In Trutina

– Как только вы попадёте в главный сад, вы сможете скрыться от стражи за этим углом – затем войдёте через балконную дверь… Джейкоб, ты слушаешь? Джейкоб не слушал. Он сидел у окна в отцовском кабинете и точил клинок до бритвенной остроты. Услышав своё имя, он поднял голову и посмотрел на Джорджа Вестхауса, который внимательно наблюдал за ним с кресла отца. – Что? Нет, – жизнерадостно ответил Джейкоб. – И что ты собираешься делать? – в голосе Джорджа звучали нескрываемые усталость и разочарование. Не то что бы Джейкоб его терпеть не мог, нет. Они работали вместе уже много лет, и Джейкоб знал, что он был близок с отцом. Проблема была в том, что Джейкоба раздражало в Джордже полное отсутствие воображения и чувства юмора, впрочем, то же самое раздражало его и в отце. – Иви мне всё расскажет. Правда, Иви? – обернулся он с сияющей улыбкой к сестре, сидевшей скрестив руки в другом конце комнаты. – Не обращай на него внимания, Джордж, – взгляд, которым она окинула Джейкоба, мог бы с лёгкостью заморозить солнце, – он не внимательнее устрицы. Что там дальше после балконной двери? Они продолжили изучать карту, а Джейкоб продолжил их игнорировать. Когда клинок наконец начал выглядеть так, как ему хотелось, Джордж поднялся на ноги и отдал бумаги Иви. – Я буду ждать отчёта завтра, – кивнул он ей на прощание. – Разумеется, – встала вместе с ним Иви. Джейкоб подчёркнуто продолжил сидеть, где сидел. – Есть хоть одна разумная причина, почему ты такой грубый? – сузила глаза Иви, едва за Вестхаусом закрылась дверь. – Ты действительно всё равно пройдёшься по всем планам ещё несколько раз, даже если бы я слушал в первый, – ответил Джейкоб в свою защиту. – И у тебя это получится лучше, чем у него. Она отвернулась, явно не желая признавать его правоту, но Джейкоб понял по тому, как она слегка расслабилась, что она оценила комплимент, пусть и не признала это вслух. – Серьёзно, я не понимаю, почему Совет считает, что нам всё ещё нужна помощь Джорджа, – Джейкоб сделал пару выпадов клинком. – Он мог бы просто сказать, что от нас требуется и уйти, а не проговаривать с нами каждый шаг, как будто мы не знаем, что делать. В конце концов, он уже был с нами на заданиях и знает, что мы и сами справимся, – нахмурился он. – Они нам не доверяют. – Ты бы доверял на их месте? – рассеянно спросила Иви, убирая бумаги в шкаф. – Конечно. Всё равно здесь нет никого лучше нас. И вообще я считаю, что мы должны быть в Лондоне, ударить тамплиеров в самое сердце… а не сидеть здесь и иногда убирать абсолютно ничего не значащих пешек. – Знаю. Но таково решение Совета, – Иви устало потёрла висок. – Шли бы они со своими решениями к чёрту, – пробурчал Джейкоб, чувствуя уже знакомое раздражение. – Ага. Конечно. В любом случае, раз сегодня ночью мы на задании, я пойду спать, – ушла от темы Иви. – Это наша первая миссия после того, как отец… ты знаешь. Я тоже устала от мелких целей, так что сейчас всё должно пройти безупречно. – Пройдёт, – уверенно ответил Джейкоб. – Хочешь, посижу с тобой? Он скорее почувствовал, чем увидел, что Иви смутилась. Со смерти отца прошло несколько недель, и каждую ночь он сидел рядом с ней на кровати, пока она спала. Джейкоб даже научился более-менее комфортно спать, облокотившись на изголовье. Они привыкли к этому ритуалу и не обсуждали его – тем страннее казалось поднимать эту тему вот так, посреди дня. – Нет, я… со мной всё будет в порядке, – ответила Иви и слегка покраснела. Джейкоб нахмурился, не понимая, почему смутилась она. Возможно, потому что не хотела выглядеть слабой, подумал он с лёгким уколом сожаления где-то внутри – несмотря на все неудобства, ему не хотелось просто так отказываться от этих вечеров. – Иви… – начал было он, но она уже практически выбежала из комнаты. – До вечера, – торопливо сказала она, закрыв за собой дверь и оставив его в неловкой тишине.

***

Её реакция была глупой, и Иви это понимала. Предложение Джейкоба само по себе не было неподобающим, и ей не стоило так к нему относиться. Он всего лишь проявил заботу и доброту – что было странно для Джейкоба, но не неправильно. Но стоя в кабинете отца, практически чувствуя его присутствие, она не могла думать ясно. Она осознавала, что, узнай отец о её мыслях, он бы пришёл в ужас. Иви сполоснула лицо ледяной водой из раковины и посмотрела своему отражению в глаза, стараясь успокоиться. Он мой брат, мысленно повторяла она, он мой брат. Как выяснилось, она могла и не стараться заснуть. Полная сомнений и чувства вины, она прокрутилась без сна на кровати, пока часы наконец не пробили десять. Она вышла из дома, поправляя капюшон и перчатку, и увидела Джейкоба, который уже стоял рядом с экипажем. – Готова? – Конечно, – легко ответила Иви и взяла протянутые им поводья. Час спустя они остановились недалеко от особняка, чтобы привязать лошадей в лесу – меньше шума. У внешней стены сада Иви вновь достала карту. – Я же говорил, ты ещё раз будешь всё проверять, – не удержался от ухмылки Джейкоб. – Приходится, ты же не знаешь наш план, – отрезала Иви. – Смотри. Он знает, что мы охотимся на него, поэтому удвоил охрану. Они сменяются каждые два часа. Мы убиваем двоих охранников здесь, – она показала на карту, – и здесь тоже двоих в полночь, так что у нас будет два часа, чтобы войти внутрь незамеченными. – Отличный план. – Я не закончила! Заходим через балкон, ты следишь за чёрной лестницей на случай, если будет ещё охрана, а я поднимусь наверх и позабочусь о цели, пока она спит. – Постоять на страже? – недовольно нахмурился Джейкоб. – Почему обязательно мне… – Потому что ты, скорее всего, снова отвлечёшься и начнёшь крушить всё вокруг. Как только я закончу – я сигналю тебе, уходим через окно, потом так же, как пришли. Ты всё понял? – она вытащила из внутреннего кармана коробок спичек и подожгла карты, глядя, как они исчезают в пламени. Никаких следов. – Я всё понял, – всё так же недовольно пробормотал он, и Иви невольно подумала, что это и есть знакомый ей Джейкоб, а не тот, что сидел рядом с ней ночью, словно дружелюбный сторожевой пёс. Они перелезли через ограду и тихо устроились в верхних ветвях дерева, дожидаясь, пока охрана не подойдёт ближе. Иви зажмурилась и открыла заново глаза, чтобы увидеть всё в сером цвете – и возможные угрозы тоже. Восемь, десять, двенадцать стражников. И ни один из них не смотрит в эту часть сада. Она кивнула Джейкобу, как только услышала шаги стражи – и оба они беззвучно спрыгнули с ветвей; двое шедших внизу упали на землю мёртвыми, не успев толком осознать происходящее. Тихие, как тени, они пересекли сад и взобрались по стене дома; Джейкоб всё ещё выглядел недовольным, пока она взламывала замок. Он занял свою позицию у лестницы, и Иви проскользнула в спальню хозяина дома. Он был один, как и говорил Джордж. Зажать рот, провести клинком по горлу, услышать последний вздох умирающего, провести платком по кровавой ране – Иви давно не чувствовала себя так спокойно, когда всё шло точно по плану и можно было сосредоточиться на деле и не думать ни об отце, ни о брате – осталось только забрать Джейкоба… Издали донёсся звук сигнального колокола. Что-то было не так. Зазвонил ещё один колокол, и ещё один, ближе, звук всё громче и громче. Чёрт – – Новый план! – влетел в комнату Джейкоб, схватил её за руку и потащил к окну, – давай сюда… – Какого дьявола, – успела прошипеть Иви, перепрыгивая за подоконник и хватаясь за оконную раму. – Нет времени объяснять, – чуть не радостно прошептал он, когда двое вооружённых мужчин - охрана - появились в комнате и кинулись к мёртвому телу на кровати, – на крышу, скорее! Над ухом Иви просвистела пуля – окно за ней разбилось вдребезги. Они забрались на крышу, Джейкоб рванул к противоположному краю, крича что-то, Иви, стиснув зубы, бежала за ним, краем уха слыша за спиной поднимающийся гвалт. Когда Джейкоб прыгнул вниз, она последовала за ним инстинктивно, практически не увидев стога сена. Она приземлилась в него с мягким шорохом и уже собиралась подняться, как Джейкоб удержал её за руку. Мимо кто-то прошёл, и как только всё стихло, он отпустил её и встал первым, не оставляя ей выбора, кроме как снова побежать за ним. – Что мы делаем? – выдохнула она наконец. – Импровизируем, – шёпотом ответил он, и Иви мысленно застонала в ожидании очередного провала. Импровизация не была сильной стороной Джейкоба; если бы он остановился на минуту и дал ей время на новый план… но времени не было. Момент спустя они, завернув за угол, оказались у дверей конюшни. – Откроешь? – кивнул Джейкоб на запертый замок. – Джейкоб, у нас нет времени… – Иви, я бы с радостью это обсудил, но мы слегка торопимся, – он молниеносно развернулся и метнул нож точно в голову очередного появившегося из-за угла стражника. – Будь любезна? Когда-нибудь я убью его, честное слово, подумала она и, выругавшись, склонилась над замком, пока тот не щёлкнул. Когда она повернулась к Джейкобу, он открыл ворота и, пробежав мимо Иви, ухватил за поводья двоих лошадей и вывел их из конюшни. Пара взмахов кнутом – и они галопом пронеслись мимо, почти сразу исчезнув в темноте. – Что ты… – Давай сюда, – он ухватил с пола огромный сундук и закрепил его сзади экипажа, стоявшего у выхода. – Серьёзно? – сорвалось у Иви, и тут же с улицы послышались громкие голоса. Джейкоб едва успел втиснуться в сундук, потянуть Иви за собой, закрыть крышку и погрузиться в напряжённую темноту и тишину, слыша спор стражи совсем рядом с ними. – Я слышал лошадей… смотри, двоих не хватает, скорее, их надо найти! – Ещё людей, и быстрее! Сундук слегка качнулся, когда экипаж тронулся. Иви слышала мрачный разговор стражи о том, что ждёт их теперь, когда их господин мёртв, и какие указания теперь придут из Лондона, особенно учитывая то, что убитый был тамплиером. Иви слышала их разговор краем уха, но не вникала в суть. Она понимала, что это шанс узнать что-либо важное для Совета, но всё, о чём она могла думать – Джейкоб рядом с ней, под ней, её лицо возле его шеи, её руки на его груди; ей было неудобно и неловко, мышцы ног начинало сводить, а она совершенно не возражала. Его сердце билось в том же быстром темпе, что и у неё; дыхание сбилось точно так же. Её губы были совсем рядом с его шеей, и проще простого было случайно прижаться ближе и коснуться его кожи. Всё происходящее казалось ей чем-то нереальным, ожившей тайной фантазией, в которой она сама себе ни за что бы не призналась, но здесь и сейчас всё было так просто. Её руки оказались на его плечах, хотя она даже не задумалась об этом, беззвучно ликуя, что может вот так просто прикасаться к нему, неожиданно осознав, что он медленно обнял её за талию, и его хватка стала сильнее, напряжённее, и их лица были совсем рядом – – Там лошадь! – раздался крик совсем рядом с ними, и оба замерли. Экипаж остановился. – Без наездника. Они ушли пешком. – Разделимся, – скомандовал кто-то, – ищите их, я буду искать вторую лошадь, здесь может быть ложный след! Иви зажмурилась и чётко увидела серые тени, расходящиеся в разные стороны. – Готова? – голос Джейкоба был странно напряжённым, когда он заговорил. Иви кивнула, зная, что он почувствует её движение рядом с его шеей, и аккуратно приподняла крышку сундука. Она мягко приземлилась на землю, увидела, что Джейкоб стоит возле неё, и оба, не сговариваясь, побежали в сторону густого леса, стремясь уйти как можно дальше от своих преследователей.

***

На поиск лошадей ушло три часа. Больше того, их короткая поездка оказалась не такой уж и короткой, как казалось Джейкобу, так что им предстояла долгая прогулка домой. Они шли молча. В какой-то момент Джейкоб почти собрался отпустить шутку, и сразу же они наткнулись на очередного стражника, который, очевидно, прочёсывал лес. Джейкоб не успел повернуться, как Иви дважды ударила мужчину в живот ногой, с пугающей жестокостью вонзив клинок в его шею, едва он согнулся пополам от боли. – Сурово, – присвистнул Джейкоб, хоть и не без доли восхищения. – Что? – рявкнула в ответ Иви, и он понял, что лучше подождать, пока она сама не заговорит. Она заговорила, когда они были уже почти у дома. – Что подняло тревогу? – Чей-то ребёнок, – искоса посмотрел на неё Джейкоб. – Не в постели, после полуночи, видимо, искал кого-то из родителей. Увидел меня и убежал, я не успел ничего сделать. Считаешь, я должен был убить его? Пауза. – Нет. Конечно, нет, – наконец ответила она. – Очень может быть, что я всё же убил кого-то из его родителей, – добавил он, стараясь звучать легко и не выдать неприятного чувства, которое крутнулось где-то в животе. – Да, мог, – тихо согласилась Иви. Это была неотъемлемая часть их жизни, но Джейкоб не был уверен, что сможет к ней когда-нибудь привыкнуть. Конечно, у тамплиеров были семьи. Дети. Как и у всех. Но это была война, и обойтись без жертв было невозможно – Джейкоб тряхнул головой, прогоняя изображение плачущего, потерявшего отца, ребёнка, прочь из головы. Остаток пути они проделали в тишине. Когда они были уже совсем рядом с домом, Джейкоб уже старался не думать о том, что у него неприятно ноет всё тело. Зайдя в свою комнату, он повесил шляпу на дверь, стряхнул с плеч жилет и стянул перчатку. Он сделал глоток бренди и сел на край кровати, потягиваясь, когда услышал шаги за дверью. Иви. Она зашла в комнату, уже одетая в лёгкую ночную рубашку и распустившая волосы, и Джейкоб (радуясь, что он начинает привыкать видеть её такой без желания закрыть глаза, словно школьник) не смог не заметить её странно блестящих глаз. – Что мы скажем Джорджу? – Что всё прошло успешно и цель уничтожена? Это же правда, – пожал он плечами. – Это не вся правда. – Какая разница? – закатил глаза Джейкоб. – У нас и так немало тайн, одной больше, одной меньше. Иви медленно подошла к нему, коснулась шрама, пересекавшего бровь – слепой выпад Молла оставил свой след навсегда. – Да, ты прав, – тихо ответила она и уронила руку. – Но это первый раз, когда мне придётся соврать ему. – Не совсем. Помнишь лимоны? – неожиданно поправил он, заметив, как поникла Иви от перспективы очередных недомолвок. Она нахмурилась, явно не понимая, о чём речь. – Помнишь, нам было восемь, и он привёз откуда-то целый мешок лимонов и мы решили, что они сладкие? – …а потом украли их и спрятали, сказав, что понятия не имеем, куда они исчезли? Помню, да. А они оказались кислыми, так что мы выбросили их все в колодец. – И он случайно нашёл их, когда пошёл за водой, – расплылся в улыбке Джейкоб. – И разозлился на нас. Действительно, кто же ещё мог так сделать. – А мы всё равно стояли на своём, что ничего не знаем, чтобы не подставить друг друга, – заулыбалась и Иви. – Видишь? – развёл руками Джейкоб. – Это и была первая ложь. Иви неожиданно поникла, как будто короткий разговор лишил её энергии окончательно. – Я спать, – устало сказала она, – спокойной ночи. Она вышла, не закрыв за собой дверь, и Джейкоб на секунду задержался, не уверенный, пойти за ней или нет. Он хотел. К чёрту всё, подумал он, допивая остатки бренди для храбрости и снимая рубашку перед тем, как выйти из комнаты. Иви уже потушила свет, когда он появился в дверях, стараясь ступать беззвучно и позволив себе один раз выругаться, едва не споткнувшись о кресло. Он опустился на кровать, облокотившись на спину, как уже привык, отметив, что она оставила ему место. Джейкоб практически заснул, когда услышал её до неестественности спокойный голос в темноте. – Здесь холодно, если хочешь, залезай под одеяло? Здесь не было холодно. Скорее наоборот, если они оба были бы под одеялом, стало бы слишком тепло. Он посмотрел в её сторону, желая увидеть выражение её лица, но Иви смотрела в противоположную стену. Может, ему показалось? – Точно? – Да, – ответила она тихо. Значит, не показалось. Он почувствовал себя так, словно стоял на краю пропасти. Он хотел лечь рядом с ней, быть ближе к ней, возможно, коснуться её. Но это было не его обычное спонтанное решение, когда всё происходило само собой и очень быстро. Это было не похоже на тот почти-поцелуй, или на первую ночь, которую он провёл, сидя рядом с ней, или на его упорную попытку сохранить спокойствие, когда она полулежала на нём в том сундуке, когда её дыхание на его шее сводило его с ума. Это было приглашение; а самое важное, это было приглашение от неё. Как будто он когда-либо отказывался от прыжков в пропасть. Он лёг рядом с ней, накрывшись одеялом и глубоко вздохнул, стараясь уснуть. Его дыхание сбилось на секунду, когда она придвинулась чуть ближе, её спина почти касалась его руки. Она его сестра. Сестра. Он сделал ещё один глубокий вдох и начал мысленный отсчёт от ста через три. Сестра. Сто, девяносто семь, девяносто четыре. Она тихо вздохнула, и он, снова вспомнив её дыхание у своей шеи, забыл всё, о чём думал до этого. Он сжал зубы. Сестра, сестра, сестра. Девяносто один, восемьдесят восемь, восемьдесят пять… Ему предстояла очередная долгая ночь.