In The Name of Hope

Дни становились лучше. Не только в плане погоды. Эмма замечала, что перепадов настроения стало меньше. Возможно, это было связано с тем, что она редко видела Робина, тем более, рядом с Реджиной. А Миллс начала проводить больше времени с ней. И каждая минута с этой женщиной для Свон являлась маленьким драгоценным камушком, которые она собирала в копилку на чёрный день. Каким этот чёрный день будет для Эммы, она не знала и пока даже не хотела думать об этом. Она просто наслаждалась тем, что Реджина была рядом. Свон любила такие тёплые деньки, как этот, когда солнце мягко и даже как-то ласково грело улицы Сторибрука, а слабый прохладный ветер небрежно развевал её длинные золотистые локоны и тёмные короткие волосы Реджины. Они медленно гуляли по парку, идя под руку и разговаривая обо всём на свете. Реджина улыбалась той самой улыбкой, а Эмма беззаботно смеялась. И всё было так легко, всё было так правильно, что Свон часто забывала об истинном положении дела. Генри с Роландом бегали где-то недалеко от них, можно было услышать подростковый и детский смех за деревьями. Мальчишки ладили, что не могло не радовать Реджину. Роланд для неё уже давно стал вторым сыном, и ей было очень важно, чтобы Генри тоже принял его. Эмме нравился этот кудрявый мальчуган, и, кажется, это было взаимно. Он был добрым и смышлёным и нисколечко, по мнению Эммы, не напоминал своего отца. Хотя Реджина, наоборот, находила в нём схожие черты. Они уже дошли до озера, когда Свон, всё ещё держа женщину под руку, кивнула на ближайшую свободную скамейку. Миллс поняла её без слов, и они не спеша направились к ней. Садясь на скамейку, Эмма чувствовала себя каким-то пингвином. Она достаточно набрала в весе, врачи сказали, что так и должно быть, да и сама Свон знала об этом, но легче не становилось. Неуклюжий Спаситель, кто бы мог подумать? - Устала? - заботливо спросила Реджина, присаживаясь рядом. - Спина, - только прозвучало в ответ, и этого хватило, чтобы Миллс снова всё поняла. Боли в спине всё чаще мучили Эмму, и, конечно же, Реджина знала об этом. Не то чтобы Свон жаловалась, просто трудно что-то скрыть от женщины, которая следила за состоянием её здоровья, наверное, даже бдительнее и дотошнее всех врачей вместе взятых. Это было и непривычно, и приятно одновременно, несмотря на то что Эмма понимала истинную причину такого поведения Миллс. Она заметила, как Реджина приоткрыла рот и втянула в себя побольше воздуха, чтобы в очередной раз выразить своё беспокойство на этот счёт, поэтому решила быстро сменить тему. А точнее вернуться к той, на которую они говорили пару минут назад. - Всё в порядке, правда. Лучше скажи, как всё-таки он решил назвать её? Миллс закатила глаза, но решила не упрямствовать, поэтому просто ответила: - Роуз, - она вздохнула. Сразу было ясно, что ей не особо нравилась эта идея. - Я спросила, почему именно так, и знаешь, что ответил Робин? Свон чуть приподняла брови в знак того, что она заинтересована, хотя ей уже не нравилось имя и, наверное, не понравится ни одно из других предложенных именно им вариантов. - Что? В мыслях сразу возник предполагаемый ответ. Если окажется, что так звали какую-нибудь его любимую бабушку, и поэтому Локсли хочет назвать дочь в честь неё, Свон не выдержит и рассмеётся. Хватит с неё называть детей в честь кого-либо. Она до сих пор благодарна Дэвиду за то, что тот уговорил Мэри Маргарет не называть сына Леопольдом. - Роуз, Роланд, Робин и… - снова вздох, после чего женщина опустила взгляд, - …Реджина. Эмма понимающе кивнула и усмехнулась: - Все имена на «р». Ну, конечно, довольно оригинально. Так по-семейному, сплочённо. Но постойте-ка… - Но как же… - Генри, да, - Миллс сжала губы в тонкую полоску. Он всегда был у неё на первом месте, и если есть вероятность, что хоть что-нибудь отрицательное коснётся его, даже такая мелочь с именами, она откажется от этого, не раздумывая. - Робин не хотел никого обидеть, я понимаю его, просто не подумал, - она пожала плечами и подняла глаза на Эмму. - В общем, я сразу была против. Свон одобрительно кивнула и улыбнулась, не скрывая облегчения. Любое имя, только не то, что выбрал Робин. - А у тебя есть уже мысли по этому поводу? Конечно же были, она не сомневалась. Миллс всегда всё продумывала наперёд. И Эмма не удивилась бы, если бы узнала, что у неё чуть ли не с подросткового возраста составлен список имён для девочки. Карие глаза опустились на руки Эммы, которые начали поглаживать живот, и Реджина тепло улыбнулась: - Есть пару имён, и я не знаю, какое выбрать. - Может, я смогу помочь? Миллс прикусила губу, будто решая, можно ли сказать, и неуверенно посмотрела на блондинку, которая с виду была абсолютно спокойна, но внутри её уже разрывало любопытство. - Ну, первый вариант, - она смущённо улыбнулась, прежде чем произнести: - Ариана. - Гранде что ли? - Эмма не смогла сдержаться и тихо засмеялась, скорее от самой себя, от настолько быстро появившейся ассоциации в её голове. Но Реджине, казалось, было не смешно. - Кто? Ты о чем? - в замешательстве спросила она и нахмурилась, наблюдая за тем, как блондинка махнула рукой, будто отгоняя от себя глупые мысли. - Мисс Свон, объяснитесь. Требовательный тон, скрещенные руки на груди, у Эммы аж дух захватило от такого зрелища. Мадам Мэр, которую она уже давно не видела в Реджине, внезапно вернулась, от чего по коже побежали мурашки. Свон уже хотела начать оправдываться и извиняться, как заметила, что в карих глазах женщины не было злости, только непонимание и растерянность. Она будто играла, резко сменяя маску. И Эмма расслабилась, пожимая плечами: - Певица такая есть - Ариана Гранде, - но выражение лица Миллс не поменялось. - Серьезно? Ты не знаешь её? - А должна? - брюнетка скептически приподняла одну бровь. - Ну… - протянула Свон, не имея понятия, что на это ответить. - Ладно, проехали. Почему именно такое имя? Реджина фыркнула и недовольно проворчала: - Явно не из-за этой певицы, - в ответ услышала тихий смешок и продолжила: - я даже не знаю, как она выглядит. - Я тебе потом её покажу, - Эмма криво улыбнулась. – Давай, почему это имя? - Ариана означает «принцесса» и красиво звучит. – Она вздохнула: - Но ты испортила всё впечатление… Свон перестала улыбаться и почувствовала, как начала краснеть. Ей было немного стыдно, даже, наверное, не немного. На самом деле, чертовски стыдно перед этой женщиной. Она растерянно перевела взгляд на пруд недалеко от них и заметила там у берега двух мальчиков разного возраста. Генри и Роланд бегали, держа в руках деревянные мечи, и дрались ими, периодически смеясь. Сжав губы в тонкую полоску, Эмма промямлила: - Нет, имя и вправду красивое. Не обращай на меня внимание. Во всяком случае оно было гораздо лучше предложенного Локсли. И если так подумать, Свон имя Ариана даже нравилось. Но главное, чтобы оно нравилось Реджине. Господи, да она бы одобрила и Роуз, если бы Миллс согласилась с Робином. Но в то же время кто она по факту такая, чтобы у неё вообще спрашивали мнения на этот счёт? От этих мыслей Эмме стало неуютно, настроение тут же упало, словно она вернулась в реальность, которая только пугала. Реджина усмехнулась и покачала головой. Она хотела что-то сказать, скорее всего что-то, что было бы абсолютной противоположностью мыслей Свон. Что та, в свою очередь, не была готова слушать. Эти ложные надежды, даже если это и нельзя было назвать надеждами, являлись для неё ядом замедленного действия. Она знала, что ничего хорошего из этого не выйдет, поэтому поспешно проговорила, буквально на секунду опережая брюнетку: - Ты сказала, что у тебя есть пару имён. Какое второе? - Да, сказала. Но если ты снова… - Миллс предупреждающе посмотрела на неё, и Эмма подняла руки, будто таким способом показывая, что её намерения чисты: - Обещаю, больше смеяться не буду. Реджина сощурилась, встретившись с блондинкой взглядом, и недоверчиво хмыкнула, прежде чем заговорить: - Ловлю тебя на слове, Свон, - в ответ получила от неё улыбку. – Миа – второй мой вариант. - Миа, - задумчиво повторила Эмма, будто пробуя имя на вкус. – Миа… довольно мило. На лице Миллс тут же появилась искренняя и немного смущённая улыбка. Она опустила глаза на свои руки, покоящиеся на коленях, прежде чем спросить: - Правда? - Да, - ладонь Эммы опустилась на руку Реджины, и тонкие пальцы сжали её. Она даже не думала, что делает, но когда до неё дошло, затаила дыхание, ожидая отрицательную реакцию. - Мне тоже кажется, что это очень милое и хорошее имя. И доброе, - Миллс в надежде на подтверждение своих слов подняла взгляд на Эмму, и та тут же кивнула, соглашаясь. Она не вырвала руку, не отстранилась, и Свон подавила судорожный вздох, ощущая тепло их касания. Эмоции на некоторое время накрыли её с головой, разум помутнел, хотелось захлебнуться в этой волне чувств и больше не выплывать на поверхность. Хотелось утонуть раз и навсегда. Эмма слишком глубоко погрузилась в свои мысли, и поэтому не сразу заметила перемены на лице Миллс, только когда та чуть сжала её руку и озабоченно произнесла: - Всё в порядке? Зелёные глаза в растерянности пробежались по красивым чертам лица женщины напротив и остановились на приоткрытых пухлых губах. Секундное замешательство и она смогла сообразить, что ответить: - Да… да. Всё хорошо, - Свон улыбнулась и встретилась с ней взглядом. – Просто задумалась насчёт имени… Ты уже советовалась с Робином? – поинтересовалась она, хоть мнение Локсли её абсолютно не интересовало. - Я ему ещё не говорила. Эмма искренне удивилась, потому что она была уверена, что Реджина конечно же всё ему рассказала. Но почему-то оказалось всё в точности наоборот. Наблюдая за тем, как женщина свободной рукой расправляла на себе юбку или делала вид, что расправляла, она спросила: - Не говорила? Почему? - Как раз сегодня хочу сказать, когда он вернётся с работы. Надеюсь, Робин не знает, кто такая эта Ариана Гранде. Они одновременно засмеялись, и Свон в это мгновение сконцентрировала своё внимание на смехе Реджины, в очередной раз запоминая его, опять же, на тот самый чёрный день. Она не знала, что ей может понадобиться, поэтому сохраняла в памяти самое дорогое, что у неё было - моменты с семьёй, в частности с Реджиной. - Получается, я первая, кому ты рассказала, - после проговорила Эмма, пытаясь скрыть нотки удовлетворения в голосе. Этот факт был как минимум ей приятен, а как максимум… опять давал чёртову надежду буквально на пустом месте. - Получается, что так, - Миллс с улыбкой пожала плечами. Продолжая держать Реджину за руку, Свон опустила её ладонь на живот, туда, где теперь уже отчётливого чувствовались маленькие толчки. В последнее время они начали учащаться, поэтому для женщин это было чем-то вроде ежедневной традиции. Улыбка Реджины сразу будто заиграла новыми красками, для неё каждый такой момент был чем-то особенным, как и для Эммы. В этом было что-то невероятно прекрасное - чувствовать малышку, которую Свон уже успела полюбить, и наблюдать за искренним счастьем на лице женщины, которую Свон уже давно любила. Главная мечта словно становилась явью, стоило лишь представить, что они с Реджиной счастливы вместе, живут дружной семьёй вместе с любимым сыном, у которого скоро появится сестрёнка. Всё было таким реальным, но всего на несколько мгновений. - А как бы ты хотела назвать её? - тихо, будто боясь спугнуть свою ещё не родившуюся дочку, спросила Миллс. Они встретились взглядами, и Эмма смущённо проговорила: - Я не думала об этом… просто… - Реджина приподняла брови, ожидая продолжения, и она нехотя выпалила на одном выдохе: - Просто право выбирать имя имеете только вы с Робином. - Эмма, - Миллс вздохнула и закатила глаза. – Я же говорила – ты такая же мама для неё, как и я. И ты имеешь право участвовать в выборе имени твоей дочери, - она интонационно выделила последние слова. – Так что... – Реджина улыбнулась и слегка похлопала Свон по руке, - думай, дорогая. Время ещё есть. Блондинка неуверенно улыбнулась в ответ. Она всё ещё не могла привыкнуть к тому, что сказала ей Реджина около месяца назад. Ей это казалось чем-то нереальным, будто какой-то сон. И она правда не рассматривала возможность самостоятельно выбрать малышке имя. В конце концов, кто она такая? Мама, ответила бы Реджина. Возможно, в этом что-то есть. Какое-то начало, некая толика надежды. Сладковатый привкус ожидания чего-то хорошего. Главное, чтобы он в конце не обернулся в горечь.