Группа риска.

(Картинка 49-53)       Дженни включила ночник на прикроватной тумбочке и встала с кровати. Не спеша подошла к зеркалу и осмотрела свое лицо с большой долей отвращения. Огромные синяки под глазами и опухшие красные веки аля терминатор в деле. Обреченно выдохнула и включила подсветку на большом зеркале, обыскивая столик в поисках самого плотного тонального крема. Наконец-то найдя, принялась тщательно распределять его по всему лицу, быстро орудуя спонжем. Пять минут, и ее лицо становится фарфоровым. Даже при блеклом свете ламп она выглядит словно покойник. Корректоры помогают ей приобрести более-менее божеский вид.       Джен не замечает, как быстро летит время, пока она красится. Двадцать пять минут утекают словно одна. Она в спешке подошла к шкафу, вытаскивая самую теплую худи с капюшоном ярко-синего цвета, которая у нее имелась, черные джинсы и серый бомбер оверсайз. Быстро натянула это все на себя и, не завязывая кроссовок, двинулась к выходу, прихватив клатч, в котором лежали духи, ключи и прочие женские штучки.       Дверь в комнату брата была приоткрыта, и оттуда горел свет, но она не отважилась к нему заглянуть. А ради чего? Чтобы сказать о том, что она побежала увидеться с другим? Ему и так сейчас очень тяжело, как бы отъявленно он не изображал из себя супер героя. Да и ей тоже. Не хотелось никуда идти. Хотелось забиться под кровать и плакать. Никогда и никуда больше не выходить. Но она мотивирует себя тем, что выполнит свой долг перед этим чертовым «кукловодом». Ведь, это же можно будет назвать свиданием, хотя бы в какой-то степени?       Она тихо спустилась вниз, чтобы не шуметь и закрыла входную дверь. За воротами ее дома уже ярко светили ксеноновые фары машины Юнги. Дженни молча, прошла мимо поста охраны и вышла через черную массивную дверь. — Привет, умирающая, — улыбнулся Тэхен, выдыхая сигаретный дым сквозь зубы.       Он весь дрожал от холода, стоя в одной лишь футболке. Изрядно пьяный. Джен понимает это по голосу. Такой глухой, грубый и развязный. Она знала, это означает, что Тэхену давно пора на боковую, иначе, не ровен час ему захочется поблевать. — Ты чего так нажрался? — Спрашивает она, подходя к нему. — Надо же как-то разрядиться. Ты слышала, как теперь называют Анян в Сеуле? Городом маньяка. Хорошая заявка? Просто на победу, — последнюю фразу он произносит задумчиво. Кидает бычок на асфальт и даже не тушит. — Тоже боишься? — Негромко спрашивает Дженни. — Пошли в машину, а то у меня уже зуб на зуб не попадает. — Он тычет пальцем на свои зубы и изображает скрежетание, заставляя подругу поморщиться. — Кстати, Юнги просил не занимать меня переднее сидение.       Он как-то загадочно подмигнул Джен и дернул ручку задней двери, быстро залезая внутрь.       Дженни последовала его примеру и села на переднее сидение рядом с Юнги. — Привет, — повернулся он к ней лицом.       В машине было очень жарко. Мин тоже сидел в одной лишь белой футболке, которую посередине скромно украшала ярко-красная надпись «No Problems». Дженни расстегнула свою куртку и тоже поздоровалась. Сзади послышался щелчок открывающейся бутылки пива. — Джи Джи, ты будешь? — Тэхен протянул жестяную банку к лицу Джен.       Она с недоверием глянула на нее: — Не бойся, — будто прочитал ее опасения Тэ, но тему дальше продолжать не стал.       Дженни приняла банку и отхлебнула живительной жидкости, ощущая, как она стекает по пищеводу к стенкам желудка.       Мобильник Тэхена издал мелодичный звук оповещения (Картинка 54). Ким протер сонные глаза пальцами и заблокировал телефон. Сначала, он хотел задать пару вопросов Джен, но чутье настойчиво подсказывало не стоит. И он просто открыл еще одну бутылку с пивом, решая полностью забыться.       Юнги неспешно тронулся вниз по улице, еще даже до конца не понимая, куда хочет поехать. — Этот профессор Чон какой-то мутный, — хмуро решает начать беседу Тэ.       Ему никто не отвечает. Все заняты своими делами: Юнги ведет машину, Дженни, потупив взгляд смотрит в лобовое стекло и делает непозволительно огромные глотки пива. Тэхен лишь пожимает плечами и откидывается на спинку кресла.       Улица казалось вымершей. Фонари не горели, людей совершенно не было. В окнах не горело даже свечение от телевизора. Мин на интуитивном уровне сворачивает к подножью горы Сурисан. Проезжает еще пару километров по серпантину и глушит мотор. — Так что ты там говорила на счет приличных девушек? — Улыбаясь, спрашивает он Дженни и поворачивается к ней лицом.       Она слегка краснеет и отводит взгляд в сторону, постукивая пальцем по уже почти опустевшей баночке. — Ничего. — Да ладно тебе, — Юн смотрит назад на Тэхена. Тот, отставив свое пиво в подстаканник, мерно посапывал, развалившись на все заднее сидение. — Взбодрись немного. Ты, кстати, допила?       Он выхватил банку из ее рук и потряс ей. Их пальцы всего на мгновение соприкоснулись, и Дженни почувствовала насколько они мягкие. У Чонгука совсем не такие. Его руки почти всегда холодные и жесткие. Какими кремами для увлажнения он не пользовался, такой природной мягкости как у Юнги у него никогда не было.       Джен неуверенно смотрит на парня. Он уже полез в термосумку, доставая две новых бутылки и открывая их. — На, — Юнги снова развернулся к ей и протянул бутылку, отпивая из своей. — А разве можно пить за рулем? — Ее всегда удивлял тот факт, что ни Чонгук, ни Тэхен, ни даже Юнги не боялись водить в нетрезвом состоянии. — Немного — можно, — хмыкает он, но бутылку отставляет на приборную панель. — А разве нужно девушкам краситься, когда на дворе ночь?       У Юнги хорошее настроение. Ему хочется говорить. Тем более с Дженни. Она в его вкусе. Необычно красива, спокойна и рассудительна, в отличие от его сестры. Она больше похоже на спокойный океан, а Лалиса — на всепоглощающий неконтролируемый пожар. И сейчас Мину очень хотелось оказаться в теплых волнах океана под названием Дженни Чон. — Конечно. Это знак неуважения — придти растрепанной на встречу, — кивает головой Джен и делает очередной глоток горького пива. — А я думал, девушки прихорашиваются только для парней, — Юнги не отводит от нее взгляда, тем самым дико смущая. — Ну и это тоже верно, отчасти. — Мне это «отчасти» сильно льстит сейчас, знаешь ли, — не зная, куда себя деть, Мин вновь хватается за бутылку. — Если ты думаешь, что я накрасилась для тебя — то ты истинный дурак, — смелеет Дженни. Ей не нравится делать комплименты людям. У нее заведено так, чтобы только она их получала и никак иначе.       Юнги смеется. Эта детская невинность в ней еще одна приятная черта.       Как же многогранен, бывает один лишь человек. Все люди не похожи друг на друга. Сочетание различных качеств совершенно несвойственных их внешности — это как проверка карточки, к которой не подключен мобильный банк. Ты идешь в банк, даже не надеясь на то, что на ней есть хоть какие-то копейки. И каково же твое удивление, когда на ней кругленькая сумма? Это не может не радовать. И наоборот, когда ты надеешься и ждешь денег, их не оказывается. Это приносит лишь разочарование. Вот и с людьми точно так же.       Юнги на первый взгляд показалось, что Дженни — это очередная богатенькая безмозглая дура. Безмозглая, но красивая. И он очень сильно удивился, узнав всего лишь пару противоположных ее черт. Удивление это было приятным. После этого его необъяснимой силой тянуло к ней. — Ну а для кого же еще? — Улыбается парень уголками губ. — Не для ужратого же в хлам Тэхена, которого знаешь тысячи лет?       Юн поймал ее. И щеки Дженни зарделись краской. Только под таким слоем тонального его крема ее совершенно не было видно. — Раз уж я здесь, — выдохнула она и вытянула ноги к бардачку: — давай обсудим проект.       Юнги сдерживается, чтобы не закатить глаза. Поджимает губы и смотрит прямо ей в глаза: — Дженни, у тебя есть парень?       От этого вопроса глаза ее слегка округляются и она невольно сглатывает. Алкоголь резко ударяет ей в голову. Юнги не отступает. Все так же смотрит на нее, не мигая. Я жду ответа, и получу его, во что бы то ни стало. Вот что прочитала Дженни в его взгляде. — Нет, — она коротко покачала головой. — А у тебя девушки? — Ты ради приличия интересуешься или на самом деле интересно? — Юнги делает еще один глоток. — А почему ты можешь интересоваться такими вопросами, а я вдруг просто ради приличия? — Возмущается девушка через чур громко. Тэхен на заднем сидении принялся недовольно ворочаться. — Ты куришь? — Шепотом спрашивает Мин, чтобы не мешать Тэ.       Джен опускает виновато голову вниз и бормочет: — Приличные девушки не курят, — нагло лжет она. — Пошли, — цокая, выдыхает Юнги. — Приличная девушка.       Он накидывает кожаную куртку и выходит на прохладный воздух. Глубоко вдыхает его и идет ближе к большому зеленому дубу чуть поодаль от машины. Сзади раздается хлопок закрывающейся двери и легкие шаги по гравию. Дженни подходит к дереву и осматривает его, отпивая пиво.       Юнги ртом достает себе сигарету из пачки. Смотрит на Джен. Она на него. Глаза ее похожи на щенячьи. По ним спокойно можно сказать — она бы тоже не отказалась немного подпортить своего здоровья. Мин достает еще одну сигарету и сует ее в рот Дженни, поднося горящую зажигалку.       Она прикуривает и глубоко затягивается, закрывая глаза от удовольствия. Джен редко курит, но сегодня, кажется, без сигареты не обойтись. — И кто же посмел такую приличную девушку научить курить? — Затягиваясь с насмешкой, спрашивает Юн. — Брат, — буркает она, выдыхая дым.       Говорить о Чонгуке — последнее, чего бы хотелось Юнги, поэтому он не рискует развивать тему. — Откуда вообще в твоей голове взялись такие стереотипы о приличных девушках? — Он тянется к ее бутылке, но Дженни крепко сжимает ее в руке и не отдает. Мин ухмыляется, но тянуть не продолжает. Отпускает ее и убирает сигарету изо рта, выдыхая клуб сизого дыма: — я имею в виду, от того, что ты сейчас стоишь передо мной с бутылкой алкоголя и сигаретой в руке, я не считаю тебя неприличной. —Только ты и не считаешь, — пожимает плечами Джен. — Сам посуди — пагубные привычки никак не могут охарактеризовать тебя с положительной стороны. Да и к тому же, — она в очередной раз затянулась, полностью уходя в размышления: — с детства нам только что и твердят «веди себя прилично», «не позволяй себе лишнего» и так далее и тому подобное. От этого и стереотипы. От родителей. — Пфф, ничего не знаю, — Юнги кинул бычок на землю и потушил кедой. — Нам с сестрой родители никогда ничего подобного не говорили. Мы с самого девства были предоставлены сами себе. Да дай ты мне уже выпить.       Он вновь ухватился за бутылку. Дженни откинула свой бычок и двумя руками схватилась за нее в ответ. — Тебе нельзя! — Засмеялась она, чувствуя, что бой за алкоголь явно не на равных и Юнги почти забирает себе бутылку. — Ты за рулем. — Ой, да брось, — прыскает Мин. Такая игра ему нравится. Он беспрепятственно вырывает пиво и крепко прижимает к груди протестующую девушку. — Ты лучше успокойся и посмотри, какие звезды сегодня красивые, — Юнги отпил большой глоток пива. — Как я могу посмотреть, если ты не даешь мне! — Глухо откликается Дженни, прижатая вплотную к кожаной куртке, от которой пахло сигаретами и резкими духами.       Юнги, широко улыбаясь в пустоту, ослабляет хватку: — Смотри.       Небо и, правда, было звездным. Каждая звездочка на небе ярко горела, будто бы улыбаясь им. Только им двоим. Казалось, стрелки часов замерли на это мгновение, давая им насладиться красотой неизведанного космоса. — Может, отпустишь меня уже? — Поднимает взгляд вверх на Юна Джен. — Мы же не парень и девушка. — А кто мы тогда? — Опускает Юнги удивленное лицо вниз, приближаясь к Дженни непозволительно близко. — Инопланетяне, по-твоему?       Дженни смеется прямо ему в лицо: — Нет, конечно, дурачок, — она снова поднимает глаза в небо. — Ты прекрасно понимаешь, о чем я. Здесь становится очень холодно даже мне.       Юнги, конечно же, мог сказать еще пару банальных, так нравившихся девчонкам фраз. Приобнять ее покрепче, прошептать что-то приятное на ухо. Возможно, даже поцеловать. Но почему-то не посмел. Боялся спугнуть? Возможно. А может, не хотел напирать. Хотя, это, по сути одно и то же. — Ладно, — соглашается он, вместо всего этого. — Ответишь мне еще на один вопрос, и я тебя отпущу, обещаю. — Валяй, — безразлично бросает Дженни. — Почему ты ни с кем не встречаешься? Разве к тебе вообще никто не подкатывает? — Ему действительно было интересно узнать это. Может, она больше специализируется по девочкам? Чем черт не шутит в столь свободное время.       Джен немного подумала. Но на ум не шло ни одно вразумительное объяснение. — Просто, потому что еще не нашла такого человека, который бы на самом деле мне подходил, — нагло лжет она, стараясь придать голосу мнимую уверенность. — Ха, — только и рассмеялся Мин такому по глупому, совсем банальному ответу. — Ты и не найдешь. Ставлю должность своего отца на это. — Это еще почему? — Хмурится Дженни и вновь поднимает голову вверх. — Тот стереотип, что у тебя вот здесь, — он ткнул пальцем ей в голову, — никогда не сможет противостоять тому, что здесь, — он ткнул пальцем еще раз, но на этот раз в себя. Прямо в сердце. — Можем идти.       Юнги продолжал смотреть на осмысляющую его слова Дженни. Она опомнилась, и чуть было хотела упрекнуть парня в том, что он все еще не отпустил ее, но поняла: еще до последнего вопроса он убрал свою руку с ее плеча. И все это время она сама лично прижималась к его телу.