Приключения нового поколения

"Когда человек умирает, обязательно находится тот, кто льет по нему слезы. Существует нерушимая связь между людьми, с которыми ты когда либо имел дело, от рождения и до самой смерти".

(с) Тачибана Сито. Кредит зомби.

Через несколько дней ребята добрались до провинции Сен. Было тепло, солнышко светило достаточно ярко, на небе плыли редкие облачка. - Ух ты! - Иона выглянула из кустов, заметив широкую дорогу, ведущую к некрупному поселению, стоящему довольно близко к границе. Феникс явно была рада, что здесь чуть теплее, Джи-Ха гадал, можно ли будет познакомиться с красивыми девушками, а Юн надеялся, что именно здесь они смогут найти ответы на свои вопросы. - Тут небольшая деревушка... - Иона, - неожиданно подал голос Шинья, глядя куда-то вдаль, где на поле виднелся чернеющий силуэт лежащего, видимо, без сознания человека, - Там кто-то лежит... Хак в это время, тоже заметив это, первым метнулся туда и, приблизившись, увидел местную девушку, опустился на корточки и приподнял ее голову, чтобы привести незнакомку в чувство. Но он даже не успел немного похлопать ее по щекам, как девушка открыла глаза, пару минут рассматривала нависающего над ней парня, а потом резко изменилась в лице и прикрыла покрасневшие щеки руками. - Вы кто? - незнакомка села на земле, с явным восхищением глядя на Хака, - Такой классный! - Все хорошо? - тем временем к парочке подоспела Иона и остальные, в ответ рассматривая местную жительницу, которая была, скорее всего, из той самой показавшейся на горизонте деревушки. - Вам нездоровится? - следом за принцессой спросил и Киджа, своим взглядом по которому уже бегала неизвестная девушка, постепенно перемещаясь влево и рассматривая остальных. - Госпожа, скушайте пирожок, - Зено уже протягивал и чуть ли не пихал в руки девушке сладость, которую до этого утащил у Юна. - Миледи, позвольте мне облегчить вашу ношу и понести вас, - тут же начал подлизываться к довольно симпатичной и фигуристой незнакомке главный бабник отряда. На что Юн просто хотел удавить всех и вся из команды. Ведь они договаривались исследовать все тихо и незаметно, а вместо этого уже привлекли внимание девушки, которая буквально глазами пожирала прекрасных Драконов и Тигра, восторгаясь тем, что впервые в своей жизни видит за раз столько красавчиков. - Я знаю! Вы бродячие артисты! - девушка поднялась на ноги, сияя словно начищенная медаль. - Не... - хотел, было, начать пояснять Хакурю, но рот вдруг закрыла ладонь Юна, и продолжать речь было невозможно. - Да, именно, - шатен едва ли не головой кивал в подтверждение словам девушки, цепляясь за представившуюся возможность быть нерассекреченными и продолжить свою вылазку тайно. Парень мысленно порадовался, что остальная часть команды сама все поняла и решила подыграть, только простодушный Киджа опять ничего не понял. - С чего бы это? - Белый дракон, убрав от своего лица руку Юна, даже пригнулся к парню, чтобы услышать, что он ему говорил. - Ну а как еще объяснить наличие стольких чудиков на один квадратный метр? - ответив вопросом на вопрос, шатен отвлекся от Хакурю и обратился к незнакомке, присаживаясь рядом: - У меня есть некоторые лекарства, вам нужна помощь? - Я в порядке... - девушка придержала вновь закружившуюся голову своей ладонью. - Просто легкое головокружение из-за работы с самого утра... - Как хрупкая девушка справляется с такими тяжестями? - Джи-Ха с удивлением смотрел на огромные ведра с водой, которые сейчас стояли на земле. Видимо, здесь вода была так же ценна, как и в клане Огня, но местные жители постоянно приносили ее. Но вот почему девушка носит такие тяжести? - Все молодые мужчины отправились на военную службу в столицу, - от слов незнакомки всю команду словно пронзило током, уж больно это было похоже на события в клане Огня. Ведь там тоже забрали всех мужчин, оставив только женщин, стариков, детей и больных. - Но нечасто сюда захаживают такие красавцы!!! - незнакомка едва не пищала от умиления, продолжая сиять и вообще проявляя какое-то нездоровое дружелюбие. - Вы обязательно должны зайти к нам в деревню! Почему вы решили обойти нас стороной? Ведь сегодня особенный день. - Особенный? - переспросил Киджа, глядя, как девушка поднимается с земли и снова подхватывает ведра. - Да. Сегодня у нас фестиваль Огня! - незнакомка позвала за собой всю компанию и пошла в направлении своей деревни, правда, ведра парни у нее отобрали. Войдя в поселение, никто из драконов и не ждал, что на улицу выйдет столько девушек, встречая столь ярких и необычных гостей. Жительницы так же жадно разглядывали прекрасных парней, что так удачно забрели к ним, ведь они уже успели соскучиться по мужскому крепкому плечу. - Аро, кого это ты привела? - щебетали девушки, облепившие драконов со всех сторон. Кто-то пытался узнать, откуда это такие гости к ним пожаловали, кто-то хотел стянуть с Сейрю маску, а кто-то восхищался словно молочной кожей Хакурю, чья белая одежда только подчеркивала эту бледность. - Такие красавцы! Несколько девушек уже заприметили Феникса, который ничуть не уступал драконам, разве что в росте заметно проигрывал, но, как назло, большая часть представительниц прекрасного пола была с Киу-Шан примерно одного роста. Правда, до этого девушка подумывала, куда бы ей сбежать, и только Джи-Ха явно ощущал себя как рыба в воде, флиртуя направо и налево. - Ух ты! Какие у тебя волосы яркие! Почти как у девушки, что сопровождает вас. Скажи, это твоя сестренка? «Спасите!» - Феникса окатил озноб и ужас вперемешку с паникой, когда две девушки подобрались вплотную, отчего оставалось только выставить руки чуть-чуть вперед на уровне груди и с кривой улыбкой отступать назад, сгорая от смущения, пока девушка не уткнулась в чью-то спину. Этим кем-то, в кого врезался Феникс, оказался Хакурю, которому от такого женского внимания тоже было неловко, настолько неловко, что хотелось, как минимум, испариться или провалиться сквозь землю. Благо, дракона отвлек кто-то сзади, и Киджа, воспользовавшись этой возможностью, повернулся и обнаружил такого же зажатого, как и он сам, Феникса. - Киу-Шан, тоже себя чувствуешь не в своей тарелке? - дракон сказал это тихо, наклонившись почти к уху парня, чтобы девушки не услышали, и незаметно для себя положил свои ладони ему на плечи, пытаясь приободрить. - Я ощущаю себя кроликом, которого окружила стая голодных волков... - Феникс едва удержала себя от желания прижаться к Кидже как можно плотнее и сказать: «А давай бояться вместе?». Поскольку было видно, что Хакурю тоже не по себе и ему хочется вообще отсюда убежать. - Девушки, прошу нас простить, но нам надо отойти, - уклончиво произнес Киджа, немного перемещая свои ладони по рукам Киу-Шан вниз и прижимая Феникса к себе, медленно попятился, выбираясь из круга обступивших их девушек. Дракон, уже почти обнимая парня, отошел на достаточное расстояние от слишком оживленных и активных жительниц поселения и облегченно выдохнул, не замечая, что до сих продолжает крепко держать Феникса при себе. Феникс тоже не сразу смогла понять, что ее отпустили и больше не держат, не прижимают и вообще она может дышать полной грудью, не ощущая того загадочного давления со стороны представительниц прекрасного пола. Выдохнув с заметным облегчением, девушка невольно положила одну из ладошек на руку Киджи, слегка приподнимая и поворачивая голову, почти сталкиваясь с ним нос к носу. - Эм... Спасибо за помощь... Ты просто мой спаситель... - робкая улыбка растянулась на губах Киу-Шан. - Я просто примерно понимаю, что ты чувствуешь, находясь в толпе девушек, - Киджа чуть улыбнулся в ответ, но, заметив, как неожиданно близко оказался к нему Киу-Шан, отпустил его и сделал небольшой шаг назад, чтобы вновь странным образом не залипнуть на красивые и яркие глаза этого паренька, как в тот раз. - Сам неловко себя чувствую... - А ты по какой причине? - Фениксу всегда было неуютно, если девушки начинали проявлять к ней слишком большой интерес. Не дай бог, еще влюбятся. А она не сможет ответить на чувства. Не хотелось, чтобы из-за нее страдали другие люди. - А это... - парень почесал пальцем щеку, думая над тем, стоит говорить или нет. В принципе дракон мог свободно рассказывать своим друзьям о прошлом, но нужно ли Фениксу это? - В моей деревне бабушка была очень озабочена проблемой продолжения рода, поэтому устраивала между девушками кровавые бои, а победительница приходила ко мне обнаженная и... - Киджу на этих словах ощутимо передернуло, будто перед глазами встали те ужасные дни. - Поэтому я боюсь, когда девушки проявляют ко мне повышенное внимание и вообще становятся активными... - А-а, психологическая травма. Ну, ничего. Вот влюбишься в кого-нибудь и забудешь об этом, - Феникс поучительно подняла вверх большой палец, словно была большим экспертом в подобных делах. В случае Киджи все было даже чуть сложнее, чем у нее. Она просто боялась кого-то обидеть или ранить, а он боялся на психологическом уровне. «И как еще импотентом не стал при такой та бабушке...» - девушка представила, что бы было с ней, если бы глава клана в ее комнату так парней запускала, и ее заметно передернуло. - Ничего не могу на это сказать... - Хакурю действительно не знал, что было бы, влюбись он в какую-нибудь девушку, как бы он поступил, если бы захотел быть с ней, как бы реагировал на ее прикосновения и вообще присутствие. Поэтому дракон где-то глубоко в душе надеялся как-то обойти это все стороной, но точно знал, что по окончании путешествия, когда он вернется в свои родные края, бабушка ему точно найдет жену, и он уже не сможет больше отпираться от этого. Такая перспектива немного пугала, но Киджа считал это продолжение рода своим долгом наравне с защитой своего императора, и хочешь не хочешь, а придется переступить через себя. - Вообще в теме любви я не очень хорош... По этой части у нас больше Джи-Ха. Фениксу тоже стало грустно. Прям хоть по окончанию путешествия домой не возвращайся. В ту деревню, где, как выражался Юн в адрес совета, живут только ломатели жизни и самооценок. Киу-Шан до сих пор не могла понять, что имеет в виду парень и почему ее сломали. Да, она не знает, как это - быть девушкой, и даже боится этого. И перспектива однажды все-таки сойтись с каким-нибудь парнем заметно пугает. - Можно подумать, я хоть раз любил. Да и Рёкурю тоже, никогда не любил по-настоящему. Да, он может вскружить голову любой девушке, но сделать так, чтобы она стала для него одной-единственной... Это даже как-то смешно, - Киу-Шан слегка теребила между пальцев прядь волос, внимательно рассматривая Хакурю и ловя себя на мысли, почему она вообще говорит с ним на эту тему? Почему не может просто закончить разговор и уйти? Или почему она не может отвести взгляда от его глаз. Может, потому что они напоминали лед? Киджа только как-то неопределенно пожал плечами и все же заглянул в яркие и обычно теплые глаза Феникса, в которых сейчас на самом дне плескалась еле заметная грусть. От этого разговора и самому дракону стало как-то не по себе, словно весь его привычный оптимистичный настрой на какое-то время исчез, и он взглянул на свое будущее трезво и ясно. Оно действительно не было свободным: ему придется жениться, придется произвести на свет наследника силы, он это знал, понимал, но не хотел об этом думать, считая, что время у него еще есть. Но внезапно от этого потока мыслей отвлек возглас Юна, пронесшегося мимо, обряженного в женский наряд с кучей юбок и украшений, которые звенели, когда шатен бежал. - Давай вернемся к остальным? Кажется, там что-то произошло, - Феникс сама не заметила, как взяла Киджу за его драконью руку, отчего ее ладонь просто в ней утонула, и потянула за собой в сторону остальной части команды. Хакурю не стал возражать, тем более Юн просто так поднимать панику не станет, да и уж в больно странном наряде он пробежал мимо них. - Это ужасно! - возмущался парень, который, пока селяне рассматривали прибывших к ним гостей, успел облазить пару домов и нашел семена местного культурного растения, как раз того, за чем, собственно, вся их компания и пришла в империю Кай. - Я нашел нужное нам растение, но старик, который управляет запасами семян, не хочет их отдавать. Правда он сказал, что даст попробовать еду из них, если я надену это и станцую на фестивале, - Юн на этих словах покраснел непонятно от чего: негодования или смущения, но сейчас перед ним стояла одна проблема. - Но я очень плохо танцую! Иона, выручи, пожалуйста. - Я не сказала бы... Что это моя сильная сторона... - принцесса заметно смутилась, явно пытаясь увильнуть от данного предложения. - Может попросим Джи-Шу? - Иона, я, конечно, умею танцевать, но у тебя все получится. Зря ты сомневаешься в себе, - Черепаха улыбнулась девушке, интуитивно чувствуя, что принцесса сегодня сможет всех удивить. - Принцесса, вы собираетесь танцевать? - сарказма и издевки в голосе Хака с лихвой хватило бы на двоих и еще на третьего бы осталось. Тигр внимательно смотрел на девушку и буквально ухмылялся, словно бы Иона танцевала не просто ужасно, а могла выставить себя на посмешище. - Уверены, что не хотите отказаться? Танцы раскачивающейся утки... Договорить Громовой зверь не успел, так как ему тут же прилетело маленьким кулачком точно в ребра, а в глазах принцессы загорелся небывалый азарт. - Я сделаю это! - Спасибо, Иона! - Юн тут же просиял от счастья и новости, что ему не придется танцевать и позориться перед жителями этой деревни, парень даже руки на груди сцепил и смотрел на принцессу самым благодарным взглядом, а Хак продолжал тихонько в сторонке смеяться. Вскоре все приготовления к фестивалю закончились, и жители уже начинали веселиться, накрывали столы и играли на музыкальных инструментах. Местные девушки танцевали, то становились в ряды, то расходились и кружились, хлопали в ладоши и смеялись, а среди них затерялся Джи-Ха, который успевал отвешивать комплименты то одной, то другой. Юн, уже снявший с себя женские вещи и украшения, рассказывал принцессе о том, как появился этот праздник и зачем отмечается, но пока Хак и Иона вновь препирались насчет способностей девушки к танцам, нашел у нее красивую и явно драгоценную заколку, при взгляде на которую принцесса помрачнела и тут же выхватила украшение. Однако, как бы шатена не волновало такое поведение Ионы, время поджимало, и близился танец, а девушке еще нужно было переодеться, поэтому Юн повел ее в палатку, где ждали местные танцовщицы. Джи-Ха, Хак и остальная часть компании уже собрались вокруг большой поляны, на которой часть местных девушек исполняли какой-то ритуальный танец, что заметно приподнимало настроение абсолютно всем. Было немало вкусной еды и выпивки, чему были рады взрослые. Зено пока развлекал маленьких детей жонглированием, Шинья уплетал закуску за обе щеки, причем ни капли не отставал при этом от Ао. Киу-Шан залезла на дерево, решив, что видно оттуда будет намного лучше. Рёкурю, словно волшебник, вытащил флейту, но все это было ровно до того момента, пока на поляне не появилась Иона. Одетая в яркий и явно какой-то свадебный наряд, с чудным головным убором и мечом в руке она сразу привлекла внимание. Ее танец был чем-то большим, чем просто движения в такт звучащей музыке, так знакомой Тигру, Фениксу и Черепахе. Сама мелодия этого танца жила глубоко в их душах. Джи-Шу эта музыка внезапно напомнила о тех временах, когда по земле ходили еще сам Хирюу, Тигр, Феникс и Черепаха, сами собой вспомнились и слова о их жизни, о том, как они покинули этот мир, но обещали всегда приходить друг к другу на помощь. Девушка не могла сейчас оторвать взгляд от сидевшей на земле принцессы, что резко поднялась, делая выпад и взмахнув мечом, закружилась, отчего длинная ткань платья шлейфом следовала за ней. Плавные изящные движения свободной руки заставляли внимательно и завороженно наблюдать, следить, ловить каждое тонкое и взвешенное движение, даже тихий шепот, поначалу разнесшийся в толпе, окончательно смолк. Иона умело, словно оттачивала этот танец много раз, сочетала будто перетекающие друг в друга движения с взмахами, выпадами и ударами по невидимому врагу, как будто рассказывая зрителям свою историю, но лишь некоторые могли понять, о чем она была. Правда, она нашла отклик в сердцах у многих, каждый принял ее, как понял, каждого она задела до глубины души и поразила в самое сердце, а в голове у Джи-Шу так и звучали слова той песни, той истории, оставляя какой-то легкий и светлый налет грусти и даже тоски. Девушка, которой они помогли еще утром, попыталась сунуться к Тигру, но, заметив взгляд, полный немого восхищения и одновременно чего-то такого, недоступного, тут же повернула назад. Она впервые видела, чтобы мужчина мог посмотреть на девушку, как на божество, что внезапно спустилось на землю и теперь хрупкой фигуркой исполняло особенный танец. Громовой зверь был одним из немногих, кто не любил обращаться к своей первой жизни. Тигрица обладала слишком большим фонтаном эмоций, которые самому парню были чужды, и он активно старался удерживать их под замком. Но сейчас не смог... И поэтому та любовь, что в прошлом так и осталась без ответа, нашла отклик в его душе, что стремилась навстречу этой девушке... Его маленькой принцессы.

* * *

Праздник закончился, все разошлись кто куда. Часть ребят ушли в палатки, чтобы передохнуть перед завтрашним днем, ведь им предстояло отправиться в новый путь. Часть где-то гуляла... Среди вторых был и Джи-Ха, которому не спалось, и это мягко сказано. Драконья кровь буквально вскипала, требовала поступить по-своему, отчего парень почти неслышно ругался сквозь зубы. Но от внутренних терзаний и угрызений дракона отвлек чей-то голос, непонятно откуда раздающийся. Он звучал тихо, но одновременно четко, что слышны были слова песни, той самой, под которую танцевала принцесса. Джи-Шу, которой и принадлежал этот голос, тоже в этот вечер не спалось, после того танца девушка просто не могла усидеть на месте и пошла слоняться по окрестностям, напевая те резко вспомнившиеся слова. Черепаха решила воспользоваться тем, что сейчас одна, и тихо пела, надеясь, что так эти воспоминания ее отпустят или хотя бы успокоятся, и она сможет уснуть. Рёкурю невольно замер за соседним деревом и прислушался... Голос тихий, невероятно прекрасный, больше похожий на... Ангельский. Медленно выводил слова старой, всеми забытой песни о том, как друзья-боги, послушавшись дракона Хирюу, решили спуститься вниз, к людям, чтобы познать их судьбу и понять, почему они так жаждут жить. Но была и плата: Дракон потерял свою чешую, Тигр лишилась половины своей силы, Феникс остался без крыльев, а Черепаха осталась без защитного панциря, способного укрыть ее от любой опасности. Новый куплет повествовал о том, как Звери обживались в чуждом им мире, как они смогли стать главами своих государств и... Как они пообещали приходить друг другу на помощь, чего бы это ни стоило... В куплете постоянно звучали одни и те же строки «и в серые, и в яркие решили они, мы разделим печали и радости»... Джи-Ха ощутил, как у него перехватывает дыхание, впервые за последние несколько месяцев драконья кровь буквально горела в венах, но он этого не замечал. Не замечал, как на подсознательном уровне признает Джи-Шу одной из Великих зверей, тем, кто стоит намного выше него. Сердце в груди отдалось громким стуком, эхом прозвучав в ушах, подобно удару огромного колокола. Глаза против воли заволокло слезами, когда девушка добралась до смерти троих зверей. Бывший Рёкурю отчетливо помнил, как это больно, когда ты теряешь того, кто тебе дорог. Ведь он пережил смерть Хирюу, и его кровь отчетливо отзывалась на каждую строчку песни. Девушка и сама пела и едва не плакала, слезы стояли в глазах и мешали различать дорогу, из-за чего Джи-Шу пришлось остановиться, но не прекратить петь дальше. Песня добралась до того, как мир людей покинул сначала Дракон, отчего остальные боги грустили и тосковали по своему другу, затем один за другим они стали уходить обратно на небеса, а Черепаха ушла и вовсе последней, успев увидеть, как перерождается Феникс. Джи-Шу сама не знала, как ее голос еще не дрожал от стоящего в горле комка, как хватало дыхания вытягивать высокие и тонкие ноты, и как вообще нашлись силы допеть до конца. Девушка не могла и остановиться, отчего-то хотелось допеть, довести до конца, это казалось сейчас необходимым, как будто эти воспоминания не дали бы ей заснуть, если бы Черепаха вновь не пропустила это все через себя. Наконец закончив, плавно сведя рассказ на нет, Джи-Шу надолго замолкла, выравнивая сбившееся дыхание и стараясь не дать слезам побежать по щекам. - Не думал, что у тебя настолько красивый голос и идеальный музыкальный слух, - Джи-Шу почти вздрогнула, как из-за соседнего дерева показался Зеленый дракон. Джи-Ха выглядел сегодня не как обычно, и даже те слова, которые можно было бы с легкостью приписать к его стандартному комплименту, звучали как-то не так... Неправильно. Словно он сказал их, не отдавая себе отчета. Изумрудная челка Рёкурю окончательно скрыла его глаза, скрывая то, что затаилось в его душе. – Может, споешь еще что-нибудь? - парень вытащил из-за пазухи флейту. Девушка пару минут пребывала в каком-то состоянии ступора, глядя на парня и думая, что он все слышал и застал ее чуть ли не плачущей в тот момент, когда она, оставшись наедине с воспоминаниями и чувствами, позволила им вылиться в песню. Джи-Шу даже и подумать не могла, что ее мог кто-то слышать, но, пусть и был уже вечер, она не нашла на лице Рекурю привычной для него даже дежурной улыбки, вообще даже слова его прозвучали почему-то странно. - Сидел в кустах и слушал, как я пою? - Черепаха, утерев уголки глаз рукавом, сделала пару шагов к Джи-Ха, пытаясь посмотреть на его лицо и понять, что с драконом такое происходит, но длинная челка не давала этого сделать. Поэтому девушка осторожно убрала зеленые прядки ему за ухо, поправляя волосы и открывая лицо, замечая, что, кажется, слова песни задели и душу дракона, или его изначально что-то тревожило. - С тобой все в порядке? - Я в норме, - аккуратно перехватив девичью ладошку, Рёкурю почти невесомо коснулся своими горячими губами тонких пальчиков и сразу выпустил девичью кисть. Было непривычно вот так вот с головой погружаться в чувства, которые бушевали в груди, которые выбивали из равновесия. Ново. Непонятно. Джи-Ха пытался натянуть на себя дежурную улыбку, как всегда, произнести что-то извращенски-обольстительное, но не получалось. Он не мог взять себя в руки, до сих пор обдумывая слова песни, которую услышал впервые. - И я не в кустах сидел, а стоял за деревом. Мне просто понравилось, как ты поешь. - Спасибо, - чуть замялась девушка, забирая у дракона свою ладонь, прижимая ее к груди и вообще сделав небольшой шаг назад. Ее и так сегодня обуревали чувства и воспоминания самой первой Черепахи, отчего Джи-Шу была, мягко говоря, не в своей тарелке, не хватало еще и нечаянно увидеть что-то из прошлого Рёкурю. Но к странному состоянию примешивалась еще и легкая неловкость, поскольку раньше ее пение слушали только дети из родной деревни, которым много что нравилось. Джи-Шу никак не могла понять и описать свое состояние, не могла и держать плещущиеся в ней вызванные эмоции под контролем и не хотела, чтобы кто-то это видел, поэтому поспешила сбежать, несмотря на просьбу дракона что-нибудь спеть. - Наверное, я пойду... - Джи-Шу, подожди, - Рёкурю, сам не ведая, что творит, аккуратно обхватил запястье Черепашки, заставив ее задержаться. Но девушка тут же испуганно вырвала свою ладонь, смотря на него глазами, в которых плескался почти незаметный страх. Чужая душа - потемки, никому не хочется погружаться в чужой водоворот из мыслей, чувств, желаний. А она могла это делать. Но каждый раз это было больно, неприятно, словно ты лезешь туда, куда тебя не просят. - Прости... - Зеленый дракон от неожиданности отпустил руку девушки, но был один момент, который не давал ему покоя долгое время. - Джи-Шу, послушай, я давно заметил, что ты боишься прикасаться к другим. Почему? Услышав этот вопрос, Черепаха замерла, как будто ее поразило молнией, и пожалела, что решила уйти с полянки спокойно, а не тут же сорвалась с места, тогда бы дракон, наверное, не успел бы задать этот вопрос. Вопрос, на который она честно не хотела отвечать. Но нужно было, ведь Чжи-Мин не должна врать или увиливать. - Способности Черепахи не ограничиваются только мудростью. Даже не так. Каждая Черепаха много учится и копит мудрость всю жизнь, наша же сила немного в другом... - Джи-Шу невольно растерла запястье, за которое ее прежде поймал дракон, а в голосе появилась тревога. - Я могу ответить на твой вопрос, но тогда ты сам больше не захочешь ко мне прикасаться и будешь сторониться, как и другие, если узнают. Мне... не хотелось бы этого, поэтому пусть лучше люди считают меня брезгливой или странной, глядя на то, как я пугаюсь прикосновений. Джи-Ха слегка склонил голову на один бок, внимательно глядя на девушку необычными фиолетовыми глазами, словно пытался из столь прозрачного намека понять, в чем заключается ее сила. Почему она так боится, когда к ней прикасаются? Если так подумать, то всех драконов считали странными, ненавидели, боялись, презирали, называли проклятыми. Так почему же одно проклятое создание не поймет другое? - Джи-Шу, так уж вышло, но ты попала не в ту компанию, где могут сторониться человека из-за его способности. Расскажи мне. Я хочу знать, - Зеленый дракон мягко улыбнулся. Не привычной для него улыбкой обольстителя. А другой, какой-то теплой, дружеской, от которой щемило где-то в груди. - Черепахе многое открыто. Она видит детали и мелочи, маски, ничто не укроется от ее проницательного взгляда, даже прошлое и будущее, - девушка, несмотря на подбадривающие слова дракона и его необычно теплую улыбку, сделала еще шаг назад, под тень деревьев, словно прячась там. - Через прикосновения мне открывается прошлое человека... Пару раз я уже видела то, что происходило с тобой раньше... - видимо думая, что Джи-Ха может ей не поверить, Черепаха решила уточнить и назвать моменты из его жизни, которые местами наверняка были ему неприятны. - Я видела твое детство почти полностью. Цепи на твоих руках и ногах, предыдущего Рёкурю, который тебя ловил, когда ты сбегал, который тебя жестоко избил, а ты не держал на него зла... И, когда ты узнал о моей боязни пиратов, думаешь, я просто поверила твоим словам? Пока ты меня обнимал, я видела, как вы с ребятами спасли девушек, что должны были стать рабынями, поэтому успокоилась... Поэтому перестала тебя бояться, - закончив, Джи-Шу опустила голову, скрыв распущенными волосами свое лицо. - Прости за то, что увидела все это, но тех прикосновений я избежать не смогла... Рёкурю слегка нахмурился, внимательно взвешивая слова девушки, выходило так, что она может спокойно заглянуть в голову и душу человека, прочесть его прошлое и понять, кем он был, что испытывал. Да, с одной стороны, это не очень приятно, мало ли, что она может увидеть. Но такова ее сила и отвернуться от нее сейчас было невозможным. Это то же самое, что отвернуться от Шиньи, который своим взглядом погружал противника в другую реальность, где его пожирал дракон. Это часть ее сил, часть ее самой, а она часть их несколько странной и необычной команды. Так что... - Не вижу в этом ничего плохого. Ты это ты, - с этими словами Рёкурю в два шага преодолел разделяющее их расстояние, заключая девушку в крепкие объятья, чтобы она не могла вырваться. - Видишь? Я не боюсь. Джи-Шу машинально напряглась и вытянулась по струнке, прижимая свои руки к себе и вообще стараясь отойти, оторваться от парня хотя бы на сантиметр, но сил вывернуться из объятий не хватало, да и почему-то не хотелось. В них сразу чувствовались и поддержка, и защита, и тепло. Слова дракона и его действия немало удивили Джи-Шу, она, скорее, ожидала от парня улыбки или шутки, что он постарается незаметно уйти, а потом больше и не подойдет, боясь, что Черепаха увидит еще что-нибудь темное из его прошлого. Она уже пару раз обжигалась об это, не хотела увидеть это вновь, потому и дала Рёкурю шанс остаться в неведении, но ее поразило, что он, как и Иона, не отвернулся от нее из-за ее способности. - Как... Как ты можешь так говорить? - голос Черепахи все же дрогнул, а слезы, которые вроде бы высохли, еще когда она пела, все же быстро скатились вниз, благо, их было не видно из-за опущенной вниз головы девушки. - Никто не хочет показывать своих демонов, никому не приятно существование таких людей как я, которые могут видеть самое потаенное, никто добровольно не будет открывать таким людям свои объятия... Выпусти... Пожалуйста... Мне самой больно все это видеть и чувствовать, - слабо упираясь руками в грудь дракона, заливалась слезами девушка, на которую в этот вечер свалилось слишком много всего и сразу, что она уже просто не выдерживала. Джи-Шу не могла назвать эту способность проклятием из-за воспитания, но она определенно ей не нравилась. Она не могла ее контролировать, не могла научиться этому, потому что боялась, и поэтому оставалась изгоем в обществе. Понимала, что виновата в этом сама и просто смирилась прожить так свой, увы, долгий век, хотя иногда, глядя на счастливых людей, на семью, на влюбленных, на друзей, ее грызло чувство чудовищной несправедливости. - Джи-Шу, - Джи-Ха лишь крепче прижал к себе девушку, легко коснувшись губами ее лба, стараясь успокоить и дать понять, что бояться нечего, что он не боится показать ей каждый уголок его души. Даже самый тайны и укромный. Почему? Дракон и сам не знал ответа на свой вопрос, просто сейчас, когда она стояла в его объятьях, такая маленькая и дрожащая, заливающая потоком слез, казалось, что девушка может раствориться, захлебнуться в собственном горе. А он этого не хотел. Только бесчувственный чурбан и закостенелый сухарь может оставить леди в такой момент. - Мы все имеем силу или способности, за которые готовы себя проклясть, которых мы боимся. Но послушай меня, не стоит отворачиваться от нас. Мы принимаем тебя такой, какая ты есть, - все это Рёкурю тихо шептал Черепашке на ухо, поглаживая ее по спине и волосам, зарывшись носом в белые словно девственный и незапятнанный снег прядки рядом с крохотным ушком. - Мы поможем. Поддержим и поймем. Только не отталкивай нас. Глотая слезы и стараясь успокоить внезапно обвалившуюся на нее обиду на судьбу, девушка едва ощутимо кивнула, поскольку говорить сейчас что-либо была не в состоянии. Джи-Шу разжала пальцы, что сами собой впились в ткань, и, переместив ладони, неуверенно обняла дракона в ответ, прижимаясь лбом к его плечу и зажмуриваясь, ожидая, что на нее сейчас обрушатся воспоминания Джи-Ха, но оттолкнуть его она была не в силах. Только, к своему удивлению, перед глазами не вставали привычно картины прошлого, Черепаха все так же продолжала стоять и мелко вздрагивать, обнажив перед Рёкурю свое больное место, свой страх. - Спасибо... - только и смогла шепнуть девушка, чувствуя огромную благодарность дракону, которую она не смогла выразить бы словами даже в своем обычном состоянии. Джи-Ха на это только слегка улыбнулся в ответ, продолжая успокаивающие поглаживания по спине и волосам Джи-Шу, стараясь хоть чуть-чуть перенять на себя ее боль и те страдания, что она так долго держала в себе. Дракону заметно льстило, что она так смогла открыться ему, что она не стала его отталкивать. - Успокоилась? Пойдем в лагерь, я тебе воды дам попить. И, думаю, надо ложиться спать. До рассвета осталось не так много времени, - говоря все это, Рёкурю ненавязчиво уводил девушку с полянки обратно на их стоянку. - Я надеюсь, Юн уже заснул и не будет кричать на меня за то, что я снова на улице засну... - тихо пролепетала девушка, что послушно пошла за драконом, ведомая им за руку. После признания Джи-Шу стало намного легче, теперь Рёкурю знал о том, что она может, и выбор, увидит она его воспоминания или нет, стоял целиком и полностью за ним. Черепаху же, в свою очередь, очень удивляло, что парень совершенно не боялся показывать ей свое прошлое. И пусть самый яркий всплеск эмоций прошел, и сейчас девушка уже приходила в себя и больше не плакала, только слезы на щеках блестели, сон Джи-Шу бы не помешал и помог окончательно все разложить по полкам.