Sofia Lilys always to the rescue

Все что я скажу тебе Сегодня это то, что Я люблю весну, Я люблю тепло, Я люблю страдать.

      Он перебирает её локоны. Её волосы пахли яблочным шампунем, а глаза светились, как янтарь, стоило бы только тонкой полоске солнечного света коснуться её глаз. Он в то же время солнечно улыбается и жмурит глаза. Джек улыбается и проводит большим пальцем по её бархатной щеке. Его большой палец тут же заблестел. Эта дама любила использовать хайлайтер.       Грейзер кривится и шире улыбается, пытаясь взмахнуть пальцем, дабы вся «волшебная пыльца» слетела с его кожи. Элли открывает глаза и внимательно наблюдает за Джеком.       Она приподнимается с его колен и открывает губы, тихо шепча:       — Прости, — тут же извиняется она и заливается улыбкой. Светится в глазах темноволосого. Она ответно перебирает его пряди, пытаясь спрятать их за холодную мочку уха, а свободной тыльной стороной ладони она проводит по его щеке.       — Нет, нет, все хорошо. Мне нравится, — Грейзер пожимает плечами и подвигает Элли ближе к себе. — Знаешь, мне так сразу стало хорошо, когда мы помирились. Я будто забыл все свои проблемы и беды… Ты мое чудо.       Хуар хихикает и покрывается заметным румянцем.       — Ты, ох. Да, спасибо. Я знаю, что я твое чудо, самое настоящее. Мне жаль, что у нас так все сложилось. Я думаю, что теперь у нас такого не будет.       И Джек, очарованный ею, забывает все обиды и предательскую боль, которую принесла эта Бестия. Он, будто завороженный, смотрит на неё. Смотрит так влюбленно и глаза сомкнуть не может… Темноволосый чувствует приятную усталость, но после замолкает, как и его девушка.       Возможно, ему больше нечего сказать. На этом все точки Джек и расставил. Или не он? Нет, глупости какие-то. Он просто лежал в своей кровати, печально смотря в окно и прижимая к себе простынь. А Финн в первые за свою жизнь бегал за Элли, дабы выяснить, что случилось. И именно тогда они поссорились с Финном в среду. Но, черт, Грейзер обрадовался, увидев его на похоронах отца. Он тогда понял, что Финн не оставит его ни за что.       Нет, глупости какие-то.       Малыш Джеки ничего не понимает. И из-за этого пошла вся проблема. Он смотрит сквозь Элли, а Финна осматривает внимательно. Он даже, черт, никогда не удосуживался спросить у него, что случилось. Полный придурок. Полный Придурок. Он думает, что знает Финна. Что, если бы он мог написать о нем книгу, он бы написал два тома. Если бы в школе был такой урок, то Джек бы получил высокий балл.       Он так думает, он так считает.       Малыш Джеки очень глуп, но попутно привязан к парню, как к своему родному брату. Он не видит ничего… Ведь…? Ничего не происходит, да? Скорее всего, у Финна начался переходной возраст, или он решил поменять свою жизнь, начав её с чистого листа. Может быть, ему больше неинтересно общаться с Джеки? Или ему это просто не нужно?       Да, скорее всего, все так и есть. Не стоит даже и задумываться об этом. Элли рядом, все налаживается, но Финн отдаляется. Он перестал ему звонить и писать на ночь. Даже говорили они в последний раз перед выездом Финна в Калифорнию, дабы встретить своих старых коллег. Да-да, того самого Джейдена, который так влился в роль Денбро, что начал сам собственную философию.       София, которая всегда их лучик солнца, и… просто она рядом? Но, кажется, и Джек забыл о них. Он не приехал не потому что ему нужно было отдохнуть или даже отойти от происходящего. Когда Финн по малому выпивал с друзьями, он изливался перед Хуар, дабы они помирились.       Почему он не видит? Почему он не видит, что здесь явно что-то не так? Что Финн не такой, как раньше? Почему?       Наверное, это станет одной из тайн человечества.       Точнее, для Джека, если он оставит все, как и есть. Ведь все в его руках. Он должен сам это все исправить. И наконец понять свою вину. Или, точнее, свою ошибку?       О, да, если бы Джек знал, что Элли является его самой большой ошибкой в жизни, то он бы не страдал. Да, знаете, это как говорят, что Джек ещё тот малыш. И правду. Он ребенок и в свои шестнадцать лет он ещё многое не понял.       Джек хочет понять, он хочет любить, и он искренний, но просто никогда не сталкивался с настоящими чувствами любви и радости. Он хочет. Возможно, его чувства так же ложны, как и Элли. Но он не понимает этого.

***

Wednesday. 12.34       В комнате Джека царила тишина. Финн слышал только шумные вздохи Джека.       Вулфард стоял рядом с его кроватью, неловко разбрасывая свои взгляды по сторонам, рассматривая обстановку его комнаты. Его карие глаза смотрели куда угодно, но только не на Джека.       Потому что ему было больно смотреть на Грейзера. Финн сам страдает, но… Он чувствует эту горькую боль, когда он рядом. И он болен. Он болен морально и ему нужна твоя помощь, но ты не знаешь, что делать.       Ты режешь вены, Финн.       Ты тихо изливаешься горячими слезами в свою подушку, Финн.       Ты страдаешь.       Ты любишь страдать, ты продолжаешь страдать, ты даже не пытаешься ничего сделать. Ты сложил руки, но зачем?       Эти двое такие глупые.       И Финн кусает губу так, что больно. Очень больно. Так больно.       — Ты уже взрослый мальчик и должен все понимать.       Джек тихо хныкает и задирает голову назад, прикрывая глаза ладонями. И Финн поджимает губу, подходя ближе.       — Вот именно. Я вроде как взрослый, но ни черта не понимаю, знаешь ли… — недовольно фыркает Вулфард и демонстративно отводит взгляд в сторону, скрещивая руки. — Ты думаешь, что я слепой и ничего не вижу? Думаешь, я не замечаю в тебе перемены? Ты как только начал эти «шуры-муры» с ней, так весь… — темноволосый глубоко вздыхает и зажимает зубы, дабы продолжить диалог, но запинается.       — Не трепись. Ты тоже, — Джек перебивает Вулфарда, — Только вот все спросить забываю. Что с тобой происходит? Думаю, самое время, да? Или ты собираешься проигнорировать меня?       Музыкант все шумнее выдыхает весь воздух из своих легких. Сердце начинает колотиться все быстрее, и Финн поджимает губы снова. Не пытаясь даже взглянуть на Грейзера. То ли желание нет от его наивности. Или гордость? Или Термометр гордости зашкаливает у Джека?       — Я знаю тебя, Грейзер, как облупленного. И я точно знаю, что с тобой что-то случилось. Ох, только не надо этого отрицать этого, ладно? Не кажись же ты таким «гордым» и «сильным», мол, справлюсь со всем — я, а то, что я переживаю за тебя, так это ничего, да? Мг, ну вперед. Но только! Когда тебе плохо, даже не смей писать мне. Уяснил?       — Да! — кричит шатен и поднимается с кровати. Его шоколадные глаза заполняются горящими искорками ненависти. — Только вот я и бегаю за тобой. Финн, что с тобой случилось? Ты почему такой грустный? Ты видишь в этом мире только себя, тебя даже не интересует, что другим на тебя не наплевать! Вот, ну. Боже. Скажи же! Что с тобой происходит?       И Финн отходит на шаг назад, кусая губы сильнее, произносит:       — Д… да какая разница? — он чувствует дрожь в голосе, но срывается на громкий тон: — Ты, видимо, думаешь только о своих проблемах! А я просто забочусь о тебе. Слышишь? Тем более я устаю. И, блять. Это все неважно, окей?       — Тогда почему ты ставишь свои чувства впереди моих? — полушепотом говорит Грейзер сквозь зубы. Финн замечает, что у темноволосого периодически закипают нервы, и в любой момент он просто может выводить его из своего дома с громкими проклинаниями.       — Какой же ты глупый, Грейзер.       И Джек был не намерен это все терпеть. Он кривит свои губы и чувствует, как его ладони медленно потеют. Он дрожит и пытается что-то сказать. Что-то угрожающее, и… Ему просто надоело спорить, потому что понимает, что он не прав. Грейзер прожигает его взглядом, а Финн просто глубоко смотрит ему в глаза, наслаждаясь…       Но резкое эхо смачного шлепка по бледной щеке Вулфарда привело молодого музыканта в чувства. Как будто тот отрезвел. Красный след руки Джека остался на его лице, и Финн проводит кончиками пальцев по гладкой щеке. По гладкой щеке. По месту удару Грейзера.       Вулфард хочет что-то сказать.       Что-то съязвить.       Но не успевает.       — Вон, — шипит Джек сквозь зубы, указывая рукой на дверь.       И Финн послушно кивает, принимаясь уходить. Он оставил Джека и все будто накрылось занавесом.       Финн ушел, а все потому что ему дороже чувства Джека, нежели свои.

***

      — Что ты думаешь о Финне? — резко прерывает тишину Элли, проводя своими длинными ногтями по нежному подбородку Джека. — Я знаю, что вы поссорились, но… Просто мне показалось, что вы помирились. Тогда, на похоронах… Ты обнял его. Нет, ты просто налетел на него и крепко зажал в своих объятиях.       Джек издает тихий смешок.       — Ты ревнуешь?       — Не то, чтобы ревную, — она поднимает голову вверх и ответно заливается смехом. — Просто интересно, что у вас уже случилось.       Нет. Элли ревнует.       Она-то знает о Финне. Она знает о нем практически все. Она знает, что он сохнет по Джеку. Она знает, что он до сих пор сохнет по Джеку. И она знает, что он страдает, и она знает, что ему грустно и херово из-за Джека, потому что он с ней, а не с ним. Она знает, что он более, чем уверен, что Джеки не является нетрадиционным мальчиком. Поэтому он тихо режет вены в теплой ванне, тихо изливается горячими слезами в свою белоснежную подушку. И то, что он ненавидит Элли, но молчит.       Элли вздыхает и прикрывает глаза, пытаясь забыть обо всем окружающим.       — Мы с ним слегка поссорились… — шепчет он, наклоняясь к темноволосой. — Но это не так важно, де-е-тка. — рычит он и крепко-крепко прижимает к себе. — Все это временно, я уверен. Но, если честно, я сам не знаю, что на меня нашло. Мне почему-то захотелось его обнять, знаешь ли, он выглядел очень грустным. Мало ли, ему это подняло настроение?       — М-м, я так не думаю, — девушка отрицательно мотает головой и слегка поднимает голову вверх. — Есть ещё кое-что, то, что он скрывал от нас. Ты же помнишь, ну-у… этого…? Джошуа или Джошуя? — Джек кивает подруге, и Элли улыбается шире. — Я знаю, это не мое дело, Джеки, но… Я просто не могу об этом молчать… Надоело уже, честно.       Она наигранно кивает головой и вздыхает, а Джек верит.       — О чем ты? Он тебе что-то рассказывал?       Парень запускает пальцы в её волосы, а та убирает улыбку с лица.       — Джек, у меня есть подозрение на то, что Финн принимает наркотики, — врет девушка, и как будто «стыдливо» смотрит вниз. Но Джек верит. Правда. — Я знаю, я повторяю. Это не мое дело, да. Просто он наш друг, Джеки. Я переживаю за него, правда.       Джек прикрывает глаза и шумно выдыхает, невольно улыбаясь.       — Глупости. Я уверен, что Финн не докатился до такого. Он не похож на зависимого, да и… Откуда бы он взял дозу?       Его подруга пожимает плечами.       — Джоша… Он же тоже из этих, — она затягивает паузу, сдерживает дыхание, мол, хочет продолжить свой диалог, но Грейзер явно думает, что ему нужно сказать первым.       — Думаешь, мне стоит с ним поговорить? — спрашивает молодой артист, слегка приподнимаясь с колен девушки и вглядываясь в её глаза. Его же глаза были полны надеждой.       — Стоит. — отвечает она сразу же, машинально, пытаясь восстановить свое дыхание.       И задача Элли не убить Финна морально. Она просто хочет славы. Чтобы этот маленький и глупенький мальчик не был её, а была только его слава на её плечах. И ей все равно, что там пишут про неё в социальных сетях, мол, какая она плохая и так далее.       Её репутация уже давно испорчена, но это никого не останавливает, даже саму её. И по сколько бы Джек не был слеп, он видит в ней что-то хорошее, любимое и роднее. Он так наивен, Боже.       Из-за неё происходит этот кошмар и у этой дамы, которая предпочитает хайлайтер в большом количестве, у неё просто нет совести. Да она ей и не нужна. Таких уже людей ничем не спасти. Они не понимают боль других. Ту боль, которую причиняет именно она.       Она поймет это только когда сама окажется в чарах любви и тяги человеку. Настоящих чувств, а не наигранных. Она поймет это, когда сама полюбит. Но. и кажется, это даже уже сделать поздно. Для неё любовь просто закрыта. Её, может быть, и полюбит кто-то, но она будет просто позволять любить.       Любовь — это ублюдство.