Пернатое безумие

Джим с гордостью оглядел свой экипаж, собравшийся в конференц-зале. Показатель их среднего возраста был самым низким среди всех экипажей Звёздного флота, а список премий и наград — самым внушающим, и это после всего-то двух лет в космосе. Их следующая миссия стала бы честью для любого корабля Федерации, но была доверена именно им. Делгазиане не слишком-то уважали Федерацию, однако, вопреки сложившейся традиции, запросили встречу именно с экипажем «Энтерпрайз». Спок и Ухура выглядели несколько напряженно, но заняли свои обычные места, так что, по логике вещей, их прошлый вечер закончился не так уж плохо. Ну да, Спок стоял, но он с самого происшествия с транспортатором предпочитал не садиться, а оставаться на ногах. Последним прибыл джимов любимый глава службы безопасности лейтенант Хэнсон, также известный как Кекс. Отбросив в сторону изначальное раздражение, он упорно трудился, быстро поднимаясь по служебной лестнице, и Джим был рад, что его спину прикрывает именно Хэнсон. — Спасибо всем, что пришли, — открывая собрание, сказал Джим. — Я знаю, что режимы вашей службы отличаются. Мы все перейдем в одну смену, чтобы выспаться и подготовиться перед спуском на Делгазиан IV. В ПАДДах перед вами собрана информация о делгазианской культуре, технологиях и других любопытных фактах. Все вы постарайтесь ее изучить и проанализировать — нам будут полезны взгляды под разными углами зрения на перспективы торговли с делгазианцами. Джим указал на Ухуру и начал рассказ. — Делгазианская система расположена в клингонской нейтральной зоне. Делгазиан IV населяет воинственная раса. Их культура исторически ориентирована на межклановые стычки и выявление лучших из лучших воинов в рукопашных боях. С тех пор, как они объединились под эгидой планетарного правителя, делгазианцы ищут альтернативные арены боевых действий. Это, в сочетании с почитанием воинской чести, привлекает их внимание к клингонской Империи. — У нашего экипажа лучшие шансы на вступление в союз с делгазианцами. — Сказал Спок, подхватывая нить повествования. Джиму захотелось с гордостью улыбнуться ему за то, что тот выбрал притяжательное местоимение, но на этот раз капитан устоял. — В этой миссии лишь уцелевшие в битве с Нероном будут допущены к взаимодействию с делгазианцами. Важно, чтобы мы произвели положительное впечатление. — Но не все из нас военные! — перебил Боунс. — Во время полета я чиню людей, а Скотти чинит корабль. — Но без всех вас мы бы не справились. — Ответил Джим. — Делгазианцы уважают воинские кланы, а в них также входят лекари и техники. Их прогресс в последние пятьдесят лет связан с продажей услуг своих наёмников в обмен на технологии. Если бы у них не было хороших техников, они никогда не узнали бы, стоящую ли сделку они заключают. Спок повернулся к Джиму, подняв бровь в манере, которая должна была означать, что он впечатлен. Что ж, у Джима вчера вечером не нашлось лучшего занятия, чем чтение. Это был хороший способ удержать себя от того, чтобы начать подслушивать через переборку, чем там занят Спок. — Капитан прав. — Сказал Спок. — Наше успешное взаимодействие — вот то, что уважают делгазианцы. Они запросили у Звездного флота подробные отчеты относительно наших действий во время битвы с Нероном. — О нас всех? — спросил Чехов. Его голос стал ниже за эти два года, но большие, невинные глаза все еще не могли скрыть боли, что появлялась при мыслях о тех днях. Было совершенно ясно, что он так и не простил себя за то, что не смог спасти мать Спока. — Они выразили заинтересованность в проведенной вами и мистером Скоттом работе по увеличению функциональности и скорости транспортаторов. — Ответил Спок, и его слова заставили Чехова покраснеть. *** Спок признал, что брифинг прошел удовлетворительно. Руководящий состав «Энтерпрайз» был молод, но хорошо обучен и работал очень слаженно. Он был согласен с Адмиралтейством в том, что, несмотря на их юность, их экипаж имел наилучшие шансы произвести впечатление на делгазианцев. К сожалению, он по-прежнему не был уверен, окажется ли произведенное ими впечатление достаточным. Пока остальные участники брифинга покидали зал, Спок продолжал листать ПАДД в поисках каких-либо аспектов делгазианской культуры, которые могли бы обеспечить соответствующий подход. Целиком погрузившись в проблему возвращения команды высадки и всех результатов их исследований с Сардина III, он не смог выделить время, чтобы предварительно изучить эту информацию. С учетом прочих отвлекающих факторов. Тот факт, что он также избегал толпы в коридорах и ждал, пока все разойдутся, не имел значения. — Спок? — прикосновение знакомых пальцев к рукаву отвлекло его внимание от изучения материалов. — Лейтенант? — сказал он, встречаясь с Нийотой глазами. Даже при том, что она касалась только рукава, он мог ощущать, как ее эмоции давят на него сквозь три слоя ткани. — Я знаю, что еще несколько рановато, но не хотел бы ты пообедать со мной, перед тем как отправиться на мостик? Спок почувствовал, как сдавило его желудок при этих словах, и он был не в состоянии определить, была ли причиной его расстройства мысль о еде или мысль провести время рядом с Нийотой в ее бурлящем эмоциональном состоянии. Вожделение, любопытство, беспокойство, желание, гнев. Он чувствовал, как она излучает эту смесь эмоций, даже после того, как она отпустила его предплечье. — Мне еще многое предстоит сделать до возвращения на мостик. — Сказал он. Его слова были уловкой, но он знал, вновь чувствуя бегущее по венам пламя, что ему нужно уйти. Повернувшись, чтобы выйти, он заметил проблеск недовольства на ее лице. *** Боунс поймал Джима за локоть в коридоре после брифинга и, сверкая глазами, оттащил его от остальных. — Что не так, Боунс? — спросил Джим, скрывая под напускным легкомыслием дрожь, что прошлась вдоль его позвоночника при виде выражения лица Боунса. — Я беспокоюсь о зеленокровом гоблине, которого ты кличешь первым офицером. — Резко, но тихо ответил Боунс, перед тем оглянувшись, чтобы убедиться, что никого нет в пределах слышимости. — Я помню, что ты говорил вчера вечером. — Джим все еще пытался понять, какая именно часть медицинского отчёта не давала ему покоя. Быть может, странное поведение гормонов Спока? Хотя… где он мог слышать о вулканских медицинских нормах достаточно, чтобы разделить беспокойство Боунса? — Я думал, что ему станет лучше утром, что прошлым вечером его показания достигли пика. — И? — спросил Джим. — Хуже, чем когда-либо. — Покачал головой Боунс. — И он не хочет об этом говорить. Сказал лишь, что нехарактерность показателей не может быть с достоверностью подтверждена, и настоял, чтобы я позволил ему вернуться к работе. Джим сжал пальцами переносицу. — Окей… похоже, нам нужно что-то против него, то, что он не сможет опровергнуть логически. — У меня есть кое-какие мысли, но я хотел поговорить с тобой прежде, чем начну копать. — Боунсу явно было не по себе от всего этого, и не зря. Из всей команды именно Спок обычно был весьма здравомыслящим и откровенным, когда дело касалось его здоровья, если только проблема не носила эмоциональный характер — то есть выходила за пределы компетенции доброго доктора. — Считай это приказом капитана, — Джим хлопнул Боунса по плечу, — что-то с ним не так. Нам просто нужно заставить его признать это. *** Держа в уме беспокойство Боунса, Джим сделал себе пометку оттащить Спока в лазарет после смены. На мостике Спок продолжал быть идеальным офицером по науке, пока никого не было рядом. Как только кто-либо подходил к нему ближе, Спок начинал дергаться и выглядел все более и более напряженным. Ну да, если не следить за ним пристально, то и не заметишь. Но Джим смотрел, замечал и волновался о своем первом офицере и добром друге. Он не пытался поддержать разговор, но даже без устных подсказок было ясно, что в тот момент, когда кто-либо касался его крыльев, а это, к слову, происходило чуть ли не дважды на каждом перекрёстке, несмотря на пристальные взгляды, которыми капитан одаривал каждого, кто проходил мимо, Спок не был в состоянии отвлекаться ещё и на ведение диалога. — Тебе не кажется, что сегодня коридоры более многолюдны, чем обычно? — наконец спросил Джим. Последний идиот, потрогавший Спока, имел наглость подмигнуть в ответ на свирепый взгляд капитана. Следующий узнает, насколько остер язык Джима. — Для данного времени суток они представляются необычно заполненными. — Ответил Спок. А затем он застыл. И зарычал. Глаза Джима шокированно расширились, когда он увидел, как его обычно спокойный, контролирующий себя первый офицер с диким взором сгреб ближайшего члена экипажа и вмазал его в стену. Пальцы Спока вжались в его шею, не в лицо, но Джиму все равно показалось, что он присутствует при установлении контакта разумов. — Пари? — проревел Спок. В последний раз, когда Джим слышал в его голосе столько эмоций, это был разъяренный вой, с которым Джим был впечатан в навигационную панель. — Это достаточная реакция для победы? Наконец оправившись от шока, Джим стиснул плечо Спока, изо всех сил пытаясь не задеть огромные крылья, и потянул его назад. Член команды побагровел и издавал болезненные хрипы. — Отставить, коммандер! — приказал Джим. Он не был настолько силен, чтобы заставить полувулканца сдвинуться с места против его воли. И похоже, Спок не имел никакого желания двигаться. Его жертва почти перестала дышать, казалось, что, если Спок пошевелит лишь пальцем, хотя бы даже просто придвинется чуть ближе, бедному парню — не жить. Джим был в отчаянии. Он мог позвать на помощь, но сколько бы тогда потребовалось охранников? Никто из разбежавшихся по сторонам членов экипажа не выглядел готовым прийти на помощь: судя по тому, что Джим разглядел из-за плеча Спока, все выглядели в равной степени шокированными и ошарашенными. — Коммандер Спок! — позвал Джим самым твердым «я-капитан-повинуйся-мне» тоном. Тот даже не дрогнул. В отчаянии Джим сжал рукой основание его шеи, пытаясь применить вулканский захват. Он не раз видел, как его применяет Спок, но видеть — вовсе не означало научиться, и потому Спок остался стоять. Но сейчас он вздрогнул. Джиму понадобилась лишь доля секунды, чтобы осознать, что он касается ребром ладони голой кожи на шее Спока. Джим быстро хлопнул его ладонью по загривку и подумал «Отставить!» так громко, как только смог. На этот раз Спок в буквальном смысле содрогнулся, все его тело от макушки до пят охватила дрожь, такая яростная, что его перья издали громкий шорох. Он отступил на шаг назад, отпуская побагровевшего от удушья человека, который тут же упал на пол, пытаясь вдохнуть. — Коммандер Спок. — Сурово сказал Джим, его ладонь горела от жара, излучаемого кожей полувулканца. Ладонь, на которую, откинувшись назад, почти опирался Спок. Эта мысль едва успела промелькнуть в голове Джима, как выражение шока исказило лицо Спока, и он тут же отступил от прикосновения. Он быстро вновь принял бесстрастный вид, но даже вулканское спокойствие не могло скрыть ужаса в его карих, почти человеческих глазах. Он застыл на мгновение, а затем, пробормотав «Приношу извинения», зашагал прочь. Никто не рискнул остановить его или коснуться его. Стоящие между ним и турболифтом люди отшатывались с его пути, практически вжимаясь в стены. Джим перевел дух, только сейчас поняв, что не дышал. Споку нужно было в лазарет, и сейчас больше, чем когда-либо. Кроме того, лежащему у его ног члену экипажа, возможно, требовалась экстренная медицинская помощь. И Джиму очень хотелось бы знать, что стало причиной всему произошедшему. — Помогите мне доставить энсина в лазарет, — распорядился Джим, подзывая ближайшего к ним инженера. *** Боунс встретил их в нескольких шагах от дверей медотсека. Джим на самом деле был удивлён, что доктор не явился раньше, когда весь экипаж спешно перемещался на коридор ниже. — Что с ним случилось? — требовательно спросил Боунс, водя медицинским трикодером вдоль тела все еще хрипящего человека, пятящегося назад, хотя Джим и помогающий ему инженер вели его в лазарет. — Кто-то сказал что-то совершенно идиотское — будто Спок сбесился. — Весьма точное описание, — пробормотал инженер. — Спок что-то перехватил от этого нашего друга, — перебил его Джим. — И да, Спок пытался его задушить. Так что подлечи его, пока я выясню причину. *** Пари? Экипаж делал на него ставки? Они осмеливались касаться его, похотливо лапать в ожидании его реакции… Спок зарычал, покидая турболифт и еле сдерживаясь, чтобы не перейти на бег. Его каюта была чуть дальше по коридору, пустому коридору. Офицерское крыло редко было людным. И все равно он ощущал себя будто окруженным толпой, и дверь его каюты, казалось, была так далеко, даже когда он подошел к ней вплотную. Закрывшаяся за ним дверь не облегчила приступа клаустрофобии от окружающей его толпы, но тепло приглушило дрожь, разрушавшую его тело с того момента, как он вошел в турболифт. Нет, раньше. С того момента, как… Думать об этом означало длить цикл эмоционального потрясения. Ему нужно помедитировать, вновь обрести равновесие. Затем он может отправиться в лазарет и встретиться с доктором, как тот и настаивал. Да, вскоре он выполнит приказ, но даже доктор Маккой поймет, что ему нужно немного времени, чтобы оправиться от случившегося недавно. Ему нужна была медитация, но, даже стоя посреди собственной комнаты, он продолжал ощущать себя выставленным на обозрение. Возможно, ему станет легче, если он передвинется к стене, ближе к кровати, это даст ему чувство защищенности, пусть для подобного чувства и нет логических причин. Это ощущение безопасности сопровождалось волной огня, текущей по его жилам. Он стащил все три рубашки, вздрагивая, когда каждая из них, снимаемая через голову, скользила вдоль крыла, пока это ощущение не сходило на нет. Расположившись на полу, он попытался очистить разум, но давление крыльев на пол отвлекало. Расположив крылья в другом положении, он попытался снова. Теперь его отвлек прилив воспоминаний. Каждое прикосновение к нему сегодня сопровождалось всплеском чужого веселья, но лишь энсин Форестер продлил контакт достаточно долго, чтобы Спок узнал причину. Когда воспоминание о множестве членов экипажа, черпающих удовольствие в его дискомфорте, прошло, Спок обнаружил себя опершимся на невысокую перегородку, отделяющую спальное место от остальной каюты, сжавшимся в комок и обхватившим колени руками. Его снова трясло. В этот раз он не мог остановиться. *** Боунс был удивительно эффективным — менее десяти минут спустя энсин Форестер уже сидел на кровати, нормально дыша. Ну, не считая тех моментов, когда капитан пристально смотрел на него — тогда он начинал задыхаться. — А теперь потрудитесь объяснить, чем вы так расстроили коммандера Спока. — Прорычал Джим. — И если ваши объяснения будут достаточно убедительными, я не отправлю вас на гауптвахту за нападение на вышестоящего офицера. Это заставило энсина совершенно побелеть. Прекрасно. — Пари, — ляпнул Форестер, — мы поспорили… Победит тот, кто коснется крыла коммандера Спока и получит самую бурную реакцию. — Вы идиот, — отрезал Боунс, — коммандер — контактный телепат. Вы думали, он не узнает? Форестер что-то залопотал, но Джим его перебил: — Я хочу знать, чья это была идея. — Я не знаю, — запротестовал Форестер. Джим испепелил его взглядом. — Тогда вы скажете мне, кто рассказал вам, кто был там в это время, кому рассказали вы, и все остальное, что имеет отношение к этому идиотизму. — Приказал он, нависая над съежившимся энсином все сильнее с каждой фразой. — И если я узнаю, что вы пропустили хоть одну деталь, вы вылетите из Звездного флота так быстро, что в ушах зазвенит. *** «Уведомление всему экипажу ЮСС „Энтерпрайз“ от капитана Кирка. Лейтенанту-коммандеру Споку отныне дается разрешение сломать руку любому члену команды, осмелившемуся без его позволения коснуться его крыльев. Все члены команды, делавшие сегодня ставки на лейтенанта-коммандера Спока, сразу же после их обнаружения будут оштрафованы на недельное жалование, лишены на месяц всех привилегий и оставлены на корабле на время следующей увольнительной. Действия тех, кто будет уличен в попытках выиграть пари, будут считаться попыткой нападения. Те, кто признается добровольно и принесет надлежащие извинения, могут рассчитывать на смягчение наказания». Услышав по громкой связи это объявление, записанное им ранее, Джим усмехнулся. Несколько инженеров, идущих по коридору позади него, выглядели немного нервозно. Отлично. Они это заслужили. Завернув за угол, Джим увидел Боунса у двери каюты Спока. — Боунс? — Отличное объявление. Но если мне придется лечить их руки… — Так не лечи. Они заслуживают боль, и у них есть свои аптечки. — Прорычал Джим. Он никогда не забудет этот дикий взгляд Спока. Боунс покачал головой. — Это не выход. — В его голосе звучало нешуточное разочарование. — Но в этом есть смысл. Я не понимал, насколько все было плохо. Спок продолжал твердить, что все становится лучше. — Я видел другое. — Хмыкнул Джим. — Этот зеленокровый гоблин лгал мне, — проворчал Боунс. — Нашлись и другие доказательства. Он не ел со дня происшествия. Нахмурившись, Джим попытался вспомнить, видел ли он недавно Спока с едой. — Вчера вечером я заказал ужин… — Отослал обратно нетронутым. — Перебил его Боунс. — В первый вечер я тоже принес ужин… — То же самое. — Черт, как же я пропустил это? — пробормотал Джим. Было во всем этом что-то знакомое, и не в хорошем смысле. — Для вулканца, который никогда не лжет, Спок чертовски хорошо умеет увиливать и изворачиваться. — Сказал Боунс. — Ты действительно ничего не заметил? — Во время смены он в порядке. И мы уже давно не ели вместе, как раньше. Каждый раз за последнее время, когда я пытался это сделать, нас прерывали. — Прерывали? — Ухура… думаю, у них проблемы. — Могу понять, что она могла чуток обидеться из-за случая с лейтенантом Хан, — забавляясь, сказал Боунс. Джим хрюкнул. Он надеялся, что Ухура проявит больше понимания с учетом того, через что Споку пришлось пройти, но, похоже, не в данном случае. Появление сестры Чепел, божественной Кристины, прервало нить рассуждений Джима. Она несла в руках поднос с единственной миской на нем, закрытой крышкой. — А, это он? — спросил ее Боунс. — Как вы и приказали. Я надеюсь, это соблазнит его немного поесть. — Ответила Кристина к замешательству Джима. — Что это? — спросил он. — Вулканский пломиковый суп. — Боунс жестом указал сестре на дверь в каюту Спока и утащил Джима за угол коридора. — Я попросил ее попытаться уговорить Спока поесть, умаслить его перед тем, как я затащу его в лазарет еще на несколько тестов. Если это не сработает, попробую подослать лейтенанта Ухуру. Ну, или я собирался сделать так раньше. Может, стоит придумать что-то, чтобы удержать ее подальше от него и послать вместо нее тебя. — Может, — пробормотал Джим. Что-то во всей этой ситуации по-настоящему его беспокоило, но он не мог понять, что именно. Кристина внезапно выбежала из дверей каюты и еле увернулась от летящей за ней миски супа. При виде этой картины Джима пронзило ощущение дежа вю. Он уже видел это раньше, и это был отнюдь не хороший признак. Как бы там ни было, выражение гнева на лице стоящего в дверях Спока сказало Джиму, что пора действовать, неважно, видел ли он уже это раньше или нет. Это не было нормальным вулканским поведением, и сейчас у Джима было плохое предчувствие относительно его причины. Спок глянул на них, прежде чем повернуться и вновь скрыться в своей каюте. Джим помог Кристине встать на ноги и побыстрее отослал ее, невзирая на все ее протесты. — Я поговорю с ним, — уверил он ее. Это не слишком ее успокоило, потому что все еще было известно, что он и его первый офицер скорее на ножах друг с другом, чем ладят, однако, это заставило ее уйти. — И что, черт возьми, это было? — Боунс экспрессивно махнул рукой в сторону вновь закрытой двери. — У меня есть догадка. — Сказал Джим, разглаживая ладонями подол рубашки. Это действие было скорее нервозным жестом, чем необходимостью приведения его униформы в надлежащий вид. — И? — Потребовал ответа Боунс. — Пока не могу сказать, — рассеянно ответил Джим, пытаясь понять, как ему подойти к Споку. Боунс треснул Джима по плечу, сжал крепче слегка дрожащие пальцы. — Как начальник медицинской службы я должен знать, если с членом команды что-то не так. — Боунс, если я прав, то это очень личное. — Джим сжал его запястье и мягко потянул, освобождая плечо из пальцев Боунса прежде, чем они перекрыли ему кровообращение. — Мне нужно убедиться, прав ли я, прежде чем просить разрешения рассказать кому-то еще. — У кого просить разрешения? — потребовал Боунс. — У Спока. И, возможно, у вулканских старейшин. Это имеет отношение к их культуре. — И как, черт тебя дери, ты об этом узнал? Джим криво усмехнулся. — Засекреченное происшествие… Я попробую получить разрешение рассказать и об этом. Если это важно. — Капитан, мне необходимо знать, как лечить моего пациента. — В официальном тоне Боунса проскальзывало низкое рычание. — Возвращайся в медотсек и подумай, как еще можно уговорить Спока поесть, — предложил Джим, — в надежде, что я неправ. — Ты хочешь быть неправым? Резко сглотнув, Джим кивнул. С учетом его воспоминаний, он будет просто счастлив ошибиться. Боунс пристально смотрел на него, но Джим не сдавался. Только не в этом. Наконец, громко хмыкнув, доктор направился к турболифту. Конечно, это была лишь временная отсрочка, но Джим был рад и малому. Сейчас ему нужно было понять, как же ему спросить Спока о вещах, о которых никто и никогда не говорит. Или обнаружить, что тот совершенно безумен. В любом случае, весело это не будет. Задержавшись на минуту в пустом коридоре, Джим глубоко вздохнул и попытался укрепить свои ментальные щиты, ставить которые его учили на тренинге для командующего состава. У него не слишком-то получилось, пси-нейтральные расы могли в этом отношении немногое, но, если он прав, то даже тот слабый экран, что он сумеет поставить, мог облегчить состояние Спока. Наконец, собравшись с духом, он позвонил в дверь. Спок не ответил. Джим позвонил еще дважды и подождал минут десять прежде, чем использовать свой капитанский допуск. Это было вторжением в личное пространство, но он не видел иного выхода. — Спок? — позвал он, делая шаг вглубь комнаты. Температура внутри была выше норм как корабельных, так и вулканских, но он не стал ничего менять. Сейчас он не хотел делать ничего, что могло бы заставить Спока чувствовать себя еще неуютнее. — Прошу, уйдите, — хрипло отозвался из спальни Спок. — Не могу. — Вы определенно можете. — Парировал Спок, появляясь в дверном проеме. — До моей смены еще десять стандартных часов, и даже капитан не может мне указывать, как проводить мое свободное время. Джим отметил взглядом отсутствие рубашки, то, как застыли плечи Спока, как его руки в почти оборонительном жесте стиснулись за спиной, отметил насыщенный зеленый оттенок кожи, и увиденное ему не понравилось. — Ну, технически, доктор Маккой может приказать доставить тебя в лазарет, но он ушел, так что мы можем поговорить. Я могу приказать тебе поговорить со мной, Спок, но я не буду. Так что я просто спрошу. Есть ли вероятность, что это — пон фарр? По исказившей его лицо гримасе Джим понял, как далеко зашел Спок. Оно буквально дышало яростью. — Как вы узнали об этом? — потребовал Спок. — Успокойся! — резко хлестнул в ответ Джим и держал молчание, пока выражение лица Спока не сказало ему, что тот сделал метафорический шаг назад. — Ты говорил мне, что встретил на Земле своего двойника из будущего. — Спок кивнул. — Когда мы с ним встретились на Дельта Вега, ему нужно было очень многое рассказать мне за очень короткое время. Он использовал мелдинг. Спок выглядел потрясенным. — Это очень личный метод. Использовать его с уроженцем иной планеты, да еще и сразу после первой встречи… — Но для него я не был первым встречным, — поправил его Джим. — Для него я был и остаюсь теперь старым другом. Ну, по крайней мере, я так думаю. Он рассказал мне, что случилось в будущем, как я и указал в рапорте Звездному флоту. Но в то же время он вынужден был торопиться, и потому кое-что еще проскользнуло через нашу связь. Я получил случайные вспышки его воспоминаний о его жизни и о другом Джиме Кирке. — Понимаю. — Официальным тоном сказал Спок. — Вы должны поговорить с ним об удалении этих остаточных воспоминаний. Оставлять их себе крайне неправильно. Однако я не понимаю, какое это имеет отношение к сегодняшним событиям. — Может, такое, что я видел то, что произошло в коридоре? Я уже видел такое раньше. — Сказал Джим. — Ну, скорее, другой я. Когда у другого тебя впервые начался пон фарр. Спок уткнулся глазами в пол, на его лице отразилось беспокойство. — Я думаю, а вдруг все это началось из-за твоих реактивных крыльев. — Предположил Джим. — Вы сказали, что я не в том возрасте, когда моё альтер эго впервые испытало пон фарр? — спросил Спок, и его голос звучал чуть более похожим на его обычный, когда элементарное любопытство пересилило гнев. — Хм-м, нет. Я думаю, что в той вселенной мы встретились на несколько лет позже. — Джим нахмурился, силясь собрать воедино все факты. — Но я точно не уверен. Я просто складываю вместе кусочки мозаики и многое лишь предполагаю. — Тогда, возможно, это не пон фарр, — с надеждой произнес Спок. — А возможно, что и он. — Мягко ответил Джим. Шагнув вперед, он потянул одну руку Спока из-за его спины, пытаясь сохранять спокойствие своих мыслей и не обращать внимания, как вздрогнул его друг от этого касания. Когда он разжал пальцы, рука Спока крупно задрожала. — Что говорит твоя логика? Плечи Спока приподнялись, когда он тяжело вздохнул. — Это пон фарр, и я буду глупцом, если проигнорирую признаки, возникшие в последние несколько дней. Моя реакция сегодня была нелогичной. — Он сжал другой рукой трясущееся запястье, но дрожь все еще была заметна. — Теперь мы знаем, что это. — Твердо сказал Джим. — Вопрос в том, что мы теперь будем с этим делать? — Мне нужен партнер для установления связи. — В голосе Спока совершенно не было энтузиазма. — Что насчет… м-м-м. Т`Принг? — спросил Джим, выуживая имя из закоулков памяти. Он не хотел слишком углубляться в эту тему, ведь воспоминания другого Джима Кирка об этой вулканке не были теплыми и приятными. Спок просто покачал головой, и Джим понял, что она не успела покинуть Вулкан. — Я скорблю с тобой, — сказал он, — но свободные девушки точно есть на Ши`Масу. — Есть и другой вариант. — Отозвался Спок. Его тело начала бить нервная дрожь, ну, или Джим так бы решил, если бы Спок был человеком. — Лейтенант Ухура. Джим хмыкнул. — Ну конечно, я должен был… хорошо, я сейчас найду ее и пришлю сюда. Вам двоим нужно будет поговорить и все решить. — Спасибо, капитан, — протянул Спок, — но уже поздно. Это может подождать до завтра. — Нет, не может, — возразил Джим. Он потянулся к Споку, желая коснуться, успокоить, но потом воспротивился этому желанию и вновь опустил руку. Последнее, что сейчас было нужно Споку, так это иметь дело с еще одним эмоциональным ударом в и так уже ослабленные щиты. Снова. Джим уже достаточно надавил на него. Он хотел попросить прощения за то, что не заметил происходящего раньше, но не знал, как. — Разве что ты решишь, что тебе понадобится компаньон… Спок покачал головой, но отвернулся, прежде чем презрительно ответить: — Я еще не так далеко зашел. — Ну, если ты так говоришь, — мягко произнес Джим, — мне кажется, что в этот раз мы ждали слишком долго. И с этими словами Джим вышел за дверь, не дожидаясь, пока Спок выдвинет очередной аргумент. Время имело значение. Джим это ясно чувствовал, даже если не чувствовал Спок.