Александр. Монстр.

      Прага для художника - ужасное место. Образно говоря. Едва шагнув по улицам Старого города - я потерялся в них на добрых пять дней. Судорожно пытаясь осмотреть все, что только можно. Забыв про все на свете.       Если Москва, куда не раз катался со Зверем, давила тяжестью стрессом и хаосом, то столица Чехии почти насильно растягивала губы в улыбке. Хотелось раскинуть руки в стороны, и просто вертеться вокруг своей оси, наслаждаясь красотой и размеренным течением жизни. Даже разнообразная брусчатка под ногами уже после третьего спотыкания перестала быть чем-то напряжным. Старые здания вообще выносили мозг, поражая своим состоянием и величественностью.       Чехи - любят свою столицу. Это бросается в глаза сразу, и отпечатывается намертво. А еще - чехи на удивление приветливые ребята. Улыбаются постоянно. По-русски шпрехают через одного, а если нет, то удивительнейшим образом начинаешь замечать, что понимаешь, о чем идет речь. Не все, но общий смысл доходит уже после первых суток, если вслушиваться в разговоры. Некоторые же словечки заставляют сдавленно ржать, а порой ломать язык в попытке выговорить это нечто.       Чехи - любят туристов. Причем так любят, что от них попросту не скроешься. Вспоминается пресловутое - обогрели, обобрали... Но, тут есть волшебная фишка, которую я просек сразу. Если воткнуть в уши наушники, замотаться в шарф, и вовремя радостно кивать - никто даже не заподозрит, что ты не местный. Все потому, что рядом с довольно интеллигентно одетыми мужчинами и женщинами, ходят вполне разнообразно наряженные ребята. Очень разнообразно. Так разнообразно, что, даже если ты выйдешь на улицу в костюме покемона - никто пальцем у виска крутить не станет. Разве что найдешь себе другие приключения на задницу в виде людей, которые захотят с тобой сфотографироваться на память.       В Праге никогда не бывает темно. Разве что в самом удаленном и забытом богом переулке. Но, даже оттуда можно спокойно выбраться, потому, что отблески подсветок и фонарей гуляют повсюду. А голоса прохожих выведут на дорогу. Даже если тебе кажется, что город спит - это заблуждение. Потому, что ночью Прага как будто наоборот просыпается. Ночная жизнь здесь бьет ключом. Да еще какая. Главное - найти громко смеющуюся компанию, и проследить за тем, куда она направились. А там уже по обстоятельствам.       Раз я даже попал таким макаром в театр. И это в два часа ночи. Маленький такой. Импровизация. Правда, по-чешски все, но все равно интересно.       С другой стороны - в Праге присутствовал эдакий налет тайны. Мрачной и темной. Когда на город опускается ночь, и новые краски падают на здания и улицы, неосознанно начинаешь задумываться о чем-то мистическом. Из разряда ужасов и сверхьестественного. Но, это ничуть не пугает. Наоборот интригует.       За то время, как мы были там, я так и не понял, что мне понравилось больше всего. Все нравилось. Даже холод не казался веским доводом в пользу возвращения в отель. Зверь только посмеивался, когда я подрывался часов в двенадцать, а возвращался едва ли не к шести - семи утра. Причем даже не чувствовал усталости.       Кристя, которая первые пару дней махнула рукой на предков, и таскалась следом за мной, выдохлась быстро. Правда, потом она резко испарилась из номера, и возвращалась только тогда, когда теть Лена начинала нервно наяривать. Но, у старшего поколения были свои развлечения. Кажется, у Николая и Елены внезапно нарисовался очередной коротенький медовый месяц. Зверь старший поразил свою жену тормознувшей у входа в гостиницу каретой, огромным букетом персиковых роз, и после мы их двое суток не видели и не слышали. Куда, зачем и почему - никто не объяснил. Зверь только хмыкнул, наблюдая за тем, как темно-каштановая лакированная карета скрылась за углом.       - Если к отъезду не вернуться - вот тогда можно начинать паниковать.       - Это вряд ли. - буркнула Кристя. - На этот раз папа визу нормальную оформил. Вот у финов, когда они пропали на неделю - было стремно.       Я угукнул, припоминая тот случай. В особенности - рявк мамаши Зверя в трубку о том, чтобы мы валили к черту. То бишь - домой. Сами. Но, в итоге Николай таки очнулся. Понял, что теть Лену стоит немного притормозить и развернуть в обратную сторону. А то она уж больно сильно залипает в новом месте. Пока все и везде не разберет по кирпичикам - не успокоится. И мужа своего таскает по таким местам, в которые я бы даже под дулом пистолета ногой не ступил. А ты поди ж...       Ну да ладно. Это все лирика.       Короче, отдых удался. Причем активный отдых. Потому, что на месте нас удержать было равносильно самоубийству. Даже Зверь постоянно терялся из поля зрения, исчезая, а потом возвращаясь с довольным прищуром и улыбкой. Но, что интересно – никогда не исчезал полностью. Я все время чувствовал его присутствие рядом, но это совершенно отдельный разговор.       Кристя впервые поняла прелесть отдыха в полной мере, так как стала уже совершеннолетней, и подпадала под единственное правило, которое когда-то установил Николай. Никаких правил. Вообще. Хочется пойти прыгнуть с крыши - пожалуйста. Хочется ночь напролет шляться по корчам - почему бы и нет. На моей памяти он однажды сказал, что раз взрослый - сам и куролесь, а потом разбирайся с последствиями. Это теть Лена еще не смирилась, а муж ее уже давно понял простую истину - своих отпрысков, которых наделали на свою же голову, удержать невозможно.       Люблю предков Зверя.       И Кристя взглянула на эти поездки по-новому. Да так, что когда пришло время собирать чемоданы - она внезапно села на пол посреди номера, и разревелась. Вогнав в ступор и меня и даже Зверя.       Но, домой возвращались только Николай, Елена, и Кракозябра. У нас со Зверем был еще невыполненный пункт в списке, вспомнив о котором я едва не трясся от предвкушения. Почти подзабыв еще недавний поход в музей...       - Блять... - тоскливо взвыл, глядя на название сея обители. Зверь тихо смеялся мне куда-то в шарф. Он затащил меня сюда в разгар очередной гулянки, и я даже не понял, куда попал. А когда понял, перед глазами уже открывались двери. Я то думал, что он опять нашел что-то типо того музея алхимиков или призраков. И без задней мысли потопал следом, ожидая снова чего-нибудь интересненького, но довольно жуткого.       Интере-е-с-с-сно, блять... Ага. Жутковато - не то слово. Нет, ну с одной стороны - очень даже любопытное местечко. Это если бы я не знал о другой стороне использования этих приспособлений. Практической, так сказать.       Музей секс-машин. И этим все сказано. Убиться дверью...       И желание убиться о ближайшую дверь у меня возникало каждый раз, когда Зверь открывал рот, чтобы в голос зачитывать предназначение того или иного предмета, либо конструкции. От половины которых у меня внутри подозрительно тянуло нехорошим предчувствием. В особенности потому, каким именно тоном, и с каким выражением Зверь все это переводил. Нагло комментируя каждый экспонат из своих познаний. С таким серьезным лицом, как будто лекцию читал, ей богу.       Зверь тащил за руку от стеллажа к стеллажу. От предмета к предмету. Игнорируя взгляды в том числе и ребят, которые тут работали. Пугая своим оскалом девчонок, которые явно сюда впервые зашли.       Добило меня сочувствие в глазах гида, которая плюнула на попытки выполнять свою работу, и даже вслушивалась в речь Зверя. Русский знает. Даже что-то себе бормочет под нос. Запоминает, наверное... И двое парней, которые следовали за нами на отдалении, развесив уши - тоже явно русские. Думаю, что если бы он застрял здесь еще часа на два - гид бы со спокойной совестью уволилась, слезно умоляя Зверя занять ее должность.       Короче, вышел я на улицу, краснея и бледнея одновременно. На Зверя смотреть побаивался. Потому, что все увиденное и услышанное вызывало смешанные чувства. В спектре от вполне естественного возбуждения, до раздражения.       Ибо здоровый организм требовал чего-то более существенного, а после этого музея попросту взбунтовался на фиг. Истосковался за физическими ощущениями...       Этому был ряд причин. Начиная с той, что в один прекрасный день после Нового года, я наебнулся прямо на крыльце офиса. Буквально на первой же ступеньке. Зверь удержал, но ногу я таки умудрился подвернуть. Да так, что там что-то подозрительно хрустнуло. Резкая сильная боль, от которой я вскрикнул, а потом затишье. Уже думал, что обошлось, но когда сел в машину, и мы почти доехали домой - понял, что дело дрянь. Запоздало подкатило. Да так, что я едва не вырубился. Перед глазами потемнело, а все тело начало жутко неметь. Легонький такой болевой шок. Ага.       Зверь тут же дал по тормозам, увидев, как я побледнел. Быстро открыл двери, и свежий морозный воздух сделал свое дело. Я очухался почти сразу, но поехали мы уже не домой, а в ближайший травмпункт.       Ребята сработали на удивление шустро. Диагностировали вывих, а рентген показал трещину.       И вплоть до самого отлета, я таскал на ноге отрез. Начал звереть уже на второй день. Понимая, что таким макаром и из дома не выбраться нормально, а дома хочется застрелиться от поведения Зверя, который превратился в няньку, откровенно издеваясь надо мной, как над последним инвалидом. От его подколов и черных шуток у меня постоянно дергался глаз. Почему-то правый. Рука, которая швыряла все попадающее под руку в Зверя. Левая. Здоровая нога, которая дважды даже удачно попала ему в колено, а потом прямо между лопаток. Трижды я пытался вывернуть на него чашку чая. Горячего. Дважды буквально запирался в своей комнате, с каким-то изощренным наслаждением слушая его бурчание за дверью. Обиженное.       - Какая походка! Еще раз так бедрами, только медленнее!       - Зачем тебе костыли? Ты и так неплохо на четвереньках бегаешь.       - Слушай, давай тебе ногу ампутируем, а вместо нее привяжем меч?       - Ваша каша, сударь! - пафосно так. Вот нахуя мне мне для поедания каши нож и вилка? И первое и второе полетело в Зверя. Кашу я пожалел. Жрать хотелось.       - Отличная поза для трупа. - тычек в щеку.       Когда он откуда-то выдрал мелок, и попытался очертить мой силуэт на диване - я только в ахере за этим наблюдал, а потом от души швырнул в него планшетом. Планшет уцелел. Все-таки баскетбольное прошлое Зверя не прошло бесследно.       И ни разу Зверь за все это время не зашел дальше поцелуев. Причем даже это умудрялся делать так, что хотелось ему дать в морду. Целовал быстро, скалился широко, и пропадал бесследно. Сука...       А потом Прага на время отрезала почти все мысли о Звере. Почти. Ага. Пока он снова не дал о себе знать. Явно обиделся, что я его игнорировал целую неделю. А делал я это осознанно. С одной стороны - месть за подколы. С другой... Зверь почти вернулся к своему привычному образу, который я видел раньше. Почти. Только взгляд то и дело останавливается на мне. А в глазах не исчезает эта уже знакомая тень. Хотя, может просто тогда я этого не замечал. Да еще его руки постоянно в пределах досягаемости. То прикоснется, причем намеренно. То, на плечи свои ласты уложит. То за пояс удержит. То одернет, когда я разгонюсь куда-то. Про то, что мы жили все это время в одном номере - молчу в тряпочку. Ага. На одной кровати. Но, после столь активных пробежек по городу, у меня сил хватало разве что добраться до подушки, и рухнуть в нее мордой.       Все же. После всего произошедшего такая передышка мне была необходима. И она подействовала круче, чем любой отвлекающий маневр Зверя в период моего инвалидно-имбецильного хромания. А то я не понял, что он пытался меня отвлечь и разрядить обстановку... Я стал спокойнее. Намного. Мозги встали на место, и заработали в привычном ритме, разбивая по полочкам все, до чего им дела не было раньше. Короче, я восстановил равновесие, и нервишки почти перестали шалить. Почти. Опять же.       Но, все рано или поздно заканчивается. Сейчас, когда Зверь вел арендованое ведро по направлению к Карловым Варам, до меня внезапно дошло, что мы остались одни. Предки Зверя, которые вроде как испарились, но вроде бы и присутствовали, забрали Кристю и улетели домой. И больше никто своим упорным стуком в дверь, или трезвоном на сотовый не сможет помешать тому, что задумал Зверь.       В том, что он что-то задумал я даже не сомневался. Уж больно довольное и предвкушающее у него было выражение. Причем с того момента, как Зверь потащил меня в тот долбаный музей. После чего я пол ночи пялился в стену, а ее остаток мне снилась такая откровенная пошлая хрень, что я с утра пораньше свалить в ванную, чтобы избавиться от последствий. То бишь - серьезного стояка, на который не подействовал даже холодный душ, так как перед глазами все еще стояли картины из сна.       А едва выбравшись из ванной - тут же столкнулся с прищуром Зверя. Понимающим таким. Что вогнало сначала в краску, а потом в продолжительный ступор на протяжении дня. Ну да ладно...       Короче, кажется мне, что затишье заканчивается. Грядет буря...       Я сидел на краю бассейна, потягивая холодный сок, и наблюдая за тем, как Зверь рассекает кролем. Под пристальные пожирающие взгляды редких поздних посетителей этого парующего нечто под огромным стеклянным полукуполом.       Не знаю, с каких соображений Зверь выбрал это место, но оно того стоило. Водичка просто жесть. Четыре бассейна от тридцати до шестидесяти пяти градусов. Минеральные воды, и полный курс массажа вместе с прочими лечебными фишками. Я тащусь.       Правда, в бассейн влажу осторожно, и ненадолго. Потому, что плаваю как бревно, тону как топор, да еще и при этом ору матом как сапожник, у которого спиздили единственную лапу. Нет, проплыть от одного края до другого смогу, но вода - явно не моя стихия. Ну не дружу я с ней. Вечно мне кажется, что не удержусь на плаву, и утоплюсь на радость всем и вся.       На удивление, затишье продолжалось. И я точно не понимал, чего у меня это вызывает больше. Облегчения, или разочарования. Хотя, последнее меня здорово напрягло. Самим фактом своего существования. Но, потом я плюнул на все, и смирился с этим. Я ведь действительно ждал, что отсутствие предков и мелкой вернет нечто большее.       Но, он просто наслаждался отдыхом. Зверь кайфовал даже больше чем я, бодро бегая от одного бассейна к другому, радуя народ своими заплывами и пиздатой формой, от которой слюнки текли даже у массажистки. Хотя она то должна бы повидать на своей работе и не такое. Но, Зверь - мастер облома. Причем такой мастер, что я тихо посмеивался, слыша разочарованные вздохи и шепот.       Увы, едва Зверь слазил с массажного стола, или выбирался из бассейна - тут же накидывал халат, и ухмылялся, когда ловил тот или иной взгляд.       Что возвращало меня к реальности, в которой Зверь принадлежит мне. От этого я зависал периодически, задумчиво наблюдая за ним. Понимая, что коротких прикосновений и того, что мы тут в одной кровати спим - мало. Критически мало. Я хочу большего, но у меня как будто ручник подняли, не позволяя даже рот открыть. Ранее у меня с этим, почему-то, проблем не возникало. А сейчас мы как будто вернулись к тому времени, когда Зверь был всего лишь важной частью моей жизни, а не жизненно необходимой. Как будто поднять руку, чтобы коснуться, или просто поцеловать - вдруг стало сложно. Хоть и хотелось до жути.       И, я только наблюдал, не имея ни сил, ни решимости что либо предпринять. Смотрел, и не мог оторваться. На его спину, которая показывается из воды, и исчезает в ней же. На его длинные пальцы, обхватывающие стакан или еще что-нибудь. На его губы, которые то кривились в улыбке, то расслабленно потягивали очередную полезную для здоровья пакость. То еще на чем-нибудь застревал, выпадая из реальности надолго. Внезапно начал замечать, что что-то в нем неуловимо изменилось. Стало… Откровеннее что-ли? Не знаю, как это описать. То ли походка, то ли что-то другое. Я замирал под короткими легкими прикосновениями. Ждал их. Ждал ночи, когда Зверь оказывался вплотную, позволяя прочувствовать контакт всем телом, а не только через его пальцы.       Но, и этого было мало. Уже давно.       Я пялился через стеклянный свод в ночное небо, стараясь не шевелиться. Иначе снова начну тонуть, а так просто лежать звездочкой прикольнее, чем болтыхаться в попытке побыстрее догрести до края бассейна.       Сегодня я тут оказался один, а Зверь куда-то исчез после ужина. Наверное, опять на гидромассаж побежал. Хотя у нас в номере просто отличнейшая огромная ванна с новейшими технологическими примочками, до которых все никак руки не доберутся разобраться что там к чему.       Единственная компания свалила еще с пол часа назад. Это и без того офигительное место погрузилось в идеальную тишину, позволяя почувствовать всю прелесть момента. Для полной картины не хватало только Зверя. И, увидев краем зрения движение, я чуть повернул голову.       Желания имеют свойство сбываться.       Зверь стоял, глядя в мою сторону. Я видел с такого расстояния только это, и то, что он потянулся, снимая футболку. Затем брюки. Поплавать решил. Вот кто чувствует себя в воде, как дельфин, с которыми у человека до фига общих генов. Но, у меня явно больше общего с котами, которые воду переносят только по большой охоте. К примеру, когда утопиться захочется...       Я отвернулся, вздохнув. Слушая всплеск, с которым Зверь нырнул. Внезапно вспомнился один сон, который заставил напряженно прислушаться. Сомневаюсь, что Зверь может так подъебать, но чем черт не шутит?       Зверь и правда не стал ничего делать. Только остановился рядом, раскачав мелкими волнами мое и без того не особо устойчивое положение. Я расслабился, стараясь дышать поглубже, и закрыл глаза для надежности. Чтобы не отвлекаться.       - Ты зачем сюда сам пришел? Утопиться решил? - насмешливо спросил Зверь.       Я фыркнул от того, о чем сам буквально только что думал.       - Даже если захочу - не выйдет. Тут везде камеры, и команда дежурит круглосуточно. Откачают, даже если небеса позовут фанфарами.       Зверь засмеялся, судя по волнению воды, куда-то переместившись. Почувствовав прикосновение к плечам - я понял куда, и напрягся, открыв глаза. Пульс предательски ускорился, хотя я здраво предполагал, что Зверь не станет меня топить. Но, мысль вылезла, припомнив события сна. Пришлось ее прихлопнуть и сосредоточиться на другом. А именно на том, как Зверь скользнул ладонью к затылку, поддерживая на плаву. Заставляя успокоиться. Когда кто-то держит - вообще не о чем волноваться. А когда держит Зверь... Тут не о чем даже задуматься.       В общем, после того, как он довольно сильно обхватил, куда-то медленно утягивая, я даже не вздрогнул. Прикрыв глаза от ощущения его пальцев под водой, и желания, чтобы он не убирал руку. Он и не убирал. А я снова открыл глаза, чтобы понять, что мы уже у края бассейна.       Зверь сел на первую широкую ступеньку в воде, едва заметно улыбаясь. Так, что я невольно поежился. В особенности, когда он уже двумя руками поддерживал, нагло и так хорошо скользя пальцами по коже.       Я попросту старался дышать ровно, чтобы не спугнуть мгновение, и прочувствовать все прикосновения по максимуму. Вопреки моему предположению, что Зверь снова ухмыльнется, и скроется из виду, он просто продолжал сидеть, задумчиво рассматривая свои собственные действия под водой.       - Понравилось здесь? - прошептал, перебирая пальцами волосы. Хорошо то как.       Я угукнул чисто для вида. А сам внезапно понял, что хочу домой. Мы уже пятые сутки здесь, а складывается такое впечатление, что месяц минимум. Причем месяц без Зверя. Те короткие мгновения, когда он рядом остается надолго - можно пересчитать на пальцах одной руки, и останутся лишние.       Не знаю, что увидел Зверь на моем лице, но он внезапно помрачнел. В тусклом освещении это было заметно предельно точно.       - Что с тобой, Дим?       Я не знал, что ответить. Все слова казались идиотскими. Спизженными с дешевого бульварного романа. Но, мне не хватало Зверя. Не хватало его прикосновений. Не хватало его рядом.       - Я не умею читать мысли, Дим.       Тяжелый вздох, и я открыл рот, чтобы выдавить:       - А я не умею их выражать словами. Дилема, правда?       Он склонил голову на бок, прищурившись. О чем-то задумавшись.       - А если показать?       Я хмыкнул, а потом внезапно вспомнил.       Показать.       Почувствовал, как внутри что-то дернулось. Оборвалось. Толкнуло с непреодолимой силой. Вместе с пульсом.       Показать.       Взгляд остановился на Звере. На губах, приоткрытых, чтобы сказать что-то еще. Но, я не дал этого сделать. Попросту схватился за Зверя, подтягиваясь для того, чтобы поцеловать. Со всей дури, как будто сорвало тормоза. А их сорвало. И не только мне.       Забыл о том, что еще в воде. Что ноги не касаются дна. О том, что Зверь мог банально не среагировать, и я ушел бы под воду. О том, что ступеньки явно скользкие, и ему сложно удержать нас обоих. О том, что кто-то может зайти, пусть на дворе ночь уже.       Я дорвался. А Зверь отвечал так, что меня буквально жаром окатывало. До боли в губах. До металлического привкуса во рту. Так хорошо и горячо, что я судорожно сжимал пальцы в попытке еще сильнее притянуть его к себе.       - Дим, тут камеры... - хрипло прошептал Зверь, между тем, как я снова его заткнул. На хуй камеры... Тут Зверь такой знакомый и горячий, что дышать сложно. Тут его руки, полосующие кожу на спине с привычной силой. А внутри все воет от долгожданной отдачи. Закладывая уши звоном, и закрывая глаза тяжестью.       - Дима! - почти прорычал Зверь, заставив их открыть, и осознать происходящее. Увидеть напряженное до предела лицо. Почерневшие глаза. Прокушенную губу, на которой уже выступила капля крови. Свое состояние и то, как от этого всего по коже прокатилась волна жара.       Я отшатнулся, ухнув в воду, но тут же дернулся, и гребонул в сторону к поручням лестницы. Схватившись за них, и наконец-то выдыхая. Зажмурившись, чтобы отогнать нахлынувшее. Но, тело предательски расслабилось, позволяя воде и возбуждению только еще сильнее напомнить о том, как давно Зверь меня не касался.       И сейчас заставил остановиться. Как будто только мне это нужно. Как будто только я тут единственный, кому рвануло крышу с треском.       Обидно до одури.       Я резко выдохнул, оттолкнувшись ногами от ступеньки, и перевернулся на живот, медленно направляясь к противоположному краю. Не хочу сейчас даже смотреть на Зверя, который что-то сказал, но я не услышал под весом обрушившихся ощущений. Плевать. В данный конкретный момент времени я просто хотел забыть обо всем, потому, что желание вернуться и снова хотябы поцеловать было почти невозможным. Я не чувствовал обычной опаски, рассекая воду, и похерив даже дыхание, которое все никак не восстанавливалось. Вода казалась прохладной по сравнению с тем, что творилось под кожей. И этим приносила некоторое облегчение.       Поручни оказались рядом на удивление быстро, и я выбрался из бассейна, понимая, что ноги подрагивают от напряжения и не только. Коротко оглянулся, и увидел Зверя по ту сторону воды. Он стоял, скрестив руки на груди. Я же тряхнул головой, сбрасывая наваждение, и это даже получилось.       Покосился по сторонам, слабо пытаясь сообразить, куда бы податься, чтобы немного остыть. Только беда в том, что мой халат и ключи с телефоном остались с той стороны. И Зверь их забрал, медленно двинувшись в обход. Да и ноги почти не держали. Блять...       Пришлось присесть на край шезлонга, чтобы немного прийти в себя. "Себя" не приходило. "Себя" следило краем глаза за тем, как приближается Зверь. "Себя" устало уронило голову в ладони, рассеянно глядя на воду. "Себя" только тоскливо прислушивалось к шагам Зверя, которые раздавались все ближе. Уныло ощущало, как горит кожа в тех местах, которых он касался. "Себя" не хотело двигаться и идти куда-либо.       - Я идиот. - прошептал, пялясь перед собой.       - Гениальные выводы. - каким-то макаром услышал Зверь, и его голос рядом заставил вздрогнуть.       Я растер полыхающее лицо руками, собираясь встать, но потом передумал. Зверь накинул на плечи халат, и я быстро в него замотался, не собираясь двигаться с места, и не глядя на него. Было немного стыдно и все еще немного обидно. Но, когда Зверь обхватил за шею, заставляя поднять голову, все лишнее выветрилось.       - Устал? - тихо спросил, так классно и привычно поглаживая пальцами.       Пришлось вздохнуть и кивнуть. Устал. Даже сам еще минуту назад об этом не догадывался, а сейчас понял. За всей беготней в Праге, и даже здесь - время летело как-то слишком быстро. Вот только не бесследно. Впечатлений было уйма. И от неожиданной вспышки, которая перебила по мощности и концентрации все остальное, я осознал в полной мере наваливающуюся усталость. Короткий срыв сработал, как перезагрузка, позволяя понять, что энергия подходит к концу.       Ну не умею я отдыхать, как все нормальные люди. В моем понимании отдых - лежать и не шевелиться. На этом все. И это можно сделать на диване дома. Все остальное - потенциальные возможности увидеть что-то новое, и получить массу разного. И когда дело доходит до наших поездок - я эти возможности выкачиваю досуха, а они параллельно выкачивают силы из меня самого. Зачастую так, что приезжая домой я несколько суток банально отсыпаюсь и восстанавливаюсь. Только на этот раз мы задержались дольше, чем обычно. Вот и причина моего состояния.       Но, не причина того, что Зверь тормозит на расстоянии.       - Просто не двигайся. - буркнул, когда он попытался убрать руки. Уперся лбом в его живот, и закрыл глаза. На лицо выползала улыбка вместе с тем, как Зверь хмыкнул, и начал медленно массировать кожу. Да так хорошо, что я едва не растекся, мурлыкая от удовольствия. Обхватив его за пояс, чтобы не рыпался. - Ты сам то еще живой, после таких-то длительных заплывов?       - Ну, у нас в номере было такое отличное джакузи... - протянул Зверь. А я возмущенно вскинулся, глядя на его довольную до безобразия морду.       - То есть... Пока я бегал по Праге, ты... - нет слов. Одни эмоции.       - ... прятался от Кристи. - сознался Зверь, виновато ухмыляясь. - Она нарыла какую-то компанию подростков, и постоянно пыталась меня им представить.       Я захлопнул рот, и фыркнул. Ну да. Зная способность Кристи находить странных друзей с еще более странными заскоками... А зная ее любовь к старшенькому, и желание поиздеваться над этими друзьями... Короче, все предельно ясно. Но...       - Все равно завидно. Я, кажется, уже исчерпал все ресурсы, и скоро уйду в продолжительный коматоз.       Вибрирующий смех Зверя заставлял и меня улыбаться.       - Зато, когда вернемся домой, ты уже очухаешься. - изрек он, и я подозрительно взглянул вверх, чтобы наткнуться на хитрющую ухмылку.       Вот это да. Я то считал, что он что-то задумал. Оказалось - задумал еще как, причем заранее, да еще и с далеко идущими планами!       - И что тогда? - тихо спросил, подавив желание поддаться искушению, и полностью рассыпаться под лаской.       Ухмылка ушла, а взгляд Зверя остановился на мне. Он лениво перебирал мои мокрые волосы, и молчал. Глядя настолько обещающе, что по спине пополз холодок, заставляя мурашки толпами маршировать вдоль позвоночника.       - Уверен, что хочешь знать? - спокойно выдал, рассматривая мое лицо, а я понял, что...       - Нет.       Не хочу. Ни знать, ни тем более слышать в подробностях. Ну его на фиг...       По возвращению нас ждало ЧП на работе. Большое такое. Быстро отрезвившее и меня, и тем более Зверя. Коллеги явно расслабились после праздников, и маленький косяк, на который не обратил внимание Тема, махнул рукой Володя, и положили хуй монтажники - вылез в серьезный скандал с заказчиком. Ладно бы еще с мелким, так нет же, с сетевиком налажали.       Я только влепил Тёмке оздоровительный привет с отдыха вместе с подзатыльником, и сел откапывать в завалах что-нибудь интересненькое. Потому, что в ближайшие дни тут будет жарко. Очень жарко. Такого на моей памяти еще не было.       Зверь... Озверел. Буквально. Нет, он не орал, не ругался, и никого не уволил. Но, даже Лерка старалась лишний раз не вылезать из своей коморки, чтобы не попадаться на глаза начальству. Потому, что у Александра явно чесались руки, отвесить кому-нибудь столь же оздоровительных и воспитательных пинков. Мрачный взгляд и широкий оскал даже меня останавливали от лишнего текста, попыток пошутить, а так же желания завалиться к нему в кабинет.       Премии лишились все участвующие в этом проколе. На следующие два месяца. А премия, чтобы понятнее было для осознания размера подставы - двадцать процентов от прибыли, поделено на всех, кто для нее потрудился. Жирный и лакомый кусок, который буквально маячил перед глазами, и вдруг превратился в насмешливый фак перед носом. Издевательский такой. Потому, что с одной официальной зарплаты можно разве что посмеяться. Причем сквозь слезы.       Вот и зарыдал Тёмка. Володя, правда, покрепче оказался. Понял, принял, прочувствовал, сцепил зубы, закусил удила, и поплелся за Зверем разгребать то дерьмо, что они наворотили. Хорошо, что обошлось без последствий. Ну, кроме истерично визжащей барышни, которая в первый день почти безвылазно верещала в кабинете Зверя. А телефон почти закипал от сообщений непечатного содержания, которыми Зверь умудрялся параллельно строить всех и вся.       Ну да ладно. Пережили. Заказчицу успокоили. Проект переделали. По щам огребли. И надолго запомнили.       Вечером Зверь только заходил домой, падал носом в кровать, и что-то едва слышно бурчал о дегенератах. Зато он не сопротивлялся, когда я медленно и с удовольствием стаскивал с него шмотки, впихивал в руки чего-нибудь адски успокаивающего, и наблюдал, как он быстро превращается в улыбающегося кошака, которому досталась самая жирная рыбина.       - Ужин приедет через пол часа. - хмыкнул, глядя на то, как Зверь порывается встать. Потом расслабляется, и прищурившись смотрит на меня.       - Как ты это делаешь? - он сел на кровати, и схватил меня в охапку. Удивился я скорее первому, чем последнему.       - В смысле?       - Всегда умудряешься все делать именно так, как надо, вовремя, и к месту? Даже отец сначала не мог поверить, что ты не допускаешь ошибок даже в мелочах. Постоянно искал к чему придраться. Не находил, и, не поверишь - расстраивался по этому поводу!       - Во как. - задумчиво хмыкнул, хитро косясь не него вверх. - Это элементарно, Ватсон. Этому учат еще в школе! Причем повторяют как минимум раз в день, чтобы наверняка!       Зверь нахмурился, переваривая поступившую информацию. А я воспользовался моментом, чтобы выбраться из его захвата. Почти воспользовался. Зверь может и рассеянно о чем-то задумался, но увидев мою попытку - только сильнее сжал руки, подтягивая к себе.       - Ну и что же нам там говорили? Не помню ничего такого.       - Это потому, что ты учился хорошо. - веско заметил, ухмыляясь. - А за троечниками, и теми, кому не мешало бы подтянуться - всегда и везде по пятам следовала класуха с нравоучениями. Одно из которых гласило, цитирую: "У тебя что, свободного времени много? Значит идешь на факультатив!". - я прокаркал, перекривливая свою классную руководительницу. - Свободное время - это святое, Зверь! Какие на хер факультативы? Вот и научился я делать все так, чтобы на мое святое никто не зарился!       Зверь фыркнул, утягивая меня на кровать. Я оказался сверху, упершись руками поверх его плеч. Хм... Занятная поза. Особенно, когда его руки подозрительно улеглись ниже пояса, впрочем без активности. Правда, и этого хватало, чтобы мысли сбивались в другую сторону...       - А еще... - я пытался отвлечься от прокатившегося желания потереться о него бедрами, и игнорировать разливающуюся по телу тяжесть, которая в последнее время наваливалась, едва Зверь вообще касался. - ... ошибки - это удивительнейшие существа. Я бы сказал - мистические. - Зверь вздернул брови. - Что? Вот сам посмотри: ты вроде бы знаешь, что они есть, видишь их, а остальные даже не догадываются об их существовании! Чем не мистика?       Зверь открыл рот. Закрыл. А потом запрокинул голову, и заржал. Да так заразно, что я сам посмеивался, припоминая свои косяки, которые очень даже хорошо вписывались в работу, если их достойно преподнести.       - Да уж. - он покачал головой. - А я то думал, что ты ошибок не совершаешь.       - Не совершаю. - активно закивал головой, улыбаясь. - Я их просто тихо прикапываю без свидетелей, чтобы в будущем усложнить задачу археологам.       От дальнейшего разбора полетов отвлек звонок в дверь, и я почти выбрался из лап Зверя, то меня тут же пихнули обратно на кровать. Он сам вскочил, и пошел открывать, по пути напяливая домашние штаны.       Снова Зверь заговорил уже когда быстро и методично уничтожил двойную порцию чего-то по-итальянски трудно произносимого. Развалился на кровати рядом, и блаженно щурился.       - Угадывать желания тоже учат в школе? Я этими крылышками бредил с самого утра.       Я пожал плечами.       - Ты всегда жрешь что-то адски острое, когда происходит что-то адски раздражающее. Ты предсказуем, Зверь.       - Да? Хорошо. И чем ты займешь свое святое свободное время завтра?       Я дожевывал мясышко, исследуя салат на предмет наличия еще хотя бы одного кусочка сыра. Поэтому, не сразу понял смысл вопроса. А когда понял, посмотрел на Зверя, почувствовав что-то неладное. И оно поспешило воплотится в жизнь.       - Пойдешь со мной?       Эта фраза прокатилась волной по коже, и я замер, вспоминая обо всем, что увидел и узнал в клубе в прошлый раз. С усилием проглотил вставший поперек горла кусок, и повел плечами, скидывая напряжение.       - Да. - получилось не так уверенно, как хотелось бы. В то же время я не сказал бы, что не хочу. Хочу. Хотя бы для того, чтобы "это свободное время" провести со Зверем. Да и смутно подозреваю, что я уже просто привык к "Черте". Клуб перестал быть для меня чем-то сверхъестественным и вызывающим опасения. Даже с учетом рассказа мелкой. Тем более - Зверь будет рядом.       Правда, я не думал, что он совсем не это имел ввиду...