Двенадцать ночей до моего самоубийства

      — Твою мать!.. — Билл вскакивает со своей постели, но путаясь в одеяле сразу же падает на пол с характерным грохотом, больно прикусывая язык. Это становиться ещё одним поводом для ругательства. Билл сбрасывает с себя одеяло, сразу же осматривается по сторонам: это его комната. Денбро несмело отползает к стене, испуганно вжимается в неё спиной. Холодный пот уже стекает по его лицу, рубаха взмокла от напряжения и Билл чувствовал, как промеж ног разливается единственная теплота касающаяся его тела. Когда запах мочи ударил в нос, он наконец пришёл в движение и противно сморщился. Это был не кабинет психиатра, в чьей комнате явно придётся менять ковры пропёкшиеся алой кровью мистера Варнера; это не детская комната, из которой медсестры вызывали к себе в коридор детей, чтобы всунуть им в рот таблетку; это явно не комната толстой медсестры, в которой прошлой ночью Билл был с клоуном. Парень оборачивается, всё ещё растерянно ступает к столу на котором бросает взор на свой будильник. Билл убирает за собой в комнате, принимает душ, переодевается и идёт в школу.       Делиться своим сумасшествием Билл боялся. Вообще, сумасшествие – страшная штука. Сошедший с ума человек не виноват в том, что в один момент он взял да сошел с ума. Сумасшествие не выбирают. Сумасшествие – это болезнь. Болезнь в голове. Ужасная болезнь. Она разрушает мозг. Съедает его. Сумасшедших людей нельзя ненавидеть, потому что они не виноваты в том, что с ними произошло. Всё это Билл повторял в своей голове, как мантру, которую когда-то приходилось читать его другу, Стэнли Урису, который однажды войдёт в свою ванную и больше не издаст ни единого звука. — Оставь меня в покое! — Билл орет на своё отражение в зеркале мужского туалета, часто и прерывисто дыша. Ноги подкашивались, ему было страшно, страшно и больно держать всё в себе и сражаться с клоуном один на один. — Йо, Билл! — На плечо Денбро опускается теплая ладонь Ричи Тозиера и тот многозначительно улыбается, глядя на запыхавшегося приятеля в мужском туалете. — Что, лысого гонял? Смело, дружище, выглядишь потрепано. — Он рассмеялся и о, как жаль, что Билл не может столь же беззаботно наслаждаться школой! Пожалуй, впервые в жизни он испытал зависть к неудачнику Тозиеру. — Ричи... — Билл пошатнулся, теперь Ричи перестал смеяться и с серьёзным видом уставился на него. — Клоун... Он жив, он в моей голове.... — Билл с ужасом во взгляде схватил Тозиера за плечи и сильно встряхнул, от чего у того съехали очки с переносицы. Ричи изогнул брови, взглянув на Билла, как на ненормального. — Какой клоун, Билл? Что, вместо Фредди Крюгера в кино стали травить байки о клоунах? Если подумать, они реально жутко выглядят. Надо рассказать Эдди, ему понравится... — Ричи замолчал, по состоянию Билла он прекрасно понял, что тот нисколько не шутит. — Это бред, — заключил Ричи спокойно и убрав руки со своих плеч, отступил. — Билл, это бред. Оно больше не вернётся, не сходи с ума, это бред. Билла словно передёрнуло. Его руки дрогнули, он поднял голову и взглянул на Ричи , как на чужого. Однако, ему быстро все стало ясно. Ричи страшно. Им всем страшно, кому не расскажи, они не хотят верить в это. И не будут. Путь домой выдался напряженным, Билл прекрасно понимал что некогда было пускать слюни и лишь вечно мочиться в постель из-за своего страха. Нужно было что-то с этим делать, хотя ситуация и кажется до невозможности безысходной. Билл настраивал себя на битву с клоуном, задумываясь о слабостях и возможной привязанности существа: довольно растяжимые вещи, которые отыскать, а уж тем более понять будет очень даже непросто. Билл остановился. Он вспомнил, как вчера, оставшись наедине с клоуном он испытал довольно необычайное чувство. Чувство это не было чистым отвращением, ненавистью и страхом; чувство это было несколько теплым, лишь немного отталкивающим и Билл знал это чувство. Он понял это ещё вчера, ночью, поэтому и проснулся в ужасе, и если Билл испытывал горячую ненависть, но испытывал он её конкретно к самому себе. За любовь к такому мерзкому отродью, убившему его младшего брата. Дома Билл бросает рюкзак на пол, отпинывает его в угол и снимает с себя рубашку с усилием. Его руки просту не слушались, пальцы скользили по пуговицам и они никак не желали поддаваться. Наконец, бросив вещь на пол, Билл упал на постель и уснул крепким сном, позабыв даже снять свои ботинки. Кажется, мама потом его убьёт.       Проснулся Денбро посреди ночи от шороха под своей кроватью. Мальчишка мгновенно поджал к себе ноги и напрягся, буквально в миг перешагнув свою сонливость и насторожившись, будто всё это время он только и ждал этого момента. Одеяло медленно спустилось с кровати на пол, Билл громко сглотнул подступившие слюни и подался вперед, заглядывая под кровать. Медленно и осторожно, словно волк высматривал кролика, в следущую секунду готовый наброситься на него и перегрызть зубами его глотку. Но кроликом сейчас скорее был Билл и от этой мысли его передернуло. Ладони опускаются на пол, он кажется неестественно холодным; по виску сбегает солоноватая капелька пота и Билл жмурится, нерешительно спуская голову вниз и наконец заглядывая под кровать... Камень с души упал. Билл со свистом выдохнул, переводя дыхание и закатывая глаза. Под кроватью было предательски пусто, лишь одиноко валялась пластиковая бутылка лимонада в самом дальнем углу, которую Денбро постоянно забывал выбросить. Так она там и поселилась. Впрочем, её соседство парню не мешало. Билл оттолкнулся ладонями от пола, энергично развернулся и в этот же миг замер, сталкиваясь с существом лицом к лицу и Билл было уже вскрикнул, но Оно закрывает его рот своей когтистой лапой и весело гогочет, срывая со своей жертвы обувь и штаны, оставляя Билла в одних трусах и хищным взглядом осматривает его тело. — Ты мерзкий и отвратительный... — Сквозь пальцы Пеннивайза сумел произнести Билл и вдруг почувствовал, как хватка у его рта ослабла. — П-простой клоун, даж-же не смеш-шной, стремный. -- Билл наблюдал как существо медленно отступает, кажется, даже задумывается над чем-то. Билл осел на постель, клоун же скользнул на пол и обхватив руками свои колени, расплакался. — Ты делаешь мне больно, Билли! Это твоя благодарность? Я просто хочу с тобой поиграть.... — Оно берет простыню в лапы и высмаркивается, а Билл растерянно хлопает глазами и спускается на пол следом, нервно кусая нижнюю губу. Оно это видит, поднимает голову и одним движением руки притягивает парня к себе. — Не кусай губу, Билли. Иначе я тоже укушу. С-с-сильно ук-к-кушу. — Пеннивайз пальцем нажимает на нижнюю губу Билла и высвобождет её изо рта, широко улыбаясь. А Билл, ощущая как быстро начинает биться его сердце, сжимает свои ладони в кулаки и жалобно стонет, прежде чем расплакаться следом. — Отвратительный, мерзкий, ужасный, противный, уродский, грязный вы-выблядок, — Билл падает на колени, ладони опускает на загримированные щеки клоуна и целует того в губы.

— И-иди нахуй, клоун.