости общаться с неприятными личностями. – А что произошло? – спросила Аска и огляделась по сторонам. – Ты про этих мальчиков? Да ну, совсем безобидные – я их разнесу в одиночку, если надо! – Аска, смысл того, что Михаил сидит рядом с нами как раз и состоит в том, что тебе не придется драться, – глядя на моего мастера, как на дурочку, ответила Лили. – Его грозный взгляд и густая щетина способны отпугнуть любого ухажера. – Да-да, я все ещё здесь, – кивнул, мысленно поставив себе заметку побриться. – Не надо ни с кем драться – тем более, что имя «Казама Аска» здесь не знают, никого ты тут не напугаешь. – Вот ещё, – фыркнула Аска, – надо будет, еще как напугаю! Даже не размахивая оружием, как некоторые... Lоели вторую партию шашлыков, убрали за собой жаровню и коллективно решили отдохнуть на пляже ещё немного. Прошли две недели с тех пор, как приехали в дом Нобуро-сама – но на море попали всего несколько раз. Погода скакала в широком диапазоне – от тринадцати градусов по ночам и рано утром, до почти тридцати градусов сейчас, в три часа дня. Добравшись до зонтика присел в тени, прислонившись спиной к ножке лежака. – Михаил, не будет ли грубостью спросить у вас кое что? – обратилась Лео, севшая подле хозяйки. Лили ожидаемо заняла лежак, оставив Аске краешек в ногах. – Попробуй, – кивнул, – запретные темы ты знаешь. Лео набрала было в грудь воздух, но вдруг зависла и с сожалением выдохнула. – Увы, этот вопрос касается вашего прошлого, – девушка указала пальцем на плечо с тату. – Ну да, рассказывать про татуировку не буду, – стянул у Аски полотенце и прикрылся от солнца. Однако мой мастер, которая разговор на французском пропустила мимо ушей, спокойно посидеть не дала, взамен потащив в воду. За несколько дней неплохо научился плавать – а до этого умел только кое-как держаться на воде. Резвились в море около часа, пока совершенно не выдохлись и не выползли на песок. Перевернувшись на спины, мы с Аской едва не ударились затылками. Солнце ушло далеко на запад, оставив нашим взглядам редкие перистые облака. Я прикрыл глаза и сосредоточился на звуке волн. Получилось не очень – постепенно наступал прилив, и волны стали достигать сначала плечей, а затем и ушей. Почувствовал лёгкую тень над собой, но прежде, чем я успел открыть глаза, кто-то аккуратно приподнял мою голову и положил на что-то немного более мягкое, чем песок. Всё же открыл глаза, но… Рассмотреть, на чьих коленях лежит голова, не получилось. Мозг работает не слишком быстро, и не сразу получилось вспомнить, у кого из девушек синий купальник, который закрывает грудь на минимально приличной площади. Главной подсказкой стали жёсткие, подкачанные бёдра, на которых покоится моя голова… ой. Ага, вот так вот, да? Положил ногу на ногу, больно пережав себе одну нескромную часть тела. Не думал, что эти «виды» над головой вызовут возбуждение, хотя удивляться не стал. Девушка положила ладонь на лоб и несколько раз провела пальцами по волосам. Возражать не стал, и закрыл глаза обратно. *** Просидела так, с головой Миши на коленях, где-то минут пятнадцать, пока морские волны не стали накрывать моего ученика по грудь. За это время мы не сговариваясь погрузились в безмятежное состояние покоя, которое не смогла поколебать даже Лили. Не переставая гладить Мишу, подняла вторую руку, сжала ладонь в кулак и погрозила им подруге, которая с ухмылкой направилась было в нашу сторону. Увидев кулак, Лили сменила траекторию и зашла в море, метнув к лежаку соломенную шляпу. Шляпу подхватила Лео, которая осталась на берегу дожидаться хозяйку. Пару раз бедняга бросила завистливые взгляды, однако я не только подавила желание показать язык, но и не стала обращать на это внимания. Если бы Лео услышала то, о чём мы говорили с Мишей на крыльце старого дома, то вся эта забавная ревность бы просто исчезла. Пока Миша лежит у меня на коленях с закрытыми глазами, могу в очередной раз рассмотреть лицо. Не знаю как, но море положительно влияет на Мишу: суровое, вечно напряжённое лицо наконец-то приняло спокойный, расслабленный вид. Прекрасно помню, в какие жуткие гримасы боли или ненависти может превратиться это вполне симпатичное лицо. И без этой крутейшей бороды Миша действительно способен кого угодно напугать одним взглядом. Но моему ученику гораздо больше подходит улыбка. Интересно, Миша когда-нибудь думал о других возможностях наладить жизнь? Наверное, всё дело в противоречивой натуре. Миша очевидно гордится тем, что он – воин. Достаточно посмотреть, с каким усердием Миша учится сражаться голыми руками или мечом – и какие делает при этом успехи. Он знает, что такое честь, но при этом Миша – лживый засранец, который с удовольствием будет играть не по правилам, если такая возможность появится! Он сам это озвучил, буквально пару часов назад. Но я не верю, что Мише может нравится всё то, через что пришлось пройти в Иидзуке и в том караоке в Осаке. Возможно, что потусторонней личности – да, нравится, но Настоящий Миша не маньяк. Этого просто не может быть! – Если будешь много хмуриться, то появится такая же морщина, – Миша поднял руку и провёл пальцем себе по лбу. Блин, пропустила тот момент, когда мой ученик открыл глаза! Однако Миша не стал дёргаться, вставать или как-то комментировать нынешнюю ситуацию. Послушно прекратила хмуриться и посмотрела в глаза. Удалось заметить, как медленно из них пропадает живое выражение, а серо-карий цвет радужки буквально тускнеет и блекнет почти до стального. – Будет здорово, если у меня вот эти морщины не появятся раньше времени, – аккуратно прикоснулась пальцами к уголкам глаз, где у Миши кожа испещрена мелкими морщинками. – Да, будет здорово, – кивнул Миша и приподнялся на локтях. – Пора ехать домой. – Погоди… – но мой ученик уже поднялся на ноги и протянул ладонь. – Погоди, мы ещё должны разбить арбуз! Миша помог подняться, но потом посмотрел на меня, как на дурную. – Ты видела, сколько он стоил? – проворчал Миша, заходя в воду. – На Родине, даже в моём городе, где их не выращивают, арбузы стоят в пять раз дешевле. У вас они что, по весу как золото продаются? – У нас вообще все фрукты дорогие, ты разве не заметил? – ответила, прежде чем отряхнуть ноги от налипшего песка – Нет, заметил только насчёт сигарет. Отряхнувшись, вернулись к зонтику. Миша достал из пакета со льдом большущий, переливающийся на солнце арбуз и водрузил на импровизированную подставку из собранных с прошлого пикника веток. Первым разбить арбуз попыталась Лили. Известная безупречной грацией подружка, с завязанными глазами неожиданно неловко попыталась сначала нащупать длинной палкой фрукт, стукая кончиком по песку. Попытки на трёх языках указать Лили, бредущей из стороны в сторону, только мешали – к моему удовольствию и общему веселью. В конце концов, подружка нащупала арбуз, но когда попыталась разбить фрукт – тонкий сухой прутик треснул, не оставив на фрукте ни следа. У Лео разбить арбуз почти получилось – три оборота вокруг ничуть не сбили равновесия, но Лео совершенно не слушала подсказок и толстая сучковатая ветка опустилась на песок в нескольких сантиметрах от арбуза. Неожиданно Лео заметно расстроилась – даже спросила девушку, в чём дело: – Никак не могу привыкнуть к… ну, к ним, – Лео сложила руки под своей грудью и немного приподняла. – Уже два года их перевязываю, как только они начали сильно расти – чтобы не мешали драться. Лео с почтением уставилась на мою грудь, на что я сначала хотела возмутиться, но быстро вспомнила, что передо мной всё-таки девушка и тут нет ничего такого. – А как у вас получается? – спросила Лео, совершенно не обращая внимания на Мишу, который терпеливо дожидался, пока закончим болтать и наступит его очередь бить арбуз. – Потом расскажу, – пообещала и взяла ту же сучковатую ветку. И зря: несмотря на то, что попала ровно по вершине арбуза, разбить не получилось. Ветка, по ощущениям, просто отскочила от арбуза! С досадой подняла повязку с глаз. К фрукту подошёл Миша. Он присел на корточки, прислонил к арбузу левое ухо и постучал по поверхности фрукта. – Да у него кожура вот такой толщины, – мой ученик показал пальцами сантиметра два. – В следующий раз выбирать буду я, неучи! После чего Миша встал и, недолго думая, сбегал к машине, вернувшись уже с мечом, «Злюкой». О том, что это плохая идея, подумали, наверное, только пляжные мальчики, опасливо крутившиеся вокруг нашей компашки. Впрочем, когда завязали Мише глаза и раскрутили в шесть рук, мы с девочками тоже отбежали на безопасное расстояние. Миша обнажил клинок «Злюки», тускло блеснувший лучом заходящего солнца. От одного взгляда на эту полосу белого металла почему-то стало не по себе, но как только Миша с неумолимой решимостью двинулся на арбуз, все прошло. – Правее! Немного правее, теперь прямо! – наперегонки загомонили мы с Лили и Лео на английском и французском. Однако Миша слушать как будто бы не стал – он описал пару кругов вокруг арбуза, а потом, стоя спиной и почти не оборачиваясь, взмахнул мечом. Свиста не услышала, только заметив, как верхушка арбуза, где-то сантиметра четыре, подлетела на полметра и шлёпнулась на песок неподалёку. Вместо радостных возгласов только непроизвольно зааплодировала этому фокусу. Ко мне неожиданно присоединились пляжные мальчики, с изумлёнными лицами таращащиеся на моего ученика. Блин, а моего ли, в данном случае? Миша снял повязку с глаз и с довольным лицом вытер ею клинок «Злюки». Если Нобуро-сама смог научить Мишу такому всего за пару-тройку дней, то пора срочно записываться на курсы повышения квалификации. Против ожидания, рубить арбуз мечом Миша не стал, а разделил на четыре большие доли обычным ножом. Все уселись на песок возле подставки от арбуза, я посыпала свою часть солью и уже раздумывала, с какой бы стороны начать есть, как Миша протянул ладонь. – Нет, не дам, у тебя есть свой кусок арбуза! – подняла кусок над головой, чтобы Миша не дотянулся. – Соль мне дай, дурочка, – улыбнувшись попросил мой ученик. А, так он тоже так любит? Мы с Мишей, под дикие взгляды Лили и Лео, съели свои четвертинки и блаженно растянулись на остывающем песке. Плевать, что там эти европейцы ворчат про солёные арбузы, я в жизни вкуснее не ела! К закату мы собрали лагерь и поехали обратно. Даже несмотря на то, что Миша не играл сегодня на гитаре, это была лучшая поездка на пляж за всё время! ***

30.04.17, воскресенье, вечер.

Опустил клинок к левому бедру и немного изменил хват рукояти – теперь шашка лежит в руке, как столовый нож. Неожиданно стало удобнее: рукоять как будто прилипла к ладони, а все шероховатости встали плотно между пальцев. Не так уж и не прав оказался Нобуро-сама, когда назвал шашку «дурацким ножом». Суровая гримаса на лице старика немного изменилась – сжатые в тонкую полосу губы изогнулись в подобие улыбки. На мгновение силуэт Нобуро-сама как будто померк, но я уже готов к таким фокусам – не меняя положение клинка, вывернул руку и взмахнул шашкой от бедра вверх. Клинки встретились со звоном, и я понял, что наконец-то получилось отразить выпад Нобуро-сама! – Отвратительный блок, заново! – похвалил Нобуро-сама... В прошлый раз получил несколько очень ощутимых ударов – плашмя, но от этого удары по плечу, голени и особенно по раненному бедру менее болезненными не стали. Нобуро-сама поблажек не даёт, и сопровождает каждую мою ошибку хоть и жёсткими, но очень точными замечаниями. Садао-сан, напротив, терпеливо показывает на неточности в движениях и помогает их исправить – вдвоём они всего за пару дней натаскали так, что даже начал верить в какие-то свои «таланты», о которых заявил Садао-сан. Ага, ещё бы – не получив сто тысяч йен за обучение, нашел бы Садао-сан эти «таланты»? Разница между иайдо и кэндо на занятиях не ощущается вовсе, но большинство приёмов быстрого извлечения клинка из ножен я уже выучил. Последний час занятий стабильно тратим на повторение выученного на практике. В этом мы с Нобуро-сама оказались похожи – практическое применение выученных приёмов оказалось куда важнее, чем их эстетика, значение или ещё какая ерунда. – Это удар? – хмуро уточнил Нобуро-сама после того, как я отрубил верхушку макивары резким взмахом шашки. – Я насквозь тебя вижу, русский. В тебе гнева и ненависти так много, что руками макивары рвать можешь – почему не пользуешься? – Руками? – Гневом, идиот! – Нобуро-сама стукнул обухом меча по хребту. – Давай, разозлись, руби со всей ненавистью! То дерьмо, что ты исполняешь, никого тут не впечатляет. – Никак нет, – выпрямился по стойке «смирно». – Я не могу. – Что-что?! – лицо мастера меча побурело сильнее обычного. – Повтори, что ты сейчас проблеял? – Вам это не понравится, – посмотрел Нобуро-сама в глаза, вспомнил Иидзуку и немного ослабил ментальный блок... ...контроль над сознанием не потерял. Перед огненной волной изнутри возникло непонятное, но непреодолимое препятствие. Однако... знатно поплохело. В мыслях против воли опять проявился мерзкий шёпот, зрение сузилось до узкого туннеля, правая ладонь сжала рукоять шашки, тяжело задышал. – Достаточно, я понял, – как сквозь вату услышал команду Нобуро-сама. Дрожащей рукой прикоснулся к кончику лезвия и немного надавил. Фууух, полегчало, как только по клинку потекли первые капли крови. После удушающей ярости пробил холодный пот. – Занятие окончено, – коротко поклонился (точнее, кивнул) Нобуро-сама и повернулся к сыну, – Dasshimen, hayaku! Пока Садао-сан нес вату и бинт, я освободился от кимоно и оставил куртку висеть на поясе хакама. Убравший тренировочный меч в ножны Нобуро-сама с интересом уставился на плечо. Прикрыться курткой не получилось бы – она прочно заправлена в штаны. Ну и хер с ним, пусть пялится. Что, разве Нобуро-сама тоже начнёт называть меня «грязным гайдзином» из-за татуировки? Вполне. – Ты десантник? – неожиданно спокойно спросил Нобуро-сама, так что пришлось всё-таки прикрыть плечо. Где именно служу или служил – никому знать не надо. Но в ответ на вопрос мастера всё же кивнул. Он протянул ладонь, и приказал: – Вставай, тренировка продолжается. Почему мастер Нобуро решил продолжить – остаётся только догадываться. Из зала я вывалился ближе к полседьмого, пропустив сеанс связи, поэтому вместо душа сразу побежал к радиоточке. Проверив, что Лео на месте нет, открыл пошире окна и надел наушники, надеясь, что Смирнов всё еще пытается связаться. – Почему пропустили сеанс? Приём, – спросил Смирнов вместо приветствия. – Задержался на занятии, виноват, приём. – Принято, хвалю за старание, но впредь не пропускайте сеансы более чем на полчаса – оперативная группа будет выслана к вашей позиции автоматически через час отсутствия в эфире, приём. – Есть, приём, – ответил и глянул на запястье: через семь минут Аска пойдёт звать на ужин. Коротко обрисовав обстановку, попытался уточнить у Смирнова общее положение дел, но тот отрезал: – Смотрите телевизор, Михаил, там достаточно информации для вас, приём. – Так точно, но единственный новостной канал вещает, в основном, про еду. Все остальные, в том числе спортивные – тоже. Новостные сюжеты появляются очень редко – а языка в должной мере я всё ещё не знаю, приём. Через динамик услышал, как Смирнов засмеялся. – Принял, так и быть – обстановка, вкратце, такова… Ничего жизнеутверждающего Смирнов не рассказал. В Осаке ввели военное положение в связи с увеличением контингента американских войск. Пока они взяли под контроль оба аэропорта и морской порт, однако «Хамви» американской военной полиции зачастили в дипломатический квартал, где недалеко от нашего консульства находится громадина американского дипломатического представительства. – Всё-таки не стоит забывать, что Япония – во многом сателлит Соединенных Штатов, они имеют здесь абсолютную свободу действий, приём, – напомнил Смирнов. Также командир рассказал про нынешние дела в Канто, то есть столичном регионе, там, где Токио. На одном из занятий с Аской выучил, на какие Япония делится регионы (но не префектуры), так что теперь мог свободно оперировать данными Смирнова. Так вот, в Канто ситуация накаляется с каждым днём – организованная эвакуация населения из Токио и близлежащих городов превратилась в паническое бегство, полностью прекратила работать железная дорога. По понятным причинам, авиасообщение также прекратило работу – к тому же американцы пытаются ввести бесполётную зону над Канто. Однако пока их усилия тщетны. – Хотел бы рассказать вам и про Хоккайдо – но вокруг этого острова сейчас такая секретность, что лучше промолчу. Примите к сведению, что гарнизоны на Курилах усилены сейчас настолько, насколько на Шикотан и Итуруп вообще можно засунуть людей, приём, – резюмировал рассказ Смирнов. – Мне надо что-либо дополнительно предпринимать в данной ситуации, приём? – Не пропускать сеансы связи, Михаил, конец связи. Есть, так точно. Ну, а что ещё делать? Учиться йайдо и оберегать Аску. Успел перебраться в свою комнату до того, как мой мастер поднялась на второй этаж – как Аска зашла в старый дом услышал одновременно с завершением рассказа Смирнова. – Миша, а ты… – начала было Аска, но тут же зажала нос пальцами и замахала свободной рукой. – Фу, ты чего в душ не сходил?! – Ох, прости, – встал с татами и вполне натурально вздохнул: – Слишком устал на тренировке с Нобуро-сама. – Да неужели?! – Аска насмешливо покачала головой и сложила руки под грудью. – Значит, на наших тренировках по четыре или по шесть часов это ты меня изматываешь, а с Нобуро-сама всего три часа – изматываешься сам? Мне точно у него надо взять пару уроков преподавания. – Если любишь, когда тебя оскорбляют в качестве поощрения – милости прошу, можем поменяться. *** – Ни за что, – опять покачала головой и пропустила Мишу. Пока он мылся на первом этаже, подождала в их с Лео комнате. Миша – как всегда: никакого уюта, всё ровно и аккуратно сложено, ни одной лишней детали, за которую бы мог уцепиться взгляд. Даже подставка для «Злюки» не вырывается из картинки. Подошла, присела на корточки рядом с подставкой и оглядела меч Миши. Он несколько длиннее катаны или тати, немного искривлён и совсем не имеет цубы*. Хм, а чем тут защищать пальцы? Впрочем, браться за рукоятку совсем не хочется – во-первых, Миша не разрешал, во-вторых – страшно. Страх поднимается в душе от взгляда на «Злюку», особенно, когда Миша достаёт меч из ножен. Сразу возникает в голове образ крови – моей крови, вытекающей из длинных рваных ран, бррр. Наваждение проходит, как только отвожу взгляд от «Злюки». Дядя Садао обмолвился пару дней назад, что когда взял меч Миши в руку – его как будто ударило током и «вывернуло наизнанку» одновременно. Впервые слышу такое выражение, забавно – готова услышать это от Миши, а не от дяди. Миша поднялся по скрипучим ступенькам довольно быстро. Он поднял со стойки меч и под удивлённым взглядом пояснил: – Мастер Нобуро требует, чтобы я носил shashka с собой постоянно, даже угрожал, что может внезапно напасть и изрубить меня, если буду безоружен, – криво улыбнулся мой ученик. – Ничего-ничего, благодаря моим тренировкам ты никогда не останешься безоружным, – несколько горделиво похлопала по плечу, и мы вышли из комнаты. Выйдя на улицу, я по привычке глянула на небо: ни одного облачка. И если завтра потеплеет хотя бы на три градуса, то всё равно потащу этих домоседов (Лили и Лео) на море. Блин, ведь и купаться любят, и shasuriki, kebab или барбекю (черт бы побрал все три названия) есть любят, а вот поднять задницы и поехать куда-то – вот это выше их сил! То ли дело Миша – вновь похлопала своего ученика по плечу: легкий на подъем, скажешь «Поехали купаться!», так он сразу идет заводить машину! Ну, поворчит для приличия, но купаться Мише явно нравится больше всех. Мой ученик повернул голову, но удивлённое выражение лица очень быстро сменилось напряжённо-испуганным. В следующее мгновение уже летела носом в мелкий гравий, из которого тётя Майко ежедневно делает дорожку между домами… …да, Миша опять схватил за воротник и дёрнул вниз, точно так же, как в Иидзуке. Перед столкновением успела извернуться, упав на бок и краем глаза заметив над собой резко пролетевшую тень. Звон металла по металлу и глухой вскрик – время возобновляет привычный ход, и приходит осознание, что кричала я, больно приземлившись на локоть, блин! А вот звон металла и громкие хлопки над головой – это уже Миша, в левой руке которого вздрагивает пистолет! Перевожу взгляд вправо, всё верно – меч Миша тоже достал. На локтях отползаю назад и осторожно встаю на ноги, оборачиваясь в поисках противника. Если Миша не орёт или не делает новых попыток повалить на землю – значит, прямо сейчас не умру! Шаг назад, и мы стоим спина к спине, готовые к схватке. Фуух, да чтобы этому мудаку пусто было! – Аска, ты его видишь? – не оборачиваясь спросил Миша. – Нет, а ты? – голос почти не дрожит, уже хорошо. – Продвигаемся обратно, к моей комнате, но осторожно, – с этими словами Миша сделал шаг назад, вынудив двигаться вперёд. Страха не ощущаю, но спустя пару шагов шок проходит, и в крови начинается бурление. Подавляю в себе желание рвануть в старый дом, понимаю – Миша останется без защиты. Успели сделать только четыре шага к дому и перед глазами как будто что-то померкло на секунду, и передо мной возник… Негр. Ну, в смысле чернокожий американец – высокий, одетый в какую-то кожаную безрукавку. Ещё из странного во внешности – обесцвеченные волосы и тёмные очки без дужек. Ну и два кинжала в руках – дружелюбия облику не прибавляют. А, чёрт, да это же он и напал! Дёргаю Мишу за рукав, но прежде чем мой ученик успел отреагировать, негр вновь померк – спустя секунду он уже стоит на крыше старого дома! – Выслушайте меня, Казама-сан! – на хорошем японском языке обратился негр. Прежде, чем он успел сказать что-то ещё, Миша открыл огонь из пистолета, заставив напавшего синоби резко сменить позицию. Ну точно ниндзя – он уходил от пуль настолько виртуозно, что Миша даже не стал опустошать магазин. Мой ученик плюнул на попытки подстрелить негра, убрал пистолет за пояс и перекинул в правую руку меч. – V ruskoi armii vsekh tak plokho uchat strielat’? – явно что-то по-русски сказал противник, обращаясь к Мише. Мой ученик не ответил ничего, но заметно рассвирепел. Он поднял клинок и поманил им негра вниз. – Теперь, пока этот пёс пыхтит внизу, вы готовы меня выслушать, Казама-сан? – спросил тот, не обращая внимания на Мишу. Если с моим учеником негр явно разговаривает «через губу», то ко мне проявляет пока не ясную вежливость. – Кто ты такой?! – спросила по-английски. Совсем не из вежливости, по крайней мере, не к противнику – если мы будем говорить по-японски, Миша ничего не поймёт и придётся тратить время на перевод. Бессмысленное занятие, особенно с учётом того, что мы сейчас надерём кое-кому задницу! – Меня зовут Рэйвен, я послан Организацией объединённых наций для того, чтобы обеспечить вашу безопасность, – кивнул негр. – В отличие от вашего ученика, я – настоящий миротворец. Рэйвен позволил себе небольшую ухмылку, а вот я почувствовала желание присесть и глубоко задуматься. Вот так вот, значит – настоящий миротворец решил спасать? На задницу всё же не упала, устояв на ногах. Мельком глянула на Мишу – ноль реакции, всё ещё держит меч клинком вверх. Зато действующих лиц прибавилось: на улицу выбежали Лили и Лео. Он замерли у входа в дом, переводя взгляды сначала на Рэйвена, потом на меня. А что им сказать? Впрочем, первым высказался Миша, резко крикнув: – Быстро в дом! Не сразу поняла, что приказ касался и меня тоже, так что Мише пришлось задержаться на полсекунды, чтобы ухватить за предплечье и рывком дернуть за собой. Но прежде, чем мы достигли спасительного порога, Рэйвен приземлился буквально между нами – Мише пришлось отпустить руку, я отскочила в сторону. Вновь звон металла и глухой вскрик, поднимаю глаза: Миша также отлетел в сторону, сломав собой одну из входных дверей старого дома. Рэйвен, отправивший моего ученика в полёт, выпрямился и повернулся. Против ожидания, не прыгнула с боевым кличем, а замерла, ожидая, что скажет Рэйвен. Искреннее желание вступиться за Мишу наткнулось на какой-то барьер. – Если вы хотите жить – пойдёмте со мной, Казама-сан, – протянул руку негр. Выпрямилась и сложила руки на груди. Рэйвен свою не убрал и, как показалось, мельком бросил взгляд в сторону старого дома, откуда из-под поваленной стенки с грохотом и скрипом выбрался мой ученик. По лицу Миши, обходя стороной правый глаз, течёт заметный ручеёк крови – но мой ученик улыбается. Ой… Это нехорошая улыбка. Однако пока щурилась, пытаясь заглянуть в глаза, Миша прекратил улыбаться, спрыгнул с высокого порога и медленно подошёл ближе. Ученик встал ко мне спиной, как бы прикрывая и вновь поднял меч в сторону Рэйвена. В руке у того мгновенно возник кинжал, который ниндзя крепко сжал, немного сменив стойку. – Если вы пойдёте со мной, то, возможно, расскажу, где сейчас находится Казама Джин, – довольно тихо, чтобы это услышала только я, сказал Рэйвен по-японски. *Цуба – аналог гарды (перекрестья у рукоятки) у японского клинкового оружия. У шашек строевых образцов (кроме драгунских) защита кисти и пальцев отсутсвует как класс. *** Успел пожалеть, что таскаю шашку на портупее. В реальной боевой ситуации ножны оказались абсолютно бесполезной помехой – кто же знал, что придётся сражаться холодным оружием так скоро? – Аска, заходи во фланг, – бросил в сторону, в тайне надеясь, что мой мастер знает что такое «фланг». Однако спиной почувствовал, что Аска не двинулась с места. Оборачиваться было опасно, поэтому тоже замер, продолжая следить за Вороном. Если этот уебан сам себе выбирал позывной, то жалкого пафоса ему не занимать. И всё же, какого хрена Аска застыла? – Аска, у тебя столбняк? – спросил с нажимом, буквально наступив своему мастеру пяткой на ногу. – Больно, блин! – рыкнула Аска, но бить ни локтем, ни кулаком в спину не стала. – Подожди, не атакуй. Прошу, как своего защитника! Не выдержал и всё же на секунду обернулся. От охуевания, не иначе. Потому что вот этих слов от Аски вообще не ожидал. Подавив (на время) нарастающее раздражение, уточнил: – Ты собираешься уйти? – Нет! – воскликнула Аска, но как-то неуверенно. Тем временем, с тыла к Ворону подошли Лили и Лео. Ох и дуры, кому сказал дома спрятаться?! Если Лео хотя бы сообразила достать тазер, который девушка нацелила Ворону в спину, то Лили, как ни в чём не бывало, подошла к пиндосу практически вплотную. На лице у этой дуры так и написано: «Ой, а что случилось?» – Если вы представитель ООН, то у вас должны быть какие-нибудь документы, правда? – высоким голоском примерной школьницы спросила Лили. – У меня нет времени на это, госпожа де Рошфор, – не оборачиваясь заявил Ворон, вслед за этим обратившись к Аске: – Вы либо верите мне, либо нет, Казама-сан. Если для вашей безопасности я должен убить этого пса – будьте уверены, это будет сделано. Фантазёр, при чём довольно глупый – он действительно думает, что обзываясь «псом» чего-либо достигнет? Своим приёмом, отправившим в свободный полёт до дверей старого дома, Ворон и так едва не лишил меня самообладания – плюс не по душе странное поведение Аски. Как будто мой мастер и правда думает, что от её решения сейчас что-то зависит. Впрочем, оказалось, что не одна Аска так думает: – Как удивительно, конфликт интересов! – Лили обошла Ворона со спины и встала между нами. – Аска, да к тебе настолько сильный интерес, что даже завидно! Меня пытались похитить конкуренты папочки, международные террористы, просто бандиты – а за тобой охотятся «Мишима Дзайбацу», Корпорация «G», русские шпионы и теперь ООН. «Закрой свою жопу и потеряйся отсюда!», – хотел было выкрикнуть, но от напряжения получилось только шумно выдохнуть. Вместо меня одёрнуть Лили неожиданно попыталась Аска: – Лили, это уже не смешно! – мой мастер сделала шаг вперёд и протянула руку к подруге, но наткнулась на моё предплечье и короткий запрещающий кивок. – Ни шагу дальше. Если эта идиотка хочет получить несколько колющих ударов – пусть, – вздохнул, собираясь с силами для внезапного рывка вперёд. – Вы не правы, Михаил, – взгляд Лили стал ледяным. – А вот Аска права – тут нет ничего смешного, потому что ваш конфликт интересов может стоить жизни не только вам двоим, Михаил и Ворон, а всем нам. Уберите, пожалуйста, оружие, и давайте решим всё, как цивилизованные люди. Не знаю, что такого в словах Лили услышал Ворон, но кинжал из руки пропал, как будто там ничего никогда не было – Ворон убрал руки за спину, выпрямившись во весь свой довольно немаленький рост. Рукав дёрнула Аска, коротко обернулся. – Убери меч, – настойчиво повторила слова Лили Аска, и я уж совсем решил, что мир встал с ног нахуй на голову – две малолетки рассказывают что делать перед лицом вероятной смерти?! Ну охуеть теперь. Шашку всё-таки убрал – Нобуро-сама зря что ли учит иайдо? Сложив руки на груди, не стал двигаться с места, пытаясь набрать в лёгкие как можно больше воздуха и задавить клокочущую чёрную ярость. Всё, блядь, рушится в один момент – то, зачем я здесь… та, кого защищаю, стоит за спиной и в нерешительности ждёт, пока всем вокруг грозит смертельная опасность. Твою мать, тогда что это было буквально неделю назад, вот прямо здесь, на крыльце старого дома?! Спустя пару вдохов немного полегчало, мерзкий шёпот в ушах и красная пелена перед глазами ушли на второй план. Лили, со всё ещё непонятным намерением, отступила на шаг назад и улыбнулась. – Повторюсь, ваш конфликт интересов нужно решить цивилизованным путём, – Лили поманила руками к себе Аску и Лео, которая продолжала держать Ворона на мушке тазера. Девушки без особой уверенности отошли дальше. Если Лили и обладает каким-то природным умением повелевать – то на меня оно явно не действует. Мы с Вороном остались один на один, девушки отошли на расстояние трёх метров. – Никто ведь не собирается учитывать мнение Аски по поводу её будущего, правда? – насмешливо заметила Лили. На лице Ворона ни дрогнул ни один мускул, на моём – вроде бы тоже. Оба мы промолчали, ожидая, что Лили скажет дальше. – Вот и решайте между собой, кому достанется такой роскошный трофе… – прежде чем Лили успела договорить, шашка уже вылетела из ножен, чтобы раскроить Ворону череп. *** – Отпусти! – попыталась вырваться из хватки Лили, но тщетно, к подружке присоединилась Лео, вдвоём они удержали меня на месте. – Отпусти говорю! – Под клинки этих мясников?! – Лили так резко дёрнула за шиворот, что я хлопнулась задницей оземь. Нечто подобное подруга уже проделывала с Лео, больно-то как! Но боль привела чувство, хоть и сделала зарубку на память ответить Лили тем же. Несмотря на гораздо меньший опыт, Миша всё-таки держится достойно: выпад клинком задел Рэйвена, хоть и совсем несерьёзно – свежую царапину на плече едва можно заметить в лучах заката. Взамен Миша получил несколько тяжёлых ударов по конечностям, которые заставили перейти к обороне. Рэйвен отвёл руки назад и почти сразу выбросил вперёд два каких-то шарика. Один Миша отбил в сторону взмахом меча, а второй взорвался, окутав дерущихся густым дымом. Первая дымовая шашка (а это была она) не сработала – разрубленные «Злюкой» половинки упали мне под ноги! Резко подскочила, чтобы вновь оказаться в жёсткой хватке Лили и Лео. – Они не должны драться из-за меня! – повернулась лицом к подруге. – Это нужно немедленно прекратить, они друг друга убьют! – В этом нет никакой проблемы, – хладнокровно ответила Лили, – ты разве не слышала, что я сказала? – Что они должны решить всё дракой… – но подруга жёстко взмахнула рукой, отпустив: – Нет, до этого! Никто из них, ни Михаил, ни Рэйвен не собираются спрашивать тебя, чего хочешь ты. Аска, ты заложник для них, – посмотрела в глаза Лили. – «Защита» от «Мишима Дзайбацу» или Корпорации «G» – это только предлог. И не говори, что не понимаешь! – А тебе какое дело?! – взвилась, прекрасно осознавая правоту подруги. – Почему ты раньше молчала, когда Миша был рядом?! Или в тот момент, когда… Миша вылетел из дымного облака, но в этот раз не спиной вперёд, а размахивая мечом. С бешеным взглядом мой ученик огляделся вокруг, поднял над головой меч и ринулся обратно, в рассеивающийся туман. – Это ты должна была возмущаться и возражать! – Лили ткнула в меня пальцем и уперла сжатые кулаки в бока, прямо как делаю я. – Чего хочешь ты сама?! – Чтобы меня оставили в покое! – встала в ту же позу, едва удерживаясь от того, чтобы не врезать подруге. Лео, даже не пытаясь встревать между нами, одними жестами пыталась разрядить ситуацию, однако эта дура не давала ни секунды покоя, чтобы выдохнуть и собраться с мыслями: – Ну так попробуй подумать, что нужно, чтобы тебя оставили в покое?! – неожиданно крикнула Лили, глазами указав на дерущихся мужчин. Слова «Не знаю!» застряли в глотке. Блин, очевидно, что Лили имеет в виду – сама должна решить, что для меня безопаснее… …из воспоминаний против воли всплыла протянутая рука – моя, которую Миша укрыл собственными ладонями, присев на одно колено и пообещав спасти. Затем вдруг почудилась спина, уперевшись в которую отбивала выпады Ночного Гостя. В конце концов, даже разбитый и залитый кровью коридор в караоке уже не пугал меня настолько, чтобы забыть… …ну конечно. Чёрт, как можно было это забыть?! Я обернулась к дерущимся, в последний момент успев пригнуться от пролетевших мимо обломков одного из кинжалов Рэйвена. Проклятье, если это «моя безопасность», то уж проще избить их обоих! Мише, впрочем, тоже досталось – мой ученик лишился меча и рухнул на землю после удачной подсечки. Едва удержалась, чтобы не цокнуть языком, посетовав на медлительность Миши. Однако, похоже, что настал мой черёд… Левая нога вперёд, весь вес на правую, прямая спина и руки параллельно друг другу – всё в точности, как то, чему обучаю своего ученика. *** – Daga kotowaru! – выкрикнула Аска, прежде чем Ворон нанёс рубящий удар ногой. Мой мастер выкрикнула эту абракадабру так громко, что мы оба замерли, но ненадолго – успел уползти с линии атаки и вскочить на ноги. Блядь, шашка в другой стороне! Движение в правом верхнем углу зрения, раскалённые рефлексы выбрасывают в ту сторону кулак – и спустя какое-то мгновение я вновь оказался на земле, больно ударившись затылком о мелкий гравий. Глаза ловят фокус: вижу сжатый кулак Аски у своего лица. – Мне ещё многому тебя нужно научить, – перевожу взгляд выше, Аска задорно и одновременно очень нежно улыбается. Мой мастер разжала кулак и немного приподнялась оставив руку протянутой. Что-то я нихера не выкупаю, что вообще сейчас происходит?! Изумление сменяется едва сдерживаемым раздражением, я в последнее мгновение подавляю желание ударить по руке Аски. Ухх, как вдруг стало… тяжело дышать… …предаст, она тебя предаст, она тебя предаст, она тебя предаст, я могу помочь, я… Как… удачно. Укушенный до крови язык привёл в чувство. Действительно «удачно» – и в сознание пришёл, и долгое время не смогу наговорить Аске гадостей. Принял руку, вставая рядом со своим мастером. – Казама-сан, сейчас не время для игр, – Ворон вновь протянул к Аске руку, но вдруг резко поморщился и прижал той же рукой царапину на левом плече. А ведь казалось, что едва задел клинком, ну-ка… приглядевшись, заметил как кровоточащая царапина вдруг выплюнула несколько фонтанчиков крови сквозь пальцы Ворона. Да ну, откуда в плече быть артериям так неглубоко? Ворон вдруг отнял руку от кровоточащего плеча, сложил какую-то фигу из пальцев и что-то резко выкрикнул. Вспышка, мы с Аской немного пошатнулись, как от небольшой ударной волны. Как только звон в ушах стих и я отнял ладонь от глаз… да блядь, а какого хуя?! Ворон стоит перед нами ровно такой же, как пять минут назад – свежий, ни единой царапины или следов от ушибов. Тёмный комбинезон порван в местах порезов, но сам пидарас целёхонек! – Думал, что использовав проклятое оружие, справишься со мной? – презрительно выплюнул Ворон, обратившись на русском. – У меня тоже есть сюрпризы. Ничего не ответил – язык всё ещё недееспособен, зато смог постепенно восстановить сбитое дыхание. Короткий взгляд по сторонам: Аска в недоумении продолжает таращиться на нашего общего противника, девчонки подчинились голосу разума и спрятались у входа в новый дом. Но вот шашка лежит слишком далеко, чтобы допрыгнуть быстро. Прекрасно, блядь, просто прекрасно. Аска пришла в себя и вернулась в боевую стойку. Последовал примеру мастера и стал медленно отодвигаться влево планируя атаковать Ворона во фланг, но негр сам рывком двинулся на меня, без лишних слов начиная второй раунд. *** Не успела отразить атаку Рэйвена против Миши, но мой ученик и без подсказок смог поставить хороший блок, так что из прыжка вперёд попыталась дотянуться до Рэйвена ударом ногой. Получилось плохо – хотя попала мимо блока, но кинетической энергии уронить Рэйвена не хватило, и пришлось перегруппироваться. Ответного удара не последовало, так что отскочила немного вбок и подняла голову, оценивая бой. Без меча Миша не потерял скорости – у него и так с этим плохо – зато стал отражать больше ударов Рэйвена. Сильно это не помогло – «миротворец» ООН каждый раз бил с каких-то абсолютно случайных точек, хаотично, но явно очень болезненно для Миши. Чёрт, тут бы и я не справилась! Одним из ударов Рэйвен ещё сильнее рассёк Мише лоб, да так, что мой ученик отскочил, остервенело пытаясь протереть залитый кровью глаз. Отражать очередной удар Рэйвена в спину Миши пришлось мне – резким выпадом раскрытой ладонью сбила синоби с траектории, и вместо затылка моего ученика Рэйвен приземлился ступней в захват. Пара лёгких, но твёрдых движений руками, и Рэйвен уже лежит на земле, с судорожным вздохом пытаясь вернуть воздух в лёгкие после явно болезненного удара спиной об землю. Затем на землю «полетел» Миша, попытавшись задавить собой синоби и доставая из-за спины пистолет… нет! Выбила оружие из руки Миши и швырнула в сторону старого дома – Лили и Лео там разберутся. Заминки в несколько моментов хватило Рэйвену, чтобы выскользнуть из-под захватов и несколькими пинками расшвырнуть нас с Мишей в стороны. В этот раз досталось и мне – Рэйвен пнул ногой пониже груди ТАК больно, что из глаз брызнули слёзы, а тусклый свет заходящего солнца совсем померк. Рухнув на колени, я попыталась продышаться – получилось быстро, я подняла голову и увидела, как Миша очень удачно перевел прямой удар Рэйвена в бок, совершенно без ущерба для себя. Видимо, Миша и сам этому очень сильно удивился, потому что очередная заминка позволила Рэйвену нанести серию ударов по корпусу, завершив апперкотом. Миша рухнул на землю как подкошенный. Собравшись с силами для нового рывка вперёд, встала – сначала на ноги, а после болезненного вздоха – в боевую стойку. Пинок Рэйвена пришёлся в солнечное сплетение – новый вздох дался легче, но никак не отпускает ощущение, будто съёжились лёгкие. Рэйвен поднял взгляд. Одним из ударов Миша разбил синоби очки, и я успела заглянуть в глаза «миротворца». Неожиданно, для чернокожего человека, у Рэйвена оказались пронзительно-синие глаза – однако пронзительность в них оказалась только свойством цвета. Это мёртвые глаза, куда более пустые и безжизненные, чем даже у Миши. Не меняя выражения лица, Рэйвен сделал шаг вперёд, вновь протянув ладонь. – Сопротивление бессмысленно, – заявил Рэйвен, немигающим взглядом уставившись на меня. Нет. Вот с этим человеком никуда и ни за что не пойду. Как бы не хотелось выяснить судьбу Джина – но сделаю это сама. Никто не смеет шантажировать меня судьбой родственников – даже убийц, лгунов и предателей. Особенно убийц, лгунов и предателей! – Отказываюсь! – повторила очень чётко и ясно.       Может быть, слишком тихо, но да какого чёрта он так больно врезал?! Рэйвен опустил взгляд, без слов давая понять, что мой отказ ему не интересен. – Теперь настал мой черёд… – кто-то невнятно прохрипел как будто над ухом. Дёрнулась было, но оказалось, что это Миша дополз до «Злюки», встал и поднял меч в пяти метрах сбоку. Ох, чёрт… если мне так больно, то что испытывает Миша? Он бросил попытки оттереть от крови правый глаз и закрыл его. Одежда Миши покрылась пылью с земли, а начавшийся спустя несколько секунд дождь, крупными каплями падая на моего ученика, превратил пыль в жидкую грязь. Остывающий воздух столбами пара стал подниматься над Мишей. Рэйвен мгновенно переключился на Мишу, быстро сократив расстояние и привычно попытавшись атаковать с неожиданного направления. В последний момент перед ударом успела заметить прояснившимся зрением, что синоби всё же не телепортируется, а просто слишком быстро двигается – а то место, где он был только что, как будто мерцает силуэтом Рэйвена. Попыталась было присоединиться к схватке, но быстро передумала – лезвие «Злюки» пролетело в трёх сантиметрах от носа, обдав волной удушливого страха. Это не я решила проявить осторожность, это именно навеянный клинком потусторонний ужас, чёрт! Отскочила назад и мерзкое скользкое чувство отступило. Придётся Мише продолжать самому, мой ученик прав – настал его черёд. *** Катастрофа. Не в плане схватки против Ворона – только что, получив удар обухом по лицу, ниндзя рефлекторно схватился за нос, а моё тело потянуло шашку на себя, и Ворон обзавёлся глубоким порезом между рёбрами. Но это произошло без моего участия. Контроль над телом захватил Голос. Ворон отскочил назад, использовав моё тело как трамплин – оттолкнувшись от груди ногами, ниндзя одновременно едва не отправил в нокаут. По крайней мере, удар головой об мелкий гравий на земле почувствовал даже сквозь тот «кокон», в который упаковал Голос. Но под контроль тело от такого удара не перешло. Ох блять. Вновь, как тогда, в додзё Казама, представил, что из собственной мысли превращаюсь в подобие человеческого силуэта, который молотит кулаками по прозрачному кокону. Поверхность стала покрываться мелкими трещинами, это вселило надежду. Но какой только Голос очередным взмахом шашки отогнал наседающего Ворона, в голове оглушающим набатом прозвенел вопль: – НЕ РЫПАЙСЯ, СИДИ! Оглохнув, прекратил молотить по кокону изнутри, и ясно видимые трещины почти моментально затянулись обратно. Нет, хуй ты там угадал! Вновь ударил плохо отрисованным подобием кулака по прозрачной стенке сознания. Я не останусь здесь! Я не останусь здесь, я не останусь здесь, не останусь здесь, не останусь здесь, не останусь здесь, не останусь, не останусь, не останусь…

…не здесь…

…после двух-трёх десятков ударов за стенкой появился силуэт Голоса – такой, каким его запомнил при последней «личной встрече»: гниющее, сочащееся кровью собственное подобие в лохмотьях формы. – Уёбок, он нас сейчас убьёт! – с каждым словом из его (или моей?) пасти вытекала мерзкая бурая слизь. – Лучше сдохнуть, чем отдать тело под твой контроль! – опять ударил по кокону – так, что он захрустел, как битое стекло под ногами. – Да ёбанный ты мудак! – заорала эта тварь, стремительно накрываясь чьей-то тенью. – Какова задача?! Блядь. Не смог позволить Ворону убить себя. Голос, даже в своём бесконечном безумии, остаётся прав – никто не снимает с меня ответственности за безопасность Аски. Поэтому прекратил стучать по кокону, отпустив свою шизу сражаться. Остаётся только наблюдать. Или нет: как и в прошлый раз, в коконе вижу гораздо дальше и шире, чем когда держу себя под контролем. Движения Ворона стали то ли медленнее, то ли моё восприятие усилилось, но стал короткими фразами подсказывать направление атак. Голос в ответ не огрызался, а уворачивался, используя подсказки. За это время Ворон получил ещё как минимум три незначительных пореза и вновь отпрыгнул назад, упав на одно колено и тяжело задышав. Моему телу тоже пришлось нелегко – хотя куда там совать это «нелегко», если колени подкосились и я рухнул на землю, удерживаясь только воткнутой в землю шашкой. Сквозь кокон не сильно чувствую боль, но не осознавать, в какое месиво наверняка превратились мои внутренности, не могу. Перед глазами неожиданно появилось моё «отражение». Какая же мерзкая и жуткая харя, передёрнуло даже внутри собственного сознания! – Что ты рожу воротишь? Это ты настоящий, сука, – выплюнул Голос, ощерившись. – Выпускай наружу, пидарас, – потребовал, показав кулак. – Я закончу с этим уродом. – Хуй тебе! – ещё сильнее ощерился Голос. – Ты будешь сидеть здесь, пока мне не надоест сражаться! Ты… Самым краем зрения увидел, как кто-то не торопясь подошёл со спины и положил на правое плечо ладонь… – Нгххм!… – через звон в ушах расслышал собственный приглушённый хрип, а затем, сквозь растекающиеся по всему телу волны боли, почувствовал, как Аска отдёрнула руку. …вот же су-у-у-у-ука-а-а-а-а… Эту фразу Голос прошипел так, как будто его сорвало с места ураганом и унесло далеко в небо. И хуй бы с этим, я вновь контролирую себя! Ох, как же больно… –…уходите, Ворон! – поднял голову, чтобы увидеть, как Аска встала лицом к противнику. То есть не ко мне. Ворон встал первым. Опять крутить фиги и читать заклинания он не стал, но в свою необычную боевую стойку вернулся, не обращая внимания ни на кровоподтёки, ни на открытые раны от лезвия шашки. Тоже встал, далеко не так уверенно, но всё же на ноги, использовав оружие для упора. Шашка зашла слишком глубоко в землю, чтобы выдернуть клинок быстро, а усилившийся дождь с мелькающими молниями сделал рукоять слишком скользкой, так что плюнул на это и встал рядом с Аской, изо всех сил копируя безупречную боевую стойку своего мастера. Краем не заплывшего от крови и ударов Ворона глаза заметил, как Аска метнула несколько обеспокоенных взглядов в мою сторону. Несмотря на боль, двинулся вперёд, огибая Ворона с фланга. Аска тоже решила атаковать не с фронта, но Ворон в этот раз обернулся и приготовился атаковать моего мастера. Разумно: с подкашивающимися коленями вряд ли успею атаковать с тыла, блядь! Ворон вдруг рухнул на колени, отчётливо захрипев и выплюнув кровавую слюну на гравий, закашлявшись. Одновременно я услышал громкий хлопок выстрела и рефлекторно упал на живот, изо всех сил оглядываясь в поисках снайпера. Только Аска с раскрытым от удивления ртом застыла, как дура, посреди двора. Звук извлекаемого из ножен клинка прозвенел почти над левым ухом, и я увидел Нобуро-сама, который, бросив старенькую винтовку на землю, поднял над головой меч. – Tenno heika banzai! – с диким воплем старик неожиданно быстро побежал вперёд, на Ворона. Пока тот медленно вставал, Нобуро-сама перевёл клинок вниз, намереваясь пронзить Ворона сбоку. У мастера меча это почти получилось – ниндзя исчез из поля зрения за доли секунды до сокрушительного удара. Скорее кожей, чем слухом, почувствовал гул и над нами спустя пару секунд пролетел покрашенный в чёрный цвет вертолёт. Успел всего две вещи – опознать винтокрылую машину как UH-1 «Ирокез» и заметить Ворона, зацепившегося рукой за шасси. «Пидарас ушёл даже не попрощавшись», – мимолётная мысль прозвенела в голове. Моя ли мысль? Несколько крупных клякс крови растеклись по камушкам, их почти сразу смыл усилившийся дождь. Нобуро-сама резким движением отряхнул меч и вернул в ножны. Собрался с последними оставшимися силами и сел, осознав, что бой закончился. Победа? *** Не успела выдохнуть прежде, чем Нобуро-сама вернул свой меч (настоящий!) в ножны, а затем подошёл к моему ученику и отвесил тому самую жёсткую оплеуху, на которую только способен почти вековой старик. – Встать! – рявкнул родственник по-английски, охренев совсем уж сверх меры. Пока несчастный и избитый Миша вставал на подкашивающиеся ноги, я отрывистыми шагами, почти взлетая на ходу, подошла к Нобуро-сама и… и замерла, не зная, как реагировать. Не бить же в отместку за моего ученика?! Но если этот злобный старикашка ещё раз поднимет на него руку… Вытянувшийся по струнке Миша не обратил никакого внимания на мои метания, уставившись стеклянным взглядом в ночную пустоту перед собой. По лицу продолжает течь кровь вперемешку с каплями грязи и мелкой дождевой мороси. Но он не двигается с места, выпрямившись как фонарный столб, пока Нобуро-сама продолжает буравить взглядом. – Поднять оружие! – вновь рявкнул старикашка и Миша едва ли не опрометью рванул доставать «Злюку» из земли. Пока Миша пытался оттереть оружие и найти ножны, подгоняемый криками Нобуро-сама, я беспомощно огляделась, но ни Лили с Лео, ни тем более Рэйвена здесь уже нет – только развороченный двор, кучи гравия и усиливающийся холодный мерзкий дождь. Миша всё же смог собрать свою сбрую и встать, как того потребовал Нобуро-сама. Выслушав от злобного старикашки ещё пару оскорблений, мой ученик только бесшумно щёлкнул каблуками промокших насквозь кроссовок, вновь вытянувшись по струнке. Родственник презрительно хмыкнул, перевёл взгляд с Миши на меня и поджал губы, после чего поднял с земли какое-то старое ружьё и пошёл в дом дяди Садао. Мой ученик, не меняя позы, проводил старикашку взглядом и только после этого повернулся ко мне. Вместо стеклянного взгляда увидела, как глаза моего ученика превратились в два горящих уголька – даже показалось, что они засветились в сгущающемся вечернем сумраке, а один из них – залитый кровью – светится ярче другого. Моргнула пару раз, сбросив с ресниц заливавшие глаза капли дождя – свечение в глазах пропало, но выражение лица осталось тем же – Миша очень зол. – Что? – спросила, не зная как смотреть на своего ученика в ответ. Всё смешалось, не понимаю, почему он смотрит с таким гневом? Миша отвёл взгляд, подошёл ко входу в дом, поднял пистолет, затем развернулся к старому дому и махнул рукой, призывая идти за собой. – Эй, постой! Пошли в большой дом, тебя надо… – но Миша не слушает, а из последних сил бредёт к старому дому. Пробравшись сквозь сломанные створки входных дверей, он стал подниматься по лестнице, не разувшись. На все попытки начать разговор Миша как будто не реагирует, но продолжает махать рукой, требуя следовать за собой. – Да остановись же ты! – рванула вперёд и обогнала Мишу на лестнице, преградив путь. – Ты можешь объяснить, что… Осеклась на полуслове, когда Миша открыл рот и показал язык. Не для того, чтобы подразнить, нет: язык моего ученика оказался в нескольких местах прокушен до крови, ох… Миша без лишней деликатности отодвинул в сторону и поднялся выше, после чего направился в кладовку, откуда постоянно выгоняю из-за курения. Пройдя наверх наконец-то поняла, почему мой ученик там постоянно ошивается: сдвинув с одной из полок ветошь, Миша выдвинул радиостанцию. Пока он настраивал связь, в растерянности продолжала смотреть на своего ученика. Чёрт, помню ведь, что Миша такой же шпион, как и Рэйвен, но… как же сложно принимать то, что поющий волшебные песни парень, который готов принять удар кулаком, ножом или даже пулю за меня, одновременно является лживым засранцем, у которого есть задача следить за мной! Миша протянул странно выглядящую трубку на проводе. Вскинула брови в удивлении, но Миша вновь показал язык и что-то невнятно промямлил. – Смирнов… – со второго раза поняла и поднесла трубку к уху. – Казама-сан, как слышите, приём? – прошипела трубка голосом ещё одного шпиона. – Нормально, – поморщилась – от боли в солнечном сплетении и от сигаретной вони. – Михаил не может сейчас говорить, правильно? Приём, – уточнил Смирнов. Внезапно прорвало – высказала блондину на проводе всё накипевшее возмущение: от чёртового негра, который без приглашения полез «спасать», до этого засранца сбоку, который даже из вежливости не собирается отойти покурить к окошку и буравит взглядом… обиженного сторожевого пса. Кипящая и бурлящая в груди ярость стихала с каждым гневным словом, а Миша всё продолжал курить, уменьшая и так небольшой объём пригодного для дыхания воздуха. В конце концов, он отвернулся к окну. Выдохлась только к концу трёхминутного спича, а Смирнов только рассмеялся в трубку и заметил: – Я очень рад, Казама-сан, что вы относительно невредимы. Значит, Михаил свою задачу вновь смог выполнить. Несмотря ни на что и ни на кого, – с очевидным намёком сказал Смирнов. – Передам сообщение группе быстрого реагирования, однако вам необходимо как можно скорее завершать каникулы у родственников и двигаться к Фудзи. Вы понимаете, приём. – Я понимаю, – вздохнув передала трубку Мише, который совершенно по-варварски выбросил окурок в окно и ещё с полминуты стоял и молча слушал приказы Смирнова. Пока он слушал указания, Миша одними глазами кивнул на дверь, мол «Вали отсюда, что встала?». И хотя вслух Миша ничего не сказал, именно эта фраза отчётливо всплыла в голове. Попыталась было предложить помощь с ранами, но Миша бросил трубку и махнул рукой, будто отгоняя меня. Зайдя в свою с Лео комнату, он задвинул дверь, оставив в одиночестве бороться с собственными гневом, обидой и стыдом.