Группа риска.

      — Все повреждения были нанесены жертве при жизни, — отчитывался патологоанатом Джису и Чэен. — На протяжении всех этих издевательств ей давали коктейль из ряда барбитуратов, полностью угнетая ее нервную систему. Но выделяющийся в организме адреналин не давал ей и в обморок лишний раз упасть при отрезании конечностей. — Что явилось причиной смерти, мистер Пак? — Заинтересованно спрашивает Чэен, стараясь не смотреть на тело девушки, лежащее в прозекторской, прикрытое белой тканью. — Потеря крови. Я невооруженным глазом мог сказать вам это, только взглянув на труп. Но знаете, какую странность я заметил в этот раз? — Мужчина снимает очки и устало потирает глаза. Чэен и Джису вопросительно смотрят на него, затаив дыхание. — Посмотрите, — он кидает на стол два снимка культей Солли, что из белых уже приобрели слегка синеватый оттенок. Крови на них уже не было, лишь потемневшее мясо обрамляло изящную при жизни кисть. — По характеру неровных ран, вы можете заметить, что отрубались они трясущимися руками. Или жертва пыталась сопротивляться, что менее вероятно. В отличие от ножных повреждений. Уверенные и аккуратные, как и на Им Наен — предыдущей жертве. Инструмент один и тот же, расхождений быть не должно. — Если только это не были два разных человека, — догадывается Джису и задумчиво закручивает прядку волос вокруг указательного пальца. — В любом случае, спасибо за ваш доклад. Вы внесли определенную ясность. До свидания, — улыбается Чэен, прихватывая все нужные бумаги о вскрытии со стола, и идет к выходу.       Они с Джису некоторое время молчат, обдумывая одно и то же. А именно то, что преступник начал прогрессировать. Он ищет себе приемника, а значит это одно — он не остановится. До того момента, пока новый убийца не будет взращен, словно самый желанный цветок в оранжерее заядлого садовода. — Намджун, — слышит Чэен голос напарницы. — Мы готовы огласить пробный портрет убийцы.       — Чон Хосок, доцент кафедры бухгалтерского учета, — учтиво отвешивает поклон молодой парень, входя в аудиторию. — Теперь я буду преподавать вам бухгалтерский учет. — А где миссис О? — Поднимает бровь Тэхен. Ему совсем не нравится перемена состава. Он только неделю назад договорился с Миссис О о простом способе получения зачета. — По семейным обстоятельствам она больше не может преподавать некоторое время. — Красноволосый мужчина в строгом черном костюме улыбнулся и продолжил: — в отличие от меня. У нас с вами впереди долгая и плодотворная работа, которая будет состоять из проекта, зачета и экзамена. В этом полугодии мы должны многое успеть. Так что, не будем медлить и начнем формироваться в группы для выполнения проекта.       По аудитории прошелся легкий недовольный шепоток. Ведь и правда, ребятам с прошлым учителем светила перспектива ни черта не делать и получить хорошие отметки. Потому что, Миссис О была жуткой амебой, которая тоже ничего не делала и много не спрашивала. А сейчас к ним на огонек пожаловал припротивнейший тип, который сразу решил навалить кучу заданий. — По нему же видно, что он молодой. Хер ли так выпендривается? — Хмурит брови Чонгук, шепча на ухо Дженни свое недовольство. — Мистер, — Чон Хосок указывает ладонью на Чонгука, прося представиться. — Ваш тезка, — отстраняется Гук от Джен. — Мистер мой тезка, — выдыхает Хосок, подходя немного ближе к парню. Вся аудитория замерла в ожидании того, что же выкинет доцент кафедры бухгалтерского учета. — С кем планируете записаться в группу? — С Мисс вашей тезкой, — улыбается Чонгук, указывая пальцем на сестру.       Хосок открывает журнал и находит фамилии: — Чон Чонгук и Дженни Чон, значит? — Он поправляет очки легким касанием пальца. Чонгук кивает, поджав губы. — Вселенная мне подсказывает, что такого не будет. — Улыбается преподаватель и скользит пальцем по журналу, ища наиболее приглянувшееся ему имя. — Вселенная утверждает, что Дженни Чон будет писать проект с, — медлит он с ответом, заставляя Чона начать злиться от такой дерзости. — С Мин Юнги, предположим. Где Мин Юнги? Помаши мне ручкой.       Юнги вяло тянет руку вверх, даже не смотря на нового преподавателя. Он прекрасно понимает, что пукан Чонгука взорвется, если Мин позовет Джен к себе домой писать проект. Такое для него лишь автоматически заключается в кавычки. — Ну, вот и прекрасно. Свою пару для проекта я вам любезно нашел. — Спасибо, — цедит Юн сквозь зубы.       Больше такого прекрасного распределения не продолжилось. Все смогли попасть в желающие пары. Тэхену достался Чонгук и преподаватель не канючил более. Чон такой паре был совсем не рад. Ким Тэхен — ничего не делающий отъявленный двоечник. Который спихивает все свои задания на одногруппников. Но это был еще не конец. — Я смотрю, что многие, кто пишут друг с другом проекты, не сидят вместе. — Захлопывая журнал, продолжает Хосок. Джен и Чон недовольно переглядываются, понимая, к чему клонит молодой преподаватель. — Вам следует сесть вместе.       Дженни видит, как кулаки брата сжимаются, а мышцы рук под голубой рубашкой напрягаются. Она все понимает с первого раза и собирает свои вещи. Чонгук бросает на нее быстрый взгляд и закусывает губу.       Несколько минут одногруппники перемещались, меняя свои места локации. После все затихли, не смея даже произнести ни слова.       Чон Хосок нарушает тишину: — Записываем тему: планы счетов.       Юнги беззвучно подталкивает свой телефон к Дженни. — Напиши свой номер, — шепчет он так, чтобы Чонгук не услышал.       Джен улыбается краешками губ, набирает на клавиатуре свой номер. И без лишних слов отдает телефон владельцу.       Лекция оказывается на удивление скучной и нудной. Дженни кажется, что прошло не полтора часа, а целых три. Но перемену ей не хотелось больше, чем конца пары. Она знала: Чонгук вынесет ей весь мозг по поводу ее нового соседа.       Лишь Тэхен был счастлив такому стечению обстоятельств и предложил Чону вечером выпить за столь прекрасный союз. На что последний послал его в жопу, но от выпивки не отказался. Сам себе пообещал, что много пить не будет.       Прозвенел звонок, оповещая о конце пары, и все поспешили собраться как можно скорее и покинуть кабинет скверного преподавателя. Дженни, Тэхен и Чонгук в числе последних уже подходили к выходу. — Мисс Чон, — окликнул девушку Хосок. — Можно вас на минуту? — Да какого хуя? — Недоумевает Чон в полголоса. — Вы идите, — Дженни снимает темный волос со спины брата и кидает его на пол. — Я сейчас приду.       Парни нехотя удаляются из аудитории, но дальше не уходят. Становятся у ближайшей белой стены. Чонгук опирается на нее черным лакированным ботинком и складывает руки на груди. Выжидающе смотрит на закрытую дверь. Ему крайне неприятен этот тип. Почему он вообще докопался именно до них? Что они сделали? — Я, надеюсь, вы не против новой компании на написание проекта? — Складывая конспекты в черный портфель, спрашивает Хосок. — А разве я могу с этим что-то поделать? — Приподнимает брови Джен, складывая руки на груди бледно розового платья. Ее удивляет такая мнимая проницательность со стороны доцента. — Просто я немного узнал о вашей группе от других преподавателей. Они наперебой хвалят вас с братом. А я считаю, что вы уже сильно приелись друг другу... — Спасибо большое, конечно, — перебивает его Дженни, понимая, что дальнейший разговор будет бесполезен. Она тоже злится на мужчину за такой резкий интерес к их с братом личностям. — Но если вы позвали меня за тем, чтобы узнать, что я думаю по этому поводу, то я, лишь из уважения к старшим не стану вам отвечать. Можно идти?       Хосок натянуто улыбается: — Конечно. Корея — свободная страна, Дженни Чон.       Дженни Чон даже не прощаясь, выходит из аудитории и прикрывает за собой дверь. Улыбка на лице Чона гаснет. Глаза прищуриваются в змеиные щелочки, а лицо становится неестественно злым.       — Мне нужно, чтобы ты все рассказала, — Джин садится рядом с Чон Ыну на ободранный с одной стороны желтый старый диван.       Его приставили к ней в целях защиты. К этой запуганной девушке, что и слова не могла вымолвить после случившегося. Она была до жути бледна и ничего не ела. И он понимал ее состояние, но ему нужно было знать: почему убийце она так важна. — Я, — Ыну с трудом удается произносить слова. Она имеет представление о том, почему этот чокнутый зацепился за нее, но ей было стыдно говорить. — Спросите у всех моих знакомых. Они это знают намного лучше меня.       Сокджин тоже знал. Многие студенты с удовольствием поделились непристойными историями, где в главной роли выступала эта девочка. Такая красивая, с отличной фигурой, хорошо владеющая всеми видами секса и замеченная не только в гетеросексуальных связях.       Он выдохнул: — И все же, мне хотелось бы узнать это все от тебя. — Меня все считают шлюхой! — Выкрикивает Ыну и резко встает с дивана.       Ей страшно и стыдно. Страшно от того, что в этом городе она совершенно одна. Без мамы и папы, которые находятся в далекой глубинке. Мама и папа, что так переживали за нее без какого-либо повода, и собственная дочь сейчас боялась сказать им о том, что ее хочет убить какой-то псих. Как минимум у них случатся разрывы сердец, как максимум — ей придется ехать на похороны.       А стыдно ей стало лишь недавно. Она не чувствовала за собой вины за ее многочисленные интимные связи. До первого убийства. Ыну и Наен хорошо общались. В принципе, были одинаковыми. Поступали одинаково. Одинаково плохо. Не видя в этом «ничего такого». Просто развлекались. И сейчас она хотела отмотать время вспять и вести себя совершенно по-другому. Например, как Дженни Чон. Холодная, недоступная, под сильной стеной, что гордо именовалась «брат». Да у Ыну даже двоюродных братьев не было, не то, что родных. — Просто потаскуха на одну ночь. — Эй, — Джин встал, обнимая девушку. — Нельзя говорить так про себя.       Чон понемногу берет себя в руки, утыкаясь в широкое плечо агента. — Как ты думаешь, убийца мог тебя увидеть где-то? Или узнать о твоем поведении? — Пытается немного надавить Сокджин, усаживая девушку на прежнее место. Он глянул на свое плечо, где только что находилась голова Ыну: белая рубашка была безнадежно испачкана всеми видами косметики. Не очень дорогой, которую Чон сейчас пыталась стереть со щек при помощи ладоней. — Круг подозреваемых будет большим. — Выдавливает она из себя, давая понять, что дальше разговаривать на эту тему не хочет.       Джин понимающе кивает. — Он ведь меня не убьет теперь? — Заплаканные глаза смотрят в упор на Кима с надеждой. — Нет, — уверенно улыбается Сокджин. — Теперь мы здесь и не дадим тебя в обиду.       — То есть, эта Ыну хорошая давалка? — Чисто из интереса спрашивает Лиса, сидя в удобном кресле-пуфе, поглощая вторую бутылку пива.       Атмосфера в доме Тэхена царила дружеская. Небольшое количество народа, большой камин и первый осенний день, подходивший к концу. Такой колючий и холодный. Заставляющий вспомнить о том, что депрессия в этот период — неизбежное явление. — Вон, спроси Суен, — подмигивает Чонгук, вальяжно развалившийся на диване.       Пряжка на его черных джинсах была расстегнута, просто потому что бесила. Белая рубашка наоборот, застегнута на все пуговицы. Как бы сказала агент Пак Чэен — парень противоречие во всей красе. Рядом с ним сковано сидела Дженни. В отличие от брата без противоречий в таких же черных джинсах с разрезами на коленях и в темно-красной худи с капюшоном. Она открыла уже четвертую банку пива, и оно давало знать о себе, полностью вскружив голову. — Чонгук, — негодует Суен, мило дуя губки. — А что, разве неправда, что она отымела тебя страпоном полгода назад? — Смеется Тэхен, налегая на не фильтрованное.       Лалиса корчит лицо: — Фу, боже, не стоит. Я все поняла.       Пак пытается отнекиваться, но под веселые смешки и «да, да, мы все знаем», она громко возмущается: — А что, мы все такие святые что ли? Давайте сыграем в правду или желание, а? — Приподнимает она бровь, глядя на Тэхена. — Узнаем немножко больше грешков друг друга.       Он строит удивленную гримасу, но тут же расплывается в слащавой улыбке, одобрительно кивая. — Ага. Давайте еще и без каких-либо правил? — Саркастически поддерживает Чонгук, отпивая из своего стакана. Смотрит на загруженную сестру и понимает, что ей стоит немного отвлечься. — Тогда я начну, — Суен не понимает насмешки и поворачивается к Чимину, который сидел на полу рядом с Юнги. — Эй, Пак Чимин! Тут поговаривают, что ты давно полноприводным стал?       Удивленные возгласы девушек и смех парней не заставляет себя долго ждать. Блондин краснеет, впиваясь взглядом в пол под собой. — Вообще-то, — уже немного увереннее говорит он. — Ты не спросила, правда или желание. Игра, если я не ошибаюсь, заключается в этом? — Оу, значит есть, что скрывать, — пытается перекричать улюлюкающих ребят Суен и приободрившись встает с дивана: — ну хорошо. Чимин, правда или желание? — Желание, — Чим тоже поднимается следом и своей дерзкой улыбкой показывает «ну что, выкусила?». — Ладно, — тянет девушка, в очередной раз отпивая алкоголь. — Давай тогда для Дженни приватничек станцуй. — Так стоп! — Уже еле выговаривая буквы, возмущается Джен. — Почему это мне? — Потому что все знают — вы пытались мутить, — пожимает плечами Суен. — Давайте по правилам играть уже. Че как дети малые?       Подстрекательницу поддерживает Тэхен, Сыльги, Лиса, но не Чонгук и Юнги. Они просто сидят, пытаясь за зря не вступать в спор, дабы не получить провокационные вопросы в дальнейшем.       Включается медленная музыка. Свет в одно касание тэхеновой руки приглушается. Чимин немного теряется и первое время ничего не делает, лишь нервно прикрыв губы ладонью. Получив моральный пендаль от все той же зачинщицы Суен, неуверенно подходит к дивану, на котором сидит Джен. Все так же неуклюже начинает делать первые танцевальные движения, но по мере разгона музыки расходится и сам. Кидает страстный взгляд, закусывает пухлую нижнюю губу и задирает черную футболку, оголяя пресс. Медленно облизывает покусанные губы. Подходит вплотную к Дженни. Она чувствует, что щеки ее загорелись алым цветом, и она прячет лицо в ладони. Правую ладонь тут же обхватывает слегка мокрая ладонь Чимина и тянет к своим кубикам, давая их потрогать. Действия Пака удостаиваются аплодисментов. Пьяные друзья ликуют и просят большего.       Чонгуку кажется, что еще чуть-чуть и он вырвет руку этого выродка с корнями. Злость подкрадывается, уговаривая сделать это незамедлительно. Но Чимин сам с застенчивой улыбкой отстраняется со словами «Ну все!». — Вот это уже похоже на взрослые игры, — хмыкает Тэхен, затаив дыхание перед продолжением.       Очередь Чимина задавать вопрос. Он, недолго думая, усаживаясь на свое прежнее место, поворачивает лицо к Юнги: — Правда или желание? — Я даже не знаю, что теперь и выбирать, — улыбается Мин, шутливо хватаясь руками за голову. — Пусть пока что будет правда. — Тебе уже приглянулась какая-нибудь из наших девушек?       Лалиса тоже хотела задать ему тот же вопрос, но Чим снял его с языка. Поэтому теперь она с нетерпением ждала ответа.       Юнги оглядел присутствующих и столкнулся взглядом с сестрой. Та пошло подмигнула ему, облизывая горлышко бутылки и допивая содержимое. Мин сглотнул, отворачиваясь от нее. — Кое-кто есть на примете, — признается он, смотря на Чимина.       Все замолкают, ожидая продолжение ответа и как вишенку на торте имя той самой девушки. — Имя! Назовите Имя! — Пародирует Тэхен Барти Крауча из Гарри Поттера. — Но вопрос заключался не в имени! — Отнекивается Юнги на серьезных тонах. — Нет, — тянет Чимин, выставляя указательный палец перед лицом пытающегося обмануть всех парня. — Ты знаешь, что должен и имечко сказать. — Окей, — выдыхает обреченно Юн. Прекрасно же знает, что они точно не отстанут. — Дженни, — он проводит ладонью в сторону слегка пошатывающейся девушки.       Джен оживляется: — О, однопроектник! Привет, — она машет ему рукой, по идиотски улыбаясь. — Этому столику больше не наливать, — ухмыляется Чонгук и притягивает сестру к себе, по-братски обнимая. — Да ладно тебе, — совсем негромко начинает Джен, кладя руку на колено брата. — Можно еще бутылочку? — Чего это вы там шепчитесь? — Иронично посмеивается Тэхен. — На бухло меня разводит, представляешь, — Чон убирает руки от сестры и она отстраняется, все еще смотря на него с надеждой. — А я говорю — нет. Потому что мне тебя еще домой тащить. — Да пусть пьёт, — Тэ подкидывает очередную бутылку на диван к подруге. — Может сегодня остаться у меня, — он подмигивает смеясь. — У меня хоть кубиков и нет, зато и жира тоже не имеется.       Все вновь смеются. Игра сама собой затухает, вопреки тому, что многие хотели бы большего, но побоялись высказать свое мнение, боясь быть засмеянными остальными. Музыка становится громче и пара девушек уже выходит размять свои кости. Дженни и Чонгук спорят о чем-то в сторонке. Лалиса подкалывает Юнги. Она очень сильно ревнует брата, но не говорит ни слова вслух. Тэхен пробирается к холодильнику и подхватывает новую бутылку, думая о том, что было бы неплохо сходить в туалет. Задний карман его джинс коротко вибрирует (Картинка19).       Он наплевательски откидывает телефон на кресло и плетется в сторону такой необходимой сейчас уборной. — Было бы куда лучше пойти домой. Тебе так не кажется? — Чонгук слегка хмурится, видя в каком состоянии находится его сестра. — Чонгуки, — перед глазами Дженни братьев уже четверо. Один злее другого. — Что мне сделать, чтобы ты улыбнулся?       От Джен Чона отвлекает звук сообщения. Телефон, сжимаемый левой рукой, отражает неизвестный номер. Сначала, он решает попросту проигнорировать сообщение, но видит начало текста и быстро вводит пароль (Картинка20).