Как не писать идиотский сюжет и иные советы

      У меня уже была отдельная часть, посвящённая вампирам и оборотням — теперь пора поговорить о том, как они соотносятся с нашим социумом. Заранее скажу, что я не буду рассматривать в серьёз сеттинги, где вампиры и оборотни — это просто какие-то няшные милые мальчики и девочки, которые ничем не отличаются от обычных людей, кроме супер-способностей. Чтобы мы вообще рассматривали вампиров и оборотней как вампиров и оборотней, это должны быть именно вампиры и оборотни, а не какие-то аналоги типичных супернатуралов.       Для начала нужно поговорить о том, что они собой представляют с более или менее классической точки зрения. Эти существа могут быть представлены в двух разных вариантах. В первом случае это отдельные фэнтезийные виды со своей культурой, цивилизацией и тому подобным. Во втором они изображаются как некие разновидности нечисти — существа, которые не имеют своего полноценного социума и в основном в нескольких экземплярах или небольшими группами паразитируют на человеческой цивилизации.       Если обратиться к фольклору и мифологии, то тут, конечно, мы видим именно второй вариант. При этом фольклор смешивает как вампиров и оборотней друг с другом, так и отождествляет их с другими сверхъестественными персонажами. Скажем, колдуны и ведьмы также могут превращаться в животных и совершать сверхъестественные действия, но обычно не считаются какой-то отдельной самостоятельной расой. Но они могут после смерти превратиться в вампира или в призрака. Сами вампиры в фольклоре при этом были мало чем отличимы от призрака. Фольклор, конечно, бывает разный, но если вспомнить фольклор времён написания «Дракулы», то там вампиры выглядели вот так: некий человек при жизни или на смертном одре продаёт душу дьяволу, в результате чего он получает возможность неким сверхъестественным образом восставать из могилы. Он действует только ночью, после чего обязательно возвращается именно в эту могилу. Ночью он приобретает свойства призрака, может проходить сквозь твёрдые преграды, может свободно появляться и исчезать, даже может понимать форму животных. Возможно, перед нами некая астральная проекция, которая, однако, может приносить в себе частицы крови обратно в материальное тело, которое находится в могиле. У Лавкрафта в «Заброшенном доме» вампир показан именно так — его настоящее тело это гигантский гриб, зарытый под домом, охотится он вот так: создаёт газообразную чудовищную проекцию, которая растворяет полностью тех людей, которые в неё попали. Вампирша-лесбиянка Кармилла также соответствует именно народному представлению — она существует в облике трупа, который закопан под землёй, но может создавать некое побочное астральное тело, которое выглядит, в том числе, как кошка. В полнометражном аниме «Ди: дьявольская погоня» Кармилла представлена как в каноне: это труп в гробу, но её призрак свободно бродит по замку и может даже превратить в низшего вампира другого человека. Ей нужна кровавая жертва, чтобы полностью возродиться. Если вспомнить графа Дракулу Брэма Стокера, то он — в первую очередь колдун-сатанист, не совсем привычный живой труп, выпускник Схоломансы; в гробу он перевозит почву с родной земли — согласно народным поверьям, она усиливает колдунов. Вампиры Стивена Кинга в «Салемовом уделе» больше соответствуют именно образу Дракулы — Барлоу является выкормышем Алого Короля, местного дьявола, связан с его тёмными ритуалами, ему нужно отлёживаться в гробу для возвращения в более молодую форму и так далее. Развитие идеи вампиров именно в таком народном фольклорном изводе можно проследить даже в серии фильмов «Фантазм»: в качестве главного антагониста тут выступает Верзила / Высокий — аватар злых сверхразумов с Красной планеты, Ньярлатхотеп на минималках; он может с помощью зловещих инопланетных технологий воскрешать людей в виде своих слуг; некоторые из них представляют собой зомби, иные — летающие металлические сферы, в которых заключён уменьшенный мозг оригинального субъекта; один из главных героев — Джоди — превращается в такого после смерти, он может воссоздать свой оригинальный облик. Сам Верзила использует внешность убитого человека Джебедайта Морнингсайда — то ли сверхразумы иной планеты убили его и создали маскировку по его образу и подобию, то ли вселились в его тело и поглотили прежнее эго, неизвестно. Мотив дьявольской силы, которая возвращается после смерти, использует зловещие манипуляции сознанием, умеет превращать людей в свою зловещую нежить и так далее тут тоже в общем-то отдаёт народным представлением о вампирах, хотя формально все эти существа вампирами и демонами не являются. Короче говоря, как видите, разница между чёрным магом, демоном, вампиром, призраком, оборотнем на деле может быть незначительной. Если вспомнить сексуальный аспект, то в таком в случае на ум сразу приходят инкубы и суккубы. Средневековые богословы занимались этим вопросом; согласно одному из представлений, инкубы и суккубы — это бестелесные демоны, которые вселяются в трупы, после чего приползают ночью соблазнять человека, набрасывая на себя привлекательную иллюзию.       Ещё можно затронуть тему вурдалаков, гулей и упырей. Они могут рассматриваться как подвиды вампиров и оборотней, либо как отдельная раса. Гули из «Токийского гуля» очень похожи на вампиров и оборотней, они скрываются среди людей, обладают монструозной формой (но не слишком жуткой, чтобы выглядеть отталкивающими для зрителей), главный герой превращается в одного из них, правда, способность к обращению не является какой-то штатной абилкой (нужно человеку пересадить внутренности гуля). Они вынуждены питаться человеческим мясом, но могут есть, в том числе, трупы уже умерших людей. В «Hellsing» гули — самая низшая разновидность вампира, по сути это голливудские зомби. Умертвии — это души, которые поглотили высокопоставленные вампиры, они могут отделять их от своего тела. Оборотни — отдельная раса, хотя Алукард может призвать из своего тела гигантского демонического пса, не очень ясно, что он такое — часть Алукарда или некое изначально самостоятельное, поглощённое им демоническое существо?       В игре Disciples вампиры это именно перерождённые мраккультисты — чтобы стать вампиром, нужно поклоняться богине смерти Мортис; тогда она позволит переродиться либо в умертвию, либо в лича, либо в вампира. Оборотни в виде классических вервольфов при этом также являются частью армии Мортис, но о них подробности неизвестны. Кроме них здесь показали людей-варваров, у которых есть некие волшебные амулеты, которые позволяют им превращаться в мистических волков. По ходу сюжета умертвий Прушин использует один такой амулет, чтобы превратиться в мистического волка и обмануть гномов. У самих гномов есть воин-жрец, который может превратиться в йети, призвав в себя дух Фенрира. Упыри там — это некий дикий, возможно природный вид нежити; упыри могут превращать других существ в себе подобных, но временно, при этом эти существа сохраняют прежний разум и будут, после превращения, сражаться против упыря, который их превратил. Ещё тут есть тёмные эльфы-нежить, которые напоминают также классических готических вампиров.       В WoW есть эльфийские друиды, которые могут сознательно превращаться в животных; есть воргены — классические современные вервольфы; вампиров как самостоятельной расы тут нет, но есть эльфы-нежить, созданные Королём мёртвых — мракопадшие, представляют собой вариацию на классических вампиров-аристократов; упыри / гули / вурдалаки — это подвид нежити, звероподобные некроморфы, они питаются трупами и целиком их съедают.       У Брайна Ламли в «Некроскопе» оборотни, упыри, злые псионики и вампиры — это всё одно. А вот умертвии и призраки — это немного другое. Всё начинается с природного вампира-симбионта, эта форма жизни возникла в результате временной петли — прилетела из будущего в прошлое. Сам по себе он не разумен и ищет носителя. Носитель-человек получает возможность трансформировать своё тело, использовать психические способности, он слаб к серебру и к солнечному свету и вынужден пить кровь. У него повышается агрессивность и похотливость, появляется резкая пассионарность. Люди, из которых извлекли симбионта, ощущали себя психически неполноценными после этого и хотели покончить с собой. В некоторых случаях, если нанести тяжкие травмы вампиру и закопать его, то он всё ещё будет жить в такой форме неограниченное время — он может общаться с помощью псионических способностей, сможет пересадить своё эго в тело нового человека, принявшего его симбионт. Также разумные вампиры могут заражать симбионтом животных и других людей и выращивать из их органики монстров и даже возводить органические замки. Что касается призраков, то призраки тут остаются от любых умерших, а умертвии — это призраки, которые слились со своими трупами и временно обрастили их эктоплазмой, чтобы действовать в материальном мире.       Короче говоря, перед созданием своего сеттинга вы должны определиться кто тут есть кто. Соответственно, о том, что такое социум вампиров и оборотней и как он может взаимодействовать с человеческим вы сможете написать только после того, как продумали их первоначальную природу.       Во многих произведениях, где у нас очень много всяких фэнтези-элементов, вампиры и оборотни могут мелькать чисто фоном — у нас может быть всего один персонаж-вампир, либо один персонаж-оборотень на всё произведение и нам ничего толком не объяснят про их расу. Так оно в Soul Eater. У нас всего один персонаж-оборотень — Фри, всего один персонаж-вампир — Москито, зато у нас есть ведьмы, которые выделяются в самостоятельную расу, у них свой социум, враждебный всему остальному социуму; у них присутствует какая-то склонность к творению зла, но при этом они могут себя сдерживать и быть порядочными гражданками — каждая ведьма связана со своим животным, может в него превращаться или в некое его подобие, в том числе существовать в качестве абстрактной мистической субстанции, которая принимает черты этого животного. Фри и Москито весьма примечательны: Фри является классическим вервольфом, но он также происходит из особого подвида бессмертных людей (типа Вечных из Вахи), благодаря чему даже без способностей вервольфа обладает регенерацией, которая делает его окончательное убийство невозможным даже для ведьм; Москито обладает чертами не только классических вампиров и летучих мышей, но и чертами кровососущих насекомых (как ясно из его имени, он больше котирует тему комаров).       В «Хеллсинге» вампиры именно как социальные существа раскрыты плохо. У нас есть Виктория Серас, на примере который мы понимаем, что вампиризм тут вообще никак не связан со злом сам по себе, он даже не внушает резкого желания это зло творить. Вампиру даже не нужно убивать людей для поддержания жизни — достаточно просто сосать донорскую кровь. Убивать надо именно для того, чтобы развивать вампирские способности. Серас для нормальной такой эволюции хватает всего лишь одной жизни — Пипа Бернадотте, который и так уже умирает на смертном одре; он при этом получает возможность продлить свою жизнь как часть Серас и превращается в её личного умертвия. Могут ли они в таком состоянии потом заниматься сексом — непонятно.       Все злые вампиры тут добровольно стали вампирами и уже изначально были злыми людьми. У Серас нет никакой жажды творить зло — для становления вампиром тут не нужно переходить моральный горизонт событий — это вам не «Берсерк». В результате чего, когда Максим Максимилиан говорит о том, что он хочет остаться человеком, он не хочет превращаться в чудовище, его слова превращаются в голимый фарс — в этом сеттинге вампиризм — это просто способ получить суперспособности, прямо как укус радиоактивного паука. Так как все вампиры-антагонисты в этом сеттинге являются результатом разработок нацистских учёных, либо честолюбивыми ницшеанцами, тема естественных вампиров остаётся за кадром — таким является только Алукард. Частота их возникновения и отличие от искусственных также не совсем понятны (искусственные не могут порождать полноценных вампиров). Не ясно даже, как ван Хеллсинг вообще смог забороть Алукарда, если он такой крутой перец.       Вампиры связаны с аристократами — из-за образов графа Дракулы, Кармиллы, вообще из-за готического жанра как такового — по этой причине их часто изображают именно как аристократов. Таким образом их собственный социум, возможно, выстроен именно как некий аристократический дом. Только они наследуют не титулы, а какой-нибудь ритуал инициации или обращения, будь то переливание крови или укус от вампира как можно более высокого чина. Оборотни могут изображаться скорее как некие индейцы или какие-нибудь дикие варвары, которые живут подальше от обычной цивилизации. Они могут быть противниками вампиров или напротив их слугами-работягами. Оборотни могут жить даже вместе с животными, в которых они могут превращаться посреди дикой природы. Но зачастую — во многих случаях — вампиры и оборотни — это некие одиночки, которые скрываются посреди человеческого общества или не очень скрываются.       Теперь рассмотрим связь этих существ с каким-нибудь сверхъестественным злом. Согласно фольклору, вся эта нечисть в любом случае связана с дьяволом, либо с какими-нибудь тому подобными тёмными силами. Таким образом эти существа плохо соблюдают социальные нормы — им ничего не стоит возвращаться к своим живым родственникам и выпивать из них кровушку. Неизвестно даже, насколько личность подобного «живого мертвеца» вообще соответствует личности прижизненного субъекта. Возможно, это просто труп, в которого вселился злой дух, и он использует личину умершего для своего воплощения в материальном мире. У оборотней есть свой светлый аналог — анимаг, либо, по народным поверьям, ведьмак. Это знающий человек, который общается со сверхъестественными силами и может использовать их для защиты людей. У вампиров никакого положительного аналога, по понятным причинам, нет. В современных сеттингах связь вампиров с каким-либо сверхъестественным злом вообще не обязательна — вампиры Ламли это просто ещё одна раса, вернее вариант жизнедеятельности неразумных симбионтов-телепатов. В «Hellsing» метафизика вообще непонятна, неизвестно даже существуют ли там бог и дьявол как персонифицированные начала. У Стефани Майер вообще отсутствует какая-либо связь вампиров со зловещим сверхъестественным началом, они никак не реагируют на ритуальные предметы и вообще им необязательно даже убивать людей для жизни. У Чигиринской обращение в вампиров требует именно симбиоза с религиозным демоном, а для поддержания контракта необходимо уничтожать наиболее благочестивых людей. При этом против них работает не только христианская религия, но и синтоистские и буддийские ритуалы и культы, разве что делается оговорка, что некоторые азиатские божества более толерантны к кровососам на службе правильного императора, чем другие. У Хидэюки Кикути связь между вампирами и религиозным началом вообще неизвестна — с одной стороны они вроде как испытывают страх перед крестами и колами, но при этом могут размножаться половым путём и сами по себе не обязательно связаны со злом, нежитью они не являются, могут превращать людей в своё подобие.       О’кей. Теперь я создам опросник для автора, который желает написать своё собственное произведение — вы должны будете ответить на большую часть этих вопросов, отвечать, как обычно, можно фразой «не имеет значения для сюжета». — Чем конкретно являются вампиры и оборотни в вашем сеттинге? Это самостоятельные биологические виды, которые ничем не хуже прочих? Это люди, больные некой болезнью или ассимилированные некими симбионтами? Это порождения тёмных сил? Это мутировавшие человеческие волшебники или что-то ещё? — Могут ли они мирно сосуществовать с обычными людьми? Пусть даже обычные люди будут соглашаться сдавать им донорскую кровь, а они — пить таблетки, подавляющие агрессию, создав что-то вроде общества травоядных и плотоядных в «Зверополисе»? — Если эти существа превращаются из людей в вампиров и оборотней, то нужно ли им для этого переходить моральный горизонт событий? — Можно ли быть вампиром и оборотнем и при этом оставаться добрым и приличным человеком? — В какой степени общество в целом готово к толерантному отношению к таким существам? Вопрос не имеет смысла задавать, если оно в принципе невозможно (все вампиры и оборотни здесь — хаотичное зло; они думают только о том, как набить брюхо человечинкой; они вообще разговаривают с людьми только для того, чтобы ввести человека в заблуждении и как можно быстрее его схарчить). — Есть ли у подобных существ развитая социальная иерархия? — Как открыто они могут жить в человеческом обществе? — Нужно ли им для жизни обязательно убивать людей? — В какой степени вампиры и оборотни связаны с какими-нибудь откровенно злобными сверхъестественными существами, вроде злых духов, демонов и тёмных богов? — В какой степени вампиры и оборотни готовы мирно принять условия сосуществования с человеческой цивилизацией? — Что общепризнанные человеческие религии думают про этих существ? И в какой степени их точка зрения верна? — У вас правый или левый сеттинг? — В какой степени мораль этих существ отличается от человеческой? — Какая у вампиров и оборотней собственная самоидентификация? — В каких сферах вампиры и оборотни могут помочь человечеству? Это может быть истребление другой нечисти или какие-нибудь опасные работы.       В принципе, этот весь опросник.       Расскажу том, как я сам их изобразил.       В рамках моего сеттинга существует несколько разновидностей вампиров и оборотней и, как вы понимаете, они ближе к фольклорному варианту, ибо правый сеттинг. Оборотни и вампиры, в рамках сюжета, производятся Сауроном и его присными; Баст, Тевильдо (сыном Баст и Мелькора) и связанной с ним королевой Берутиэль; Ньярлатхотепом, Тиндалосом и Нар-Марратуком (порождением Ньярлатхотепа). Их можно поделить на два вида — это животные, превращённые в разумных гуманоидов, и люди, способные превращаться в подобие антропоморфных животных, либо в полноценных крупных животных. Саурон и его команда, а также Тевильдо и Берутиэль превращают животных в людей. Такие существа варьируются по уровню сил и разумности — самые слабые представляют собой заколдованных животных, которые обладают способностью имитировать человеческий разум, человеческую речь и им для трансформации в человека необходима какая-то одежда. Обычно они используются в качестве мелких приспешников и пушечного мяса. Более высокопоставленные оборотни такого рода представляют собой уже полноценных разумных существ, которые внешне напоминают оригинальных животных, могут неограниченное время находиться в такой форме. Методика их создания варьируется.       Драуглуин и Тхурингвэтиль являются представителями расы айнур, которые воплотились в материальной форме в качестве волка и летучей мыши-вампира соответственно. Они могут распространять свою мистическую субстанцию среди других обычных волков и летучих мышей и превращать их некое подобие вервольфов и вампиров. Тхурингвэтиль обычно имплантирует свою форму летучей мыши в женский труп, это позволяет ей имитировать обычную вампиршу — при необходимости она может превратиться в огромного жуткого монстра, похожего на мутировавшую летучую мышь. Видоизменённые ими существа могут самостоятельно размножаться и наследовать их характеристики.       Баст, Тевильдо и Берутиэль работают главным образом с кошками. Они могут выращивать кошколаков из кошек — такие могут свободно переходить из формы кошки в форму монстра, а также скрещиваться с людьми и порождать гибридов. Берутиэль может куда шире экспериментировать с биологическими видами — выполняя волю Тевильдо, она создала организацию Коготь Пантеры. Для этих целей Берутиэль сперва заколдовала пантеру и скормила ей человеческую девушку, эта пантера получила человеческий разум и смогла превратиться в человеческую женщину, получившую имя Сестра Джил. Уже она может таким же образом создавать себе коллег — скармливать человеческое мясо заранее заколдованным животным. Так как Сестра Джил является кровожадной лесбиянкой, то она использует главным образом симпатичных девушек для этой цели. Полученные таким образом существа в человеческой форме выглядят как человеческие девушки, но в случае чего они превращаются в гибридов человека и животного, лёгшего в их основу. Такие ведьмы обладают сверхъестественными способностями — они могут заколдовать обычных котов и кошек, чтобы те превратились в однотипных мужчин и женщин. Эти низшие оборотни визуально напоминают гангстеров — они могут стрелять из огнестрельного оружия, водить машины и делать тому подобную грязную работу. Если Джил убить, то Берутиэль заколдует ещё одну пантеру, которая также будет осознавать себя как «Сестра Джил», но это будет уже полный дубль, а не её перерождение. Эти тевильдовцы тусуются в различных потаённых местах, активно внедряются в мафию, подчиняют себе силовиков, сотрудничают с различными радикальными политическими организациями и апокалиптическими сектами, короче говоря, они представляют из себя эталонный образчик Союза борцов за всё плохое. Их цель заключается в том, чтобы возвернуть к жизни Мелькора. Кошколаки уверены, что он даст им за это много валерьянки.       Ньярлатхотеп действует иначе — он больше любит создавать зловещие культы из человеческих рас, его мраккультисты могут собирать из частей тел людей и животных себе химер во служение, но также они могут превращать в монструозных гибридов людей и животных самих себя. Также Ньярлатхотеп может производить вампиров разными способами. Нар-Марратук специализируется на производстве вампиров — формы жизни, попавшие под его влияние, превращаются в подобие классических голливудских вампиров — они злые кровожадные кровососы.       Отдельный, важный для сюжета вариант, это шиноби Акушинкагэ — они создаются из людей, которые приняли в себя частицу экзистенции Тиндалоса — Великого Древнего, который напоминает искажённого волка; он не является сознательно злым существом — он просто хаотично-голодный. Шиноби Акушинкагэ являются очередными мраккультистами, они могут усилием воли переключаться между человеческим состоянием и монструозным — их внешний вид списан со второго поколения избранных из игры Blood. Если они сильно перенапрягутся, то могут утратить разум и навсегда превратиться в подобных монстров, но разумные представители Акушинкагэ могут ими управлять с помощью телепатии.       Так, вот такие у меня вампиры и оборотни. Есть ли тут хорошие вампиры и оборотни? Главным образом в сюжете фигурируют именно хорошие оборотни. Это — Мари Илластриэс Макинами, Дуглас Фрэнсбек и Гаус Волс.       Мари является потомком культистов Баст, которые перебрались в Британию из Египта, она получила от них кошколакскую кровь. Это позволяет Мари телепатически управлять животными, при этом она предпочитает использовать волков, а не кошек; она может создавать, в том числе, фантомных волков, которые нападают на противника и взрываются с ним; когда Мари находится в состоянии сильной ярости и напрягает свои метафизические силы, то у неё появляются кошачьи зрачки и другие кошачьи черты, вероятно, она может полностью превратиться в кошколака, но она предпочитает так не делать. Вместо этого Мари может превратить свой Евангелион в куда более звероподобного мехакайдзю, отдалённо напоминающего гигантского леопарда со множеством глаз. Это увеличивает преимущество в ближнем бою, даже позволяет использовать свою меху как ездового зверя для более меньших стандартных Ев. Сама Мари — похотливая лесбиянка, что передаёт привет Кармилле. Себя она идентифицирует как человека и не слишком задумывается о своей кошколацкой натуре.       С Дугласом ещё проще — его взяли в секту с маленьким ребёнком, а во взрослом состоянии он просто вышел из неё. Сам Тиндалос, как я уже говорил выше хаотично-голодный, а не сознательно злой, и Дуглас может без проблем контролировать своё бессознательное, так как он является дунианином.       Гаус Волс — представитель расы космических аристократов, он ничем не отличается от всех прочих космических аристократов — за вычетом того, что он может в боевой форме превратиться в звероподобного мохнатого гуманоида, похожего на леопарда. Гаус в такой форме разве что может ударить более сильным образом, чем требовалось бы — именно поэтому он слегка ранит Дюка Флида во время тренировок. Короче, хирургический скальпель и снайперскую винтовку ему лучше не давать в руки — а так он вполне обычный нормальный человек. Неизвестно почему Гаус является оборотнем, возможно генетические инженеры решили, что если аристократ может использовать в бою силу своего животного начала, то это будет к месту.       А вот хороших вампиров у меня нет — то есть в самом сеттинге они есть (я так представил Лирику Юбер из «Сейлор Мун»), но среди главных героев они не затесались.       Как видите, в сеттинге моих фанфиков вампиры и оборотни обычно хорошо себя контролируют, у них нет прямой нужды убивать людей для своего существования, они вполне могли бы вжиться и в человеческий социум… Но они не хотят этого. Зачем иметь дело с трусами, лицемерами и слабаками? Люди, по их мнению, такие же монстры, как они сами, просто более лицемерные и слабые, на кой ляд они им сдались? Зачем им нужны эти лицемерные гуманные ценности всяких клятых либерах, если у них есть свои собственные?