Скованные

      Вырвавшись из тесноты комнаты для допросов, Николь устремилась в туалет. Сначала она хотела выйти на улицу, чтобы освежиться, но побоялась в очередной раз ввязаться в неприятности, наткнувшись на репортеров или каких-нибудь копов, с кем у нее периодически возникали конфликты.              Она ополоснула лицо холодной водой и посмотрела на себя в зеркало. Утреннее похмелье оставило заметные следы на лице в виде красных глаз и синяков под ними. Но хотя бы головная боль отступила после столь ободряющего допроса. Появись чертов Мортон на несколько минут позже, у них уже было бы либо признание, либо правда о том, где пропадал Пирс. А теперь они снова вернулись к началу, где у них имелись лишь призрачные ниточки, которые могли и не привести никуда вовсе.              Николь жутко захотелось убежать от реальности хоть ненадолго, и не с помощью сигарет или алкоголя. Давно она не ощущала такого острого желания употребить что-нибудь потяжелее, вроде кокаина или экстази. Впервые она попробовала наркотики еще в школе по этой же причине. Непросто расти в маленьком городке, просто пропитанном гомофобией, когда все знают о твоей ориентации. Живя словно в аду, юная Николь нашла отдушину в крайне неблагополучной компании, пустившись «во все тяжкие». Она не любила вспоминать этот период своей жизни, ведь натворила слишком много ошибок. Лишь смерть отца от выстрела наркоторговца из банды, с которой связалась Николь после переезда в Нью-Йорк, отрезвила ее и заставила пересмотреть приоритеты. Она больше никогда не хотела возвращаться к такой жизни. И желание принять что-нибудь не просто пугало, а повергало в ужас.              — Соберись, Ники! — рассматривая свое отражение, выдохнула она, несколько удивившись тому, как назвала себя.              Покачав головой, она еще раз ополоснула лицо, вышла в коридор и направилась к комнате, где велось расследование. По правде говоря, ее уже тошнило от доски с пугающими фотографиями жертв, но они еще больше подогревали ее стремление поймать того, кто все это совершил. Когда она вошла, Мэтт и Уинтерс просматривали запись допроса, Элис изучала какие-то документы, а Уолли, как и всегда, колотил по клавишам.              — Не похоже, что он врет, — задумчиво потер коротко стриженный затылок Уинтерс.              — А на хрена ему тогда адвокат, который даже самых отъявленных негодяев отмазывал от тюрьмы? — Николь ткнула пальцем в сторону переговорки, где расположились Мортон и Пирс на ближайшие полтора часа. — Да у меня годовой зарплаты не хватит, чтобы оплатить его услуги.              — Стэн довольно обеспеченный человек, — не отрываясь от бумаг, сказала Элис.              — Мортон специализируется на уголовных преступлениях, и ты хочешь мне сказать, что Пирс будет его использовать просто как личного юриста? Не смеши меня.              — Может, он предусмотрительный? — Элис наконец подняла взгляд.              — Конечно, понял, что налажал в этот раз и нанял лучшего адвоката в городе. Очень предусмотрительно.              Элис хотела что-то ответить, но ее привлекла открывшаяся дверь. Николь обернулась и увидела милую рыжеволосую девушку в белом халате и с планшетом в руках. Эти ребята редко забредали в убойный отдел, обычно просто отправляя отчеты. Похоже, что-то случилось.              — Добрый день, детективы. Я Лили Уотсон, старший криминалист, — лучезарно улыбнувшись, представилась она.              — Привет... Да... То есть добрый день, — затараторил тут же подскочивший Уолли.              Николь усмехнулась, наблюдая за ним. Очевидно, он питал к этой Лили Уотсон чувства, но понятия не имел, как их выразить. Проводя почти все свое время в виртуальном мире и даже будучи гением в реальном, он не знал, как вести себя рядом с противоположным полом. Уотсон немного смутилась от такого внимания, судя по слегка покрасневшим щекам, но вполне уверенно заговорила:              — Вы уже прошли проверку на наркотики?              — Что? Какую еще проверку? — нахмурилась Николь — этот вопрос заставил ее напрячься. И пусть она ничего не принимала уже много лет, тело все равно охватил какой-то мандраж. Во время реабилитаций она прошла столько тестов на наркотики, что хватит на несколько жизней вперед.              — Внеплановую, — невозмутимо ответила Уотсон. — Обязаны пройти все сотрудники.              — С чего это? — не отступала Николь, совершенно не желая сдавать никаких анализов.              — Приказ сверху. Все сотрудники должны пройти проверку в обязательном порядке. Также досматривают все шкафчики.              — А где сдавать? — тут же с энтузиазмом поинтересовался Уолли.              — У нас в лаборатории, — ответила Уотсон, одарив его милой улыбкой, отчего тот смущенно опустил взгляд.              — Какой идиот станет хранить наркотики у себя в шкафчике? — скептически прищурилась Николь.              — Приказ поступил, мое дело его выполнить, — пожала плечами Уотсон.              — Так когда приступить? — встрепенулся Уолли и даже подошел к ней на шаг.              — Да хоть сейчас, это не займет много времени. Детективы, вы тоже можете проследовать за мной.              — Ты хоть знаешь, чем мы сейчас занимаемся? — скрестив руки на груди, раздраженно спросила Николь. — Нам не до вашего дурацкого теста. Ни его результаты, ни обыск не покажут ровным счетом ничего.              — Детектив Сандерс, я понимаю, что вам сейчас...              — Слушай, Уотсон, лучше бы ваша лаборатория занималась делом, а не страдала ерундой, может, тогда мы бы поймали Блэйда.              — Этим занимаются.              — Николь, может, нам все же стоит... — вступил Мэтт, но она и ему не дала закончить:              — Потом сдадим, сейчас у нас есть дела поважнее.              — А я готов! — расплывшись в улыбке до ушей, заявил Уолли.              — Тогда пойдем со мной, — кивнула Уотсон в сторону выхода и, посмотрев на остальных, добавила, — и вас, детективы, мы тоже ждем.              — Обязательно, — отмахнулась Николь и отвернулась к доске, не собираясь вообще куда-то идти.              Уотсон вышла в коридор, а счастливый Уолли засеменил за ней, на ходу приглаживая волосы. Вдруг за спиной компьютер издал довольно противный писк. Техник остановился и обернулся, потом снова посмотрел вслед удаляющейся Уотсон. Похоже, внутри него сейчас проходила нешуточная борьба. Еще раз взглянув на уже пустой коридор, он все же вернулся и защелкал по клавишам.              — Бинго! — торжествующе произнес он.              — Что там, Уолли? — заинтересованно спросил Мэтт, подойдя ближе.              Остальные последовали его примеру и окружили техника, но, похоже, такое внимание ему только льстило.              — Помните, я говорил, что немного подкорректировал программу распознавания лиц? — оглядев присутствующих, спросил он и продолжил только тогда, когда дождался, чтобы каждый кивнул. — Так вот, я ее еще чуть-чуть модифицировал.              Он сделал очередную театральную паузу, и Николь хоть и старалась сдержаться, но все же такая бездарная потеря времени выводила ее из себя.              — Давай уже к делу, Рэнделл! — раздраженно поторопила она.              — Короче, — продолжил Уолли, — агент Уинтерс помог получить доступ ко всем камерам наблюдения города.              — Слава агенту Уинтерсу. Юху, — не удержавшись, все же вставила комментарий Николь, за что получила укоризненные взгляды от Мэтта и Элис, а также снисходительную усмешку от федерала.              — Я изменил программу так, что найдя лицо Пирса в радиусе километра, она передвигала центр поиска к месту обнаружения и продолжала поиск. Затем процесс повторялся, — гордо рассказал Уолли, — так удалось проследить его маршрут. Вот тут предположительная конечная точка, так как он не передвигался больше в течение девяти часов, и потом снова был обнаружен там же.              — Там же — это где? — нетерпеливо спросила Элис, наклонившись к экрану с изображением Пирса, выходящего из какого-то неприметного здания недалеко от надземной линии метро. Над дверью красовалась вывеска, но нечеткость изображения не позволяла разглядеть буквы.              — Адрес — тысяча девятьсот двадцать два по Бостон Роад.              — И что он делал в дешевом мотеле? — усмехнулась Николь, вспомнив это место. Правда, она всегда заходила с парадного входа, и выглядел он несколько приличнее.              — Отлично, детектив Сандерс, ты права, это действительно мотель, называется «Говард Джонсон», — кивнул Уолли, на другом мониторе уже успев открыть сайт, красочными картинками призывающий посетить это грязное место с клопами и муравьями.              — Откуда ты знаешь мотель в Бронксе? — недоверчиво посмотрела на нее Элис.              — Не спрашивай, — отмахнулась Николь. И хоть она давно рассказала бывшей девушке о своем темном прошлом, в подробности похождений с ее так называемыми друзьями и посещений многих злачных мест Нью-Йорка вдаваться не хотелось.              — Давай посмотрим эту запись, Рэнделл, — подал голос до этого молчавший Уинтерс. — Включи за час до его прихода.              — Оки-доки. — Николь скептически скривилась, когда Уолли отсалютовал двумя пальцами, видимо, подхватив этот жест от нее. Сделав всего пару щелчков по клавиатуре, он запустил ускоренное воспроизведение.              — Останови, вот оно, — тыкнув в экран через пару минут, сказал Мэтт.              Повинуясь действиям техника, видео застыло, чуть перемоталось назад и снова запустилось теперь уже в нормальном темпе. На экране появился Пирс, потом исчез на несколько секунд, а уже в следующее мгновение объявился ведущим под руку какую-то женщину. И судя по цвету волос, явно не Мэдди, а уж поцелуи и объятия не оставили сомнений, зачем он приехал в это место. Девять часов спустя Пирс вышел и направился к машине, а через час мотель покинула и его спутница.              — Что ж, — со свойственной ему невозмутимостью произнес Уинтерс, — думаю, он точно не виновен.              — Только в том, что он мудак, — процедила сквозь зубы Николь и посмотрела на Элис, все еще растерянно смотрящую на изображение женщины, застывшее на экране.              Она никогда не верила, что ее друг способен на убийства, но убедиться в своей правоте таким образом наверняка неприятно. Более того, они снова вернулись к началу: у них нет стоящих зацепок, нет подозреваемых, нет ничего... Если за несколько дней им не удастся поймать убийцу с дурацким прозвищем Блэйд, подаренным ему СМИ, дело опять закроют до новой жертвы, и на полицию, а в частности на их участок, выльется куча дерьма. Куинс и Бронкс уже огребли, видимо, настал черед Южного Бруклина. Во второй раз.              — Нужно поговорить со Стэном, — обреченно вздохнула Элис.              — Тебе не обязательно, я могу, — тут же вызвалась Николь, стараясь оградить ее от этого.              — Ну уж нет, хватит с тебя общения с Мортоном. Не нужен нам иск за нанесение тяжких телесных повреждений, — усмехнулся Мэтт. — С ним поговорю я.              — Превосходная работа, мистер Рэнделл, — похлопал по плечу тут же просиявшего техника Уинтерс. — Ты никогда не задумывался о работе в бюро?              — Что? — округлил глаза Уолли и затараторил, ошарашенный вопросом. — Да я не...              — Эй, Уинтерс! — тут же встряла Николь. — Не смей переманивать наши кадры!              — Я думаю, талант мистера Рэнделла будет полезен на федеральном уровне.              — А я думаю, что ты не помогаешь и тебе пора возвращаться к своим стильным друзьям!              — Николь, — одернул ее Мэтт, снова принявшись играть в раздражающего миротворца.              — Это не тебе решать, детектив Сандерс, — спокойный тон Уинтерса, как и обычно, выводил из себя. — С тобой свяжутся, Рэнделл, а мне нужно поговорить с капитаном. Скоро выступление перед прессой, — сказал он и, не дожидаясь ответа, вышел.              — С тобой свяжутся, мне нужно поговорить с капитаном, — скорчив рожу, передразнила его Николь. — Тоже мне важная шишка. И зачем он вообще говорит с простыми копами? — бурчала она. Агенты ФБР всегда считали себя выше полиции, о чем никогда не уставали напоминать.              — Сейчас у нас остались только шерсть собаки и неизвестный материал, — Мэтт решил вернуть разговор в нужное русло, — придется работать с этим. Я поговорю с Пирсом и вернусь.              — Принеси ему мои искренние извинения, — разведя руки и слегка склонив голову, иронично хмыкнула Николь.              — Пожалуй, не буду, — улыбнулся Мэтт и скрылся за дверью.              — Я скоро вернусь, — бросила Элис и тоже быстро покинула комнату.              Николь проводила ее взглядом. Она понимала, насколько ей нелегко сейчас: расследовать жестокое убийство подруги, узнать, что муж той изменник, да еще и во время похищения находился в объятиях другой женщины. Так хотелось пойти за Элис и как-нибудь поддержать, помочь пережить все это. Но в то же время Николь прекрасно понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет. Элис попросту не хотела видеть ее рядом и тем более принимать помощь. А сделать ей еще больнее даже простым присутствием не хотелось. Поэтому Николь решила вернуться к работе и еще раз изучить список компаний, так или иначе связанных с жертвами, ведь других зацепок у них попросту не было. И хоть Уолли сделал выборку тех, кто использует в работе Шевроле Экспресс, все равно их оставалось очень много.              Николь решила налить себе кофе, прежде чем приступить к рутинной работе, когда вошел помощник судмедэксперта с папкой в руках.              — А где детективы Дайсон и Райли? — спросил он.              — У них дела, — ответила Николь и с раздражением спросила: — Чего тебе, Колтон?              — Думаю, мы кое-что нашли, — сказал он и протянул папку, недовольно вздохнув — никто в участке не любил «знаменитую» грубость детектива Сандерс. Конечно, он бы предпочел поговорить с кем-нибудь другим, но сейчас выбора не было.              Николь взяла папку и, открыв ее, пробежалась глазами по непонятным формулам и графикам, а в слова даже вчитываться не стала.              — И на что я смотрю?              Закатив глаза, словно объясняет что-то непонятливому ребенку, Колтон подошел ближе и указал пальцем на напечатанное мелкими буквами предложение:              — Смотри вот тут.              — А можно поподробнее? — максимально вежливо улыбнувшись, попросила Николь. Ей всегда было неуютно в компании Колтона, но, что ни говори, свое дело он знал. Несмотря на то, что работал он всего лишь помощником судмедэксперта, Санни поручал ему делать вскрытия самостоятельно, а это о многом говорило.              — Пришлось попотеть, но, кажется, мы поняли, что это за частица, которую нашли в ране жертвы, — с гордостью сообщил он, — точнее, что на ней было за химическое вещество.              — Разве это твоя работа? — недоверчиво прищурилась Николь. — Я думала — этим занимаются криминалисты.              — Да-да-да, конечно, — затараторил Колтон, испуганно посмотрев на нее. — Пожалуйста, не говори Санни, что я помогал им в рабочее время. Но дело слишком серьезное, я просто хотел помочь. Келлум был только благодарен.              — Эта тайна умрет вместе со мной, — хмыкнула Николь. По правде говоря, ей было все равно, откуда поступит информация, лишь бы она помогла поймать преступника.              — Мы провели всевозможные анализы этого вещества и выделили следы инсектицида из класса пиретроидов с формулой «C19H25NO4» в сочетании с изомером циперметрина... — начал объяснять Колтон, но Николь его прервала:              — Ты как будто на китайском сейчас говоришь. Давай попроще для тех, кто получил всего шестьдесят кредитов в общественном колледже*.              — Это средство от насекомых для животных, — одарив Николь надменным взглядом, объяснил он. — Проще говоря, от блох. Хотя в данном случае это понятие слишком общее... Хотя неважно. Я нашел несколько возможных препаратов, но самым подходящим по составу я бы назвал «Неостомозан». Им обрабатывают как животных, так и помещения, где их содержат, или же транспорт для перевозки.              — О-о-о, полезная штука, — протянул Уолли, видимо, уже найдя информацию в интернете, — он используется и для домашних кошек и собак, и для крупного рогатого скота. И какой спектр вредителей он уничтожает... — присвистнул он. — Надо бы прикупить, а то мой котик чешется, бедняга. Знаете, он любит погулять на улице один, кто знает, где он там бегает.              — Ага, обязательно, — закатила глаза Николь, «радуясь» столь полезной информации.              — Конечно, существуют и другие препараты, но все они оказывают аналогичные действия, — не обратив внимания на техника, продолжил Колтон. — Из того волокна, что мы нашли, вполне могли быть сделаны подстилки для животных, игрушки или же сетки для авто, используемые при транспортировке.              — Это определенно связано, — кивнула Николь. — Субъект и миорелаксант мог достать именно в ветлечебнице.              — Мы сделали все, что могли, детектив, дальше ваш выход.              — Спасибо, Колтон, ты отлично постарался, — улыбнулась она и подошла к столу Уолли, — по-моему, нужно вернуться к версии с ветеринарными клиниками. Мы сможем узнать, куда обращались Пирсы со своей собакой?              — Сделаю запрос в банки и пробью их платежи по кредиткам, — отозвался тот.              — И попробуй найти связь с другими жертвами, — добавила Николь и поинтересовалась у рассматривающего доску с фотографиями и записями помощника судмедэксперта. — Колтон, у тебя что-то еще?              — Нет, — тот повернулся и направился к выходу. — Просто в голове не укладывается, как люди могут совершать такое. Надеюсь, вы его поймаете.              — Поймаем, не волнуйся, — кивнула Николь и проводила его взглядом, еще несколько секунд пялясь на закрытую дверь.              Все-таки странные ребята — судмедэксперты. Что же должно двигать человеком, решившим связать свою жизнь со смертью? Хотя, если подумать, то детективы убойного отдела мало отличались от них, сталкиваясь с самыми страшными пороками человечества каждый день. Николь совсем не понравилось направление мыслей, поэтому она вернулась к работе, благо было чем заняться.       

***

      Вернувшийся Мэтт «обрадовал» Николь тем, что, скорее всего, Мортон все же подаст жалобу на нее, особенно в свете того, что полиция ошиблась в выборе подозреваемого. Но ей было абсолютно плевать на это, особенно сейчас, когда у них наконец наметился хоть какой-то сдвиг. Вскоре вернулась и Элис. Стоило только рассказать о находке Колтона, как они загорелись энтузиазмом. Но Уолли не удалось отследить платежи — видимо, собаку к ветеринару Пирсы водили исключительно за наличные.              — Твою ж мать, — процедила сквозь зубы Николь, не горя абсолютно никаким желанием после всего общаться с Пирсом, — придется спрашивать напрямую. Мортон нас с дерьмом сожрет.              — Я все улажу, — пообещал Мэтт и снова удалился.              Пока его не было, детективам и Уолли удалось установить, что у второй жертвы, Калиссы Флокхарт, жила кошка. У третьей жертвы, Кэтрин Сэлдон, была аллергия на шерсть, однако лет пять назад ее родители зарегистрировали добермана. Если связать жертв через домашних животных, то начинала складываться вполне ясная картина.              Вскоре Мэтт и Уинтерс вернулись, принеся с собой названия двух ветклиник на Манхэттэне, в которые обращались Пирсы со своей собакой. К сожалению, связи с предыдущими жертвами и их семьями пока найти не удалось. Однако учитывая, сколько времени проходило между похищениями, случиться могло все, что угодно.              — Мы же все понимаем, что хватаемся за соломинку? — спросил Мэтт, оглядев присутствующих. — У нас недостаточно даже косвенных улик, так что если с нами откажутся сотрудничать, ордер мы предъявить не сможем — нам его никогда в жизни не подпишут.              — Чего ты на меня смотришь? — возмутилась Николь, заметив красноречивый взгляд напарника. Да, она не всегда могла похвастаться ледяным спокойствием, но все же в таких случаях могла взять себя в руки. — У него перерывы в год, кто знает, сколько мест работы он смог сменить? Давайте пошевеливаться, мы до Манхэттэна целую вечность добираться будем.              — Думаю, мы с детективом Райли возьмем «Клинику для животных Рид стрит», а вы «Трибека Сохо», — предложил Уинтерс.              — Конечно, вам бы чего поближе, — посмотрев на карту, буркнула Николь. — Интересно, почему лечебница «Рид стрит» находится на Канал стрит? Что за идиот это придумал?              — Мы можем поехать и в «Трибека», Ники, только хватит ныть, — закатила глаза Элис и потянулась за пиджаком. — Поехали, а то на Бруклинском мосту всегда пробки, добраться бы до закрытия.              — Нет уж, езжайте вы туда, — отмахнулась Николь и тоже прихватила толстовку, — с таким тупым названием там только вас и жд...              Она не закончила, получив толчок локтем от Мэтта. Как и всегда он не хотел очередной перепалки, которая уже готова была разразиться. Элис наверняка собиралась сказать пару ласковых, хотя на самом деле слова предназначались Уинтерсу, а не ей. Впрочем, хорошо, что напарник всегда был начеку.              Выходить на улицу через парадный вход Николь побаивалась — опять столкнуться с репортерами, в частности с Карофски, очень не хотелось. Она была слишком раздражена, чтобы вежливо с ним общаться. Но, на удивление, прессы у входа оказалось совсем мало, и вопросы они задавали как-то вяло, видимо, удовлетворившись заявлением, сделанным капитаном не так давно. Николь мельком видела его, когда они направлялись к лифту, и выглядел он, мягко говоря, не очень — словно пробежал пару марафонов без передышки. Видимо, стервятники из СМИ, желающие поживиться хоть чем-нибудь, вытянули из него все силы. Однако Бэйкер был не из тех, кого можно так просто сломить. Может, он сейчас и выжат как лимон, но зато наверняка выдержал их нападки, как и сотни раз до этого.              Пообещав встретиться в участке позже, детективы и агент разошлись по машинам. Николь с некой долей зависти наблюдала, как Элис садится на пассажирское сидение черного джипа «Кадиллак Эскалейд». И почему агентам ФБР выдают такие шикарные тачки, а копам какие-то несчастные «Форды» или «Шевроле» в лучшем случае? Но, по крайней мере, появилось время, чтобы отдохнуть и от всезнайки-федерала, и от вызывающей столь противоречивые чувства бывшей девушки.              — Ты как, Николь? — медленно продвигаясь по забитым машинами улицам Нью-Йорка, спросил Мэтт.              — Лучше всех, — буркнула она, понимая, к чему он клонит, но желания заводить очередной разговор об Элис или их отношениях абсолютно не возникало. — Давай просто доедем до этой чертовой клиники и сделаем свою работу.              — Ты в последнее время постоянно на взводе.              — А как еще, Мэтт?! У нас четыре мертвые женщины, а все, что у нас есть — шерсть собаки и инсектицид-пери... какая-то там фигня, — вспомнить заумные слова Колтона Николь не смогла. — Если мы его не поймаем, то через год пострадает еще одна женщина, и это снова будет наша вина.              — В том, что делает субъект, виноват только он, — нахмурился Мэтт, не отрывая взгляда от дороги. — И ты это знаешь. Если ты начнешь все принимать так близко к сердцу, то не сможешь продолжать работу.              — Ничего я не принимаю близко к сердцу!              — А вот мне кажется, что ты просто игнорируешь кое-что очень важное, направляя эмоции в другое русло. В итоге выходит плохо везде.              — И давно ты заделался психологом, Мэтти? — усмехнулась Николь, решив перевести все в шутку, пока не поздно. Может, напарник и не знал всей правды о ней, но за несколько лет научился понимать ее, как никто другой. Разве что, как Элис когда-то. И сейчас он выбрал самое неподходящее время, чтобы препарировать ее душу, когда даже она сама не могла разобраться в собственных чувствах.              — Просто я волнуюсь за тебя, Николь.              — Не надо, я справлюсь.              — Но тебе не обязательно справляться одной, — не оставлял попыток пробиться к ней Мэтт.              Конечно, иногда ему это удавалось, но только не сейчас, когда непонятные отношения с Элис заставили полностью закрыться, чтобы ни в коем случае не сорваться рядом с ней. Николь вообще жутко бесило, что последнее время она так часто думала о бывшей девушке, можно сказать — постоянно. Это не просто раздражало, но и здорово мешало работе.              — Я знаю, Мэтт, но не хочу это сейчас обсуждать. Давай лучше поговорим о деле, — устало взглянула на него Николь.              Практически бессонная ночь, наполненная алкоголем, давала о себе знать — стоило немного расслабиться в машине под припекающим солнцем, как стало клонить в сон. Николь упорно сопротивлялась, стараясь читать страницы дела в руках, но буквы плясали и разбегались в разные стороны, как тараканы на свету, и в конечном итоге она все-таки провалилась в сон.