Трилистник. Приют

      Устроившись под каштаном с книгой, Итачи незаметно наблюдал за сероглазой девочкой по имени Хлоя. Она убирала с клумбы отжившие тюльпаны и тоже украдкой следила за ним.       Касательно этой девочки у Итачи было подозрение, основанное на наблюдениях и стойкой профессиональной интуиции. Хлоя слишком учтива и сдержанна для их нынешней возрастной группы в этом мире. Она наблюдательна, подмечает многие детали, причём скорее автоматически, и тут же начинает их обрабатывать — поэтому сейчас косится на него и следит за каждым шагом. Она расставляет совершенно странные по местным меркам для ребёнка акценты: так, к примеру, накануне во время рассказа о внутреннем устройстве приюта указывала на доступность тех или иных частей здания, кто обладает ключами к ним. Всё это вкупе со внешностью наводило Итачи на весьма конкретную мысль: эта девочка — Хьюга.       Предположение не было таким уж фантастическим. Всё же он сам неким образом оказался в этой чужой реальности в своём родном теле — почему бы с другими шиноби не случиться тому же? Итачи никогда не относился к категории людей, свято веривших в собственную уникальность.       Кроме того, не только Хлоя Бенсон, под личностью которой с большой долей вероятности кроется Хьюга, свидетельствовала в пользу теории наличия рядом других шиноби.       Второй интересовавший Итачи ребёнок, Дэвид Митчелл, как раз был выведен воспитательницей на улицу. Той короткой сцены накануне стало более чем достаточно для зарождения подозрений насчёт этого мальчика. Его взгляд, манера держаться, характерное хмыканье в конце каждой фразы — таких совпадений попросту не бывает, Итачи не верил. И теперь он собирался доказать, что не ошибся в выводах.       Вот только девочка… Впрочем, пусть смотрит. Возможно, отреагирует неким образом и тем самым даст Итачи больше информации и уверенности.       Тем временем воспитательница закончила читать нотацию Дэвиду Митчеллу и оставила его одного. Проводив её взглядом, желавшим смерти в мучениях, мальчишка сунул руки в карманы и мрачно оглядел двор. Пользуясь моментом, пока к Дэвиду никто не подошёл и он сам не ввязался в новую свару, Итачи поднялся со скамьи и решительно направился к мальчику. Тот заметил движение в свою сторону — повернулся, прищурился.       Остановившись перед ним, Итачи произнёс одно-единственное слово:       — Акацуки.       Выражение лица мальчишки сменилось мгновенно: из задиристого стало стальным, опасным. Настороженный, он достал руки из карманов и опустил по швам.       — Ао.       — Шу.       — Да ла-адно! — Дейдара присвистнул, вперив в Итачи удивлённый взгляд. — Не то чтоб тебя не узнать, ага… — он резко отвёл глаза и насупился. — Вот чё как какая хрень, Учихи тут как тут?       — Ты не единственный, кто задаётся этим вопросом, — отозвался Итачи, внимательно следя за в прошлой жизни товарищем по организации.       Они никогда не ладили: Итачи было в целом плевать на Дейдару, а вот тот проникся к Итачи ненавистью после принуждения ко вступлению в Акацуки и при любой возможности её демонстрировал. На миг Итачи позволил себе устало прикрыть глаза, однако тут же собрался. Придётся работать, с чем есть. Как всегда.       — Нам нужно поговорить, причём без посторонних глаз, — Итачи бросил взгляд на Хлою — та притворялась, что занята прополкой, однако её внимание он отчётливо чувствовал. — Полночь, чердак: он всегда заперт, туда никто не ходит. Сможешь забраться через окно?       Дейдара почему-то воспринял это, как оскорбление.       — Полночь, — процедил он сквозь зубы и отошёл. Итачи вновь прикрыл глаза и задался нехарактерным для себя вопросом: «И почему из всех вариантов?..»

***

      Ночью выбраться из комнаты не составило труда: мальчишки, к которым его подселили, спали как убитые, а дежурившая той ночью миссис Гибсон предпочла патрулированию разговоры на кухне со сторожем. Итачи не произвёл ни единого звука, привлёкшего бы внимание. Одна из немногих вещей, которые он к этому времени сумел восстановить на достаточном уровне, — это ловкость, способность передвигаться бесшумно. С остальными показателями было хуже: опека любящих родителей порой весьма обременительна. Уж точно отнимает личное пространство и свободное время. Кроме того, в этом мире совершенно иное отношение к детям: того, кому в мире шиноби доверили бы кунай, здесь матери переводят через дорогу за ручку.       То, что родители этого мира его любили, не было преувеличением или самообманом — это был голый факт, подкреплённый доказательствами в виде их поведения. И вместе с тем они пошли на столь радикальный шаг: отказались от него, когда увидели нечто необычное.       Ключ к решению этой загадки явно крылся в прошлом Сэма, а если быть точнее, его семьи. До этого «чего-то» Итачи намеревался докопаться, ведь теперь это касалось его самого. Новая жизнь не была так тяжела, как прошлая, но расслабляться Итачи не собирался: не привык.       Выбравшись на крышу, Итачи осторожно прошёл по желобку для сбора воды и присел на корточки у небольшого окна чердака. Ещё во время прогулок в саду он видел, что ставень или иной защиты на этих окнах нет; лёгкий внутренний замок не в счёт — с ним Итачи разобрался в считанные секунды и беспрепятственно проник внутрь. Глаза быстро привыкли к густому полумраку, и Итачи вскоре стал различать контуры предметов: помещение использовалось как свалка ненужного в доме хлама. Теоретически, здесь можно найти что-нибудь полезное… Впрочем, теперь не время об этом думать: Итачи ощутил за спиной чужое присутствие.       — Здравствуй, Дейдара.       — Виделись, — буркнул тот. Впервые Итачи увидел его, когда Дейдаре было пятнадцать, но мысленно проследить цепочку превращения этого грубого пятилетнего мальчишки с острыми серо-голубыми глазами в наглого и крикливого подростка не представлялось сложным. — Зачем позвал?       Итачи, как всегда, проигнорировал эманации злобы в свой адрес.       — Считаю необходимым обсудить сложившуюся ситуацию. То, что мы оба после смертей оказались здесь, как минимум настораживает.       — Мне пофиг, как и почему я здесь, — Дейдара сложил руки на груди и обвёл взглядом чердак. — Для меня главное, что я жив и снова могу творить Искусство. Хочешь забивать себе голову возвышенной чепухой — валяй, но без меня, мм.       — Это твой выбор, — просто сказал Итачи, не желая ввязываться с упрямцем в абсолютно бесполезный спор. — По крайней мере, предлагаю обговорить формат, в котором наши с тобой отношения будут существовать в дальнейшем.       Моргнув, Дейдара совершенно искренне удивился:       — А на кой нам с тобой отношения? Я при первой же возможности свалю из этой дыры. Прожить и без подачек сумею, не впервой выживать.       — И вечно бегать от полиции?       — Опять-таки не впервой, ага.       — Как знаешь.       Разговаривать с ним было всё равно что пытаться выбраться из лабиринта: куда ни пойдёшь, кругом тупики и стены. Большого желания искать лаз или крушить препятствия Итачи не имел: Дейдара никогда его не интересовал, ни как личность, ни как возможный союзник. В своё время Итачи лишь старался следить, чтобы пара подрывник-кукловод не получала задания в Стране Огня. Сейчас же наладить контакт Итачи пытался исключительно потому, что Дейдара был душой пусть и неприятной, но всё-таки из родного мира. Однако если ему сотрудничество даром не нужно, Итачи умоет руки.       После того, как немного использует.       — Тогда последнее, о чём я хотел поговорить. В этом приюте есть девочка по имени Хлоя Бенсон…       — Мелкая такая, сероглазая? — живо уточнил Дейдара.       — Да, — Итачи прищурился, требуя от собеседника развития мысли. Дейдара не стал молчать:       — Она целый день за мной наблюдала, мм. Не знаю, но как будто… — он нахмурился и цокнул языком. — Ощущение, как будто она из наших, да.       — Согласен, — кивнул Итачи, делая в уме пометку, чем можно заинтересовать Дейдару. — Следовательно…       — Может, тут кто ещё из наших водится! — закончил по-своему его мысль Дейдара, глаза которого загорелись нездоровым энтузиазмом. Не желая заводить с ним сложный разговор о вероятностях, Итачи уронил:       — Кто знает. Так или иначе, я хочу проверить её и убедиться, что она тоже шиноби.       — В этом я даже поучаствую, — кивнул Дейдара с кровавым оскалом.

***

      Манипулирование людьми. Итачи всегда был хорош в этом. Долгие годы он играл на чувствах Саске, на страхе Данзо, что тёмные дела Корня всплывут, на знании мотивов Сасори и симпатии Нагато и Конан… А вот Дейдара никогда не рассматривался Итачи в этой связи. Прежде подрывник был бесполезен ему в глобальном плане, и за все годы сотрудничества никаких иных мотивов, помимо устройства как можно большего числа взрывов, Итачи у него не наблюдал. То, с каким предвкушением теперь Дейдара ждал испытания девчонки, слегка занимало.       Акацуки притаились на условных позициях и ждали: Дейдара — ловко спрятавшись за дымоходом, а Итачи — на земле, за кустами. Оставался небольшой процент вероятности, что он ошибся в выводах, а позволить обычному ребёнку пострадать Итачи не мог.       Вот игравших на улице детей воспитатели позвали на обед. Хлоя подняла голову; быстрым взглядом охватив окружающих — проверяла диспозицию? — девочка разогнулась и, предупредив миссис Джей, направилась к сторожке дворника, чтобы оставить там свой инструмент. На оптимальном пути к сторожке как раз и притаились Акацуки. Когда девочка проходила мимо, Дейдара с крыши метнул в неё небольшой камень — на такой скорости обычный ребёнок его не заметит, и Итачи приготовился с собственным камнем в руках, чтобы в случае чего отклонить…       Этого не потребовалось: девчонка среагировала на тонкий свист и пригнулась, пропуская камень над собой, тут же откатилась под прикрытие кустов. Едва она оказалась рядом, Итачи схватил её и прижал к земле.       — Что… Майкл?! — пискнула она и попыталась вырваться. Итачи ей этого не позволил. — Отпусти!       — Не раньше, чем ты назовёшь себя, — отчеканил он, беря девочку за горло.       Хлоя помрачнела и предприняла более содержательную попытку вырваться. То, как она двигалась, какие удары пыталась нанести, развеивало последние тени сомнений.       На то, чтобы унять её, Итачи потребовалась минута активной возни. За это время Дейдара незаметно спустился с крыши и присоединился к ним.       — Стало быть, всё же из наших, мм, — протянул он с недобрым оскалом. — Из Конохи, малышка? Быть может, Хьюга? Ты напоминаешь мне одного сероглазого ублюдка, что гонялся за мной на пару с тем дебилом в зелёном комбезе…       Девчонка вздрогнула и расширила глаза.       — Акацуки… — прошептала она и перевела было взгляд с Дейдары на Итачи, но тут же спохватилась и крепко зажмурилась. Значит, догадалась о личностях.       — Мы ничего не сделаем тебе, — сказал Итачи, чем вызвал непонимающе-возмущённое хмыканье Дейдары. — Как тебя зовут?       — Хлоя Бенсон.       — На самом деле. Ты ведь понимаешь, я могу и сам добыть эти сведения из твоего разума.       «И не только их».       Куноичи уловила подтекст. Нервно вздохнув, она подумала немного и ответила, всё так же не открывая глаз:       — Хьюга Хината.       — О, так значит, всё-таки Хьюга! — обрадовался Дейдара и поднял тяпку, которой успел завладеть. — Ну что, Хината-чан, начнём с глаз?..       Отпустив горло куноичи, Итачи положил руку на инструмент.       — В этом мире у нас нет причин вредить друг другу.       — Говори за себя! — завёлся Дейдара. Итачи опалил его ледяным взглядом.       — Прекрати, Дейдара.       — Вот ещё! Её родственничек с командой доставили мне проблем, ага.       — Лучше остановись сам.       — Или что?       — Ты знаешь.       Дейдара знал, поэтому насупился и с ворчанием отступил. Убедившись, что бывший коллега не будет делать глупости, Итачи повернулся обратно к девочке.       — Можешь открыть глаза, Хината, я не стану накладывать на тебя гендзюцу, — вернув ей свободу движения, сказал Итачи, при этом стараясь, чтобы былая уверенность в своих силах не исчезла из голоса. — Здесь мы все, хотим того или нет, на одной стороне.       — Опять же, говори за себя, — гордо повторил Дейдара, поднимаясь на ноги. — Мне ваш коноховский выводок нахрен не сдался, мм!       И он, развернувшись, перемахнул через кусты и зашагал в сторону здания приюта. Итачи проводил его туманным взглядом. Что-то Дейдара замыслит, когда обработает всю полученную информацию?..       Куноичи рядом с ним зашевелилась и села, и Итачи посмотрел на неё. Принадлежность к клану Хьюга в ней читалась действительно легко: эти глаза, черты лица, манера поведения были знакомы Итачи с детства. Согласно его информации, Хьюга Хината была старшей дочерью главы клана, то есть наследницей. И как только Хьюга допустили её смерть?       — Ты погибла во время Четвёртой мировой войны шиноби?       — Да, — ответила Хината; она приподняла веки, но в его сторону всё так же не смотрела. — Что вам от меня нужно?       — Ничего. Я всего лишь хотел знать, прав ли в своих подозрениях касательно тебя.        И он ушёл к дому вслед за Дейдарой, не сказав и не сделав более ничего. Теперь интересно, как поведёт себя девчонка.       Впрочем, помимо неё у Итачи были и другие, более важные дела.