Обучение принца

Леголас не знал, что и думать. Он не был мстителен, чего нельзя было сказать о его отце. — Он поправится? — Леголас понимал, что человек будет мучиться от боли гораздо дольше, чем он. Люди исцелялись так медленно. — Конечно. Я распорядился, чтобы его регулярно осматривали лекари. Я не чудовище! — Трандуил выскользнул из кровати и направился к туалетному столику, чтобы умыться, ясно давая понять, что больше не намерен обсуждать эту тему. — Подойди. Леголас не торопился исполнять приказ, и тогда Трандуил поднял всё это время бесполезно валявшуюся на полу цепь и резко потянул на себя. В тот же миг человек по имени Эдвин был позабыт. — Ada, — Леголас покраснел от унижения, но Трандуила это, похоже, ни капельки не волновало. Он как ни в чём не бывало налил воды в чашу для умывания и протянул её сыну. — Вымой меня, — приказал отец, не сочтя нужным рассказать любовнику о своих дальнейших намерениях. Леголас встал на колени, поставил чашу с водой на пол и, смочив полотенце, взял член старшего мужчины в ладонь. Тот затвердел несмотря на то, что вода была ледяной. Терпеливо, с любовью и нежностью, он обтирал член отца влажной тканью, уделяя внимание каждому дюйму шёлковой кожи. Трандуил же хранил молчание, царственно наблюдая за сыном, склонившимся у его ног, и лениво перебирал звенья цепи. — Достаточно. Возвращайся в кровать и подготовь себя, — приказал король, отстегнул цепь от ошейника и лениво указал пальцем на кровать. Леголас лёг на кровать. Он был уверен, что преуспел в своих начинаниях. Но его самоуверенность была стёрта в порошок, когда отец укрыл его одеялом с головы до пят. Послышался звон сонетки, призывавшей слуг в покои короля. — Наполните ванны и накройте завтрак на двоих, — Трандуил отдавал распоряжения Галеону, а Леголас боялся даже пальцем пошевелить. Дворецкий вышел, и король вернулся в кровать. Он небрежно сбросил покрывало с мертвенно-бледного сына и вальяжно раскинулся на подушках. Леголас не догадывался о том, что он задумал, пока тот не натянул ему покрывало на голову, скрывая от любопытных глаз. — А теперь доставь мне удовольствие, мой милый мальчик, — приказал король. Леголас замешкался, и тот ткнул его носом себе в пах, как щенка, нагадившего на пол: — Живо! Он самозабвенно сосал член Трандуила, применяя на практике все те техники и приёмы, которым обучил его отец, заставляя того стонать от удовольствия. Принц практически потерял голову от этого увлекательного занятия, когда в дверь постучали. — Войдите, — король положил ладонь юному любовнику на голову, принуждая принять его член по самые яйца. Дверь открылась. Слуги принесли две ванны и принялись наполнять их водой. Галеон шёпотом раздавал им указания, а они бесшумно скользили по полу, словно призраки, наполняя две ванны. Звон кувшинов, сервируемой посуды, шум льющейся воды смешались в единую какофонию… Он представлял себе, как слуги, выстроившись в ровную линию, передают по цепочке кувшины с водой и наполняют ванны, в то время как он ублажает отца, самозабвенно работая ртом, а тот стонет, направляя его голову своей рукой. — Займись делом! — строгий окрик напомнил зазевавшемуся юнцу о его прямых обязанностях, а жестокая рука так крепко сжалась на затылке, что Леголас невольно застонал. И Трандуил не преминул воспользоваться приглашением. — Возьми его глубже, meleth. Ещё глубже, melui nín. Леголас захрипел, когда Трандуил пристегнул цепь к ошейнику на его шее. Один из мальчишек громко вздохнул. О, слуги прекрасно понимали, что такое цепь. Когда дверь в покои короля захлопнулась, Леголас решил, что они остались наедине. Но отец вернул его с небес на грешную землю: — Это всё, Галеон. Можешь идти! Леголас беспомощно заморгал, представляя, какую гамму эмоций испытал бедняга Галеон, наблюдая за этим бесстыдством. Когда за дворецким закрылась дверь, покрывало было отброшено в сторону, и Трандуил притянул пылкого любовника к себе. — А сейчас я отымею тебя, как обычно. Лежать! — Леголас не спешил выполнять приказ. Не сводя глаз с Трандуила, он медленно поднял руку, чтобы стереть слюну, стекавшую с уголка губ, и взвизгнул от удивления, когда отец резко дёрнул цепь на себя. — Советую поторопиться, или я заставлю тебя есть с пола. Ты не в состоянии выполнить элементарный приказ? Мне казалось, я лучше выдрессировал тебя, но, видимо, я ошибался. Получив нагоняй от Трандуила, Леголас покорно лёг животом на кровать и широко развёл ноги в стороны. — Этой никчёмной покорности мне недостаточно! — Трандуил резко вскочил на ноги и направился в кабинет. Через пару минут он вернулся, сжимая что-то в руке. Загадочный предмет оказался длинным и ребристым, по размеру и форме он смутно напоминал член, с одним лишь отличием — с его конца свисали длинные полоски кожи. Трандуил держал странный предмет так, чтобы Леголас мог хорошенько его рассмотреть. Сын же не сводил глаз с отца и этой ужасной вещи. — На колени, раздвинь ягодицы, — приказал Трандуил тоном, которому невозможно было не подчиниться. Леголас краснел, словно алая роза, пока отец толкал деревянный тяжёлый член ему в зад, игнорируя сопротивление мышц и спазмы. — Ты не поднимешься с пола и будешь молчать, пока не заслужишь право быть эльфом, строптивый щенок. К ноге! Трандуил подошёл к столу и, небрежно набросав в тарелку еды, поставил её на пол у своих ног. Леголас обречённо вздохнул. Есть совершенно не хотелось, хоть они и отправились в постель даже не поужинав. Но решил, что если будет сейчас медлить, отец взбесится ещё сильнее. Поэтому принц покорно сполз с кровати и, опустившись на четвереньки, непонимающе уставился на тарелку, гадая, что от него требуется. — Без рук. Леголас поднял на отца жалостливый взгляд, но тот уселся за стол, не обращая на застывшего над тарелкой мальчишку никакого внимания. Опустив глаза, младший мужчина скользнул печальным взглядом по возбуждённому члену отца и тяжело вздохнул. Это не ускользнуло от внимания Трандуила. — Если это то, чего ты желаешь, ты это получишь! Как только съешь свой завтрак. Сейчас я должен был быть глубоко в тебе, а теперь я вынужден ждать! Придётся найти другой способ наказать тебя… — проворчал Трандуил. Безразлично взглянув на тарелку, юноша взял зубами кусочек яблока, подхватил языком и проглотил. Каково же было его удивление, когда рядом с тарелкой опустилось ещё и блюдце, до краёв наполненное молоком. Леголас пытался лакать молоко, как котёнок, хотя по большей части оно лишь разбрызгивалось по полу, попадая в глаза и нос. Оставив безнадёжную затею с молоком, он переключился на орехи и ягоды, щедро политые мёдом. Часть из них, конечно же, рассыпалась по полу. — Убери за собой, — нахмурился Трандуил. Юноша покорно склонил голову и попытался собрать разбросанные орехи, не прикасаясь языком к полу. — Если пол будет липким, я вылью на него остатки мёда и заставлю тебя вылизать его дочиста! Сжав руки в кулаки, Леголас тщательно вылизал пол. — Хороший мальчик, — похвалил его Трандуил, потрепав по затылку. — А теперь помахай для меня хвостиком. — Леголас тяжело сглотнул и легонько качнул задом. Кожаные полоски, со свистом рассекая воздух, хлестнули по упругим бёдрам. — Ещё, — приказал Трандуил, твёрдой рукой сжимая шею сына. Леголас судорожно сглотнул и замахал задом сильнее, отчего кожаный хвост размахивал из стороны в сторону, хлестая его по ягодицам. К удивлению принца, это унизительное движение сдвинуло пробку, заставив её тереться о его простату, — невероятное ощущение! Она и мучила, и дразнила одновременно. Неудивительно, что Леголас продолжил вилять хвостом, невзирая на всю унизительность ситуации. — Я смотрю, тебе очень нравится быть моим пёсиком, — уколол его Трандуил. — А мне очень нравится видеть тебя на коленях, но ты так и не закончил трапезу. А я ненавижу ждать. В спешке Леголас больше разбросал со своей тарелки на пол, чем съел, и потому был вынужден слизывать остатки завтрака с каменных плит. К тому времени, как тарелка опустела, а пол блестел, младший мужчина заливался горькими слезами, умоляя строгого любовника над ним сжалиться. — Очень хорошо, мой строптивый мальчик, — вставая из-за стола, похвалил сына Трандуил. Леголас смерил его испепеляющим взглядом. — Не испорть всё сейчас! Животные не говорят. Удобно, не правда ли? Мне даже не нужно вставлять кляп тебе в рот. А теперь ползи на кровать, щенок. Низко прижимаясь к полу, Леголас дополз до кровати и встал на колени, зарывшись лицом в подушки, прекрасно зная, как эта позиция нравится его отцу. Он блаженно вздохнул, когда старший мужчина вытащил пробку из его зада, и заорал от боли и неожиданности, когда Трандуил заменил её своим членом. Он ожесточённо вбивался в его тело, а Леголас лежал под ним бессловесной куклой, понимая, что ему чего-то не хватает. Прикосновений. Такая мелочь, казалось бы… — Леголас, — тихо окликнул его Трандуил, погладив по блестящей от пота спине. — Успокойся. Ты хорошо справился, — отец как будто точно знал, в чём Леголас отчаянно нуждался в этот момент. — Видел бы ты лицо Галеона. Порой мне кажется, что он метит на твоё место в моей кровати. И всё же сдаётся мне, он не знал бы, что с собой делать, случись это на самом деле. Он мой верный слуга, мне нечего в нём улучшать или исправлять. Но ты. Ты… Когда ты стоял на коленях и лизал пол… Валар, я мог бы изнасиловать тебя тысячу раз и всё равно не насытился бы. Даже униженный до такой степени, ты всё равно держишься с невероятным благородством. Я насилую тебя, но твоя fëa становится только прекраснее и чище. Тем неожиданнее было продолжение, когда Трандуил грубо толкнул его лицом в подушки и прошипел: — Сегодня ты проведёшь день со мной, строптивый щенок. И так как ты осмелился заговорить без разрешения, я буду держать тебя на цепи. Ты будешь всюду следовать за мной, куда бы я ни пошёл. Будешь носить хвост, за исключением тех моментов, когда я буду тебя трахать. Ты останешься нагим и будешь есть с моей руки. А ночью ты будешь спать, свернувшись калачиком у моих ног. Может, это научит тебя покорности? Леголас жалобно стонал, уткнувшись лицом в подушки, беспомощно толкаясь в пустоту, нуждаясь в прикосновении, сам насаживаясь на член отца. Ему казалось, что он сходит с ума. Трандуил держал его, безжалостно объезжая, пока не рухнул ему на спину, задыхаясь. — Вылижи мою руку, — приказал он, и Леголас, закрыв глаза, обвился языком вокруг пальцев отца, смиренно вылизывая его ладонь. Затем Трандуил резко поднялся с кровати и, вставив в сына пробку, в нетерпении дёрнул цепь, приказывая следовать за ним. Он привёл его к ваннам, которые подготовили для них слуги, и, отцепив от ошейника цепь, вытащил пробку из его истерзанного ануса любовника. — Вымой себя. Леголас с удовольствием погрузился в горячую воду. Он бы предпочёл провести в ней всё утро, но в планы отца это не входило. Когда юный любовник нехотя выбрался из воды и вытерся полотенцем, старший мужчина снова пристегнул цепь к его ошейнику, вставил ужасный деревянный член ему в зад и потянул к платяному шкафу, заставив ждать, пока он выберет наряд и оденется. Покончив с утренним ритуалом, Трандуил направился к письменному столу. Леголас свернулся калачиком, словно верный пёс, и смиренно лежал у его ног, стараясь не дышать лишний раз, пока слуги уносили ванны и убирали грязную посуду. Этот стол, скрывавший его от посторонних глаз, казался ему тюрьмой, а отец — стражником, охранявшим единственный выход из неё. Ситуация осложнялась ещё и тем, что Леголас не мог сидеть неподвижно с проклятой пробкой в заднице. Он мог только лежать, свернувшись калачиком на боку, или стоять на четвереньках, подняв зад кверху! Эта унизительная поза его убивала! При каждом движении проклятая пробка смещалась, отчего у принца перехватывало дыхание, а волны удовольствия накрывали его, заставляя сгорать от желания. Не в силах больше терпеть, принц потёрся лицом о ноги своего господина и положил ладони ему на колени, состроив жалобную мину. — Лапы! — рявкнул на него Трандуил. Леголас виновато уставился на свои ладони, вздохнул и опустил их на пол. Но хватило его ненадолго. Очень скоро он снова начал тереться о колени хозяина, правда, на этот раз настойчивее, и отцу в который раз пришлось повысить на него голос. Леголас заворчал, свернулся калачиком у ног отца и поцеловал его щиколотки. Трандуил тихонько застонал от удовольствия. Поняв, что король сменил гнев на милость, Леголас принялся тереться щекой о его бёдра, и, наконец, тот отодвинул кресло чуточку назад и соизволил раздвинуть свои невероятно длинные ноги — совсем немного, но вполне достаточно для того, чтобы Леголас смог уткнуться лицом ему в пах. — Этого ты хочешь? — довольно вздохнув, спросил Трандуил, зарываясь рукой в волосы сына. Леголас воодушевлённо закивал. Король развязал завязки на штанах, вытащил член и бескомпромиссно приставил его к губам сына, заставляя того взять его в рот. С покорностью, ему совершенно не свойственной, Леголас приступил к исполнению своих прямых обязанностей. Правда, затем кое-что случилось — отец выпрямил ногу и начал нежно ласкать ступней его пах, внимательно изучая какой-то документ. Леголас благодарно замычал в ответ. Проклятая пробка всё так же двигалась в нём, сводя с ума и вызывая смешанное чувство боли и удовольствия. А между тем Трандуил закончил писать ответы на срочные письма и позвал в кабинет слугу. Леголас представил себе, как Галеон входит в комнату, а отец заваливает его — Леголаса — на стол и как ни в чём ни бывало трахает, параллельно обсуждая текущие дела со своим дворецким. Вот только когда эта дикая фантазия воплотилась в жизнь, похоть уступила место паническому ужасу. Леголас безошибочно распознал почтительное шарканье Галеона, шаги же второго посетителя были ровными, уверенными и очень тихими, заставляя принца теряться в догадках, кто бы это мог быть. — Галеон, отправь эти письма! Тауриэль, ты что-то хотела? — поинтересовался Трандуил. Его голос был мягче шёлка. — М-мой Король, — сгорая от стыда, пролепетала Тауриэль. Леголас мог с лёгкостью представить себе, как она стоит там, перед королём, такая же красная, как и её волосы. — Я хотела обсудить с принцем Леголасом важный вопрос, но нигде не могу его найти. — Вот как? — скучающе протянул Трандуил. Леголас оцепенел, в ужасе уставившись на отца. А тот с полнейшим равнодушием смотрел на рыжеволосую эллет. — Что ты хотела от моего сына? — Леголас всегда отвечал за назначение воинов в патрули. Я не уверена, кому из воинов можно доверить сопровождать оставшихся в лесу эльфов во дворец. Боюсь, я провела слишком много времени в вашей личной охране и не так хорошо знаю остальных воинов, как ваш сын. Трандуил лениво развёл ноги в стороны, намотал белоснежные волосы любовника на кулак и требовательно насадил на свой член. Леголас беспомощно застонал. Тауриэль стояла всего в паре шагов от короля и прекрасно понимала, что творится под столом. Она готова была провалиться сквозь землю от стыда, но была вынуждена ждать, пока король позволит ей удалиться. В воздухе повисла гнетущая удушливая тишина. — Капитан, я уверен, принц Леголас скоро найдётся, — разрядил неловкую обстановку услужливый Галеон. — Возвращайтесь к вашим воинам, я разыщу его Высочество и передам ему, чтобы он зашёл к вам. Трандуил небрежно махнул рукой, позволяя Тауриэль удалиться, отчего белоснежные пряди сына рассыпались по его бедру. Леголас забился мелкой дрожью, поняв, что отец нечаянно сдвинул его волосы, что не могло ускользнуть от проницательного Галеона, который всё ещё стоял в кабинете, сверля его Величество суровым взглядом. Помня о своём обещании, Леголас продолжал самозабвенно сосать член короля, а тот откинулся на спинку тяжёлого кресла, не обращая ни малейшего внимания на Галеона, и застонал. Дворецкий прочистил горло. — Что бы ты там не хотел сказать мне, Галеон, лучше держи свой рот на замке, — произнёс король. И голос его был холоднее глыбы льда. — Говорю тебе это, как твой Владыка. Я ценю твою преданность и верность короне и хотел бы, чтобы ты продолжал служить мне и дальше. Гробовая тишина, повисшая в кабинете, длилась целую вечность, а напряжение, витавшее в воздухе, было почти осязаемым. К счастью, Галеон сдался первым. — Да, милорд, — подал голос дворецкий и замолчал. Леголас понял, что тот пытается собраться с мыслями. — Я разберусь с письмами, а затем займусь поисками принца Леголаса. Принц мог бы поклясться, что чувствует, как победоносно улыбается его отец. — Хорошо, Галеон. Можешь идти. Когда за дворецким закрылась дверь, Трандуил отодвинул тяжёлое кресло, вытащил сына за волосы из-под стола и встал. Казалось, ему не было ровным счётом никакого дела до того, что только что произошло. Леголасу бы его спокойствие! — Обопрись о стол, — строго приказал король. На столе были разложены какие-то бумаги. Леголас чуть в обморок не упал, поняв, что всё это время Трандуил работал. Он взвыл от облегчения, когда отец вытащил из него пробку, и закричал от боли, когда Трандуил резко вошёл в него. Листы пергамента скользили по его груди, слетая на пол, от них пахло чернилами и вином. Трандуил драл его, грубо и жёстко, перекинув через письменный стол, как одного из своих многочисленных мальчиков для постельных утех, и в какой-то миг принц испугался, что не устоит на ногах. Боль, возбуждение, удовольствие, вожделение, счастье — вся эта мощь обрушилась на него в одночасье, и только сильные руки отца не давали ему сойти с ума, держа на плаву реальности, не позволяя раствориться в океане чувств и эмоций. Когда Трандуил разрядился в него потоком спермы, нежно прикусив за загривок, Леголас разрыдался. — Ты хорошо справился, мой строптивый щенок, но сейчас нам нужен эльфёнок. Ты готов? — Трандуил помог сыну доковылять до кровати и, обняв ладонями его заплаканное лицо, заглянул ему в глаза. — Не нужно бояться Галеона, ion nín. Он служит нашей семье с тех пор, как мой отец был мальчишкой, и никогда не предаст меня. Ты не единственный блондин, которого я трахал за эти долгие века. Хотя никого из них я не предпочёл бы тебе. Отец был так уверен в своих словах, и Леголас поверил, натянуто кивнув в ответ. Сейчас ему было позволено говорить, но у него не было слов. «Действия тоже сойдут», — гневно сощурился принц, схватил Трандуила за руку и заставил прикоснуться к своему члену. Отец даже не одёрнул зарвавшегося юнца, просто сомкнул пальцы вокруг его члена и начал ласкать. Леголас удовлетворённо выдохнул, блёклая улыбка скользнула по его губам. Кончив, принц не издал ни звука, пытаясь вернуть контроль над телом и сознанием. Он медленно возвращался в реальный мир, становясь самим собой. Но чтобы переключиться из одного состояния в другое требовалось нечто большее. Леголас сжал ладонь отца и поднёс её к его губам. — Вылижи свою ладонь! — приказал он. И король подчинился. Без возражений! Леголас внимательно наблюдал за отцом, пока тот не закончил, а затем, глубоко вздохнув, в изнеможении упал на отцовскую грудь. — Полегчало? — улыбнулся Трандуил, нежно погладив сына пальцем по губам. — Да, — Леголаса всё ещё мутило, он едва держался на ногах. Трандуил гладил его по волосам, пока он окончательно не пришёл в себя. — Ступай! Поброди по дворцу. Позволь им себя найти. Ты читал книгу в дальнем углу библиотеки. Ты не часто там бываешь; они тебя там точно не искали. Пускай найдут тебя с книгой в руках. — Отец протянул ему одну из своих книг и сжал пальцами его подбородок. Леголас всё ещё дрожал. — У тебя готов ответ для Тауриэль? Принц кивнул. — Увидимся вечером, мальчик, — прошептал Трандуил сыну в губы, закрывая за ним дверь.