Love and liberty

Небо самым неожиданным образом прояснилось. Если совсем ещё недавно в воздухе витал многообещающий запах неминуемо приближающегося дождя, то теперь солнце милосердно отогревало замерзшую слякотную почву, а с неба практически исчезли типичные для Уилтшира тучи. Словно бы сама погода благоволила дерзкому побегу Драко. А это действительно был самый настоящий побег, по-другому и не назвать. Он впопыхах начеркал записку, в которой сообщал о неизвестно каких важнейших делах за пределами поместья и приносил свои глубочайшие извинения за то, что вынужден покинуть гостей, и приказал Добби передать её леди Малфой, едва за ним закроются ворота мэнора. Затем он, стараясь не попадаться никому на глаза, вернулся к конюшне, где его всё это время ждал Гарри, кое-как подвязавший едва державшуюся подкову лошади, чтобы та смогла дойти до кузницы, они взяли себе коней, привязали к одному из них раненную Молнию (именно это имя было написано у неё на эмблеме) и бодрым не быстрым галопом двинулись в путь. — Горчит! — торжественно провозгласил Драко, с неоспоримым чувством превосходства усмехаясь Гарри. — Как я и думал, твой этот «Корт» — полнейшая ерунда! Горький, как перечный порошок. В опровержение своих же слов Драко с видимым наслаждением затянулся и выпустил струю густого дыма сквозь губы. — А вот и нет! — искренне возмутился Поттер, готовясь защищать любимую марку сигарет до последнего вздоха, — В «Корте» нет ни капли горечи, они сделаны из лучшего табака во всей Англии! Просто некоторые аристократы не привыкли к настоящему вкусу правильных сигарет, — ехидно добавил он, и Драко едва не подавился дымом от возмущения, которого как раз набрал в лёгкие. — Уж в чём, а в сигаретах аристократы разбираются получше всяких конюхов, — высокомерно заявил он, но тут же спохватился и бросил испуганный взгляд на насупленного Гарри. Малфой помнил, что помирился он с Поттером совсем недавно, и напоминать о том, что послужило причиной вспыхнувшей ссоры, не хотелось. Но спорить с Гарри Драко почему-то нравилось просто безумно. В перепалку Поттер окунался искренне и самозабвенно, к огромному восторгу Драко нарушая все запреты и правила светской дискуссии, но в то же время ни в едином его слове не было настоящей злости или жестокости, как у лордов Забини и Нотта, и это делало его на редкость замечательным собеседником. — Очень сомневаюсь, — буркнул Гарри, — вы, поди, ничего помимо своего любимого «Бургомистра» и не пробовали, — Драко почувствовал, что начинает краснеть. Если честно, так как сигареты не были в почёте в его семье, в них особенно-то Драко и не разбирался. Что уж там, этот «Корт» мистера Поттера действительно был второй маркой сигарет, которую он пробовал в своей жизни, но не признаваться же в этом, в самом деле! Они ехали по неширокой дороге вниз по склону, окружаемые высокой густой травой и дикими полевыми цветами, и Драко с наслаждением вдыхал эту чудесную смесь ароматов отличного табака, лошадей, минувшего дождя и буйства природы, мысленно окрестив её «запахом свободы». Сердце у Драко время от времени принималось взволнованно трепыхаться: всё происходящее было самым большим приключением в его жизни. Подумать только, он ехал верхом в деревню вместе с конюхом, чтобы доставить лошадь к кузнецу, толком ничего не объяснив матери и — о ужас! — совершенно беспардонно бросив ненавистных гостей; а ещё он без малейшей неуверенности курил сигареты, не боясь оказаться увиденным. Честное слово, всё это было самым дерзким и смелым из того, что приходилось совершать Малфою. — Наверное, сделаем привал, — предложил Гарри. — Нужно проверить перевязку Молнии, а вам заодно и переодеться. — Переодеться? — изумлённо вскинул голову Драко. Он бросил мимолётный взгляд на свой наряд: очень даже презентабельный пиджак и модного фасона брюки, ну, может, накрахмаленная рубашка немного и помялась, но Драко не думал, что в деревне его так уж осудят за это. — Ну да, переодеться, — живо откликнулся Гарри, тормозя своего коня под высоким раскидистым дубом, что рос прямо над дорогой. Драко остановился рядом с ним, озадаченно наблюдая, как Поттер спрыгнул с коня, потянулся к кожаной сумке, пристегнутой к седлу, и, пошарив там руками, выудил оттуда какой-то невероятный ком ткани. — Вам, наверное, стоит появиться… Как это сказать? Инкогнито. Появитесь в Лэкоке в своем прекрасном дорогом наряде верхом на породистой лошади — всё, встреча с карманником вам гарантирована. Да ещё предприимчивые хозяева лавок наверняка поднимут цену на всё, на что только можно, едва завидев вас. Уж я знаю, — хмыкнул Гарри. — К тому же, не думаю, что вам хотелось бы быть замеченным в недостойной компании прислуги, — ровно произнёс Поттер, и Драко весь сжался от острого укола вины и жалости. Ему было стыдно за то, что позволил Гарри считать себя неподходящей компанией для него, ведь у самого Драко сердце заходилось от волнения и счастья от одной только мысли о том, что он проведет с Гарри целый день вдали от подавляющего величия и света мэнора и собственной семьи. Между тем Поттер протянул небрежно сложенную одежду Драко, которую тот очень неуверенно взял. — Хотя, конечно, решать вам, — вдруг добавил Поттер, — Можно обойтись и без переодеваний. Я просто подумал, что будет очень хлопотно, и решил взять свою одежду, чтоб вы могли слиться с толпой. Она чистая, не переживайте, я ещё не носил её после стирки. — Это твоя одежда? — удивился Драко, разворачивая комок спутанных вещей. Там была рубаха свободного покроя, очень похожая на ту, в которой сейчас был сам Гарри, и брюки из грубого материала. — Ага, — кивнул Гарри. — В общем, вы тут переоденьтесь, а я пока осмотрю Молнию. Поттер склонился над лошадью, а Драко сделал несколько неуверенных шагов и спрятался за стволом дуба, чувствуя себя невероятно глупо. Он ещё раз осмотрел одежду, которую ему предложил Гарри — она была очевидно хуже, чем та, которую привык носить Малфой. Но в голову сами по себе забрались какие-то ужасно глупые мысли. Гарри носил эту одежду. Она принадлежала ему. Ткань этой рубашки касалась его груди, ключиц, живота. Интересно, может, она ещё и пахла Гарри? Воровато оглянувшись на Поттера, чтобы удостовериться, что тот ничего не видит, Драко быстро прижался носом к одежде. Нелогичное разочарование затопило его с головой — одежда и впрямь была чистой, даже слишком. По крайней мере, Поттером она пахла едва-едва, но всё-таки Драко уловил этот призрачный аромат. Не колеблясь больше ни секунды, он быстро снял свои дорогие пиджак, брюки и рубашку и натянул на себя поношенную одежду конюха. Он как раз заканчивал с завязками на горловине рубахи, когда Гарри обернулся: — Всё в по… — он вдруг замолчал на полуслове и с удивлением уставился на Драко. Тот невольно поежился под его взглядом и раздражённо повёл плечом. — Что? — сердито спросил Малфой. Гарри помотал головой, не прекращая изумлённо таращиться, но потом улыбнулся и сказал: — Ничего, сэр. Просто вы выглядите… Вам действительно очень идёт. Подумать только! Вы выглядите так, словно сошли с небес, даже будучи одетым в обноски конюха! Честное слово, я не встречал ни единого лорда, наряженного по последней моде столицы, которого вы не смогли бы превзойти в красоте даже в этом! Услышав это, Драко моментально вспыхнул. «Он сказал, что считает меня красивым» — снова и снова металась глупая мысль в его голове, словно птица в клетке. Драко, всегда получавший множество похвал со стороны всего светского общества и прекрасно осознающий свою привлекательность, неожиданно ужасно смутился от простого незатейливого комплимента. Слова Гарри теплом отдались где-то под рёбрами, и Малфой с удивлением обнаружил, что никогда прежде он не испытывал подобного чувства. Гарри, похоже, наконец осознав, что сказал, и сам залился краской. — Я имел ввиду, что на вас удивительно хорошо сидят любые вещи: что дорогие костюмы, что простые рубахи, — попытался исправиться Гарри. — Прямо магия какая-то. Мне бы это ни за что не удалось. — Вовсе нет! — горячо возразил Драко и сразу же смутился своего напора. Гарри тоже, казалось, почувствовал себя до жути неловко, потому что взгляд его принялся бесцельно изучать носки его собственных башмаков. — Ты всегда выглядишь так… так… — Драко замялся, подбирая слова. Обычно ему не требовалось особых усилий, чтобы сделать кому-либо комплимент, но только не сейчас. Все мысли словно бы выпорхнули из его головы ещё тогда, когда мистер Поттер назвал его красивым. Да и как объяснить, что этот полнейший беспорядок густых смольных волос, живой блеск невероятно зелёных, будто два чистейших изумруда, глаз, загорелый оттенок сияющей кожи — всё это совмещалось в Гарри таким замечательным образом, что Драко не мог даже и подумать о том, чтобы сравнить его с кем-либо из достойнейших леди Британии? — Нужно продолжить путь, если хотим попасть в Лэкок до того, как стемнеет, — пробормотал смущенный Гарри, и Драко неловко кивнул в ответ. Они в молчании оседлали своих коней и поехали дальше, не проронив ни слова, слишком смущённые и слишком очарованные друг другом. *** К сожалению, они так и не успели добраться до деревни до заката. В сумерках им пришлось искать кузницу; Драко чувствовал себя немного неуверенно, не слишком ориентируясь в узких мощеных улочках, зато Гарри, видимо, темнота ничуть не мешала распознавать нужные проулки и дороги. Малфой с интересом рассматривал окружающие их здания — по крайней мере, пытался. Очаровательные миниатюрные домишки, которые выглядели так, словно появились здесь прямо из сказки, сразу же пришлись ему по душе. Малфой пожалел, что они не застали Лэкок в солнечном свете, ему было бы интересно всё здесь хорошенько рассмотреть. В деревне он бывал только раз или два, и то только проездом, а из узких окошек экипажа было не рассмотреть ничего. Они остановились у какого-то невысокого здания, Гарри соскочил с коня и попробовал дёрнуть дверь, но та не поддалась. — Вот чёрт, — чертыхнулся Поттер, — мы опоздали! Старик Алостор уже закрыл кузницу. Драко бросил на Поттера непонимающий взгляд. — Как это — закрыл? Что же нам делать? Уж не думаешь ли ты, что нам придется остаться ночевать тут? — Смысла ночью ехать обратно нет, — пожал плечами Гарри. — Мы проделали долгий путь. — Но моя мать… — хотел было возразить Драко, но потом подумал, что Нарцисса, привыкшая к постоянным долгим отлучкам мужа, получив записку с предупреждением, вряд ли станет особенно беспокоиться. Это не в её характере. — И я не взял денег на гостиницу, — веско добавил Малфой. Это было проблемой. Он не собирался оставаться на крыльце дожидаться кузнеца до утра. Гарри в задумчивости пожевал губу, и Драко, смущаясь самого себя, невольно проследил за этим жестом. По его плечам пробежали мурашки. Чёрт возьми, что же это с ним? — Мы можем переночевать в Норе, — вдруг предложил Поттер. Драко посмотрел на него со смесью изумления и отвращения. — Поттер, если ты полагаешь, что я настолько в отчаянии, что согласен буду забраться в какую-то нору… — Да нет же! Нора — это название коттеджа, принадлежащего моей семье. Мы могли бы остаться на ночь там. Правда, там довольно тесновато и всегда полно народу, — добавил Гарри, и Драко видел, что с каждым новым словом тот всё больше сомневался в своем предложении. — Да ещё нам наверняка не найдется отдельной комнаты, и это уж точно совершенно не то, к чему вы привыкли, и Молли, она… — Гарри, — прервал его Драко. В его голосе прозвучала неподдельная ласка, и Поттер с изумлением поднял на него взгляд. Драко как-то нежно и смущённо улыбнулся краешком губ. — Если честно, мне было бы очень интересно увидеть твою семью, — честно признался он. Гарри какое-то время внимательно смотрел на него, а затем его лицо озарила улыбка. — В таком случае, пойдем туда сейчас. Может, мы как раз успеем на ужин.