4.
25 декабря 2017 г., 16:53
Жизнь распадается на части. Капсбарк с каждым днём все больше страшится мыслей о больнице. Острые приступы головной боли не желают отступать, даже с двойной дозой таблеток. И мать смотрит на него таким взглядом, будто ему давно пора быть там.
Оттуда не возвращаются.
Он лежит на кровати, закинув руки за голову, и сосредоточенно считает секунды, что отмеряют старые часы на стене. Глубже вдыхает, пытаясь нормализовать дыхание, которое стало сбиваться по любому нелепому поводу.
Как вчера, когда Тозиер проводил его до дома, будто он самая настоящая девчонка, и зачем-то крепко обнял на прощание.
Каспбрак помнит, как застыл, а потом заставил тело расслабиться, несмотря на тяжело колотящееся сердце. Зарылся в мягкую ткань рубашки, также крепко обнимая балабола в ответ. Ричи ничего не сказал, когда уходил домой, и Эдди тоже не стал поднимать эту тему. Привычно поджал губы на прощальную шуточку, глядя ему вслед воспалённым взглядом.
Лежать в постели, вспоминая всякие мелочи из прошедшего дня — самое скучное и жалкое занятие, какое только можно придумать, но других не находится. Ему отчаянно хочется верить в то, что он его не жалеет. Кто угодно пускай, но только не Тозиер.
***
Накрапывает дождь, и Эдди спешит накинуть капюшон дождевика, приближаясь к ожидающим его Биллу и Бев. Раньше он ни за что не вышел бы на из дома в такую погоду, а теперь ему очень нравится запах сырых улиц Дерри. Беверли машет ему рукой и улыбается, встряхивая мокрыми рыжими кудрями, что давно вернули первоначальную длину. Она красивая, и Билл выглядит по-настоящему счастливым рядом с ней. Он стал меньше заикаться и больше не пытается подавить радость. Не стыдится жить дальше. Каспбрак думает, что найти кого-то настолько родного — невероятно здорово. Когда он приближается, вставая под зонт и скидывая с головы капюшон, Бев кладёт руку ему на плечо и рассказывает о новом комиксе, который они договорились прочесть вместе. Он приглашён, и никакие отмазки не принимаются. Каспбрак едва заметно морщится, но подавляет в себе острое желание сказать нет. Кивает и дарит подруге почти правдоподобную улыбку. Тозиер и так считает, что он постоянно себя жалеет, а так его слова лишь обретут под собой твердь. Они закидывают руки ему на плечи, и Эдди замечает, что дождь прекратился. Вместо него над землёй начинает мягко стелиться туман. Клуб неудачников договорился собраться у Билла в гараже, чтобы провести время вместе. Залипать в комиксы или играть в настольные игры. — Как дела? — участливо спрашивает Беверли, буквально повиснув на его правом плече. — Видела твою маму сегодня в больнице. Ты тоже был там? — Да, курс химиотерапии начался, — спокойно, в тон ей отвечает Эдди. — Если честно, я думал, что это куда более неприятно. Оказалось вполне терпимо. Марш на секунду теряется, но тут же кивает, солнечно улыбаясь. Наверное, она рада, что это не настолько отвратительно, насколько могло бы быть. Но Каспбрак тут же замечает, что Билл становится серьёзным после его ответа. И испускает смешок. Сначала тот смотрит непонимающе, а потом — облегчённо выдыхает, подарив ответную улыбку. Ботинки хлюпают по лужам на сером асфальте, грозя принести с собой простуду. На душе у Эдди так свободно.***
В гараже их ждут пончики, новейшие комиксы и глупые шутки. Возможно, именно это и нужно прямо сейчас. Они хлопают дверью, и все оборачиваются в их сторону. Тозиер забавно морщится и ни на секунду не перестаёт жевать. — Ого, кто почтил нас своим присутствием, — бормочет, с набитым ртом, в театральном жесте взмахнув рукой. — Здорова, принцесса. Эдди не обращает на балабола никакого внимания, поскольку совершенно не хочется портить хороший настрой. Садится по правую сторону от Бев, но Тозиер ловко меняется местами с Беном, пообещав тому какую-то ерунду, и дышит Каспбраку в самое ухо. Удивлённо приподняв брови, тот оборачивается к нему и замечает наглую ухмылку. Вот же придурок, и ничем это из него не выбьешь. — Не дыши, как пёс в жаркую погоду. Я не собираюсь реагировать на твои идиотские шутки, — Эдди закатывает глаза, отворачиваясь и утыкаясь в картинки комикса. Карие глаза смотрят на него чуть прищурившись, пока тот не замечает. Ричи будто пытается понять, серьёзно он или нет. Рука Беверли ерошит волосы, и без того находящиеся в вечном беспорядке. Девушка замечает его отстранённость. Тозиер улыбается, мол, всё в порядке. Поправляет очки на переносице, задевая Каспбрака плечом. Его взгляд ползёт вниз по хрупкому предплечью, отмечая небольшой синяк на вене. Там, где рукав чуть подвёрнут. Наверное, в спешке натягивал дождевик, не позволяя мамке поймать себя за край капюшона и оставить дома, под своим тщательным надзором. Тозиер снимает очки, потирая усталые глаза и радуясь, что никто не обращает внимания. Никто из его лучших друзей не замечает, что балабол стал реже шутить и, судя по внешнему виду, имеет проблемы со сном. — Можешь прекратить ёрзать? Это раздражает, чтобы ты знал, — Каспбрак оборачивается к нему, нарочно отсаживаясь на сантиметр ближе к Марш, и Ричи кажется, будто его тон — чистейшей воды провокация. — Ну, сложно усидеть на месте, вспоминая твою мамочку, Эддс, — сладко протягивает балабол, удивляясь спокойствию чужого лица. Он буквально видит, как губы Билла складываются в его любимое "бип-бип, Ричи". Каспбраку кажется, будто от привычных насмешек, в нём теперь поднимаются уверенность и бодрость. Парень с жадностью наблюдает за удивлением на лице шутника, не пытаясь того заткнуть. — Как я уже сказал, не сработает, — он беспечно пожимает плечами, и ловит на себе взгляд прищуренных глаз. — Это мы ещё посмотрим, Эдди-спагетти, — лениво тянет Тозиер, закидывая руки за голову. — Вечер только начинается. Снова пожав плечами, он отворачивается, ощущая внутреннее расслабление. Понимает, что отчего-то отчаянно жаждет его внимания, пусть даже выраженного в идиотских шутках. Неужели одно крепкое объятье движет ежеланием вновь стянуть с Тозиера маску шута, чтобы отыскать за ней друга? Каспбрак не сомневается, что его мозг постепенно перестаёт функционировать. Наевшись практически до отвала, они разваливаются на просторном диване, обсуждая до смешного малое количество новостей их города. Эдди думает, что лучше мало, чем как во времена Пеннивайза, и тут же отгоняет от себя назойливые мысли. Встряхивает головой. — Чего перхотью своей трясёшь? — Ричи смахивает с коленки несуществующую пыль, отправляя в рот последний пончик. — Или даже лучше сказать, волосами. Ты ведь скоро облысеешь, да? — Ричи, хватит уже, — бормочет Марш, устало потирая виски. — Бип-бип. Эдди медленно оборачивается к Тозиеру, откидываясь головой на спинку дивана. — Если бы у тебя было хоть немного мозгов, ты бы знал, что волосы выпадают не у всех, — возражает Каспбрак, в кои-то веки найдя в себе силы отвечать. Доктор говорила, что такое возможно, как и частые перепады настроения. Хотел бы он нажать на "стоп", оставив себе именно такое расположение духа. Ричи улыбается, будто чувствует, что глупый Эдди вновь попадается на крючок. — У меня нет времени на чтение бесполезных статей, — нагло врёт, не собираясь признаваться в том, что перерыл всю возможную информацию о его диагнозе, а затем подмигивает. — Я, в отличие от тебя, нарасхват, дружище. Каспрак смотрит на него, хлопая своими длинными ресницами, а затем начинает смеяться. Даёт понять, что не думает, будто балабол хоть разок побывал на настоящем свидании. Невероятно, но раньше он не замечал, что в своих шуточках Ричи шутит не столько над окружающими, сколько над самим собой. Эдди постоянно поглядывает на часы, неосознанно ожидая момента, когда сегодняшний вечер подойдёт к концу. Он знает, что они с Тозиером, не сговариваясь, пойдут домой вместе.***
— Хорошее настроение, Эддс? Каспбрак молча шагает по тихой улице, всё ещё не обращая внимания на насмешливый тон балабола. Всячески внутренне восхваляет себя за невозмутимость. Он смотрит вверх, на почерневшее небо, и вдруг задумывается: насколько красиво сейчас, должно быть, на пустыре. Ему вдруг отчаянно хочется оказаться там, но разумом Эдди понимает, что затея плохая. Мать поднимет тревогу, и его найдут уже через час, если не меньше. Как бы там не было, это желание продолжает стучать в голове и жечь грудную клетку, поэтому он решает отвлечься. — Да, отличное, — отвечает, не сбавляя шаг, и Ричи нагоняет его. — Ты так спешишь, чтобы принять с мамочкой общую ванну, Эддичка? — спрашивает Тозиер, чуть запыхавшись. — Уверен, ты мог придумать что-то более остроумное, придурок, — Эдди поворачивает голову, глядя на него. И подмечает запотевшие от быстрого дыхания или общей влажности воздуха стёкла очков. Сбавляет шаг, не отрывая взгляда от быстрых движений его тонких пальцев, когда тот вытирает их краем рубашки и возвращает на место. Так привычно и точно, будто руки сами знают, что делать. — Не могу придумать что-то стоящее, пока ты пялишься, Эддс, — спокойным, ровным тоном отвечает Ричи, встречаясь с ним взглядом. Каспбрака пробирает дрожь, прежде чем он быстро опускает глаза вниз. Будто какая-то непонятная вибрация прошла через всё его тело. — Я не пялюсь, — бурчит недовольно, поглубже засовывая руки в карманы. Взгляд у Тозиера пронзительный, а лицо частенько имеет беспечное, пофигистическое выражение. Иногда оно резко сменяется на мрачную серьёзность. Даже в этих глупых очках, со сбитым дыханием, он не выглядит как неудачник. Ричи будто клубок напряжённых проводов, а Эдди боится удара током. — Эй, ты оглох что-ли? Каспбрак едва ли на месте не подскакивает, когда балабол хлопает его плечу и громко задаёт вопрос у самого уха, вырывая друга из самых странных мыслей, какие у него когда-либо были. — Нет. Просто задумался, — с притворным спокойствием отвечает, дёргая плечом, лишь бы скинуть с себя руку Тозиера. Кожа в этом месте горит прямо под лёгкой курткой. — Ты то, вряд ли, знаешь, как это бывает. Мысль о том, что ему нравится возвращаться домой вместе с балаболом, упрямо долбится о черепную коробку. — Спагетти обиделся и пытается шутить, — тянет Ричи, пиная носком кроссовка мокрую траву. — Ты предсказуем, говорил же. Каспбрак оборачивается к нему, разозлённый именно этим заключением, и хватает Тозиера за рукав, останавливаясь. Подходит совсем близко, замечая, как тот затаил дыхание, ожидая каких-либо действий. Сердце Эдди вдруг замирает, и парень забывает, что именно хотел сказать или сделать. Он моргает. Отворачивается, выпуская ткань рубашки из побелевших пальцев, и продолжает путь. — Я непредсказуемый. Я просто нормальный человек, в отличие от тебя. Мне не за чем строить из себя непонятно что, — тихо отвечает, стараясь забыть о том, что пришло ему на ум пару секунд назад. Каспбраку отчаянно захотелось прижаться губами к потрескавшимся губам Тозиера. Он отдаёт себе отчёт в том, что теряет рассудок, но ничего не может сделать с желанием пойти на перекор словам Ричи. Эдди хочет быть непредсказуемым, хочет удивлять. Тозиер минуту стоит на месте, а затем вновь нагоняет его, возвращая лицу весёлое выражение. Но Каспбрак видит минутное удивление, мелькнувшее на лице балабола. Оно того стоило. Он ловит на себе быстрый и странный взгляд, прежде чем слышит слова Ричи. — Всё ещё предсказуемо, Эддичка, — Тозиер корчит глупые рожицы, а затем вдруг говорит то, что заставляет сердце забиться чаще. — Вот если бы ты чмокнул меня, я бы словил культурный шок. Клянусь, мне показалось, что ты собираешься заткнуть меня именно так. Он дурачится, а Эдди сжимает ладони в кулаки и старается успокоить неровное дыхание. Сгорает в собственных мыслях. Оборачивается к Тозиеру, приподнимая бровь, и бросает тихое: — Может, я, в самом деле, собирался. Ричи спотыкается и начинает хмуриться. Пришла его очередь недоумевающе хлопать ресницами. Господи, ты такой идиот, Эдди Каспбрак. — Думаешь, мне слабо? Думаешь, что можешь просчитать мои действия наперёд? — грубо бросает астматик, проводя пальцами по волосам. — Так вот я собирался, Ричи, поскольку это, уверен, единственный способ тебя заткнуть. Тозиер хмурится ещё сильнее, если такое вообще возможно, а Эдди старается не выглядеть, как полностью сошедший с ума. Он не замечает, как они приходят к его дому. Осознание разливается в груди приятным облегчением. — Видел бы ты своё лицо, — более спокойно говорит, стараясь скрыть от молчащего балабола любые эмоции. — Это же шутка, дурак, неужели повёлся? — притворно усмехается. Настолько плохо он ещё не отмазывался, но Тозиер, кажется, верит. Тяжело выдыхает, будто... разочарован его ответом. Выкинув из головы ненужные мысли, тот сворачивает на подъездную дорожку своего дома, чтобы сбежать от странного взгляда Ричи и от этого дня, в целом. — Увидимся, Рич, — тихо говорит напоследок и спешит к входной двери, не оборачиваясь. Замечает включённый свет и знает, что мать ждёт его, дабы прочитать пару сотен нотаций. Эдди не знает, что от его слов сердце Тозиера совершило кульбит.
Примечания:
Приятного прочтения всем, кто читает)
