Дракон Конохи

      Сарада сидела в библиотеке с открытой книгой и прочитала уже тридцать страниц, но вот уже две минуты не могла сосредоточиться на нескольких строках. Бровь начинала нервно дёргаться, хотя обладательница пыталась изо всех сил сохранять обычное выражение лица. А виной всему Мината, которая сидела сбоку и эти две минуты не сводила взгляд. Учиха старалась не подавать вида и не смотреть на нее, но с каждой секундой чаша терпения наполнялась.        — Удзумаки! — наконец не выдержала Сарада, но тут же вспомнила, где находилась, и понизила тон. — Хватит! — громким шепотом продолжила она. — Я, между прочим, пытаюсь найти информацию о твоей силе.        Мината сначала вздрогнула от неожиданности, но через секунду опять появилась ехидная улыбка от уха до уха. Сарада понимала причину такого поведения и была не против, если бы это не отвлекало. Подруга такая ходит с самого Рождества, жутко довольная собой и счастливая за новую пару в Конохе. Естественно, она ни раз подкалывала Боруто и Сараду, но, на удивление, шутки никак не смущали. Учиха думала, что после Нового года появится ещё одна пара, однако между Каваки и Минатой после праздников образовалась пропасть. Сарада пыталась выведать, что произошло у своего бойфренда и у подруги, но те не отвечали: Боруто ловко переводил тему, а Мината огрызалась или говорила, что все хорошо (все уже зависело от ее настроения). Если раньше на каждую шутку Минаты насчёт отношений Сарады и Боруто оба переводили стрелки на нее же и на Каваки, то сейчас даже боялись заикнуться о нем.        — Читай уже! — не выдержала Сарада, и голубые глаза, наконец, посмотрели на иероглифы в свитке.       Улыбку сменило серьезное лицо, что означало, что на ближайшие полчаса блондинка полностью погрузилась в свои размышления насчёт прочитанного. Наводка папы и Седьмого очень помогла в поисках, и девушки последние два дня пропадали в отделе, посвященный клану Удзумаки. Отдел был маленький, но у них обеих были ещё дела, которые после праздников навалились один за другим.        — Не могу больше! — воскликнула Мината на весь читальный зал и не обратила внимание на возмущенные взгляды присутствующих. Она бросила свиток, откинулась на спинку стула и потянулась. — Я все эти рассказы уже от отца слышала. Они никак не помогут нам. Придумала! — опять громко воскликнула Мината, выпрямилась и стукнула кулак об ладонь. — Нам нужно получить доступ в запрещённый отсек.        — Ну, тебе проще, — пожала плечами Сарада и краем глаза посмотрела на подругу. И увиденное выражение лица не понравилось: оно означало, что Удзумаки обдумывает какой-нибудь план. А зачем обдумывать план, когда пойдешь к собственному отцу? — Мината, стой. Ты собираешься…        — Я пойду прямиком к Совету, — подтвердила Мината догадку Учихи, и та тихо застонала.        — Ты уверена, что это хорошая идея? Это же Совет… К нему просто так не подберешься.        — К любому человеку можно подобраться, Сарада, — хитро ухмыльнулась Удзумаки и встала, стул с неприятным громким звуком отодвинулся назад. — Да, не волнуйся ты так! В худшем случае меня только за ручку выведут из здания!        — Извините, девушка.       К подругам подошла грузная женщина — библиотекарша, и ее вид не предвещал ничего хорошего. Сарада, которая тут же обернулась на голос, невольно сжалась, но взгляд женщины был направлен на Минату, которая только слегка повернула голову. Наверно, блондинку пришли ругать за нарушение главного правила библиотеки.        — Посетители жалуются, что ты ведёшь себя слишком шумно и мешаешь, — женщина уперла руки в боки, а ее темные глаза гневно сверкнули. — Если не будешь вести себя как полагает, мне придется выпроводить тебя.        Девушка молча свернула свиток и положила его поверх стопки книг. Сарада знала, что это значит. Это не повиновение — это затишье перед бурей. Учиха кинула мимолётный взгляд на библиотекаршу, и черные глаза так и говорили: «Бегите или извинитесь». Наверно, это бедная женщина редко смотрела новости и плохо знала Дракона Конохи или полагалась на милую мордашку, которой Мината светила по ТВ. Не, эта девушка не так проста: под ангельской внешностью скрывался дьявольский характер. И сейчас эта лавина вот-вот вырвется прямо на бедную старушку.        — Так значит, я мешаю, — обманно понимающий тон. — Ну что же, — Мината обернулась со сложенной стопкой книг на руках.       Пусть она и была ниже, но все равно смотрела с вышины элиты шиноби. Женщина, видимо, поняла, что поступила опрометчиво, потому что ее взгляд из строгого и грозного сначала стал потерянным, а потом большое тело забила дрожь. Сарада старалась не смотреть на подругу и не могла точно сказать, какого цвета сейчас ее глаза: голубого или оранжевого. И те, и те могли вызвать такую реакцию. Мината подошла к женщине и тыкнула книгами в ее живот.        — До свидания, — холодно сказала девушка и пошла прочь.       Сарада слегка поклонилась женщине на прощание и заодно извиняясь и поспешила за подругой. По идеи, Мината ничего такого не сделала и не сказала, но теперь библиотекарша ее точно не побеспокоит, даже если блондинка сделает что-то с библиотекой.        — Я пойду домой, — бросила Мината уже на улице и повернулась к Сараде. — Удачи! — махнула рукой и запрыгнула сначала на фонарь, а потом на крышу.        Удачи? Сарада залилась небольшим румянцем и поспешила домой. Сегодня у нее свидание с Боруто, а Мината побежала готовиться к миссии.

***

       — Где же ты, где?!       Мината уже минут десять после прихода в квартиру рыскала по всем углам и начинала медленно раздражаться. Куда-то при переезде лук со стрелами сунула не глядя и успела забыть — куда. И почему вещи нельзя найти по чакре?       Удача пошла навстречу, когда девушка заглянула в мелкий шкаф в глубине квартиры. Мината радостно схватила древко лука и кожаный ремешок колчана и огляделась. Улыбка погасла, когда взгляд упал на полку. Длинная деревянная коробочка, внутри которой хранился кулон — черная верёвочка и голубой камень в форме капли — подарок Каваки на Рождество. Недорогой, но выделялся на фоне подарков, которые парень приготовил для других. Тогда Мината подумала, что у них шанс есть, и носила украшение. Вплоть до Нового года.       Когда Хиаши, Ханаби, семья Удзумаки и Каваки пошли в храм. Все было хорошо. Мината не отходила от Химавари, веселилась с ней, кушала еду, молилась и все в этом духе. Чем обычно люди и занимаются на фестивалях. Блондинка даже отбросила все размышления по поводу информации, полученной от отца.       Переломный момент в отношениях Каваки и Минаты наступил по вине первого. Девушка ходила по парку и искала своего брата и потенциального парня по просьбе матери. Парни обнаружились на скамейке недалеко от прилавка с тайяки, ели именно эту закуску и что-то обсуждали. Мината даже не думала подслушивать, и ее шаги были достаточно громкими. Но слух парней явно подводил, в отличии от звериного слуха.        — Да зачем мне нужна эта малявка с вечным ПМС? — отмахнулся Каваки и откусил ещё немного от рыбки. — Вот твоя Сарада — вот это да… По крайней мере, мозги не будет тебе еба… — Самуй осекся, потому что мимо них проходил какой-то мальчик. — Бесить, короче, не будет. А что есть у твоей сестры? Только сила и внешность, которыми она постоянно кичится. Спасибо, обойдусь.        — Эй, ты, между прочим, о моей сестре говоришь!       От них несло алкоголем, перемешанный с запахом теста и шоколада. Мината обратила внимание на запахи мимоходом, и мозг по привычке их анализировал и отделял. И даже странно, что мозг вообще работал, потому что хозяйка пребывала в полном шоке.        — Малявка? — не получилось угрожающе говорить сквозь зубы, голос вышел тихим. Однако этой громкости хватило, чтобы парни обернулись. — С вечным ПМС? — Мината почувствовала, как к горлу подступает ком, и она вот-вот расплачется. — А сам-то чем лучше?! Заглядываешь под каждую юбку! Строишь из себя крутого, а на самом деле… — чувства и слезы мешали говорить, и дыхание становилось прерывистым.       Мината даже не договорила. Просто развернулась и пошла по безлюдной тропинке, чтобы никто не видел мокрые дорожки на щеках. Тогда она впервые не встретила новый год в доме дедушки, а в одиночестве, свернувшись калачиком в своей комнате. Первое, что она сделала, когда пришла в квартиру — сняла подвеску, убрала в коробочку и кинула в шкаф.        — Влюбиться в такого… — девушка сцепила зубы и швырнула коробочку на полку, с громким хлопком захлопнув дверь. — Почему именно он? Почему не Шикадай или Ивабе-кун?       Удзумаки славились своим долголетием, но у этого была темная сторона медали. Люди могут влюбляться по несколько раз за жизнь потому что живут мало и хотят все попробовать. Долгожителям не надо спешить, поэтому химическая реакция в мозгу происходила единожды и навсегда. Поэтому клан Удзумаки если влюблялся, то только в одного человека и до конца жизни. Мината слышала такое от папы в детстве, но думала, что это просто ещё одна байка, чтобы дети выросли порядочными людьми. Сомнения развеялись, когда подобная история была услышана от Хи, а он явно не одно поколение Удзумаки видел. Мината надеялась, что в этом плане свою роль сыграли гены Хьюга, которые, как и обычные люди, могли за жизнь влюбиться хоть сто раз. Но, видимо, этот дефект идёт в комплекте с быстрой регенерацией. Мината это поняла вместе с осознанием и принятием своих чувств к Каваки.        — Лучше бы Шикадай! Или Шинки! — продолжала рычать девушка, собирая рюкзак. — У них хотя бы воспитание есть!       Ни Мината, ни Каваки тогда не понимали, что эта простая ссора могла привести к более ужасным последствиям.

До Пятой Мировой Войны шиноби осталось шесть… три месяца.