Александр. Монстр.

      Не знаю, сколько я так просидел, путаясь пальцами в бархатных полосках, и зарывшись носом в них же. Время для меня остановилось. Все глубже погружая в странное и жутковатое состояние оцепенения.       Я наконец-то успокоился. Полностью. Настолько, что двигаться не хотелось вовсе. И в то же время это было какое-то пугающее спокойствие. Ненормальное. Потому, что не нормально быть настолько спокойным, когда настолько хреново.       А мне было именно хреново. Не плохо. Плохо – это совершенно другие параметры измерения. Боль никуда не исчезла. Только притихла со временем, превратившись в что-то ноющее внутри, заставляющее периодически ежиться в попытке это что-то вытряхнуть из себя. Но, не выходило. Она поселилась настолько глубоко, что я даже не мог определить, откуда именно ее нужно вытряхивать. Что сделать, чтобы она исчезла. Засела там, и резонировала с другой болью, вяло пульсирующей в висках.       Зато мысли кристально чисты. Ясны, как никогда раньше. Позволяя распутать весь этот клубок до конца.       А вот с реакциями была проблема. Потому, что когда я почувствовал прикосновение к волосам – даже сразу не понял, что это. Только глаза открылись сами по себе. Но, я мало что увидел, кроме размытых черных полосок, которые щекотали ресницы.       Александр. Когда он вернулся? Я даже не услышал, как входная дверь открылась, а потом со специфическим звуком захлопнулась. Не слышал шагов. Не слышал, а может просто не обратил внимания, плавая в этой каше, которой приходилось давиться практически насильно.       - Дим? – осторожный, совершенно тихий шепот, и столь же осторожное прикосновение. – Ты спишь? – он явно сделал выводы с того, что я даже не шелохнулся.       Хотелось бы. Но, сон даже не маячил на горизонте.       - Нет. - собственный голос охрип, что стало для меня неожиданностью. А вот звучавшая в нем усталость – нет. Как же я устал. Тяжесть этой усталости давила вниз, но я таки собрался с силами, и медленно разогнулся, поморщившись от сдавившей виски боли. Кратковременная темнота перед глазами рассеялась, но мир почему-то все еще был расплывчатым и мутным.       Я машинально потер ладонью лицо, и медленно отодвинул руку, обнаружив причину. Рассеянно пытаясь вспомнить, когда сея безобразие началось, и почему все еще продолжается.       Зверь практически мгновенно перехватил мою руку.       - Дима? – голос ровный до ужаса. Рука Зверя метнулась ко лбу, накрывая тыльной стороной ладони. Не отыскала ничего подозрительного, и осторожно скользнула ниже, застыв пальцами на влажной коже у глаз. Чтобы затем мягко, но категорично запрокинуть мою голову вверх, где я наконец-то увидел напряженное лицо и взволнованный взгляд Зверя.       - Голова болит. – глухо «пожаловался» я. Вот только болела она не настолько, чтобы рыдать. Что для Зверя не стало новостью. А еще – он прекрасно знает, что она у меня начинает раскалываться только в двух случаях: от недосыпа или от чрезмерного напряжения. И он в курсе, что ложились спать и проснулись мы вместе… С логикой у Александра всегда было лучше, чем у меня. Пусть даже самой элементарной…       - И что с ней произошло за время моего отсутствия? – мрачно поинтересовался, впрочем, уже потянувшись к вискам и осторожно надавливая.       Ох ты ж… Напряжение почти мгновенно скатилось мелкой дрожью с головы и плеч. Оставив только тихий звон в ушах. Если бы стоял – рухнул. А так – едва успел упереться в столик, теряясь в быстро накатывающем облегчении.       Снова. Снова Зверь показал, насколько именно знает меня. Лучше меня самого. В то время, как я любовался им на расстоянии вытянутой руки – Александр попросту изучил меня вдоль и поперек.       Зверь умен. Зверь внимателен. Зверь дотошен в мелочах, когда касается чего-то, что попадает в сферу его интересов. А я был в этой сфере не какое-то время. Годы…       Я снова посмотрел вверх, словив пристальный взгляд. Настороженный. Выжидающий. Читающий. Насколько глубоко он проникает? Насколько хорошо подмечает то, что даже для меня самого было загадкой всю мою жизнь?       - Дим? – еще раз позвал Зверь, внимательно вглядываясь в мое лицо.       - Прости. – я продрал горло, и криво ухмыльнулся.       - За что? – тихо спросил, продолжая осторожно массировать большими пальцами виски.       - За то, что долго думаю. Слишком много думаю.       Движения замедлились, а давление усилилось. Хорошо то как…       - И о чем ты думал?       Я наклонил голову, и Зверь тут же раскрыл ладони, обхватив под ушами. Как будто она у меня сейчас отвалится. Хотя, ощущение было такое же.       - О том, что я становлюсь извращенцем? – с грустным смешком выдал, прикрыв глаза от удовольствия. Руки Зверя – все, что мне когда либо нужно было. В них хорошо.       - Извращенец, значит. Боюсь даже представить, каким образом ты пришел к таким гениальным выводам. - пальцы впились сильнее, удерживая, и заставляя смотреть в упор, хоть у меня не было ни сил, ни желания отворачиваться. – Расскажешь?       Не просьба. Таким тихим и категоричным тоном не просят. Время просьб закончилось...       - Извращенец, а кто же еще? – вяло подтвердил. Хоть язык и слабо ворочался, но говорить было легко. Как если бы ручник опустился, а потом вообще растворился в воздухе вместе с педалями под изумленным взглядом водителя. Двери заблокировались, а стекло настолько прочное, что разбить можно и не надеяться. И теперь этому водиле остается только смотреть вперед на приближающийся поворот со спокойствием смертника. – Нормальные парни, для начала, не встречаются с себе подобными. При этом они не получают от этого такое удовольствие, что сложно описать словами. Им не нравится, когда их связывают. Когда вытворяют с их телом такое, что выходит за рамки правильного и неправильного. Когда их раз за разом заставляют спотыкаться о собственные убеждения, ломая их как спички. Они не ждут этого момента так отчаянно, Зверь. А я теперь именно такой. Кто я, если не вот это вот? Как меня назвать? Как это у вас называется? У вас всему есть название, Зверь. Так кто же я теперь?       Зверь долго молчал, рассеянно рассматривая мое лицо. Что ты там хочешь найти? И что нашел? Он чуть заметно улыбался. Легко и невесомо. Даже как-то облегченно. Как умеет только Зверь.       - Все просто, Дим. – он наконец-то выдал. – Ты – это ты. – поглаживая кончиками пальцев кожу на шее. Уже не удерживая. Просто поддерживая.       - Разве? Я же был совершенно нормальным. Совершенно обычным. Как все. – и от этого так тоскливо. Словно я что-то потерял. Часть себя. Какую-то очень важную. Может – именно поэтому так больно?       Зверь прищурился, опустив взгляд. А потом снова посмотрел в упор. Напряженно, и не до конца уверенно.       - Прежде чем ты снова начнешь вешать на себя ярлыки – я хочу кое что рассказать. Выслушаешь? – он дождался моего кивка, и кивнул сам. Убрал руки, сложив их на столе. Долго молчал, собираясь с мыслями. Я тоже с ними собирался, понимая, что услышу сейчас что-то важное. – Раньше… Я часто думал, что будет, если ты все-таки однажды попадешь в мои руки? Что мне делать? Как себя вести? С чего начать? Куда двигаться? Как не допустить ошибок? Чтобы в один прекрасный момент не увидеть, как ты уходишь?       Александру было сложно говорить, хотя голос был ровным. Но, я это видел. И слушал внимательно, понимая, что это личное. Очень личное. Такое не говорят порой даже близким. Кажется, мы снова поменялись местами. Хотя, мое собственное состояние так и не изменилось. Я все еще плавал в оглушающем спокойствии, лишь периодически перебирая пальцами хвосты. Даже не знаю для чего. Просто они такие приятные на ощупь, что выходит само собой…       - Чтобы проще было понять… Есть большие различия между нашими тематиками и зарубежными практиками. Я это и раньше знал, но когда столкнулся с такой проблемой – встала другая. Найти тех, кто сможет объяснить. Посоветовать. Отец мне ничем не мог помочь. Они с мамой нашли друг друга уже в процессе увлечения БДСМ. Оба знали, чего хотят, и как это получить.       Он говорил, прерываясь. Ненадолго замолкал, а потом снова начинал. Подбирая слова. Наверное, чтобы даже до такого придурка, как я дошло.       - Ты даже не представляешь, что мне предлагали. Чего я наслушался и сколько перечитал всевозможных бредовых предложений. Большая часть из которых имели своеобразный характер, вроде: Да зачем тебе это? Возьми меня, я хороший, послушный. – он криво улыбнулся. Так криво, что меня даже передернуло. – Или как тебе такое: скрути его, привяжи к кровати и выеби так, чтобы имя свое забыл. Правда, я так и не понял, что именно подразумевалось под выеби: избей или трахни.       Вот теперь мое спокойствие дернулось. Вздыбило шерсть, и с ужасом взглянуло на Зверя. Так спокойно говорящего об этом, что я просто в шоке. В особенности – представив сея картину в воображении.       - Видишь? Наши мало что понимают в теме. Вернее, как раз в теме они понимают, а вот… Не важно. – совсем невесело хмыкнул Зверь. – Я продолжал искать. Самое смешное – я искал везде, а нашел почти под носом, так сказать. – он прищурился, и выдал со смешком: - Ты правильно сделал, что пошел к Злате. Она уже больше пятнадцати лет практикует, а знает столько, что я в свое время подолгу зависал у нее в офисе, расспрашивая обо всем, что только взбредет в голову. И она отвечала на все. Подробно и выдавая собственные предположения. Порой еще бредовее моих, кстати. Уникальная женщина.       То, с каким выражением он отзывался о психологе – наверное должно бы вызвать хотя бы волнение, но я только усмехнулся. Полностью соглашаясь с Александром. Есть в ней что-то такое. Хотя, возможно это ко всем психологам относится…       - Она же и подтвердила мое уже сложившееся мнение на тот момент, что отправной и самой важной точкой к подобного рода отношениям является то, к какому типу относится партнер. Есть такие люди, Дим, которые попросту не способны это принять. Как психологически так и физически. Для некоторых – усиление любого воздействия, давления, вызывает только боль, ужас, отторжение. Я видел это несколько раз собственными глазами. Такое не редкость. В клубы часто приходят новички, чтобы попробовать. И буквально сразу становится видно, стоит ли заходить дальше, или там есть с чем работать.       Он снова замолчал, и осторожно поднял руку, чтобы прикоснуться к моему подбородку.       - Больше всего я боялся, что ты именно такой. Что, даже если однажды станешь моим – я ничего не смогу сделать. Это действительно страшно, Дим. Желать чего-то, и одновременно бояться этого желания, потому, что любое твое действие может стать последним в отношениях с тем, кого любишь.       Я уже подсознательно знал, что он скажет дальше, но все равно это не смог понять сразу.       - Не знаю, за какие такие свершения мне послали тебя. Что я такого сделал? Ты оказался таким, как я даже мечтать не мог. Гибким, чувственным, способным пропустить через себя мои желания. Прочувствовать их до конца. При этом наслаждаясь этим так же, как и я. Хотя, ты порой настолько зажат, что мне больно на это смотреть. Постоянно боишься чего-то, пытаешься как-то обосновать то, что происходит. И не получается, да? Я же говорил, что не выйдет, Дим. Все настолько просто, что даже смешно, правда?       Правда. Все оказалось настолько просто. Только ни хрена не смешно…       - Тебе это просто нравится. – повторил мои мысли Зверь. – Я только не думал, что для тебя это будет так сложно понять. Я как-то быстро осознал, и легко смирился с собственными... м-м-м... наклонностями? Не знал, что может быть по-другому. Пытался давить на тебя. Провоцировать. Показать это. Но, не получалось. Кроме того, что в один прекрасный момент ты сорвался, и почти сбежал.       - Я не сбегал. – глухо хрипнул, уронив голову на столик. Если сказать что я чувствовал себя дятлом леса дремучего – ничего не сказать. Я то всегда думал, что Зверь приучает к своим желаниям. А оказалось… к моим собственным. Пиздец котенку. Ударьте меня чем-нибудь тяжелым. Может станет чуток легче…       - А я решил, что это конец. – шепнул Зверь, и я вздрогнул, когда он зарылся пальцами в мои волосы. – Представь мое состояние, когда ты снова оказался в моей комнате? С таким решительным взглядом, что уже мне сперва захотелось сбежать. – он тихо рассмеялся, а я удивленно вскинулся. – Да, да, Дим. Я даже ненадолго запаниковал, но оказалось зря.       - Конечно, зря. – пробурчал, вспоминая свое появление дома, и громкое заявление, что у меня проблема. И реакцию Зверя. Довольно спокойную, я бы сказал. Но, учитывая его способность прятать любые эмоции под маской спокойствия – не удивительно.       - Это для тебя может и "конечно". А я в тот момент чуть не рехнулся, думая, что ты меня сейчас пошлешь далеко и навсегда. А еще о том, что я тебя не смогу отпустить. – взгляд Александра стал тяжелым, и он прикрыл его ресницами, но я увидел. Он тоже увидел, что я увидел. Криво улыбнулся, и позволил "полюбоваться" на это в открытую. Жесткое и решительное. Даже жестокое. – Действительно хочешь знать? Я почти готов был схватить тебя, приковать к кровати, и не отпускать до тех пор, пока ты не согласишься остаться. Я бы сделал все, чтобы ты остался. Все, Дим. Ты бы не вышел из моей комнаты просто так.       Страшно? Почему-то нет. Совершенно. Представилось это мгновенно. Ярко и четко. А еще – я бы недолго сопротивлялся. Совсем недолго. Потому, что это Александр. Ему я не могу сопротивляться. Совершенно. Ему стоит только попросить. Или просто сказать. И все. Больше ничего не нужно. Правда, сейчас что-то внутри подозрительно потянуло, ощерило зубы, а слова слетели с языка прежде, чем я понял, что сказал.       - А если я действительно захочу уйти?       Не знаю, зачем я это ляпнул. То ли всколыхнувшийся протест, инстинктивно защищающий своего хозяина и его право на выбор. То ли просто желание узнать, что он на это ответит. Но, вырвалось внезапно и необратимо. Зато реакция Зверя была странной. Он расслабился. Полностью. Смотрел спокойно. Абсолютно. Но, сердце почему-то разогналось, ожидая ответа. И он не заставил себя ждать.       - Нет. – просто и четко. Категорично. Одно слово, а сердце заколотилось, и сдавило так, что я невольно вздрогнул. Но, после следующих слов – отпустило так же быстро, как и сжало. – Ты не захочешь.       Не захочу. Верно. Я просто пялился перед собой, и понимал, что он совершенно прав. Не захочу. Все верно. Я просто не захочу. Я уже сейчас не хочу. Не хочу уходить. Не хочу, чтобы Зверь отпускал. Не хочу, чтобы он разжимал руки, которые перехватили мои, поглаживая большими пальцами запястья. Не хочу назад. Туда, где нет вот этой сильной хватки, дарящей спокойствие. Туда, где нет вот этого темного взгляда, который притягивает к себе, и заставляет теряться в догадках. Туда, где не было всего того, что произошло за последние месяцы.       Я не хочу это потерять.       - Да, терять такое нельзя. Это было нечто. - задумчиво щурилась Шиза, глядя на Зверя вместе со мной. Воплощая все мои мысли в данный момент.       И не только было. Еще будет.       Я закусил губу, и заглянул в эти глаза, которые все так же затягивают в свою черноту. Спросил уже чисто потому, что надо было хоть как-то разрядить ту неловкую тишину, в которой я оказался наедине с каким-то диким и непривычным смущением. Откуда вылезло, я спрашиваю? Закопайся обратно, чтоб тебя!       - Ты за этим его оставил? Чтобы я понял? – я не стал уточнять. Просто чуть повел хвостами, которые прошлись уже по запястью Зверя.       - Ты же любишь решать загадки. – он склонил голову на бок, и просто наблюдал, как я скептически скривился.       - Больше не люблю. – пробурчал, передернув плечами. Хватит с меня загадок. Я еще от этой не отошел. Боюсь, еще одна меня добьет.       - Вообще-то изначально он здесь потому, что понравился тебе. Действительно понравился. Я рассчитывал, что это просто подтолкнет тебя дальше. – Александр снова прикоснулся к виску, провел до уголка глаза. – Но, не думал, что тебе будет так плохо. Я снова облажался, да?       Я удивленно вскинулся, но Зверь говорил серьезно.       - Не знаю. Но, это было сложно. А как по-другому? Двадцать пять лет считаешь себя нормальным, а оказывается изврат тот еще…       Зверь как-то отчаянно застонал, уронив голову на подставленную ладонь.       - Господи, Дим…       - Да все я понял. Дай мне постебаться с самого себя. – быстро перебил, ухмыляясь. – Я и так чувствую себя дерьмово, и к тому же виноватым. Говорят, юмор это лечит.       Зверь рассеянно встряхнул свою шевелюру, и вздохнул. Посмотрел на меня, и резко посерьезнел. Правда, губы все же расползлись в какой-то странной полуулыбке. Он взялся за столик, и потянул его в сторону. Я остался с флогером в руках, но и его у меня отобрали, кинув на стол.       - Иди сюда. – позвал Зверь, в общем уже взяв за руку и потянув на себя.       Я сначала подался вперед, а потом зашипел сквозь стиснувшиеся намертво челюсти. Почти рухнул, но он успел подхватить. А я уже схватился за ноги. Затекли так, что я их до этого почти не чувствовал. И теперь… У-у-у-у-у… Сколько же я так просидел?       Разогнуться не смог бы никак. Мышцы свело к чертям до самой задницы и начало колоть зверски. Бля… Но, Зверю моя скрюченная поза не помешала схватить за щиколотку, и надавить под коленом так, что у меня глаза на лоб полезли. Там что-то хрустнуло, но уже через пару секунд начало отпускать. Вторую ногу постигла та же участь.       Нет, продолжало колоть, и очень сильно, но уже не настолько, что хотелось ноги отрезать нафиг. Я наконец-то свободно выдохнул, и начал расслабляться. Перевернулся на живот, закрыв глаза от облегчения.       - Жесть… - и это относилось не только к ощущениям, а скорее к молниеносной реакции Зверя.       - Не двигайся. – ответили мне, растирая подрагивающие мышцы через брюки.       Да уж. Не смог бы встать, даже в случае жизненной необходимости. Бодрит, ничего не скажешь. Прочищает мозг до основания.       Я лежал, носом в ладони. Вяло сжимая оживающие пальцы на ногах, и чувствуя, как движения Зверя разогревают потерявшую чувствительность кожу. Внезапно задумавшись о том, что это не спроста. Он сработал, я бы сказал, профессионально. Быстро. Четко. Да и пару раз он уже проделывал нечто подобное. Но, сейчас я не хочу об этом думать.       Вся эта карусель за день должна бы вымотать меня нещадно. Но, усталость наоборот отступила. Голова наконец-то опустела. Напряжение отпустило. Дышать стало легче. Хотя внутри все еще тянуло, мешая просто наслаждаться мгновением покоя. Заставляя замереть под прикосновениями, которые уже добрались до бедер. Надавливая особо сильно.       - Уже лучше? – хмыкнул Зверь, потянув за плечо, помогая перевернуться.       - Вроде бы да. – прошептал, не особо желая двигаться. Особенно, когда он снова начал растирать, только уже спереди. Начиная от стопы. Я только наблюдал из-под ресниц за Зверем. Вернее – я смотрел на эту его улыбку. Смотрел, и не мог оторвать взгляд. Странная такая. Необычная. Расслабленная. Не могу дать ей название. Такая же, как тогда перед тату салоном. Она исчезла, когда он заметил, что я смотрю. Зря. Мне она понравилась.       Я настолько залип на лице Зверя, пытаясь снова ее уловить, что не заметил, как движения замедлились. Стали более плавными. С нажимом. Понял, когда пальцы надавили по бокам от паха, от чего я автоматически сжал ноги. И эта улыбка снова выползла во всей красе. Пальцы сместились, и нажали где-то под косточками. Я задержал дыхание, почувствовав разлившееся тепло. Вцепился в его руки, даже не зная с какой целью. Чтобы их убрать, или чтобы удержать на том же месте?       Зверь заметил мою растерянность. Его руки напряглись, слегка стаскивая штаны, а пальцы снова надавили туда же, только непосредственно на кожу, и уже сильнее. Ох... Как приятно. Я зажмурился, когда давление превратилось в круговые движения у тех точек. Посылая странное волнующее тепло. Очень схожее с… Блять…       - Зве-е-ерь… - тихо протянул на выдохе.       - Да? Я тебя внимательно слушаю. – с улыбкой в голосе ответило это чудовище, надавив так, что теплая волна прокатилась вниз, и пальцы на ногах поджались.       Я сильнее сжал руки, и механически подтянул колени. На этом он и остановился, просто поглаживая кожу. Потом долгим взглядом прошелся по всему телу, остановившись на моих глазах, и тихо сказал:       - Я хочу, чтобы ты это увидел.       Что увидел? Я растерянно пялился в ответ, не догоняя, к чему он ведет.       - Себя, Дим. Таким, каким вижу тебя я. Ты уже понял - тебе нравится то, что происходит. Я хочу показать – насколько. Чтобы ты это увидел это своими глазами. Возможно, это расскажет тебе больше, чем я, или то, до чего додумался ты. Позволишь мне?       Вот теперь я совсем растерялся. Не от того, что он предлагал. Хотя, даже не представляю, как он это провернет. На камеру запишет, что-ли? Да я же сдохну на это смотреть… Но…       - С каких это пор ты спрашиваешь? – голос просел от мелькнувшей перед глазами картинки. А в лицо дохнуло теплом.       - И то верно. – согласился Зверь, убирая руки. Мои не хотели разжиматься, но не пришлось отпускать сразу. – Подняться сможешь уже? – он перехватил повыше запястий, и потянул. Встать вышло. И даже стоять уверенно. Как будто ничего и не было. Ни онемения, ни его последствий. Правда, пятки почему-то покалывало. Зато, когда Зверь склонился к уху и шепнул – я пошатнулся, пожалев, что вообще встал. – Пять баксов за то, о чем ты только что подумал. Решайся.       Вот теперь я покраснел капитально. Отводя взгляд, и мысленно послав себе несколько пинков. Не помогло. Перспектива попросту страшная…       - Не хочу. – прошептал, увернувшись от его губ возле уха.       - Когда захочешь – скажи. – на удивление не стал настаивать Зверь. Только вздернул за подбородок, и заглянул в глаза. – Если тебе что-то нравится, или чего-то хочется – это важно. Я хочу знать. Ты ничего не теряешь, Дим. Возможно, даже наоборот.       Разумно. Вот только оставлю это на будущее. На очень далекое будущее. Как и саму эту мысль, вылезшую хрен знает из какой дыры.       Вот посмеюсь, если Зверь именно это и задумал. Хотя, это ни хрена не смешно...       Уже стоя под струями душа, я поймал себя на мысли, что снова попал в это тягучее нечто, сродни ожиданию. Зверь там ждет. Меня ждет. А я тут лениво двигаю мочалкой, не особо спеша на выход. Тщательно двигаю, хочу заметить. Как будто действительно готовлюсь. Да так оно, наверное, и было. По телу гоняло тепло, и оно слабо соотносилось с температурой воды.       Раз уж мы с головой наконец-то расставили точки над «Ы» - стоит и об этом подумать.       И вот что странно. Я всегда думал, что возбуждение и желание появляется в непосредственной близости от объекта этого желания, или даже в процессе. По идее то, что Зверь прерывается, и загоняет меня в душ – должно бы охладить. Отрезвить. Приглушить. На крайняк – отбить любое желание напрочь. Но, это на крайняк.       А получается – совершенно наоборот. Ожидание не глушит ощущения. Наоборот, перенаправляет все мысли в сторону того, что будет дальше.       Понятное дело – его особое отношение к безопасности и здоровью. Но, дело тут совсем не в этом, правда?       Я раньше вообще не придавал значения всей этой прелюдии, как таковой. Разве что с эстетической точки зрения, где приятно было бы приласкать кошечку (без пошлостей, попрошу. Имею ввиду девушку), чтобы увидеть, как она мурчит от удовольствия и ласки. Но, отдавать этому столько времени? До постели так можно вообще не добраться...       Мда уж. Если критически посмотреть… Оказывается, что я был тем еще эгоистом.       Пока не почувствовал на себе. А с учетом того, что у Зверя она занимает едва ли не девяносто процентов всего действа – прочувствовал в полной мере. Не знаю, это в теме так принято, или он сам растягивает процесс. Но, заставляет задуматься. Хотя бы о том, что я ни хрена не шарю в этом искусстве. По идее, секс – основная цель. А получается – только сопутствующая составляющая. Почти второстепенная. Мне крышу рвать начинает едва Зверь только прикасается. Становится почти плевать, чем оно закончится.       Не в этом ли весь смысл? И не это ли Зверь так упорно пытается мне показать? Причем тычет носом с упорством танка. Что наслаждаться нужно не просто самим фактом разрядки. Эмоциональной и физической. Правда, сложно наслаждаться, когда это тебя больше пугает. Но, я ведь уже пришел к выводу, что не только пугает. Нравится.       Что стоит попробовать? Если в этом суть. Я же уже научился наслаждаться простыми мгновениями рядом с Александром. Можно двигаться дальше, верно?       Я настолько об этом задумался, что даже забыл про халат. А когда вспомнил – стало поздно. Уже переступил порог комнаты. Замер, увидев Зверя, который стоял у окна и смотрел куда-то на улицу. Переоделся, оставив только домашние темные штаны. Я передернул плечами, и покосился на свое отражение в черном глянце шкафа. К черту. Возвращаться назад было бы верхом идиотизма. Потом покосился на кровать. Почему-то практически не удивился, увидев Еву. А вот на флогере рядом – завис надолго. Потом плюнул на все, и тяжело выдохнул.       Медленно двинулся вперед, стараясь идти беззвучно. Зверь меня не видел, и не услышал, как я зашел. И это было такой большой редкостью, что провоцировало подкрасться незаметно. Обнять со спины, чтобы почувствовать, как он напрягся. Ага. Не ожидал? Я ткнулся носом куда-то повыше лопаток, почувствовав, как он уложил свои руки поверх моих.       Догадка подтверждалась на глазах. Он никуда не торопился, и не двигался. Только медленно и лениво скользил ладонями по моим рукам. Хорошо. Вот так уже хорошо. Просто стоять и чувствовать чужое тепло. Слушать чужое ровное сердцебиение.       Когда он расцепил мои руки, и развернулся – я погрузился в мгновение настолько, что даже пожалел, что оно закончилось.       Взгляд Зверя метнулся по мне, и он явно удивился, не обнаружив халата. Да уж. Сам в шоке. Не улыбайся так, это нервирует! Он обхватил ладонями мое лицо, и просто наблюдал, как я пытаюсь не краснеть. А-а-а! Да чтоб тебя! А он еще и улыбается! Гад. Хотя, если это его так сильно радует… Пусть лыбится.       Пальцы уже было двинулись вниз, но Зверь замер. Снова так странно улыбнулся, отпустил, и развернул, обхватив за плечи. Подталкивая вперед. Правда, мы прошли мимо той дверцы, за которой находился его склад издевательств. И на который я косился с мрачным подозрением. Правда, та дверца, к которой мы подошли – слабое утешение.       Он сам открыл ее, развернув к нам. И я наконец-то понял, что он задумал. Тоскливо подумав… А может таки выдать идею с камерой? По-моему – это была далеко не самая моя ужасная идея… Даже наоборот – отличная идея! Просто гениальная! Была… Мама…       Зверь улыбался вообще криминально позади меня. В отражении. Зеркало. Гребанное зеркало в полный рост.       Не то, чтобы я собирался сбежать, но руки Зверя, сдавившие за пояс, насмешливо так стебались над этой подлой мыслишкой. Да и сам Зверь прижался сзади, уложив свой подбородок мне на плечо. Я сглотнул, и машинально вцепился в его руки. Следя за его взглядом, который бродил по моему отражению. Голому отражению. Обнаженному. Оно, в свою очередь, казалось мелковатым по сравнению с комплекцией Александра. Хлипковатой неустойчивой конструкцией на паре ножек. Даже мои руки казались какими-то слишком мелкими по сравнению с его. Почти хрупкими, заставляя задуматься о том, как я вообще умудряюсь оставаться целым в его руках. И плевать, что я парень, и по определению не хрустальный, чтобы рассыпаться от пары неосторожных движений. Впечатление создавалось именно такое. От чего я невольно поежился. Когда смотришь на мир от первого лица – все кажется иначе. А то, что говоря со Зверем приходится голову задирать – вообще уже давно вошло в привычку, и не особо замечается. Да, у привычек есть такое подлое свойство. Да и не только у меня это вошло в привычку. Я мало знаю людей, которые могут сравняться с ним в росте...       Но, вот так…       Не знаю, сколько мы так стояли. Но, кажется, это было в планах Зверя. Потому, что он ничего не делал. Просто смотрел. А я постепенно расслаблялся, смиряясь с бросающейся в глаза разницей, и самим фактом того, что все будет происходить непосредственно перед моими глазами, как он и сказал. В том, что он потом его развернет обратно – не возникло сомнений. Вернее в том, что на такое счастье можно не рассчитывать…       Сначала в движение пришли его губы. Коснувшиеся плеча у шеи. Я как-то интуитивно наклонил голову на бок, и Зверь снова улыбнулся сквозь подобие поцелуя, двинувшись по подставленной шее. А я задержал дыхание, ощущая это прикосновение, и глядя на него в зеркало. От чего оно казалось еще более ощутимым. Когда же губы коснулись уха – сдавленно выдохнул, и зажмурился, чувствуя, как кожу обсыпает мурашками.       - Так не пойдет. – шепнул Зверь. – Ты должен смотреть, чтобы увидеть.       Пришлось открывать, ежась от горячего дыхания, сильно бьющего по чувствительной точке. И держать их открытыми оказалось сложно. Потому, что губы коснулись уха, рассыпав порцию дрожи по плечам. Да там и замерли, прижавшись. Посылая слабость вниз.       Я уже хотел было увернуться, но вспомнил про свое решение, и сдулся. Отчаянно глядя собственному отражению в глаза.       - Правильно, Дим. Смотри. Это все, что тебе нужно делать сейчас. Хотя… Пожалуй, еще кое что. – он расцепил руки, обхватил мои, и потянул вверх. По краям на уровне плеч. Заставляя упереться в зеркало, и сжав напоследок. – Держи их так. – он улыбнулся, и добавил: - Для устойчивости.       Блять.       Все, что крутилось в голове – цензура попросту не пропускала. Правда, это "пи-и-и" быстро заткнулось, когда Зверь плавно двинул по рукам. И смотрел при этом на свои движения в отражении, наслаждаясь зрелищем. Я тоже смотрел, как широкие ладони поглаживают кожу. Внутренней стороной. Тыльной. Кончиками длинных пальцев. Медленно. Плавно. Тщательно. То надавливая, то едва касаясь. Не оставляя ни единого неприкосновенного пятачка на коже.       Как же сильно ощущается. Бьет по нервам, заставляя волосы вздыбиться. От ощущения прижавшегося сзади тела хотелось податься вперед, но упор руками не позволял. Дышать стало сложнее даже только от этого. Я чувствовал эти прикосновения, и пялился на них в зеркало… Даже не знаю, как. На проверку – в легком таком ахере. Вот как.       Когда на руках не осталось непроверенного на ощупь места – ладони Александра двинулись по плечам. Надавив в массирующей форме. И я внезапно понял, что все это время напряженно стоял, а теперь медленно расслаблялся под руками Зверя. Чем дальше – тем больше. Когда же они добрались до шеи – покачнулся, почувствовав, как опускаются плечи, и весь упор перетекает в ноги. Чего, кажется, он и добивался.       - Вот так, Дим. Расслабься. Просто смотри.       Я беззвучно застонал, когда он обхватил шею, сжав так, что едва ноги не подкосились. Хорошо. Мягко, но сильно. Именно так, как мне больше всего нравится. Потом медленно перехватил одной за горло с той же силой, заставляя смотреть на собственное лицо, и глотать воздух от ощущения крепкой хватки. Второй провел костяшками по скуле. По щеке. По виску. А потом пятерней широко по волосам, убирая их назад. Прижался губами позади уха, и тихо шепнул:       - Видишь? Тебе хорошо сейчас, правда?       Я смотрел на свое выражение, задрожав от него же. Отчаянное какое-то. Выдающее все одним махом. Сдающее с потрохами все, что я сейчас чувствую. До последней капли.       - Да. – даже собственный голос казался почти предательски слабым и беспомощным перед открывшимся видом и оголившимися эмоциями.       А ведь Зверь это видел всегда. С самого начала.       Блять. Какой же я идиот.       Рука на горле медленно разжалась, и я едва не рухнул. Уперся сильнее, пытаясь совладать с собственным телом. Зверь улыбнулся шире, погладив под подбородком. Ладони двинулись ниже. По груди. Легонько. Очерчивая мышцы. По бокам. Сильно. Сминая кожу пальцами. Вдавливаясь в нее до боли. Я задержал дыхание, когда он спустился к животу, надавив так, что я качнулся назад. А потом сдавленно выдохнул, когда пальцы поползли вверх, царапая ногтями. Оставляя розовые полосы, и ощущение жжения. Остановившись возле колец.       Дыхание сбилось, а внутри все замерло от ожидания прикосновения. Вот только коснулся он не кожи, а металла. Но, и этого было достаточно, чтобы я вздрогнул и хныкнул от потянувшего удовольствия.       - Хочешь. – прошептал Александр.       Он не спрашивал. И не нужно было. Но, я снова выдохнул слабеющим стоном:       - Да.       Он как будто этого и ждал. Медленно продел указательными пальцами черные кольца, проехавшись по чувствительным соскам. А потом потянул вперед. Так, как я когда-то себе представлял…       Блять. Все мышцы груди и спины свело судорогой, и я попросту задохнулся от ощущения. Наблюдая и чувствуя, как оттягивается кожа, и пытаясь сделать вдох. Зверь не дал этого сделать, внезапно отпустил, обхватив пальцами кончики, и сдавив. Я почти пополам согнулся. Прострелило до пяток, а в паху крутануло горячей волной. Господи… Когда я так делал – да, блять, делал! - ничего подобного не чувствовал. Да, приятно. Но, не настолько же…       - Хорошо, правда? – мурлыкнул Зверь, но я уже не мог отвечать словами. Только вяло кивнул, вздрагивая от остаточных ощущений. – А так будет еще лучше. – он начал растирать их между пальцами, и мне оставалось только постанывать сквозь зубы, наблюдая как мой и без того подающий признаки член дернулся, поднимаясь. Мышцы сокращались, гоняя дрожь и острые искры по телу.       Я вжался спиной в Зверя, пытаясь найти опору. Ноги стремительно слабели.       - Я сейчас… упаду…       Да он и сам это понял. Остановился, напоследок еще разок сжав так сильно, что я ахнул.       - Рано, Дим. – хрипло рассмеялся Зверь на ухо. – Слишком рано. Я только начал.       Это заявление провернулось внутри таким неприличным предвкушением. Таким желанием продолжать, что мой громкий стон испугал меня самого. Зато на Зверя он произвел странное впечатление. Он прикрыл на мгновение глаза, уронил голову на мое плечо. Перехватил поперек груди, сжав в тиски. И… укусил. Сжимая зубы все сильнее. Ощутимее. До боли, которая свела плечо. Она была странной. Глубокой. Ее хотелось еще…       Эта мысль заставила перевести взгляд на свое лицо. Где откровенное желание говорило само за себя. Я сглотнул вставший поперек горла ком, и расслабился, тяжело дыша. Чувствуя, как боль расползается вверх по шее и по руке. И когда Зверь разжал зубы – она не спешила исчезать. Жглась под кожей. Пульсировала под губами Зверя, где он почти неощутимо касался поцелуем.       Он встретился со мной взглядом, и снова чуть прихватил кожу зубами. Легонько. Но плечо снова свело. Только уже не болью. Россыпью онемения и тянущего странного удовольствия. Я снова сглотнул, пялясь туда.       - Понял, да? – шепнул Александр, снова целуя. – Еще?       От перспективы почувствовать это еще раз – пальцы сжались, царапая ногтями зеркало. Я задышал чаще, заторможено кивнув. Зверь улыбнулся еще шире, скользя губами к шее, от чего сердце заколотилось со страшной силой. Там сзади у меня есть такое место… Он когда-то уже там кусал…       - Можешь… - собственный голос сдал своим отчаянным желанием, и я осекся.       - Что могу? – прошептал он, замерев у изгиба. Глядя вопросительно, и улыбаясь при этом так, что я почти забыл, что хотел сказать. Но, он напомнил. – Чего ты хочешь, Дим?       Чего я хочу? Наверное – сдохнуть. Но, это уже потом. Когда-нибудь… А сейчас я оторвал слегка дрожащую руку от зеркала, и коснулся пальцами пониже затылка.       - Здесь можешь… укусить.       Он медленно выпрямился, отстраняясь.       Я же отдернул руку, возвращая ее на зеркало. Внезапная мысль о том, что он откажется – заставила опустить взгляд, и напрячься в ожидании ответа. Я никогда ни о чем не просил Зверя за все то время, как его знаю. Как-то не было необходимости. Да и сам он сделал для меня столько, что просить больше - чистой воды сволочизм.       Хотя, вру. Просил. Ага. Остановиться. Хотя, тогда мои просьбы его особо не волновали... И теперь я уже не знал, как он отреагирует. Но, если откажет…       Будет обидно. До противной и жалкой рези в глазах. Зачем тогда говорить о том, чего хочу? Чтобы он поиздевался?       Мой короткий ступор оборвался, когда пальцы Зверя прошлись по шее, и остановились там, где я указал. Мысли тоже замерли, вместе со мной широко открытыми глазами пялясь на то, как он склонился к тому месту. Прижался губами, а меня сковало к черту. От ожидания. От надежды.       Давай же!       Но, Зверь медлил. Правда так, что грех жаловаться. От мягких поцелуев и движений языка кожа немела. А смутное ощущение зубов будоражило до дрожи. Я глубоко быстро дышал, пытаясь поймать тот момент. От начала до конца. Вот только он все никак не наступал. Я уронил голову, которая начала кружиться, но ненадолго. Пришлось открывать глаза, хотя ума не приложу, когда их закрыл. Было так хорошо, что они сами закрылись, наверное. И они закрывались снова. Но, я пытался смотреть. Честно.       И, все равно, когда Зверь наконец-то таки укусил – ничего не увидел. Волна онемения и удовольствия на время отключила свет. А собственный стон я услышал как отдаленный шум в ушах.       Не знаю, как я смог устоять на ногах. Все, что чувствовал – все сильнее сжимающиеся зубы Зверя, и какую-то дикую невесомость. Легкость. Но, когда он отстранился, и зрение вернулось – я все так же стоял. Причем с таким выражением… Блаженного идиота, да...       - Так? – шепот Александра прозвенел слишком громко, и я дернулся. Остальные ощущения возвращались стремительно. Потряхивая изнутри слабостью.       - Да. – выдавил, чувствуя, как тянет кожу на шее. Как тепло оттуда расползается по плечам и скатывается по позвоночнику. Да. Это оно.       - Почему раньше не сказал? – внезапно спросил, обнимая за пояс, и не предпринимая больше попыток пошатнуть мое равновесие. Спасибо за это. Я и так еле на ногах стою.       Я открыл рот, но сказать ничего не смог. А, в общем-то, почему? Ответа на этот вопрос у меня попросту не было. Сколько бы не напрягал мозг в попытке его отыскать.       Александр только тихо рассмеялся, глядя на мою растерянность. Эм-м…       - Есть еще что-то, что я должен знать? – мурлыкнул.       Я вяло мотнул головой. Связных мыслей по этому поводу тоже пока не было…       - Что, совсем-совсем? – продолжал издеваться Зверь. Его ладони поползли вниз, а мой взгляд вслед за ними. Вот черт… - Ладно. Тогда время просьб и предложений закончилось. – прозвучало слишком странно. Слишком. Обещающе. Слишком.       Но, руки минули опасную зону повышенной боевой активности. Замерли на бедрах, а легкий поцелуй чуть пониже укуса отвлек внимание. Зато, когда следующий настиг еще ниже, а потом еще ниже… Я с легкой заторможенностью понял - Зверь решил доконать мое и без того ушибленное во всех местах сердце. Почему? Каждый последующий поцелуй спускался все ниже. Александр тоже. Вот почему… И когда губы прошлись по пояснице, замерев надолго – я застыл. Ужас настигал вместе с тем, как я увидел Зверя на коленях сзади. Не нужно иметь сверхинтеллект, чтобы понять, напротив чего он оказался.       С-с-с-су-у-ка…       Его губы скользнули чуть ниже, а я вздрогнул, пялясь в пустоту перед собой.       - Зве-ерь? – мое хрипение не произвело никакого эффекта. Я уже хотел было сдвинуть ноги, но он как будто понял это, и медленно повел руками вниз к коленям, а потом и до стоп.       - Ш-ш-ш. Не двигайся.       Он разговаривает с моей задницей? Он разговаривает в мою задницу? П-п-помогите...       Еще один поцелуй чуть ниже по копчику, и я в панике взглянул туда. Потом на себя. На свое испуганное и охреневшее лицо, когда подумал о том, о чем собственно подумал. В поиске хоть какой-нибудь поддержки. Там ее не было…       Нет. Не-не-не-не… Нет. Нет. Нет. И еще раз – нет! Не станет же он…       Станет! Ой как станет! И подтверждение тому – прикосновение языка, от которого тряхнуло не по-детски. Я сжался, чувствуя горячее дыхание там, и едва не долбанулся носом о зеркало, когда разом взмокшие ладони разъехались в стороны. Судорожно дернулся, и Зверь схватил за щиколотки, удерживая на месте.       - Не надо… - жалкий писк тоже не возымел никакого эффекта. Разве что язык окончательно соскользнул к заднице, а я задрожал от этого ощущения. Как и от далекого воспоминания, которым меня ошпарило.       - Тогда останови меня. – он отстранился, и чуть качнулся в сторону, глядя на меня вверх в отражении. Все так же улыбаясь. Сука… – Скажи, что тебе не нравится.       Ага. Только вместо того, чтобы дождаться хоть какого-то ответа – он потянул одной рукой в сторону, заставляя расставить ноги еще шире. И отпустил. Совсем. Только поглаживал по коже. Мол – давай, уходи.       - Или стой тут, и не выебуйся… - от себя добавила Шиза, оскалившись как настоящая стерва... Блять…       Я снова взглянул на свое лицо, которое «порадовало» краснотой, и зажмурился. Ладони поползли вверх по ногам, а я устало уронил голову, отчаянно глядя на это в отражении.       Стыдно до усрачки. Это же просто пиздец. Но, я не хочу, чтобы он останавливался. А что это значит? Верно… Сука… Какая же я сука…       Поэтому, когда его руки остановились на заднице, и впились пальцами, раздвигая ее напоказ – я только всхлипнул, и закрыл глаза. Не хочу сейчас на себя смотреть... Но, кто ж мне даст это сделать? Он что, видит сквозь меня?       - Забыл уже? - он прижался губами где-то у копчика. – Ты должен видеть это, Дим. А это возможно только когда смотришь. И с открытыми глазами.       Да что же ты делаешь, Зверь…       Смотреть не хотелось. Совершенно. Я стиснул челюсти до скрипа, поднимая голову, и открыл глаза. Через силу глядя на собственное жалкое лицо. Тяжело дыша, и смиряясь с новой порцией мозговыламывающий новостей.       - Все сказал? – хрипло и устало выдавил, качнувшись, и упершись в створку сильнее.       Тихий смех в мою задницу не порадовал совершенно. Это только нервировало еще больше. Как и последующие слова:       - Еще нет. Прогнись вперед. Еще лучше – если обопрешься локтями.       Баста, карапузики. Убиться об зеркало, что-ли? А поможет? Это вряд ли…       Я вяло выполнил требуемое, ощущая себя настолько идиотски, что дальше уже некуда. Как он вообще может это делать? Пиздец какой-то… И вроде бы логикой понимаю, что там чисто. Сам, блять, мыл! Что в сексе не должно быть никаких предубеждений. Вообще. Сам не раз об этом заливался соловьем.       Но, клинит то как… Клинит, корежит и проворачивается внутри почти болезненно.       Когда почувствовал новое прикосновение – остаток мыслей расползся мутным пятном перед глазами. Хоть и смотрел в зеркало – больше не видел ничего. Возбуждение спало, оставив голые ощущения, и понимание происходящего. И все они перекочевали туда, вслед за влажными движениями языка, которые прокрадывались все ниже. К судорожно сжатому колечку.       Странные ощущения.       В тот раз меня это так сильно шокировало, что я быстро забил воспоминания настолько глубоко, насколько возможно. Не вспоминал вообще. От греха подальше. А теперь чувствовал, и подыхал в мучениях. Приятно, зараза. Щекотно, и вместе с тем дрожь совсем не от этого. Особенно, когда кожа в тех местах так зудит, и покалывает.       Медленно. Александр двигается даже слишком медленно. Отпускает, чтобы дальше я уже почувствовал и его пальцы. Так же медленно скользящие по влажной коже.       Я замычал, когда он провел по яйцам, а потом обхватил полуопавший член. Понял, что как-то механически еще сильнее прогнулся, уперевшись лбом в прохладное зеркало. Чувствуя, что в паху снова начало расползаться тепло. Хорошо так расползаться…       - Расслабься, Дим. – шепнул Зверь.       Я сглотнул, и попытался. Такие медленные и ласкающие прикосновения этому очень хорошо способствовали. В особенности – когда его пальцы добрались до головки, сжимая и посылая легкие спазмы прямо внутрь. Разжигая тянущее удовольствие.       Тихий стон вырвался внезапно вместе с тем, как он толкнулся языком сильнее. Прямо туда… И еще разок напоследок, перед тем, как он короткими поцелуями двинулся вверх. По влажной коже. Вдоль позвоночника. Рассыпая теплые мурашки по спине. Добрался до затылка, и там замер, чувствительно прикусив.       Я вздрогнул, и понял, что, кажется, на этом все. Зверь обхватил, заставляя выпрямиться. Согревая своим телом еще больше. Взгляд отказывался фокусироваться на чем-либо. Но, ему это, кажется, и не нужно было. Александр снова поднял мои руки, вернув их на зеркало. Поцеловал в плечо, и отстранился. Судя по мутному пятну – отошел назад.       Холодок после тепла, и потеря контакта заставили поежиться. Я моргнул, и зрение прояснилось. Но, Зверь уже вернулся. Провел ладонью по спине до задницы. И там остановился. Что еще он хочет от моей многострадальной пятой точки? Я еще раз моргнул, и посмотрел на него.       Улыбается. Все так же улыбается. Сволочь. Ладонь поползла обратно к шее. Обхватив сзади, и слегка сжав. А я понял, зачем он отходил, когда что-то прохладное и скользкое ткнулось в задницу. Уверенно так ткнулось. Надавливая. И еще сильнее. Я попытался сжаться, и почти протрезвел, когда понял, что он хочет в меня ее так запихнуть. Уже было открыл рот, но Зверь сам заговорил, сжав пальцы на шее сильнее.       - Не напрягайся. Она войдет. - кто же спорит, что войдет. У Александра все всюду входит. А если не входит, то... Короче все понятно.       Я все-таки расслабился, обреченно ожидая боли. Ее не оказалось. Совсем. То ли уже привык, то ли был настолько расслаблен после всего предыдущего – не особо важно. Ева поселилась внутри с каким-то уже привычным ощущением. Ожидаемым и даже желанным. Желанным… Еще один пункт в список моей капитуляции. Гори она синим пламенем...       - Самый щадящий режим. – прокомментировал Александр, и игрушка дернула внутренние мышцы. Действительно не сильно. Но, и не слабо. По расслабленному во всех смыслах телу – совсем не слабо. Шнурок вместе с переключателем повис вниз, вызывая странное чувство. Когда ты видишь, что из твоей задницы что-то болтается между ногами… Ощущать – одно. Видеть… Странно – одним словом.       Он снова отошел. И взял плетку…       Я ненадолго прикрыл глаза, вяло вздрогнув. То ли от спазма, то ли от понимания, что будет дальше. Но, Зверь только подошел вплотную. Заключив в объятия. Я открыл глаза, глядя на него практически отчаянно.       - Устал? – шепнул Зверь. Он больше не улыбался. Пристально наблюдал. Сосредоточенно.       Не знаю. Скорее... Как будто выдохся. Вот только пульсирующая нечисть так качественно сводила внутренности, что сложно было о чем-то говорить. Только чувствовать, как напрягаются и расслабляются мышцы, потягивая в паху до неприличия хорошо. Приятно. Возбуждающе. В таком мягком ритме, что я невольно вытянулся, чтобы почувствовать его сильнее.       - Еще немного, Дим. – почти невесомый поцелуй в висок, и тепло ушло вместе с Александром. Заставляя передернуть плечами от холодка, пробежавшего по спине. Я то знал уже, что это ненадолго…       Зато я не был готов к новому импульсу Евы. Сильному. От которого я охнул. И снова мелкий следом. Я подозрительно уставился на Зверя, и он шире улыбнулся, подтверждая. А оказывается – режим-то с подвохом…       Хвосты легли на спину как и в прошлый раз едва погладив. И разгоняться Александр не спешил. Совсем. Если это он называет немного – боюсь представить, что в его понимании «много». Я о времени. Не знаю, сколько я тут уже стою.       Еще я смотрел, и обнаружил, что перед тем, как сделать даже вот такой слабый безобидный мазок, похожий на поглаживание – он закидывает хвосты за плечо. Что-то в моей памяти есть об этом, но добраться сейчас в те дебри разума оказалось сложновато.       Следующих сильных импульсов было два. И они пришли быстрее… Черт. Я старался дышать глубже, чувствую нарастающую тяжесть внутри. Уже начинающуюся дрожь в коленях. И все такие же ласковые касания флогера, от которых кожа покрывалась мурашками. И хотя Александр еще ни разу не ударил – ощущаемая температура повышалась очень быстро.       Еще сильные импульсы. И еще раньше. И их было четыре. А я думал – три. Расслабился после третьего. И четвертый ударил слишком хорошо, вырвав стон. Тихий смешок Зверя сквозь шорох хвостов подсказал, что моя реакция и удивление не прошли мимо него.       Восемь. Черт. Дальше было восемь. Я задрожал, чувствуя нарастающие спазмы. Вцепился в края створки, глотая воздух открытым ртом.       Александр остановился. Подошел вплотную, и я дернулся, когда он накинул хвосты на шею, схватив по краям, и потянув назад.       - Смотри, Дим.       Черт. Я уже почти забыл о зеркале. Смотрел скорее сквозь него, не особо замечая, что творится в отражении. Я сфокусировался, но тут же застонал сквозь зубы от новых сильных пульсаций. И на этот раз они не закончились… Захотелось согнуться от горячих спазмов, но Зверь только сильнее натянул хвосты, удерживая.       - Уб-бери, пожалуйста... – дышать было и так сложно.       И он тут же разжал руку, полоснув хвостами по шее. Отошел назад. Но, дальше просто стоял, наблюдая, как меня потряхивает. Стоять было сложно. Ноги покалывало от упора. Держать руки было еще сложнее. Они слабели с каждым импульсом. Но, оно того, наверное, стоило. Слабость и жар разливались по всему телу вместе с удовольствием и напряжением, нарастающим внутри. Так хорошо, что перед глазами смазывалось. Но, недостаточно. Чего-то не хватало. Ева сжимала сильно, но... не там, где нужно. Я невольно выгнулся, пытаясь отыскать другое положение, в котором она работала бы правильно. И нашел его. Заскулив от долгожданного давления на нужную зону. Вот оно…       И тут же получил внезапно обрушившийся на спину сильный удар, заставивший вскрикнуть от короткого ожога. От толчка и спазма крутануло так, что в глазах на секунду потемнело. Следующий удар пришел почти сразу, выбивая воздух из легких с хрипом. И стоном от снова крутанувшей судороги.       Зверь больше не медлил. И это как никогда радовало. Ощущения были просто… Простыми. Простыми и ясными. Яркими и непередаваемыми.       Мой голос наверное было слышно даже сквозь звукоизоляцию. Но, мне было плевать. Держать его внутри не мог и не хотел. Я почти прилип к зеркалу, отчаянно хватаясь за створку, чтобы не упасть. На его целостность было тоже плевать. Вернее – меня туда впечатывало от ударов, обрушившихся уже на задницу. Полегче, чем на спину, но это било по нервам в разы сильнее. Делая толчки Евы просто невыносимо острыми. Удовольствие - невыносимым.       На этот раз боли я не чувствовал. Совершенно. Только жар. Сильный жар и толчки, раскачивающие тело. В какой-то момент он поселился везде. На коже, к которой прилипали хвосты, обжигая. Под кожей, где все содрогалось от ударов. Даже воздух казался горячим. Густым. Им сложно было дышать. Сердце гоняло кровь все быстрее. Пульс бился прямо в голове, глуша свист хвостов. Слабость и тяжесть накатывали ритмичными волнами, чуть отступая в перерывах между ударами. Сгибала все сильнее, пока не оглушила онемением.       Ноги окончательно подкосились, когда я почувствовал, как этот жар плавно двинулся наружу. Мучительно медленно, и так желанно. Ровно. И очень странно. Происходило что-то странное. Я даже пошевелиться не мог. Слишком расслабленное тело не било судорогами. Вообще. А я отчетливо чувствовал разрядку, движение изнутри наружу, которое все никак не заканчивалось. Попытался проморгаться, чтобы понять, что происходит.       - З-ве-рь… - просипел на грани слышимости. Голос отказывал. Но, слава высшим силам, он меня услышал. Я тут же ощутил его спиной, а руки сжались вокруг. Это мгновенное облегчение немного разогнало пелену перед глазами. Я смутно увидел то, что меня не на шутку перепугало. Из члена текло, как из плохо закрученного крана. Капая на пол без остановки. И я никак не мог на это повлиять. Жуткое ощущение чего-то неправильного. Не было сил ни сжаться, ни перехватить рукой, чтобы хоть как-то это остановить. Руки в захвате, но в них и так не было никакой возможности что-то предпринять.       В панике заметался взглядом, отыскивая в отражении Александра. И нашел. Снова открыв рот, из которого не вылетело ни звука. Только воздух, с хрипом быстро гонял туда-обратно.       - Ш-ш-ш. – он крепче сжал руки, и попросту надавил своим весом, заставляя согнуться еще сильнее. – Все хорошо. Так бывает. Только не напрягайся.       Как? Если такая бешенная слабость, что я практически не чувствую ничего, кроме вытекающей горячей спермы, движущейся на выход. Я только зажмурился, не в силах смотреть на то, что творилось с моим телом. Зацепился за ощущение Александра рядом, как за спасательный круг. И наконец-то почувствовал первую и последнюю резкую судорогу, вскрикнув от того, как все мышцы разом натянулись. Столь же быстро расслабились, и меня накрыло бесконтрольной дрожью.       Я вцепился ожившими, но трясущимися и слабо слушающимися пальцами в руки Зверя, пытаясь в них завернуться. Температура спадала слишком быстро. Становилось холодно. Единственное тепло исходило от Александра, и заставляло вжиматься в него спиной. Но, этого было недостаточно. Пальцы начали неметь от холода, а трясло уже основательно. Поэтому, когда он попытался разжать руки – я едва не закричал, выгнувшись всем телом.       - Дима! – почти рык на ухо, и я дернулся, всхлипнув.       - Не отпускай… пожалуйс-ста…       - Не отпущу. – уже спокойнее, но не менее резко ответил Александр. – Но, мне нужно срочно дотащить тебя до ванны. Очень горячей ванны. И ты не должен мне мешать. Слышишь? Успокойся.       Сложно успокоиться, когда так трясет от холода, но я быстро закивал. Начиная догонять, что снова поймал откат. И перспектива быстро согреться перевесила все остальное. Даже то, что Зверь туда тащил меня на руках. И шагнул вместе со мной под горячую воду из душа. Я сам вцепился в него намертво, и отодрать меня можно было только с кусками Зверя, потому, что вцепился даже зубами.       Согрелся далеко не сразу. А вздрагивал даже тогда, когда оказался по нос в воде, прижатый Александром ко дну ванны всем его весом.       Но, все рано или поздно заканчивается. Я постепенно расслаблялся в тепле, отстраненно наблюдая за паром, исходящим от воды. Вот только отцепиться от Зверя так и не смог. Казалось, что едва это произойдет – я снова замерзну. Хотя, тепла было предостаточно. Правда, зубы я таки разжал. С приглушенным чувством вины глядя на плечо, которое прокусил до крови…       - Прости. – хрипнул, осторожно касаясь губами у края ранок. Хотя... А за что я извиняюсь? Сам виноват...       Александр тихо рассмеялся. Облегченно рассмеялся. И смеялся долго, уткнувшись мне в макушку. Завораживая вибрацией в груди, и в то же время нехило настораживая таким приступом непрекращающегося смеха.       Кажется, кто-то тут свихнулся. И на этот раз - что напрягает еще больше - не я!