Обучение принца

Леголас следовал за отцом в конференц-зал, когда столкнулся в дверях с Галеоном. Тоном не терпящим возражений Эрестор попросил его покинуть помещение. И не только его. Советник также бесцеремонно отослал всех писцов и помощников посла Гондора, оставив Боромира восседать на противоположном конце стола в гордом одиночестве. Когда Эрестор занял место подле принца, а не рядом с Трандуилом, как он это делал обычно, Леголас совершенно растерялся — на мгновение он почувствовал себя мышкой, угодившей в мышеловку. Радовало лишь то, что в этом помещении был тот, кто нервничал больше, чем он. — Во время операции по отлову браконьеров отрядом лесных эльфов, который возглавлял принц Леголас, в моих владениях были схвачены с поличным люди из Гондора. В том числе, человек по имени Эдвин. Насколько я помню, он входил в состав вашей делегации, когда мы заключили данное соглашение, — Король положил на стол увесистую стопку пергаментов и многозначительно постучал по ней закованным в серебро пальцем. — Принимая во внимание ущерб, который действия ваших людей нанесли моему королевству, это соглашение признаётся ничтожным и более не имеет юридической силы, как принято выражаться в вашем мире. Леголас заметил, как капельки пота проступили на лбу Боромира. — Но, Ваше Величество, в рамках достигнутого соглашения Гондор пошёл вам навстречу и отказался от претензий по заготовке древесины… Бровь Трандуила плавно и изящно поползла вверх. Пронзительные изумрудные глаза вперились в человека. — Боюсь, то было частью наших прошлых договорённостей, — мрачно улыбнулся Трандуил и бросил вопрошающий взгляд на Леголаса. — Разве не так, ion? — Да, аda, — согласился тот, утонув в омуте изумрудных глаз. — Принимая во внимание, что Гондору и в прошлый-то раз не особо было, что нам предложить, за исключением данной вами клятвы прийти на помощь моему королевству в час нужды, эти переговоры кажутся мне просто бессмысленными, — театрально вздохнул Трандуил. — Вам абсолютно нечего нам предложить. Боромир заметно побледнел. — Ваше Величество, уверяю вас, преступники будут наказаны по всей строгости законов Гондора. В том числе, Эдвин, — Боромир произнёс ненавистное имя с ненавистью. Он потянулся к стакану с водой и, сделав глоток, безнадёжно уставился на стол. Вот только бумаг на нём, чтобы занять себя чтением, не оказалось и спасения от пронзительного взгляда Короля — тоже. Послу из Гондора ничего не оставалось, кроме как снова посмотреть в холодные зелёные глаза. — Умоляю вас, не позволяйте этому единичному случаю уничтожить союз между нашими королевствами. — Уничтожить союз? Один из ваших лучников чуть не уничтожил будущее моего королевства! — язвительно процитировал человека Трандуил. Словно в подтверждение своих слов, Король положил руку на бедро Леголаса. Посол из Гондора мог лишь догадываться, куда устремилась рука Короля. В памяти принца всплыли воспоминания о прошлых переговорах, он с удивлением посмотрел на своего ada. Однако Трандуил не удостоил сына ни единым взглядом, вместо этого он просто легонько сжал его бедро, заставляя почувствовать тепло его ладони, просачивавшееся сквозь тонкую ткань леггинс. — Этот ваш… Эдвин… чуть было не убил моего единственного наследника! В помещении воцарилась гнетущая тишина. Трандуил и Боромир уставились друг на друга — эльф был в ярости, человек дрожал от страха. В этот душещипательный момент в переговоры вмешался джокер, перетянув внимание грозного Короля Эльфа на себя. — Вы позволите мне высказать мнение по данному вопросу, Король Трандуил? — Эрестор терпеливо дождался, пока Его Величество соблаговолит удостоить его взглядом и невозмутимо продолжил: — Мне кажется, Гондор может предложить вам нечто большее, нежели просто защиту. Если мне не изменяет память, северные земли королевства Гондор отданы конезаводчикам под пастбища. Не так ли, Боромир из Гондора? — Это правда, — Боромир с таким отчаянием ухватился за брошенную ему соломинку, что Леголас с трудом сдержался, чтобы не прыснуть со смеху. — Королевство Рохан наш союзник, но рохиррим служат королю Теодену, они не подчиняются наместнику Гондора. Возможно, мы могли бы выступить посредником в переговорах между Эрин Гален и Роханом, но… — Мне нужны лошади серой масти — жеребцы, мерины и кобылы — объезженные, укрощённые, не испытывающие страха перед человеком и звуком тетивы. Не приученные ходить под седлом, — пресёк его лепет Трандуил и пристально уставился на посла, в то время как его рука легонько сжала бедро сына, заставляя того покраснеть. — Сколько голов вы можете нам гарантировать? — Король, позвольте дать вам совет. Вы должны договориться о точной цифре, в противном случае этот бартер окажется для вас убыточным, — вмешался Эрестор. — Жеребята, которые ещё даже не появились на свет, вряд ли могут сравниться с животными и деревьями, которых вы неминуемо потеряете в результате этой сомнительной сделки. Рука Эрестора, зеркально дублируя действия Трандуила, легла на левое бедро Леголаса. Принц задрожал, едва сдержав испуганный крик, ошарашено взглянул на Нолдо и покраснел до кончиков ушей. Но не проронил ни слова. Судорожный вздох, невольно сорвавшийся с губ принца, заставил Боромира подскочить на месте. Мужчина завороженно смотрел на прекрасного развратного юношу, разинув рот в восхищении. Реакция посла заставила Леголаса зардеться ещё больше, хоть ему и казалось, что это в принципе невозможно. — Леголас! — одёрнул сына Трандуил. Принц смущённо потупил взгляд. Но от того, что творилось внизу, у Леголаса перехватывало дыхание, ведь там внизу, под столешницей, пальцы Эрестора сплелись в эротичном танце с пальцами Трандуила.        — Прошу прощения, ada, — пролепетал он. — Во рту пересохло. Эрестор услужливо протянул Леголасу стакан воды. Юноша сделал пару судорожных глотков и попытался выровнять сбившееся дыхание. — Благодарю, — выдавил из себя дежурную улыбку принц. Но не успел он поставить пустой стакан на стол, как Эрестор сжал его бедро так крепко, что Леголас поперхнулся водой. — Лошади… — раздражённо вздохнул Трандуил, пытаясь вернуть внимание посла к теме переговоров. — Д-да, конечно, — выдохнул опешивший Боромир и с трудом оторвал преисполненный ненависти взгляд от Эрестора, услужливо хлопавшего закашлявшегося Леголаса по спине. — Боюсь, ваш Советник прав. Гарантировать численность поголовья и масть ещё не родившихся жеребят невозможно. В какой-то год их рождается больше, в какой-то — меньше. Леголас искренне пытался вникнуть в суть переговоров. Однако, принимая во внимание тот факт, что в этот самый момент рука отца нарочито медленно скользила по его бедру, до боли впиваясь цепкими пальцами в чувствительную плоть, получалось это у него, мягко говоря, плохо. Уступая настойчивой руке, принц широко развёл бёдра в стороны, молясь лишь о том, чтобы стыд, который овладел всем его существом, не отпечатался у него на лице. Боромир нахмурился. Видимо, подозревал, что — а точнее кто! — стало причиной отрешённости и фривольного поведения прекрасного юного создания. И эта причина ему была не по душе. Почему-то это Леголаса совершенно не удивило. Чего уж скрывать, Нолдо не производил приятное впечатление при первом знакомстве. И при последующем… Но, похоже, самого Эрестора это нисколько не заботило. Его собственная реакция на Советника была точно такой же. Леголас возненавидел его с первого взгляда. «Правда, с тех пор много воды утекло», — улыбнулся про себя Леголас. Он не смел взглянуть на Эрестора, чья рука медленно, но уверенно продвигалась вверх по его бедру, и, вне всякого сомнения, нацелилась на его член. По-хорошему, ему следовало бы вскочить на ноги и остановить этих манипуляторов, но внутри у Леголаса был полнейший хаос. Он шёл на поводу у своих желаний и противился им. — Король Трандуил, возможно, если поголовье жеребят серой масти окажется меньше, чем та цифра, которая будет указана в соглашении, вы могли бы принять взамен жеребят гнедой масти? Конечно, если Белый Город сможет предложить вам ещё что-то… Что-то достойное внимания, — пальцы Эрестора достигли своей цели и, приветственно сдавив яички Леголаса, собрали их в горсть, заставив юношу дрожать и нервно кусать губы. — Что ещё вы готовы предложить взамен? — вцепился в добычу Трандуил, наслаждаясь этой партией. — На севере Гондора есть свободные земли. Возможно, некоторые из них могли бы отойти Эрин Гален в обмен на древесину, шкуры и мясо животных, которые вы желаете получить от меня. Полагаю, так вы сможете избежать гнева вашего отца, — наместника Гондора. А Денетор, вне всякого сомнения, будет в ярости, если его сын вернётся домой с пустыми руками. Повернувшись лицом к Леголасу, Трандуил улыбнулся сыну, нисколько не заботясь о том, что Боромир заметит хищное выражение, промелькнувшее на его невозмутимом лице. — А ведь это очень важно, чтобы ada был доволен своим ion, не так ли, Леголас? — рука Короля скользнула вверх и удобно расположилась на члене юноши. Сын наместника побледнел, как полотно, заморгал, не веря своим глазам. По всей видимости, полагал, что ему это всё привиделось, потому как застыл, открыв рот в изумлении и не в силах выдавить из себя ни слова. Принц ни на долю секунды не сомневался, что Боромир прекрасно понял по углу наклона предплечья Трандуила и его Советника, куда именно те положили свои ладони. — Да, ada, — выдохнул Леголас. Ему вдруг стало невыносимо жарко, несмотря на то, что температура в пещерах всегда держалась на одной и той же отметке. Казалось, ещё немного, и он растает и стечёт на пол. Когда же, преувеличенно медленно моргая в попытке сконцентрироваться, Леголас встретился взглядом с Боромиром, он понял, что не растает. Нет, он сгорит заживо. Сын наместника невнятно лепетал что-то о том, что он не уполномочен обсуждать заселение земель Гондора лесными эльфами, хотя его отец рассматривал лес Фангорн в качестве потенциального убежища для народа Эрин Гален в случае войны. А Трандуил и Эрестор ласкали Леголаса. Не в силах противостоять их искусным рукам, он откинулся назад, судорожно вдыхая и так же прерывисто выдыхая. Он настолько затерялся в своих ощущениях, что не сразу заметил, что трое мужчин уже давно замолчали и теперь внимательно наблюдали за ним. Леголас смутился и задержал дыхание. Дискуссия продолжилась. Принц же боялся лишний раз вздохнуть, спустя какое-то время у него ожидаемо закружилась голова. Он бросил беспомощный взгляд на Эрестора и почувствовал, как напряглась и расслабилась рука Нолдо, отвечая на немой вопрос, застывший в его глазах. Леголас нервно сглотнул. Посол оказался на редкость стойким противником. Он даже изыскал в себе силы игнорировать то, что происходило под столом, но Леголас уже отчётливо слышал нараставшее отчаяние в некогда уверенном голосе, боровшееся с похотью и смущением, и знал, что эту битву человеку ни за что не выиграть. В поединке с Королём Эрин Гален и Советником из Имладриса у Боромира из Гондора не было ни единого шанса. Леголас обречённо уронил голову на грудь и издал тихий, жалобный стон, безропотно наблюдая за тем, как две руки работают над ним в тандеме, сжимая и массируя его член и яички. И человек сдался… — Я не вправе обсуждать заселение Фангорна, — Боромир резко поднялся на ноги, пытаясь смотреть поверх головы прекрасного и развратного эльфийского принца. Но от острого взгляда Леголаса не ускользнуло, что ровный шов на штанах человека портит весьма впечатляющих размеров бугор. — Но в обмен на защиту, которую мой народ предложил вашему королевству, и разумное количество ресурсов, о которых мы договорились с вами в первоначальном варианте соглашения, мы позволим эльфам Эрин Гален беспрепятственно пересекать земли между вашим королевством и лесом Фангорн. Завтра мы обсудим количество шкур и деревьев, которые вы готовы предложить в обмен на каждого жеребёнка. Боюсь, в данный момент я не расположен продолжать данные переговоры. Мне нездоровится и я хотел бы вернуться в мои покои! — Какая жалость, что ваши соотечественники решили обмануть нас, — промурлыкал Трандуил. — Обычно я проявляю гораздо большее гостеприимство… к надёжным торговым партнёрам. Но такую степень доверия ещё нужно заслужить, не так ли, Леголас? Король так грубо сжал член сына, что тот сдавленно вскрикнул и в бешенстве посмотрел в глаза своему ada. Боромир покраснел ещё больше, хоть это и казалось совершенно невозможным. — Я желаю покинуть конференц-зал. Сию секунду! — заявил возмущённый до глубины души посол Гондора. Казалось, Боромир побоялся добавить что-либо ещё к своему резкому заявлению. Его напускное ханжество терпело поражение в битве с нежеланием утратить едва оперившуюся надежду на удачное завершение переговоров. — Мы договоримся о бартере сегодня или никогда, Боромир из Гондора! — холодно отрезал Трандуил. — Сядьте! Это был приказ Короля, приказ, которому невозможно было не подчиниться, и посол Гондора, захлопнув рот, покорно плюхнулся в кресло. За свою долгую жизнь Леголас бесчисленное количество раз становился невольным свидетелем подобных сцен, но не уставал поражаться тому, как этот властный тон и ледяной голос заставляли всех вокруг трепетать от ужаса и беспрекословно выполнять то, что требовало от них Его Величество. — У вас есть преимущество передо мной, — словно побитая хозяином собака, проскулил человек. В доказательство своих слов, Боромир бросил многозначительный взгляд на Леголаса, беспомощно хватавшего ртом воздух, как будто каждый вдох мог стать для него последним. — О, я прекрасно знаю об этом, — жестоко ухмыльнулся Трандуил. — Скажи, Боромир из Гондора, чего ты желаешь? Если осмелишься… Искусные руки на члене Леголаса стали двигаться резче, и юноша, сжимавший кончиками пальцев край столешницы всё то время, что продолжалась эта медленная пытка, наконец, не выдержал и опустил руки вниз. Боромир уже понимал, что именно происходит под ней. И так как всё тайное стало явным, принц решил, что скрывать больше нечего. — Ada, прошу тебя! — взмолился Леголас, накрыв ледяными ладонями горящие руки ada и беспощадные руки Эрестора. Он не обманывался, в глубине души он ни на секунду не сомневался, что эти двое всё равно не остановятся, что бы он не делал и как бы он их не умолял. Как будто сговорившись заранее, — впрочем, скорее всего так оно и было — Трандуил мгновенно пресёк его своеволие, свободной рукой больно шлёпнув его по предплечьям. Эрестор, в свою очередь, заставил юношу положить ладони на стол и властно прижал их к столешнице. А затем, как ни в чём не бывало, два властных самца вернулись к своему увлекательному занятию, медленно, но уверенно подводя обездвиженную жертву к финишной прямой. «Договор! Им нужен этот проклятый договор!» — осенило Леголаса. — Ну сделай же уже хоть что-нибудь! — не выдержав, рявкнул он на Боромира и беспомощно, с придыханием застонал, подняв шальные синие глаза на объект своего недовольства. — Уберите от него свои руки! — Боромир вскочил на ноги и схватился за рукоять меча. — Да нет же, идиот! Прими их условия! Только в этом случае эти изверги позволят мне кончить! — раздражённо прошипел Леголас. — В-вы… Вы… все здесь развратники и лжецы! Все до единого! — шокированный ответом принца, сын наместника Гондора с таким отвращением отпрянул в сторону, как будто Леголас ему пощечину влепил. — Это оскорбление обойдётся вам ещё в одного жеребёнка серой масти за каждые десять тюков шкур, — поставил посла перед фактом Эрестор. С этими словами рука Нолдо, как бы между прочим, скользнула вниз по спине принца и скрылась в его леггинсах. Трандуил лениво наклонился вперёд и небрежно бросил на стол перед послом свиток, ни на миг не сводя глаз со своего преступно прекрасного сына. Тем временем пальцы Советника уже достигли своей цели и теперь увлечённо растягивали смазанный маслом анус Леголаса, который лишь тихо скулил, затерявшись в сверкающих изумрудных глазах. Агрессивные прикосновения Эрестора, три пары похотливых глаз, прикованных к нему, и безжалостный, согнутый под углом палец, разрывавший его тело, сводили Леголаса с ума. — Это цифры, которые нас устраивают. Плюс один жеребёнок серой масти с каждых десяти тюков шкур за оскорбление правящей династии Эрин Гален и моего Советника, — промурлыкал Король. — Но… если вы хотите трахнуть наследного принца прямо здесь и сейчас, — на этом вот столе — это обойдётся вам в… тысячу жеребят. Король выдержал драматическую паузу и добавил, плотоядно улыбнувшись: — Тысячу жеребят каждый год до тех пор, пока на троне Гондора сидит наместник! В этот момент искусные пальцы Мастера изогнулись и безжалостно надавили на простату Леголаса. Он буквально взвыл в бессильном отчаянии, сотрясаясь в конвульсиях под не менее искусной рукой ada. Он умоляюще взглянул на сына наместника и заметил, что тот смотрит на него с неприкрытой похотью и ужасом. — Прошу тебя, Боромир! — судорожно выдохнул Леголас. Без сомнения, условия сделки были безжалостны. Леголас слишком хорошо знал своего отца, чтобы сомневаться в этом. А тут ещё вдобавок и Эрестор… Этот Нолдо умел дёргать за нужные ниточки даже лучше, чем великий манипулятор Трандуил. Леголасу почти стало жалко Боромира. Почти… — Дай им всё, что они хотят! Посол беспомощно теребил в руках свиток пергамента, пытаясь ознакомиться с его содержанием, но не мог заставить себя отвести взгляд от такого прекрасного и в то же время такого развратного принца, корчившегося в мучительно-сладкой агонии буквально в паре метров от него. Леголас издал стон. Томный, отчаянный, самый развратный из всех, что доводилось слышать ушам смертного мужа. Свиток безвольно упал на стол. — Если бы только у меня было то, что твой отец требует за тебя. Я бы отдал последнюю рубашку за право обладать тобой, — хрипло прошептал Боромир и покачал головой, словно сожалея о том, что он только что признался в собственной слабости. Но это длилось не дольше секунды. Человек гордо вздёрнул подбородок, с нескрываемой яростью посмотрел Трандуилу в глаза и прорычал: — Я согласен. Прекратите эту игру. Немедленно! — Род Элендила всегда был слаб, — спокойно заметил Трандуил. — Боромир из Гондора, тебе следовало бы заручиться более весомым козырем, нежели рохиррим, прежде чем сесть за этот стол переговоров. Ты с такой лёгкостью разбрасываешься жизнями доблестных солдат и капитанов Белого Города, обрекая их на верную гибель… Но что ты сам готов поставить на кон за право провести ночь с моим сыном? Всех сокровищ Белого Города и жеребят Рохана не хватит, чтобы купить право обладать им. Мой сын — ярчайший бриллиант в моей сокровищнице! Но я готов отдать его тебе, Боромир из Гондора, в обмен на нечто сравнимое по стоимости. Как насчёт самого ценного, что у тебя есть, сын Денетора? Ты готов поставить на кон свою жизнь? Такова цена за право обладать моим сыном под крышей моего дворца! Лицо сына наместника приняло пунцовый оттенок. Мужчина в ярости схватил перо, добавил к основным пунктам соглашения дополнительное требование Короля о ещё одном жеребёнке за каждые десять тюков шкур, и поставил на пергаменте свою подпись. Дрожащей рукой Боромир растопил воск пламенем свечи, скрепил печатью новое соглашение и, едва сдерживаясь, чтобы не высказать Его Величеству всё, что он думает о нём и его методах ведения переговоров, швырнул свиток на стол. — Не смей кончать, ion nín! — приказал Трандуил, когда Эрестор твёрдой рукой заставил Леголаса встать и перегнуться через стол. Два пальца ворвались в узкий анус, и тот зашипел, не в силах противиться им. Лёжа щекой на деревянной столешнице, принц молча наблюдал за тем, как Король не спеша смочил перо в чернилах и медленно поставил свою филигранную подпись на договоре. — Мои писари подготовят для вас копию соглашения, мастер Боромир. Как я обещал, ваши соотечественники будут освобождены, как только вы покинете мой дворец, чтобы предстать перед справедливым судом Гондора, — Трандуил одарил Боромира лучезарной улыбкой и кивнул в сторону двери, приказывая сыну наместника покинуть конференц-зал. — И я бы посоветовал вам не медлить с отъездом, ради их благополучия. Посол Гондора заскрежетал зубами, резко повернулся к Королю спиной и с гордым видом зашагал к двери. Трандуил слегка склонил голову набок, и Эрестор безжалостно надавил пальцами на простату Леголаса, склонился к его уху и отдал долгожданный приказ: — Ты превосходно справился со своей ролью, ernil ned úthaes. Леголас кончил в тот же миг и издал пронзительный душераздирающий вопль, подобный тому, который издают смертельно раненые животные. Услышав этот вопль, срывавшийся на рыдания, человек, уже было сжавший дверную ручку и шагнувший за порог гнезда разврата и порока, оцепенел. Но лишь на мгновение. Собрав остатки силы воли в кулак, Боромир, воин Гондора, гордо вздёрнул подбородок и, не оглядываясь, быстро зашагал прочь, громко хлопнув дверью на прощание. Как только посол вылетел из конференц-зала, Трандуил поднял сына со стола и заключил в объятия. — Ты был неподражаем, ion nín, — промурлыкал отец и выпустил Леголаса из своих когтей, но лишь затем, чтобы передать его в цепкие лапы Эрестора. — Красиво исполнено. Идеально, — прошептал ему на ухо Нолдо, и принц чуть не потерял сознание от торжественности этого момента — комплимент из уст Мастера его отца. Это дорогого стоило. Советник Элронда редко кого-то хвалил. Раз в тысячу лет, возможно, какой-то счастливчик и удостаивался этой чести. Этой ночью Трандуил и Эрестор поставили Леголаса на пьедестал и боготворили. Принц получил всё, чего желал, и даже больше. Гораздо больше… О таком он не мог даже мечтать. То, что его Мастера делали с ним этой ночью, было за гранью… За гранью реальности. Эта ночь по праву стала лучшей за всю его долгую жизнь.

***

В этот раз Боромир не терял времени даром и поспешил убраться из дворца Короля Эльфов как можно быстрее. Леголас напросился на аудиенцию к Королю и, собрав всю волю в кулак, заставил Его Величество выслушать его железные доводы. Честно говоря, он был уверен, что Трандуил не воспримет его всерьёз и поднимет насмех, или же просто разложит на письменном столе и оттрахает, заставив позабыть обо всём на свете. Сын считал, что отец воспринимает его серьёзно лишь в постели и никогда не позволит перечить его воле — воле Короля — за её пределами, но он ошибался. Трандуил внимательно выслушал его аргументы, но кроме всего прочего прислушался и к его желаниям. Уважение, с которым отец относился к нему, переполняло сердце юноши любовью. До того как Боромир, его свита и заключённые покинули Эрин Гален, принц отвёл посла Гондора в сторону и вручил ему новую версию договора. Поначалу Боромир воспринял его дар с подозрением. Но осознав, что это не очередная жестокая игра бессмертных созданий, подозрение сменилось удивлением, а затем посол рассыпался в благодарностях. А благодарить было за что. Леголасу каким-то чудом удалось убедить Короля улучшить условия договора, который тот вынудил завизировать сына наместника Гондора, и сделать его выгодным для обоих королевств. Причина, по которой Леголас так поступил, была проста — Боромир не знал о браконьерах. К тому же, он тоже был чьим-то сыном, а стало быть смельчак не вернётся домой с позором, и его отец останется им доволен. Казалось, человек миллион раз попросил у него прощения за свою дерзость, за грубые слова, за действия своих людей, а Леголас лишь улыбался — он был очень доволен собой. — Эти двое, — смущённо спросил Боромир, как будто боясь произнести это вслух. — Ты действительно позволил им делать это с собой? Леголас расплылся в хищной улыбке. Он вспомнил об отце, который в данный момент лежал прикованный к собственной кровати, в ожидании удовольствия, которое он ему подарит. — Конечно! — рассмеялся он. — Я же кронпринц Эрин Гален! Никто не смеет трахать кронпринца без его позволения! Они были одни. Сердце Леголаса преисполнилось нежностью к человеку, у которого хватило смелости выступить против Короля Эльфов и встать на его защиту, хоть он в ней и не нуждался. Зардевшись от смущения, он подарил Боромиру поцелуй, позволив тому заключить его в объятия. Прикосновения человека были трепетными, человек едва касался кожи бессмертного прекрасного создания, не осмеливаясь на большее. — Я буду помнить тебя, Боромир из Гондора, когда твоё тело угаснет, а твоё имя сотрётся из памяти людей и навсегда исчезнет со страниц истории вашего рода, — сказал Леголас и отстранился, не давая Боромиру надежды на большее. Но он действительно имел в виду именно то, что сказал. Искренняя забота и смелость человека тронули его сердце. — Благодарю тебя за помощь. Спасибо, что вмешался и убедил Короля изменить договор, — хрипло ответил Боромир, его голос дрожал от переполнявших его эмоций. — Я сохраню воспоминание о тебе в своём сердце на всю жизнь. Леголас понял по взгляду, коим одарил его Боромир, что тот имел в виду нечто гораздо больше, чем осмелился сказать вслух. Сын наместника смущённо улыбнулся и еле слышно добавил: — Должен признаться, ты превосходно исполнил свою роль. Леголас лишь звонко рассмеялся и, пожелав Боромиру счастливой дороги, покинул его. Весь оставшийся день он порхал на крыльях счастья. Он поступил правильно.