Джеки и Ко

      В магазин за закуской послали меня, потому как отец уже немножко наклюкался, а Джеки посылать нельзя, обязательно торт купит или каких-нибудь авокадо с креветками. Правда, креветок ему я всё же купил, и круассан с варёной сгущёнкой. А потом набрал колбаски, селёдки и ещё всякого. И булькающего, конечно.       Батя взял новый Фольксваген и теперь это отмечал, пока маман очень удачно к Эльке с Гавром уехала. У племянницы поднялась температура на два градуса, Элька встала на уши и мужа поставила. Так что отмечали мы втроём: батя, я и наш кудрявый. Ещё была Джекина черепаха — Саюри, но ей мы не нальём. Гавр по телефону поздравил и зависть в его голосе я даже на расстоянии чувствовал.       Дома отец и Джеки наварили картошки, накромсали рыбного салата с тунцом и меня ждали. Дверь я не запирал, вошёл тихо и стал разуваться. И тут с кухни своё имя услышал. Это было уже немножко интересно и я присел на пуфик и прислушался:       — Боря очень ласковый, — пел в кухне Джеки. — Когда целуется — я просто таю. Вот даже когда не хочу, всё равно таю.       — Да ты, по-моему, всегда хочешь, — бубнил отец.       — И вовсе нет! Вчера он мою любимую колбасу съел, и я вообще его не хотел. А потом как-то — раз! — растаял и сразу захотел.       — Хитрый, стервец. У меня с Раей так не прокатывает. Я её итальянский лифчик со своей спецовкой случайно простирнул. Ни фига не помогло.       — В таких ситуациях одно помогает, — вставил Джеки. — Пойти и купить новый лифчик.       — А я тачку купил! — гаркнул батя и захохотал. — Фольксваген лучше лифчика!       Хорошо, что у Джеки нет лифчиков, думал я. Пришлось бы свой Ниссан менять, а я на новую тачку ещё не наскрëб. А Джеки всё лелеет мечту прокатиться в Феррарьке с откидным верхом — он бы в ней отлично смотрелся.       — Боря не только целоваться умеет, — не унимался Джеки. — А он ещё…       — Бля, Жека, давай без подробностей, — послышался голос отца. Что-то звякнуло и плеснуло и батя стукнул рюмкой об стол. — Ай… Ладно… Давай с подробностями.       И я рванул в кухню.

***

      Батя любит выпивать под старые комедии или шансон. Вдвоём с ним мы обычно выпиваем под футбол, но сейчас бы Джеки изнылся. Сегодня хороших фильмов не было. Батя периодически гонял пультом каналы, нашёл Зоо ТВ и завис, глядя, как у коровы роды принимают. А вообще это расслабляет. Не отëл, конечно, а каналы про животных, и в перерывах между анекдотами и: «ну, чтоб моя красавица хорошо бегала!» мы наблюдали за жизнью братьев наших меньших. Когда коровки отмучились, стали показывать волнистых попугайчиков, а потом Африку.       Мы уже порядком назюзюкались и батя, махнув рукой, достал бутылку Хеннеси:       — Чего без дела стоит?       Хеннеси под картошку хорошо пошёл, потому что сыр Джеки весь съел под шумок, а лимон ещё утром выдавил, ну а шоколад у нас никогда не задерживается. И хорошо, что матушки нету, сейчас бы бубнила и гнала спать. Отец, похоже, тоже об этом думал и сказал:       — А арабы с кучей жён справляются.       — Так они не пьют.       Но батя арабам всё же, видать, завидовал и неожиданно брякнул, показывая на телевизор:       — Даже у зебры есть гарем. А у меня нет.       — Ты что, маму разлюбил?       — Нет, конечно, — возмутился отец. — Она была бы старшей и любимой женой.       — Борь, а ты хотел бы гарем? — влез вдруг Джеки.       — А ты?       — Нет, что ты! — испугался он. — Я ведь только тебя люблю!       — Так я тоже буду старшим и любимым.       Джеки задумался:       — Ну… Если теоретически… Вот если бы я был султаном… Нет, лучше раджой — они на слонах ездят, — и глаза Джеки мечтательно затуманились. — Вот я, такой впереди… Слон весь в золоте, и я весь в золоте, в чалме и перчатках. А ты рядом и весь в жемчугах.       — Я не хочу жемчуга, — замотал я головой. — Саблю дадут?       Но Джеки уже вошёл в раж:       — Позади таец в бирюзе и ирландец в розовом.       Мы тем временам разлили по стопочке и отец подавился водкой. Спешно закусил огурцом и похвалил:       — Оригинальный выбор.       — Таец будет делать мне массаж, — объяснил Джеки, — А ирландец танцевать степ. Я очень люблю ирландскую чечётку.       — И чукчу, чтобы в бубен бил, — припечатал отец и тут водкой подавился я.       — Я бы тогда двух тайцев взял, — ляпнул батя. — Себе и Рае, а то она развоняется. Ещё Зойку Тихонову взял бы — я с ней учился. Она, стерва, всегда с дежурства сбегала. Только нам полы мыть, она, типа в туалет и — фьють! — и нету! Вот бы она у меня поплясала. Я весь в бирюзовых перчатках и с саблей, и она ко мне, а я: «Иди полы мыть!» И Тимку Кравица. Он, гад, мне подножки всё время ставил. Я бы ему устроил эту… сессию.       Тут стало очень тихо и лишь слышалось, как Джекина Саюри шебуршит в коробке.       — А ты полон сюрпризов, папочка, — икнул я и отец смутился:       — Ну, это я так, немножко. По хребтине его пару раз. Нет, по хребтине лучше Сосновского: полгода долг не отдаёт.       — Со мной в школе тоже один придурок учился, — вздохнул Джеки. — Стакан компота мне за шиворот вылил.       — Тоже сессию хочешь? — ехидно спросил я, но Джеки помотал головой:       — Нет, я опоздал. Ему бабушка Лена в тот же день сессию устроила. А ты, Борь, что молчишь?       Я думал о том, что если бы с нами матушка и сестрица сидели — эти бы до утра список наложников составляли. Причём батя у матушки, скорей всего, на втором месте был бы, а на первом какой-нибудь Джуд Лоу. А у Эльки патлатый Аквамен.       — Борь, мне ещё Трубадур нравится из второй части «Бременских музыкантов» — зашептал Джеки. — Можно его взять?       — Он же нарисованный!       — Ну и что!       — Бери, Жека, — разрешил отец. — Мечтать, так мечтать. Я бы взял маму дяди Фёдора — тоже из второй части. У неё там буфера шикарные. И кота Матроскина бы взял, — подумав, добавил он.       — А ты, Борь? — не унимался Джеки.       — Я бы Шарика взял. Я собак больше люблю. А ещё летающего слоника Дамбо.       И я тут же представил, как отец и Джеки мирно и чинно едут по дороге на слонах, а я над ними на Дамбо, со скоростью сто шестьдесят в час, и с криком: Йи-и-иху! Чтобы у них чалмы ветром сдувало.       — Борь, я не про мультик — я про гарем.       — Да ну… Летающий слон прикольнее.       Джеки не отставал и я пожал плечами:       — Ну, на кой мне ещё один любовник? Я всё равно с ним только о тебе буду думать. А тайца для массажа я у тебя одолжу.       — А я не дам, — обиделся Джеки. — Свой гарем надо иметь. Хотя бы в мечтах.       — Тогда я у бати одолжу. Пап, дашь мне свою таечку?       И тут матушкин голос в дверях:       — Какую ещё таечку? Тайку с пятого этажа? То-то эта прошмандовка на тебя всё смотрит!       Батя, уже мирно дремавший, вскинулся и вытянул губы.       — Рая, завтра же за лифчиком поедем! На моей новой ласточке! — и опять уронил голову.       Маман стала собирать посуду со стола, а Джеки всё ещё дулся на меня. Наверное, тоже лифчик хотел — я спьяну не понял. Утром что-нибудь придумаю. Можно ролики купить, пока лето не кончилось…